The Fearless and The Beloved / Бесстрашный и Возлюбленная

Когда ключ повернулся в замочной скважине, Чунмёна будто прострелило. Он тут же бросил чертежи и выехал на своём кресле в прихожую, где на пороге квартиры стояла ужасно уставшая Суок, с опаской оглядываясь по сторонам. Увидев Мёна, девушка вздрогнула и рефлекторно сделала шаг назад, но, встретившись с его виноватым взглядом, поняла, что в данный момент опасность ей не грозит. — Су, я так волновался… Ты внезапно исчезла, ничего не сказав, и два дня не давала о себе знать. Где ты была? — в голосе парня послышались нотки беспокойства. — Я не знал, что делать, где тебя искать. Су, пожалуйста, больше не делай так… — Я пришла забрать вещи, — бесцветным голосом сообщила Суок, не глядя Мёну в глаза. Она знала, что если попадёт в плен его жалостливого проникновенного взгляда, то никогда не уйдёт, а ей просто необходимо время, чтобы подумать над произошедшим и решить, что делать дальше. — Чунмён, мне кажется, что какое-то время нам нужно пожить раздельно. То, что случилось, невозможно простить так быстро и легко, мне нужно обо всём подумать. — Су, ты не можешь уйти! — Чунмён попытался вскочить с кресла, но ноги пока плохо его держали, поэтому он тут же рухнул на пол, поморщившись от резкой боли. — Как же я без тебя?.. Я не смогу без тебя жить, и ты знаешь об этом. Прости меня за то, что причинил тебе боль! Я сделаю всё, чтобы загладить свою вину, это больше не повторится! Девушка подалась вперёд, чтобы помочь парню встать, но в итоге отдёрнула руку, опасаясь, что он сейчас дёрнет её на себя, и неизвестно, чем всё закончится. Однако, она не могла позволить себе стоять в сторонке, пока инвалид пытается встать самостоятельно. Суок придержала Мёна за локоть и помогла ему вернуться в кресло, а потом поспешила отойти на безопасное расстояние. Но Чунмён уже схватил её за запястье с такой надеждой, как утопающий хватается за соломинку. Ему казалось, что если она сейчас уйдёт, он больше никогда её не увидит. — Чунмён, пожалуйста, отпусти меня, — Суок старалась говорить спокойно и ровно. — Это не конец наших отношений, но нам необходим перерыв, чтобы мы оба могли спокойно обо всём подумать. — Ты хочешь вернуться к Паку? — горько усмехнулся Мён. — Он всё-таки сумел забрать тебя у меня… — Это не так, — резко ответила девушка. — Чанёль и Сольхи ждут ребёнка, у них всё хорошо, дело движется к свадьбе. Ты же не думаешь, что он настолько безответственный, чтобы бросить свою беременную невесту практически у алтаря? Чунмён сидел в своём кресле, опустив голову и не отпуская руку любимой. Ему казалось, что жизнь рушится на глазах. Было сложно представить, что теперь он будет засыпать и просыпаться, не видя её сонного хорошенького личика, не сможет прикоснуться к её нежной коже, некому будет показывать свои чертежи, чтобы получить в ответ слова, придающие ему сил. — Прости меня, Су, я знаю, что вёл себя неправильно. Как я вообще мог поднять на тебя руку?.. — парень поднял на неё глаза, в которых было столько боли, что внутри Суок невольно всё содрогнулось. — Что я могу сделать, чтобы заслужить твоё прощение? — Отпустить меня. Дай мне месяц, чтобы обо всём подумать, и после мы вместе примем верное решение. Стоит нам оставаться вместе или каждому лучше пойти своей дорогой. — Су, я и так знаю ответ, мне не нужен месяц, чтобы подумать об этом. — Но я не знаю ответ, — сухо ответила Суок и пошла в спальню, чтобы собрать вещи. — Прости, но мне нужно время. Следующие полчаса Чунмён безмолвно наблюдал, как Су кидает в чемодан самые необходимые вещи, а потом вспоминает, не оставила ли она здесь что-нибудь важное. Решив, что со сборами закончено, девушка направилась к выходу, по-прежнему стараясь не смотреть в сторону сгорбленного Чунмёна, понурившего голову. Когда она проходила мимо, парень обхватил её за талию и прижался лбом к её спине. — Су, я не выживу без тебя… Все эти годы ты была моей волей к жизни. Если бы не ты, я бы покончил со всем ещё пять лет назад, — девушка слышала, как дрожал его голос, но ничем не могла помочь. Слишком свежо было в памяти, как он бил её прямо на этом месте. И слишком сильный контраст был между человеком, которым он был тогда, и которым был сейчас. — Прости, Чунмён, мне нужно идти, — девушка попыталась вырваться, но его руки только крепче сжимали её за талию. — Если что-то понадобится, ты всегда можешь мне позвонить, я оставила записку с новым номером на тумбочке. Руки Мёна безвольно опустились, как у тряпичной куклы. Он не смотрел на Суок, когда она уходила тяжёлыми шагами, как за ней закрывалась дверь. Ким просто не мог видеть, как уходит его любимая девушка. Когда дверь захлопнулась, он обхватил руками голову и взвыл. Это был нечеловеческий крик боли и отчаяния. Парень чувствовал будто сердце провернули через мясорубку и вернули на место то, что от него осталось. Таким потерянным, беспомощным и одиноким Чунмён не чувствовал себя никогда, даже когда месяцами оставался один дома, будучи школьником, пока отец был в плавании.

