Sexy Back

      Хёнвон открывает глаза и пытается сообразить, где он находится. Не узнавая своей комнаты в общежитии, парень вдруг вспоминает, как прошлым вечером пришёл к Хосоку и остался у него на ночь. Че чувствует спиной тепло чужого обнажённого тела, на талии — сильную руку, а потом осознаёт, что он тоже нагой и внезапно заливается краской, воспроизводя в памяти события прошлого вечера. Стыдливый румянец окрашивает скулы в розоватый оттенок, а воспоминания вспыхивают в голове одно за другим.       Ураган мыслей прерывает сопение за спиной. Чужое дыхание щекочет кожу шеи, а обнажённая грудь Хосока вздымается от равномерного дыхания. И от этого становится как-то… Уютно. Да, именно уютно, спокойно и тепло. Потому что до этого, с прошлыми любовниками, Хёнвон на ночь не оставался, а если такое и случалось, то, как только просыпался, быстро собирался и уходил.       Шин за спиной начинает ворочаться, тяжело вздыхая и сильнее прижимая к себе младшего, отчего тот вздрагивает. — Доброе утро, — чуть хриплым спросонья голосом тянет брюнет, касаясь губами чужой шеи. — Как спалось? — На удивление хорошо. — Я рад. — В воздухе повисает тишина, прерываемая лишь тиканьем настенных часов. Че кидает на них взгляд, а потом начинает возиться, пытаясь выбраться из чужих объятий. — Давай ещё так полежим? — старший усиливает хватку, прижимая парня к себе сильней. — Уже первый час. Если мы продолжим валяться, я усну, а потом весь день буду мучиться от головной боли, — пытается убрать чужие руки со своей талии блондин, а потом хватка ослабевает, позволяя Че наконец встать с постели.       Найдя на полу свои мятые боксеры, джинсы и футболку, блондин торопливо одевается, не оборачиваясь на Хосока, который в это время пристально за ним наблюдает. Направившись прямиком в ванную, он умывается и чистит зубы предусмотрительно захваченной с собой щёткой. Парень смотрит на своё отражение в зеркале, отмечая, что тёмные корни волос значительно отросли, что говорит о том, что пора бы их снова покрасить, но Хёнвону это ужасно надоело. — Пора бы обратно в свой цвет перекрашиваться, — растрепав рукой волосы, сказал он сам себе.       Выйдя из ванной, младший услышал со стороны, как он предположил, кухни какой-то шум. Это действительно оказалась кухня, в которой обнаружился Хосок с обнажённым торсом, одетый лишь в домашние штаны. Их резинка располагалась опасно низко, абсолютно не скрывая поясницы и тазобедренных косточек, на которые невольно засмотрелся Че, спустя какое-то время одёргивая себя. — Ты даже не умылся, вонючка. Топай в ванную, а я тут сам что-нибудь сварганю, — Хёнвон подошёл к парню, толкая его в сторону уборной, откуда сам только что пришёл. Вонхо на это мягко улыбнулся и потянулся к одногруппнику, щёлкая зубами прямо возле его шеи, норовя укусить, на что тот отпрянул и поморщился. — Фу-у-у, иди зубы чистить.       Шин смеётся и удаляется из кухни, а Че замечает лежащие на столе яйца, молоко и зелень. Он заглядывает в холодильник, находя там сосиски и пшеничные лепёшки. Хёнвон нарезает зелень, делает смесь для омлета и жарит на второй сковородке сосиски. Когда омлет уже почти готов, из ванной выходит Хосок с полотенцем на плечах и в тех же домашних штанах. С его волос стекают капельки воды и скользят по алебастровой коже шеи и груди. И снова взгляд блондина останавливается на сосках парня, в которых поблескивают шарики пирсинга, по которым так и хочется провести языком, ощутив прохладу металла на его кончике.       Из оцепенения парня вывел прошедший мимо брюнет, который открыл окно и подкурил одну сигарету из пачки, лежащей на подоконнике, выпуская изо рта струю дыма. В помещение ворвался поток холодного осеннего воздуха, из-за чего брюнет рискует заболеть, но младший об этом старался не думать. Че поморщился и выключил плиту, достав с полки тарелки и разложив по ним содержимое сковороды. Вонхо молча курил, наблюдая за младшим, который в это время убирал после себя, мыл посуду и протирал столешницу. А когда тот сел за стол, старший выкинул окурок в окно и, не закрывая его, подошёл к парню, наклоняясь к нему и касаясь полных губ своими. Хёнвон на пару секунд оторопел, а когда Шин отстранился, наигранно сморщился: — Иди снова чистить зубы, — и оттолкнул от себя старшего. — Тогда поцелуешь? — игриво улыбнулся парень, глядя прямо в глаза напротив. — Ничего не обещаю, — равнодушно ответил гость и принялся завтракать, а Хосок хмыкнул и сел на стул рядом.

