No More Dream

***       Пиздец. Единственное слово, которое крутиться у меня в голове. Вот просто, что за черт? Я надеялась, что моя новая жизнь в Корее в качестве трейни не будет столь ужасной. Спросите, почему сразу «ужасной»? Та потому что, во-первых, я надеялась, что общежитие только женское, но, смотря на большую компанию парней в данной комнате, мои надежды лишь смогли рухнуть карточным домиком. Во-вторых - мало того, что придётся жить под «одной» крышей с громкими парнями, так еще и пьющими, если обратить внимание на бесконечную, на первый взгляд, свалку из бутылок с Соджу, которые были везде. И в третьих…Я никак не ожидала увидеть там некоторых персон. Два молодых парня, изрядно повысивших градус спиртного в организме, сидели на диване и немного затуманенным взглядом смотрели в мою сторону.       Несмотря на обстоятельства, я все еще пыталась обуздать сон, что нагло затуманивал глаза и сознание из-за долгого перелета. В крови бурлила злость, откликающаяся стуком где-то в висках, ибо кто, черт возьми, в 2 часа ночи будет так громко буянить, когда нормальные люди спят? Ну, или пытаются уснуть...       Где-то внутри, в адской смеси из гнева, смертельной усталости и сонливости, прорывалась маленькая часть неловкости. Почему? Ооо, я сейчас все объясню. Стою значит я, вся такая с кублом из волос на голове, в пижамных розовых штанах, где нарисованные единороги, и в помятой, растянутой футболке с Мэрилин Мэнсоном. И в это время на меня смотрят парни и два моих кумира. КУМИРА, черт возьми!       Немного вернувшись к осознанию происходящего, я попыталась вспомнить хоть что-то на корейском и издать умную речь о том, что сейчас поздно, и много иностранцев, которые находятся в этом общежитии, хотят отдохнуть после переезда и длинного пути. Поэтому собравшись, я начала свою речь. -Э-э-э, ну, в общем, тише можно, извините, люди просто пытаются уснуть, а тут громко очень … и… пожалуйста, вот, да... «Я в ударе» - все, что пришло мне в голову, после краткого анализа своей речи. - Она иностранка. – Сделал свой вывод лучезарно улыбающийся Чимин. - Она странная иностранка – продолжил Чонгук, расфокусированным взглядом уставившись куда-то в мое колено. - Она странная иностранка, которая носит безвкусную одежду. - Она странная и почему-то сексуальная иностранка, которая носит безвкусную одежду – произнес Чонгук и криво подмигнул мне.       В то время я зачем-то начала отчаянно прикрывать себя руками, почувствовав себя обнаженной перед многотысячной публикой. - Так можно потише, пожалуйста? - пробормотала я, попятившись. - Хорошо, но только после того, как ты с нами выпьешь, - ухмыльнулся Чимин, указывая на полупустую бутылку высокоградусного напитка.             Плохая идея. Очень плохая идея. Очень-очень плохая идея. - Хорошо – пробормотала я, после чего пообещала отрубить себе язык.       Совершенное неумение пить, тем более на голодный желудок, тем более при критической усталости да еще и в компании парней обещало сделать ночку весьма веселой и незабываемой.       Чертова безотказность и умение оборачивать ситуацию в худшую сторону было моим жизненным умением. Но, как говориться - кто не рискует, тот не пьет шампанское. Или соджу в компании известных айдолов. **       Утро – странная штука. Как проходной, коридор, ведущий на сцену или на арену. Как уж там повезёт. Ощущение чего-то торжественного, важного, что вот-вот случится. И ты никогда не знаешь, что будет дальше. Чувство тревоги, разрывающее изнутри на мелкие лоскутки, переполнение сознания ощущением важности нового дня и легкое разочарования от пробуждения. И оттого немного тревожно. Хоть и лень вставать, но отказаться от того, что ждет в конце коридора, от неизведанного, неважно плохого или хорошего – невозможно.       Но вот что еще невозможно, так это проснуться утром, после количества выпитого вчера алкоголя. И самое ужасное - проснуться не из-за головной боли, а от того, что кто-то закинул на тебя свои тяжелые конечности.       Именно после осознания того, что кто-то, сладко пахнущий конфетами и шампунем, находиться в моем личном пространстве, я резко приподнялась. Голова моментально отозвалась взрывом нешуточной мигрени, что расползлась дальше, казалось бы, в каждый уголок тела, заставив глухо чертыхнуться и закрыть ладонями пылающий лоб. Посмотрев по сторонам, я заметила две вещи. Первая – я явно не у себя в комнате. Во-вторых, на мне явно находятся ноги Чимина. Легкий шок, граничащий с осознанием полного безумия, заставил меня выпалить первое, что пришло в голову: - ЧТО ЗА ХУЙНЯ? – красиво, с чистым, русским акцентом, и, самое главное, от души пискнула я, резко приняв сидячее положение.       Неизвестно откуда взявшаяся подушка моментально полетела в мою сторону, но не достигла цели, врезавшись аккуратно в булочки мирно сопящего Чимина. У меня сложилось подозрение, что подушечным снайпером был Намджун. Пак, немного шокированный, поднял голову и уже было открыл рот, но наткнулся на мой взгляд и осоловело округлил глаза, став похожим на европейца как никогда прежде. После, он покраснел и поспешно убрал ноги, вжавшись в стену и, судя по груде непонятных мышц, в Чонгука. Паника потихоньку возрастала, а непонимающих взглядов становилось все больше. Напряжение, казалось, витало воздухе, а парни начинали странно переглядываться, не пророняя при этом ни слова.       Повисла гробовая тишина. Неловко, черт возьми.       Из нелепой ситуации меня, к всеобщему удивлению, спасает сирена, раздавшаяся где-то в глубине коридоров общежития. Вместе с раздражающим писком, в голову поступали все новые болевые импульсы, от которых хотелось выть и материться. А после сирены, которая стихла спустя пару десятков секунд, сразу послышался голос Директора BigHit`а. -Ну что, юные трейни, да начнется настоящий отбор на лучшего среди лучших. Да начнется игра… И реалиты-шоу…       В это время в комнату ворвались люди с камерами, застав врасплох еще не протрезвевших бантан.       Реалити-шоу… Ну чтоб меня.