***

Чанёль открыл дверь своим ключом и тихо зашёл, думая, что Сольхи уже спит. Всё-таки была поздняя ночь, скорее всего, она не стала его дожидаться. Но девушка сидела в гостиной и читала какую-то книгу, неторопливо переворачивая страницы и стараясь держаться с достоинством. То, что жених убежал куда-то, как угорелый, ничего толком не объяснив, сильно задело Сольхи, тем более, в такой счастливый день, когда она объявила о своей беременности… Но, рассудив здраво, девушка поняла, что Чанёль теперь в любом случае не оставит её. — Милая, я дома, — на губах Ёля была виноватая и почему-то печальная улыбка, даже ямочка на его щеке уже не казалась озорной и игривой. — Прости, что ничего не объяснил и убежал. У меня были действительно важные обстоятельства. — Но ты же расскажешь мне, что произошло?.. — улыбнулась Сольхи, подставляя любимому щёку, которую он тут же ласково чмокнул, и крепко обнял невесту, поглаживая её по гладким, как шёлк, волосам. — Я хочу быть с тобой предельно откровенным, — Пак присел на корточки перед девушкой, сидящей на диване, и взял её холодные ладони в свои, согревая их своим дыханием. — Эти выходные я провёл с Суок. Но, пожалуйста, не начинай волноваться. Я не изменял тебе, я просто помогал ей спастись от психованного жениха, который чуть не убил её. И поскольку мы с тобой отчасти виноваты в их скандале, это был мой долг. Сольхи становилось всё сложнее держаться холодно и равнодушно, будто ничего особенного не произошло. Внутри неё бушевала целая буря чувств и эмоций, но она не собиралась показывать их перед своим женихом. — Ёль, я задам тебе только один вопрос. Ты всё ещё любишь Мин Суок? — взгляд девушки был пронзительным и сканирующим, ей было действительно важно услышать ответ. В глубине души она надеялась, что Чанёль соврёт и скажет, что она — его единственная. — Люблю, — без всяких предисловий ответил парень. — Но это не имеет значения. Я отпустил Суок, мы будем строить свою дальнейшую жизнь по отдельности, сталкиваясь только на работе в качестве коллег. Но, знаешь что, милая? Ещё больше я люблю ребёнка, которого ты вынашиваешь под сердцем. Я очень рад, что ты беременна, и не могу дождаться, когда малыш появится на свет. Чанёль обхватил девушку за талию своими сильными руками и положил голову на её пока ещё совсем плоский животик. На губах Ёля появилась мягкая и нежная улыбка. После того, как Суок сделала аборт, он много думал об этом и понял, что безумно хочет стать молодым папой, чтобы быть лучшим другом для своего ребёнка. И Сольхи, прекрасно знавшая об этом, абсолютно не переживала, что Чанёль оставит её. Пусть любит свою девчонку из трущоб, со временем он забудет её, она обязательно позаботится об этом. — Кого ты больше хочешь? Мальчика или девочку? — спросила Сольхи, ласково приглаживая растрёпанные сильным ветром волосы Ёля. — Мне всё равно, я буду любить этого малыша больше всего на свете, независимо от пола. Но я очень надеюсь, что он унаследует красоту своей матери, моя Сольхи, — Чанёль потянулся к её губам и приник к ним долгим чувственным поцелуем. Пусть в их отношениях давно нет любви, решил для себя парень, самое главное — уважение и забота. Это он сможет предоставить своей невесте с лихвой.