***

— Мне кажется, ты что-то попутал, — ядовито произнёс Хёнвон, когда на стул рядом с ним опустился Шин, поставив на стол свою сумку. — Теперь я буду сидеть рядом с тобой, — невозмутимо ответил старший, после непродолжительных поисков доставая тетрадь для лекций. — Кто сказал, что я тебе позволю сидеть рядом со мной? — А у тебя нет выбора.       И вправду, Хёнвон сидел у самой стены, и, чтобы выйти, нужно было перелезать через Хосока и ещё кучу студентов, которые сидели в этом ряду. Че возмущённо выдохнул и отвернулся от парня.       Преподаватель зашёл в кабинет, прерывая все разговоры вокруг и разрешая садиться вскочившим с мест студентам. Шин достал мобильный телефон из кармана своих джинсов и уткнулся в его экран, что-то просматривая.       «Ну вот, сейчас он начнёт меня домогаться. Чёртов Хосок, долбаный извращенец».       Хёнвон сидел как на иголках, боковым зрением наблюдая за одногруппником и мысленно приготовившись к наихудшему. Тот пока вёл себя спокойно, спрятав под парту руки с телефоном и устремив взгляд на экран. И вроде бы ничего не предвещало беды, но блондин всё продолжал себя накручивать.       «Вот, подберёт подходящий момент и начнёт приставать. Снова полезет ко мне своими граблями…».       Хосок чуть сполз на стуле, устраиваясь поудобней, а Хёнвон уже успел себе напридумывать множество вариантов развития событий. Руки тряслись, нервная дрожь пробегала по телу, а сердце время от времени замирало в предвкушении.       «Что? В предвкушении? Да этот извращенец у меня уже в печёнках сидит. Вот почему он именно меня тогда в клубе заметил?».       И тут в его голове картинками начинают всплывать воспоминания: минет в тускло освещённом коридоре клуба; то, как Хосок зажал младшего в туалете, одной рукой сдавливая его горло; то, как брюнет толкнул его за кулисами к стене, яростно шепча в губы; их прошлая ночь; танец Вонхо; страстные поцелуи; то, как младший поддавался, прогибаясь под ним, и стонал от удовольствия. Кровь прилила к щекам младшего, заставив его покраснеть от наплывших воспоминаний.       «Чёртов Хосок. Это он во всём виноват. Из-за него я не могу держать себя в руках, — сокрушался Че, уткнувшись раскрасневшимся лицом в парту. — Так, соберись. Нельзя терять бдительность, он только этого и ждёт», — встрепенулся Хёнвон, вновь напрягаясь, отчего брюнет кинул на него удивлённый взгляд. — С тобой всё в порядке? — тихо спросил старший, в тоне которого скользнуло беспокойство. — Да, я в норме, — резко ответил тот, даже не повернувшись к парню. Шин на это просто пожал плечами и уткнулся обратно в телефон.       «Чёрт. Сейчас он воспользуется моим состоянием и начнёт издеваться. Издеваться над моим телом. Над моим бренным телом. Этот говнюк меня всего уже извёл. А если нас заметят? Умно придумал, засранец. Надо бы тоже пониже сползти», — судорожно размышляет блондин, ёрзая на стуле, чтобы за спинами одногруппников спрятаться от зорких глаз преподавателя.       