Один месяц спустя

Суок потянулась в своей мягкой постели и выглянула в окошко, из которого лилось тепло яркого майского солнца. День начинался просто прекрасно, и настроение было на высоте. Девушка быстро спрыгнула с кровати и сделала небольшую зарядку, разглядывая неторопливых прохожих за окном, прогуливающихся под ласковыми солнечными лучами. Было ещё раннее утро, поэтому Су могла позволить себе никуда не торопиться. Судя по гремящим кастрюлькам, девушка поняла, что хозяйка квартиры, в которой она снимает небольшую комнатушку, уже проснулась и занимается завтраком. — Суок, ты уже проснулась?! — до ушей Су донёсся громкий голос с кухни. — Давай скорее, пока завтрак не остыл! — Уже бегу! — откликнулась девушка и расплылась в улыбке. Ей определённо повезло напасть именно на это объявление о сдаче комнаты. Хозяйка квартиры была одинокой женщиной средних лет, рано овдовевшей, поэтому не успевшей завести детей и посвятившей всю жизнь своему делу. А именно уютному цветочному магазинчику в центре Сеула, где всё время кипела жизнь. К Суок женщина отнеслась как к родной дочери, а, узнав о её мечтах и стремлениях, шаг за шагом рассказывала ей о том, как добилась успеха. И Су была благодарна за её подробные рассказы, потому что в будущем они наверняка очень ей помогут. Девушка вспомнила свои розочки в горшочках, которые остались в квартире Чунмёна. Было интересно, не завяли ли они до сих пор? Заботится ли о них кто-нибудь? На протяжении этого месяца они с Мёном столкнулись только пару раз, когда Су заезжала за какими-то забытыми вещами. Каждая их встреча проходила очень напряжённо. Чунмён с надеждой смотрел на свою любимую, а Суок была ещё не готова вернуться к нему. Чтобы залечить душевные раны, нанесённые человеком, которому она доверяла больше себя самой, потребовалось очень много времени. Мён уже встал на ноги, и хотя пока он передвигался с тростью, сильно прихрамывая, дело пошло на лад. Парень упорствовал, и с каждым днём у него получалось всё лучше. В глубине души он надеялся, что так Суок быстрее к нему вернётся, увидев его старания. Проект коттеджа тоже был успешно завершён, рабочие перешли к строительству, и он неотрывно следил за каждым их действием, потому что был уверен, что именно эта работа станет его главной гордостью. Он вложил в неё столько сил и фантазии, что носился с постройкой коттеджа как с собственным детищем, которое было обязано стать идеальным во всех смыслах. Бён Бэкхён, так неаккуратно ляпнувший про то, что Момо может просить у него всё, что угодно, угодил на свидание. И сам не заметил, как оказался в плену серьёзных отношений, которым, в общем-то, был даже рад. Потому что менять одну девушку за другой ему уже ужасно надоело. Захотелось стабильности и взрослых постоянных отношений. Возможно, у него не было сильных чувств к девушке, но он очень тепло и нежно к ней относился, возмещая отсутствие безудержной страсти. А безграничной любви Момо хватало на двоих. Ким Чонин, пообещавший выкинуть Суок с работы, пока так и не справился этой нелёгкой задачей. Девушка отлично справлялась со своими прямыми обязанностями, поэтому никак не удавалось настроить начальство и коллег против неё. Да ещё эти Пак и Бён всё время оказывались рядом с ней, оберегая Мин от всевозможных опасностей. Пак Чанёль, отпустивший свою единственную любовь, целиком и полностью отдавал себя невесте, с каждым днём расцветающей всё сильнее. Беременность определённо была ей к лицу, придавая особый блеск глазам и делая её белоснежную улыбку ещё ярче и прекраснее. Но, несмотря на абсолютную верность Сольхи, Чанёль оставался надёжным защитником Суок, и каждое утро красавец-курьер, очаровавший всех дамочек в офисе, привозил ей большой букет роз в шляпной коробке. За семь дней в неделю сменялись семь разных цветов: от белых, как снег, до тёмных бордовых. И, видя счастливую улыбку Су, на сердце Чанёля становилось хоть немного легче. Пусть они и не могли быть вместе, он по-прежнему пытался сделать всё, чтобы её жизнь играла яркими красками. Потому что, если она счастлива, то и он счастлив.

***

После плотного завтрака, Суок вертелась у зеркала, примеряя разнообразные вечерние платья, половину из которых она даже не помнила. Стараниями Чанёля, её гардероб мог бы вытеснить её саму из комнаты. Всё-таки, свадьба хорошей подруги — очень ответственное мероприятие, и необходимо было выглядеть как можно лучше. О причёске и макияже позаботится профессионал, а вот наряд выбирать приходилось самой. И в этом нелёгком деле ей определённо необходим был помощник — человек с безупречным вкусом, который не заставил долго себя ждать. Бён Бэкхён впорхнул в её комнату летящей походкой, на ходу поприветствовав хозяйку, как раз убегающую на работу. Она уже привыкла к внезапным появлениям этого очаровательного паренька, поэтому даже не удивлялась, что он заходит к ним, как к себе домой. — Куколка, я знал, что сама ты не справишься, — лучезарно улыбнулся Бэк, разглядывая целый ряд вешалок с разнообразными вечерними платьями. — Если бы Момо не уехала к сестре на День Рождения, дело пошло бы ещё быстрее, но, думаю, мы справимся и вдвоём. Посмотрим, что тут у нас… Пока парень перебирал платья, Суок не сводила с него взгляд. За прошедший месяц парень как-то неуловимо изменился. Вроде бы остался прежним, но во взгляде, улыбке, движениях появилось что-то новое, чего она не замечала раньше. Неужели на парня так повлияли серьёзные отношения? — Бэк, как у вас дела с Момо? Всё хорошо? — Просто прекрасно, — кивнул Бён. — Почему ты спрашиваешь? Момо сказала, что что-то не так? Я, конечно, не идеальный парень, но вроде бы её всё устраивает. Она же не просила тебя уговорить меня познакомиться с её родителями? Последнее время, она намекает мне на это всё чаще. Бэкхён рассмеялся, и у Суок отлегло от сердца. Ей казалось, что в последнее время парень стал более отстранённым. Он отдалялся от Су всё больше, проводя практически всё свободное время со своей девушкой. Даже их давняя традиция — обеды на крыше, бесславно закончилась, потому что Момо любила маленькое уютное кафе неподалёку от компании и таскала Бэка туда. Он приглашал Суок посидеть вместе с ними, но по умоляющему взгляду Момоко было ясно, что она рада каждой минутке наедине с любимым человеком. Поэтому девушке оставалось только обедать в одиночестве, выслушивая сплетни коллег, для которых обед превращался в прайм-тайм, где можно было услышать самые свежие и горячие новости. — Слышал, что Пак будет шафером у Сехуна… — Бэк начал издалека, опасаясь задеть ранимое девичье сердце. — Он ведь придёт с Сольхи. Всё будет в порядке?.. — А почему что-то должно быть не так? — наигранно бодро отозвалась Су, которой даже представлять не хотелось, как они счастливы, ожидая малыша. Как лицо Сольхи светится от радости, ведь она вынашивает под сердцем ребёнка от любимого человека. В то время, как Суок когда-то собственными руками погубила зарождающуюся в ней жизнь и теперь не могла быть уверенной, что у неё вообще когда-нибудь будут дети. — Ты заметил, как счастлив Чанёль, когда кто-то спрашивает у него о будущем ребёнке? У него столько планов, похоже, он уже даже решил, в какой университет тот пойдёт и на каком музыкальном инструменте будет играть. — Ты спрашиваешь, заметил ли я? — добродушно усмехнулся Бэк, всё ещё прикидывая, какое из двух платьев, которые он приметил, подойдёт Суок лучше всего. — Придурок Ким Чонин говорит, что скоро наш отдел превратится в клуб молодых папаш, потому что Пак все уши прожужжал коллегам о скором пополнении в семействе. И когда ребёнок родится, всё станет ещё хуже. Уже даже я запомнил, что, если будет мальчик, его назовут Сухёк, если девочка — Субин. И с чего бы ему так нравится слог «Су», ты не знаешь? — Даже не догадываюсь, — свредничала Суок, прикидывая к себе платье, на котором остановил свой выбор придирчивый мистер Бён. — И зря вы ехидничаете, естественно, Чанёль рад. Я бы тоже была счастлива на его месте. — Мы тоже рады. Особенно, когда в десятый раз слушаем про то, что его сын станет гитаристом или футболистом, а дочь — художницей или балериной. Но если девочке достанутся ноги колесом от отца, то о карьере танцовщицы точно можно будет забыть, — Бэк подшучивал над Ёлем, но в глубине души даже