Хосок положил одну руку на парту, а Хёнвон уже инфаркт чуть не заработал, испуганно дёргаясь. Благо, старший не посмотрел в его сторону. А у Че тем временем внизу живота уже начало тянуть от возбуждения. Все эти мысли будоражили его кровь, разгоняя мурашки по коже и заставляя член дёргаться в напряжении. Парень с нетерпением ждал окончания пары, до которого было довольно далеко.       «Думай о волосатых подмыхах Чжухона, тогда отпустит. Подмыхи Чжухона. Волосатые подмыхи Чжухона…».       «Почему это говнюк ничего не делает?! Я тут уже морально приготовился, специально спрятался, а он продолжает сидеть!».       Хёнвон был вне себя от происходящего. Джинсы тесно сдавливали уже вставший член парня, из-за чего руки так и тянулись расстегнуть их, наплевав на всех вокруг, и начать яростно дрочить, глядя Хосоку прямо в его наглые глаза. Потому что эти накачанные руки так крепко обнимали младшего вчера утром, соблазнительная улыбка заставляла всё внутри сжиматься, из-за низкого шёпота на ухо ноги начинали подкашиваться, а соски с этим треклятым пирсингом так сильно хотелось облизать, что… — У тебя не найдётся ручки? — вдруг слышит блондин у своего уха тот самый пробирающий до костей шёпот, отчего начинает незаметно дрожать, зажмуривая глаза. Он почти стонет, потому что горячее дыхание опалило кожу и послало нервные импульсы в район паха, где и так дела плохи. А Хосок ведь всего лишь попросил ручку…       «Попросил блядским шёпотом», — оправдывает себя младший. — Нет, не найдётся, — выдавливает Че, пытаясь говорить спокойным и ровным тоном. — С тобой точно всё в порядке? — Всё просто прекрасно, — натягивает на лицо улыбку блондин, глядя в сторону преподавателя, а его голос насквозь пропитан сарказмом.       Наконец, раздаётся спасительный звонок, оповещающий об окончании пары. Хёнвон вздыхает с облегчением, а когда путь становится свободным — пулей мчится в сторону мужского туалета, закрываясь в одной из кабинок. Он садится на закрытый крышкой бочок, предварительно спустив джинсы до колен. Обнажённую кожу ягодиц холодит гладкая пластмассовая поверхность.       Он обхватывает свой стоящий член ладонью и начинает яростно дрочить, сильно сжимая ствол. Память подкидывает одни из самых горячих сцен его общения с Вонхо, заставляя парня прикусить полную нижнюю губу, тяжело дыша и сдерживая рвущиеся наружу стоны. Неимоверно хочется поцеловать те тонкие губы, чаще всего искривлённые в усмешке, хочется услышать тяжёлое дыхание старшего, причиной которого недавно стал блондин, хочется ладонями скользнуть по бледной обнажённой коже сильного тела, под которой перекатываются натренированные мышцы…       Че чуть прогибается в спине, широко распахивая глаза и приоткрывая рот в немом стоне от наконец накрывшего оргазма. Мир перед глазами немного плывёт, а руки подрагивают. Парень поднимается на трясущиеся ноги, аккуратно, стараясь не запачкать, подтягивает джинсы и застёгивает их. Он выходит из кабинки, закидывает на плечо лямку скинутого до этого на пол рюкзака, подходит к раковине и смывает с правой руки разводы собственной спермы. Удостоверившись, что взгляд прояснился, Хёнвон отворачивается от зеркала и уже тянется к ручке двери, как та распахивается, и перед парнем предстаёт Шин, в глазах которого читается некоторое облегчение. — Я думал, ты из универа вообще свалил. По тебе было видно, что ты плохо себя чувствуешь, — взгляд старшего скользит по джемперу блондина, останавливаясь на уровне пояса.       