немного завидовал, потому что сам был ещё не готов к таким серьёзным переменам в своей жизни, хотя родители уже всячески намекали, что им хотелось бы поскорее понянчить внуков. — А ты что планируешь? Ты упоминала, что вы с Чунмёном взяли месяц на раздумья. Я надеюсь, не надумала к нему вернуться?.. Суок крутилась у зеркала в классическом чёрном платье-футляре, как нельзя лучше контрастирующем с её белоснежной кожей и тёмными волосами. Бэк что-то поискал среди украшений и скоро подошёл к девушке, накидывая на её изящную шейку жемчужную нить, одним движением ловких пальцев закрывая застёжку. — Пока не уверена, Бэк… Я очень много думала об этом, и стоило мне только решиться вернуться в нашу квартиру, как в последний момент находила причину, чтобы остаться здесь. Наверное, мне нужен какой-то толчок, чтобы принять верное решение, — Су критически окинула своё отражение в зеркале и перевела взгляд на Бэкхёна. — Тебе не кажется, что я выгляжу слишком чопорно? — Куколка, ты выглядишь великолепно, — Бэк сказал это таким уверенным тоном, что девушка не решилась с ним спорить. — Классическое чёрное платье, жемчуг и красная помада — вот то, что тебе нужно, чтобы стать роковой красавицей, которая вскружит головы всем мужчинам на этой свадьбе. Кроме жениха, разве что. Про Пак Чанёля парень тактично промолчал, хоть и не сомневался в том, что тот не сможет оторвать взгляд от бывшей девушки, выглядевшей особенно соблазнительно в таком строгом, но в то же время роскошном образе. Бэкхён крутился рядом с Суок как несносный бигль, поправляя свою укладку и разглядывая их отражение в зеркале. — Как думаешь, может мне стоить сменить цвет волос?.. — растерянно спросил парень, перебирая длинными пальцами свои русые волосы с медовым оттенком. — Ты же говорил, что тёмные волосы подходят только скучным взрослым, у которых в жизни не осталось никаких радостей, сплошные серые будни. — Иногда мне кажется, что я понемногу становлюсь скучным взрослым… — вздохнул Бэк, но тут же натянул на лицо шутливую маску. — Ну что, куколка, может мне стоит сопровождать тебя на свадьбу? Посмотри, какая мы красивая пара! Бэкхён указал рукой на миловидную гармоничную пару, отражающуюся в зеркале. Несмотря на то, что они была давними друзьями, которые всегда поддерживали друг друга и даже не думали о том, чтобы пересечь черту под названием «дружба», ни один из них не мог отрицать, что как пара они смотрелись чудесно. Чем-то похожие, простые, лишённые гордыни и самодовольства, метка которых так явно виднелась на лицах отпрысков из богатых семей. — Боюсь, что потом мне придётся сопровождать тебя в травмпункт, когда Момо узнает об этом, — рассмеялась Суок, отходя от зеркала и подбирая туфли, подходящие к платью. — Глупости, — фыркнул Бэк, — Момо тебя обожает, и ты это прекрасно знаешь. Конечно, персик ревнует меня к каждому столбу, потому что я невероятно привлекательный парень, но к тебе не будет ревновать никогда. К тому же, дразнить её так весело. Персик очень милая, когда закатывает сцены ревности, машет в воздухе своими маленькими кулачками и топает ногами, как маленький ребёнок. — Похоже, что ты счастлив, — улыбнулась Суок, пристально глядя другу в глаза. — Нисколько не жалеешь, что завязал со своими похождениями. — Пора взрослеть, куколка, — пожал плечами Бён, телефон которого уже разрывался от звонков и непрерывных сообщений с полным фото-отчётом, где Момо побывала, что поела и кого встретила. Парень только улыбнулся и подмигнул подруге, направляясь к выходу. — Рад был помочь! Надеюсь, что стилист из меня получился хороший, и ты будешь блистать на этой свадьбе не хуже невесты. — Спасибо, Бэк, ты настоящий друг, — Суок обняла парня, вдыхая цитрусовый аромат его парфюма, которому он не изменял вот уже много лет. — Передавай привет Момо, скажи, что я очень соскучилась. — Будет сделано, — кивнул Бэкхён, выходя из спальни. — Можешь не провожать, я знаю, где выход. Позвони мне, как вернёшься домой после свадьбы, чтобы я не волновался, что ты нашла приключения на свою пятую точку, притягивающую их как магнит! Не лягу спать, пока не дождусь твоего звонка! Хорошо тебе повеселиться, куколка, до скорого!

***

Для свадьбы Сехун и Сучжон забронировали просторный светлый зал в пятизвёздочном отеле, который профессионалы украсили шикарными, но в то же время не вычурными, стильными декорациями. Чувствовался утончённый вкус Сучжон, потратившей на подготовку к свадьбе целый месяц. Сехун только внимал каждому капризу девушки, покорно вынимая чёрную безлимитную кредитку и протягивая её любимой, чтобы она могла оплатить все расходы на их «скромный» праздник. Сучжон, облачённая в обтягивающее стройную фигурку длинное белое платье от Веры Вонг с тянущимся за ним шлейфом, сидела на маленьком кожаном диванчике кремового цвета в комнате для невесты. Её длинные тёмные волосы были собраны в затейливую причёску, и только короткие пряди обрамляли маленькое нежное личико, почти не тронутое макияжем. Увидев свою давнюю подругу, на лице девушки засияла широкая улыбка. Суок поспешила обнять Сучжон, но очень аккуратно, чтобы ничего не испортить. — Сучжон, ты самая прелестная невеста из всех, кого я когда-либо видела! — восторженно сказала Су, обходя подругу со всех сторон и показывая той большой палец. — Выглядишь, как неприступная Снежная Королева, от красоты которой захватит дух у всех гостей… Кстати, Сехун ещё не видел тебя в платье? — Нет, я выбирала его одна, — рассмеялась Сучжон, чьи щёчки предательски покраснели. — Сехун сказал, что если увидит меня в нём до свадьбы, то разорвёт его раньше, чем начнётся церемония. Ну, ты понимаешь, о чём я… — С ума сойти, — Суок не смогла сдержать смех. — Вы уже так давно вместе, а страсть нисколько не угасает. Сехун и правда без ума от тебя! Как же я рада, что вы всё-таки познакомились и начали встречаться! Подумать только, что предназначенные судьбой половинки могли так и остаться в памяти друг друга всего лишь людьми, учившимися в одной параллели. Я так счастлива, что всё сложилось иначе! Глаза Сучжон уже были на мокром месте, но она старательно сдерживала слёзы, чтобы не испортить макияж. Девушка смотрела на свою подругу, которая так искренне радовалась её счастью, с огромной благодарностью. Большинство других так называемых «подруг» под разными предлогами исчезали из её жизни, узнав о том, какой жизнью теперь заживёт Сучжон, выйдя замуж за О Сехуна из обеспеченной уважаемой семьи. Женская зависть — страшная штука. И именно её отсутствие делало дружбу двух Су особенной. — Я надеюсь, что именно ты поймаешь букет невесты, — шепнула подружка ей на ухо. — Ты просто обязана стать самой счастливой невестой в мире.