И что-то в его глазах промелькнуло такое, чего Че прочесть не смог, но уже в следующую секунду брюнет толкает его назад, закрывая за собой дверь и шагая парню навстречу, пока тот не вжимается в стену спиной. — Кто-то был неаккуратным и испачкался, — щурится Хосок, проводит по джемперу младшего, пальцем смахивая каплю не успевшей засохнуть спермы и отправляя его в рот, специально медленно облизывая. — Ты возбудился? Оттого, что я сидел рядом? Или ты вспоминал на паре нашу недавнюю ночь? Ты только посмотри на себя: возбуждаешься, даже когда я к тебе не прикасаюсь, — усмехается брюнет, ставя руки по обе стороны от головы младшего и из-за небольшой разницы в росте (не в его пользу) смотря чуть снизу вверх. — Может, перестанешь от меня бегать, и мы нормально начнём встречаться? — Что тебе это даст? — Мне дашь ты, — усмешка. — Ну, а если серьёзно, тебе это даст больше, чем мне. Не будешь вот так втихаря в туалете дрочить, а просто скажешь мне и получишь гораздо больше удовольствия, — Шин ведёт носом по чужой тонкой смугловатой коже. — Я подумаю.

***

      Кихён выходит на крыльцо университета, глазами сканируя местность на предмет ждущего его Чангюна. Им находится возле одной из скамеек, а рядом с ним стоит девушка, явно пытающаяся заинтересовать его, то накручивая на палец прядь длинных волос, выкрашенных в пшеничный, то кокетливо улыбаясь, разговаривая с парнем. Ю это не понравилось от слова «совсем». Он даже не смотрит на то, как ведёт себя младший: поддаётся ли на её флирт или стоит с невозмутимым выражением лица. Просто подходит к этой парочке и немного раздражённо здоровается с брюнетом, не глядя в сторону девушки. — Здравствуй, сладкий, — тут же переключает своё внимание на старшего Чангюн, сцепляя обе свои руки у него на пояснице.       Девушка ошарашенно смотрит на них, резко разворачивается и, не попрощавшись, быстрым шагом удаляется подальше от них. И только тогда Кихён успокаивается. — И что это только что было? Ревнуешь? — младший любовно смотрит на рыжего, наклоняясь к его лицу. — Эй-эй, умерь пыл, — Ю глазами пробегается по окружающим, натыкаясь на перешёптывающихся девушек и с отвращением смотрящих в их сторону двух парней. — Проблем не оберёшься же потом. — Мне плевать на всех них, — шепчет Им, скользя губами по чужой скуле. И его шёпот пробирает старшего до костей, низкий бас заставляет тело задрожать. — Я могу считать, что мы встречаемся? — Молчание со стороны рыжеволосого, и младший продолжает атаковать: — Если сейчас откажешь, я тебя всё равно добьюсь. — Ладно-ладно, только прекрати ко мне на людях приставать, — упирается в его грудь Кихён, вызывая довольную ухмылку.