***

Церемония бракосочетания прошла быстро, но в то же время нежно и трогательно. Сехун, влюблённый в свою очаровательную невесту, ни на секунду не сводил с неё взгляд, в котором читалась такая любовь, что у всех свидетелей их торжества дух захватывало. Всё происходящее было похоже на голливудский романтический фильм со счастливым концом, где счастливые молодожёны с сияющими улыбками на лице принимают многочисленные поздравления, а потом уезжают в свадебное путешествие сразу после окончания церемонии. Суок, ощущавшая себя белой вороной среди чопорных и высокомерных подруг Сучжон из консерватории, даже не могла ни с кем и словом перекинуться. Единственные люди в этом зале, с которыми она была знакома — Чанёль, уделяющий всё своё внимание беременной невесте, и Сольхи, ни на шаг не отпускавшая от себя любимого. Ёль и Су встретились взглядами всего пару раз, пока выполняли свои обязанности, как шафер и подружка невесты. Но как только молодожёны обменялись кольцами, и их миссия на этом завершилась, они снова потеряли друг друга в шумной толпе гостей. Суок чувствовала, что Паку неловко перед ней за своё счастье, которое он невольно испытывал, в мечтах уже став счастливым отцом семейства. Но Су только неловко улыбнулась ему, давая понять, что всё в порядке, и она очень рада за него. И в этой атмосфере всеобщего счастья и любви, Суок становилось ещё хуже. Она понимала, что у неё ничего нет, ни любимого человека рядом, ни планов о пышной свадьбе и куче детишек, девушка даже не была уверена, что нашла своё место в этой жизни. От всего этого становилось так тоскливо, что хотелось сесть, обхватить руками голову и разрыдаться в голос. Но приходилось вежливо улыбаться присутствующим, делая вид, что она счастлива не меньше них. — Девочки, я собираюсь кинуть букет! — весело оповестила подружек Сучжон. — Кто хочет стать следующей невестой, прошу всех сюда! Кидаю на счёт три! Раз, два… Три! В эту секунду в зале повисла полная тишина. Все с интересом наблюдали, ожидая увидеть девичью схватку, где каждая была готова выцарапать конкуренткам глаза в битве за шанс поймать желанный букет. Сольхи даже не стала подходить ближе, зная, что через месяц она и так будет на месте Сучжон, а Чанёль не отпустил её от себя, сказав, что в такой толпе она может пораниться. Суок тоже не кинулась в общую толпу, оставаясь на своём месте, но букет словно по мановению волшебной палочки летел к ней прямо в руки. И Су ничего не оставалось, кроме как покрепче ухватиться за него, ловя на себе такие прожигающие взгляды, будто она увела у каждой из незамужних девушек жениха. — Я знала! — Сучжон подпрыгнула от радости, а потом смущённо покраснела, считая такие выходки детскими, не соответствующими её статусу благовоспитанной жёнушки мистера О. — Суок, я так за тебя рада! Уверена, что в самое ближайшее время уже мы будем гостями на твоей свадьбе! Сехун подмигнул Суок, показывая большой палец. — Молодец, Мин Суок, тише едешь — дальше будешь, — рассмеялся новоиспечённый муж. — Если бы ты оказалась на той бойне, точно не поймала бы букет. Кстати, как дела у Чунмёна? Сехун не был в курсе событий из её личной жизни, поэтому не понял, почему после его вопроса жена устрашающе округлила глаза, давая понять, что он сказал лишнее, а Суок растерялась, не зная, что ответить. Она вымученно улыбнулась и пожала плечами. От неловкой ситуации О спасла заигравшая музыка, оповестившая о первом танце Сехуна и Сучжон в качестве мужа и жены. Он тут же увлёк за собой свою красавицу, уверенно ведя её в медленном танце. Когда кто-то коснулся локтя Суок, она вздрогнула, но до неё донёсся едва уловимый аромат табака и ванили, и уже не было загадкой, кто же стоит за её спиной. — Суок, будем следовать традиции? — улыбнулся Чанёль, положив ладонь на талию девушки, при этом оставляя некоторую дистанцию между ними. — Этот танец также принадлежит и нам, раз уж эта неугомонная парочка решила, что именно мы должны стать их свидетелями. — Против традиций ничего не попишешь, — кивнула Су, и уже через секунду её миниатюрная ручка лежала на плече Пака. На несколько минут весь мир перестал для них существовать. Чанёль и Суок видели только друг друга, впитывая в себя каждую мелочь, запоминая каждую чёрточку, каждое движение друг друга. Неизвестно, выпадет ли им когда-нибудь шанс вновь оказаться в такой непозволительной близости, поэтому они наслаждались им, надеясь, что этот миг будет тянуться бесконечно долго. — Ну что, Суок, значит, ты следующая? — Ёль постарался спросить об этом как можно более весёлым и беззаботным тоном, но фальшь в голосе почувствовал и он сам, и девушка. — Надеюсь, что да, — честно ответила Мин, отводя взгляд. — Когда все вокруг так счастливы, немного грустно чувствовать себя лишней на празднике жизни. Я бы хотела поскорее обзавестись собственной семьёй, чтобы целиком и полностью посвятить себя ей. — Так и будет, — уверенно кивнул Чанёль. — Если ты счастлива, я тоже счастлив. Музыка закончилась, так и не дав им закончить разговор. Ёль поспешил откланяться и вернуться к Сольхи, бросив на Суок долгий внимательный взгляд, в котором сквозила толика сожаления, что всё кончилось так быстро. Сольхи только взглянула на девушку свысока и тут же забыла о ней, сконцентрировав всё своё внимание на любимом мужчине, уводя его подальше от бывшей. Суок не могла отвести взгляд и продолжала смотреть вслед удаляющейся паре, чувствуя, как беспокойно бьётся сердце в её груди. В тот вечер девушка решила точно одно — вопреки всему она обязательно станет счастливой.

***

Такси остановилось прямо у ворот дома, в котором жила Суок. Майская вечерняя прохлада приятно охлаждала тело и разум. Сехун и Сучжон отправились в медовый месяц ещё в начале вечера, поэтому Суок тоже не стала надолго там задерживаться, решив, что её миссия подружки невесты выполнена полностью и с блеском. Выйдя из машины, девушка глубоко вдохнула и прикрыла глаза, наслаждаясь окутывающим обнажённые плечи ветерком. — Су… — раздался тихий голос откуда-то из темноты. От неожиданности девушка вздрогнула и чуть не выронила из рук клатч. — Свадьба закончилась так быстро? Всё прошло хорошо? Парень сделал несколько шагов по направлению к ней и оказался в свете фонаря, позволяя разглядеть свои осунувшиеся черты. С момента их последней встречи Чунмён похудел ещё сильнее, из-за чего лицо заострилось, а скулы стали отчётливее выделяться на впалых щеках. Он смотрел на любимую девушку с затаённой надеждой и безграничной любовью. — Всё хорошо. Сехун и Сучжон — очень красивая и счастливая пара, — улыбнулась Суок, вспоминая сияющие глаза подруги и загадочную улыбку О. — Чунмён, что ты здесь делаешь так поздно? Я не ожидала увидеть тебя сегодня… — Су, прошёл месяц, и я не мог больше ждать. Мне безумно хотелось увидеть тебя и услышать твоё решение. Ты же вернёшься ко мне?.. Возможно, раньше Суок подумала бы получше над таким важным решением, но сейчас она так устала, ей так сильно хотелось быть счастливой невестой и женой, что она, не задумываясь, кинулась в омут с головой. Чунмён её любит, за этот месяц он безусловно изменился и переосмыслил свои поступки, а значит теперь они смогут начать новую жизнь. Именно так рассуждала Суок, глядя на переминающегося с ноги на ногу Мёна. — Да, я вернусь к тебе, — кивнула девушка, тут же оказавшаяся в крепких мужских объятиях. Чунмён прижал её к себе, проводя ладонью по гладких шелковистым волосам, целуя любимую в макушку и вдыхая аромат её яблочного кондиционера. Парень чувствовал, как его переполняет счастье. Прошедшие тридцать дней, тянувшиеся как год и превратившиеся в ад наяву, наконец, закончились. — Спасибо, Су, ты даже не представляешь, как я рад! — Чунмён немного отстранился, глядя девушке прямо в глаза. — Я обязательно сделаю всё для того, чтобы ты была счастлива, обещаю тебе. Мён нагнулся и коснулся своими губами мягких губ Су. Сначала поцелуй был лёгким и неуверенным, потому что парень не знал, как девушка отреагирует на него, но после того, как она ответила, он тут же превратился в долгий и страстный. Чунмён не мог оторваться от желанных губ Суок, целуя их снова и снова, проводя руками по манящим изгибам её тела, которым он так давно не мог обладать целиком и полностью. Но теперь ситуация в корне изменилась. С этого дня начнётся новая жизнь, в которой они будут счастливы. Ким Чунмён искренне в это верил.