***

      Хёнвон всю неделю старался избегать Хосока, отсаживаясь от него на парах, в столовой ел как можно быстрее, но Шин всё равно ухитрялся пересекаться с младшим часто и находиться рядом подолгу. На парах он укладывал свою ладонь на колено или бедро младшего и поглаживал эту часть тела, но не заходя дальше, просто чувствуя тепло чужой кожи и мурашки, пробегающие по ней. Благодаря этому он узнал, что бёдра блондина очень чувствительные.       «А что с ним будет, если я поглажу по ягодицам?» — размышлял Вонхо, задумавшись и скользнув ладонью в опасной близости от паха младшего. Тот, в свою очередь, сильно стиснул бёдра, пытаясь угомонить накатившее возбуждение. Поначалу Че скидывал чужую ладонь, раздражённо дёргаясь, но потом смирился и привык к постоянной дрожи возбуждения. — Приходи в субботу в клуб, — однажды, проводив Хёнвона до общежития, сказал Хосок. — Я буду готовиться к семинарам, — сухо ответил Че, избегая взгляда парня. — Мне будет очень приятно, если ты уделишь мне время на выходных, — мягко взяв младшего за подбородок, брюнет приблизился и оставил на его полных губах лёгкий поцелуй. Просто касание, которому тот не сопротивлялся, а после, чуть покраснев, тихо попрощался и скрылся за дверью общежития от пристального взгляда Шина.       Ближе к выходным Чжухон снова предложил расслабиться и «затусить в том охуенном клубе». И да, Кихён уговорил Че пойти с ними. Хёнвон в глубине души всё же хотел снова увидеть чувственный танец старшего и, может быть, даже снова ощутить его сильные руки, властно скользящие по своему телу.       «Да, мне нравится Хосок. Мне нравится то, как он касается меня. Да даже его наглая ухмылка стала нравиться», — сам себе признался Че, когда проснулся в субботу ближе к обеду. Умываясь, он рассматривал себя в зеркале, выискивая недостатки на коже, и вдруг поднял глаза чуть выше, уставившись на свои тёмные отросшие корни. «Надо бы сходить за краской». В глубине души он не хотел выглядеть перед Шином неопрятно, поэтому решил наконец покрасить волосы.       Чжухон куда-то пропал, когда старший выходил в магазин, и так и не вернулся в комнату. Че высушил покрашенные в тёмно-каштановый волосы, довольно посмотрев на себя в зеркало, подмечая, что почти натуральный цвет ему идёт даже больше, чем пшеничный. Он собрался, нанёс лёгкий макияж в виде тонального средства и вышел из комнаты, у входа в общежитие встретив Хёну и Минхёка, с которыми и направился в клуб.       В зале веселье шло полным ходом, уже пьяные посетители покачивались под громкую музыку, вырывающуюся из колонок. В воздухе стоял запах алкоголя и табачного дыма, отовсюду слышались крики и пьяный смех, где-то мелькали целующиеся парочки.       Че направляется к барной стойке и заказывает себе мартини, устремляя взгляд сразу к тому месту, где должен крутиться у шеста его одногруппник. Искомый и правда находится там, собирая вокруг сцены всё больше и больше зрителей. Парень прогибается в спине, плавно ведёт бёдрами, гипнотизируя наблюдателей. Хёнвон заливает в себя ещё порцию алкоголя, не спеша приближаться к сцене, желая пока побыть поодаль. У него даже нет уверенности в том, что Шин его вообще заметит — парень больше не блондин, а шатен, который не выделится из толпы обожателей.       Опрокинув ещё пару стопок текилы и позволяя алкоголю окутать разум дымкой веселья и желания, Че встаёт со своего места, направляясь прямиком к эпицентру возбуждённых вздохов девушек. Музыка долбит по барабанным перепонкам, но парень продолжает лавировать среди таких же пьяных тел, пробираясь к одногруппнику. Сегодня на Хосоке слепящие глаза латексные штаны, в которых отражаются огни прожекторов и разноцветные блики. А торс снова обнажён. Кожа почти идеального белого цвета выделяется на фоне темноты, что царит вокруг, а в сосках блестят неизменные железные шарики пирсинга, к которым младший до сих пор не потерял интерес. Вонхо вызывающе ведёт ладонью по обнажённому торсу вниз, театрально открывает губы в немом стоне и сжимает свой пах.       «Где-то я это уже видел», — проскальзывает мысль в голове шатена, а память услужливо подкидывает воспоминания о прошлых выходных. Хёнвон пытается вглядеться в лицо старшего и замечает в его глазах какое-то изменение. Нет той привычной кофейной пучины, в которой парень хотел сейчас утонуть. На данный момент там холод и неприветливость.       Из-за серых линз взгляд Хосока стал будто стальным, настолько холодным, что по коже Че пробежали мурашки. В какой-то момент у него даже появилось ощущение, что если одногруппник взглянет на него — то тотчас разрежет пополам, столько стали было в его глазах. Танцор осматривал толпу, беснующуюся у его ног, надменным взглядом — очередной образ парня, который нравился многим посетительницам клуба. Он буквально возвышается над толпой отдыхающих, погрязших в веселье и разврате. Зрители похотливо пожирают его глазами, будто облизывая тело взглядами. А Хёнвон всё это видит и понимает, что гордится. Гордится тем, что все эти девушки, с которыми Шин заигрывает, настроили себе воздушных замков и продумали всё — от жаркой совместной ночи вплоть до свадьбы и рождения оравы детишек. Но они не знают, что на самом деле брюнет — последний педик и бегает за Че. Именно за ним, Хёнвоном. Этим высоким, нескладным и немного стервозным парнем. Гордость окутывает сознание младшего, потому что он понимает, что отвергая всех этих довольно смазливых воздыхательниц, танцор добивается именно его.       Неожиданно для Че песня заканчивается, а вместе с ней и танец Хосока, после чего тот спускается со сцены и ленивой походкой идёт в сторону коридора, у входа в который стоят два мужчины в строгих чёрных костюмах. Че тут же подрывается с места и пробивается к тому коридору через толпу. Он уверенно подходит к двум амбалам, которые выше его на пол головы, а в плечах шире едва ли не в два раза, и делает шаг к ним. Те выставляют руки в сторону, перегораживая парню путь. — И куда мы направились? — басовито вопрошает тот, что слева. — К Шин Хосоку, — не теряя уверенности, отвечает Че. — Очередной воздыхатель? — усмехается тот, что справа. — Одногруппник. — Прости, парень, пустить просто так не можем, — примирительным тоном говорит первый. — Правила не позволяют. Если бы он сам тебя провёл, то без проблем. — Тогда я позвоню ему, — Хёнвон достаёт из кармана телефон и ищет в контактах абонента под именем «Похотливый придурок», который благодаря усилиям старшего изначально был записан как «Хён» (ещё и с сердечком на конце). Он нажимает кнопку вызова и слушает протяжные гудки, доносящиеся из динамика. Эти гудки затягиваются, а после женский голос оповещает о том, что абонент не отвечает. Хёнвон звонит ещё. И ещё. На четвёртый раз он психует и прерывает вызов. — Он не берёт трубку. — Ну, пропустить мы всё равно не можем, — пожимает плечами тот, что справа. — Да я даже его номер показать могу. — Не нужен нам его номер, катись давай, — второй явно не настолько дружелюбен. — Воу-воу. Что за кипиш? — появляется Чангюн непонятно откуда. — Да тут один тип к Вонхо рвётся, — обращается всё тот же недружелюбный амбал к парню. — А, Хёнвон. Я тебя и не признал сразу. Тебе так даже больше идёт, — кивая на волосы, говорит Им. — Можете пропустить его. Это одногруппник хёна, — а потом поворачивается к шатену. — Его гримёрка третья слева.       Охранник справа недовольно хмурится, но Че всё равно пропускают. Шатен идёт по тускло освещённому коридору и считает двери слева, а когда натыкается на нужную, стучится. Из-за неё доносится приглушённое «Войдите», после чего младший заходит в комнату.       Гримёрка представляет из себя небольшую комнату, выполненную в кофейных тонах. У стены стоит столик с большим зеркалом и множеством разнообразной косметики; у другой стены — гардероб с кучей вешалок, на которых преобладают штаны разных фасонов и расцветок; также в гримёрке стоит черный кожаный диван и мини-бар, где находится большое количество бутылок с самым разнообразным алкоголем — от вина до абсента. Сам Хосок стоит перед зеркалом и стирает с лица грим. Услышав звук отворившейся двери, он поворачивает голову в сторону вошедшего и удивлённо вскидывает брови: — О! Не ожидал тебя здесь увидеть. И как ты прошёл мимо охранников? — Чангюн пропустил. Он здесь какая-то шишка? — Он тут частенько рэп читает. Да и все знают его как моего донсена. — Шин разворачивается к зеркалу спиной, облокачиваясь на стол. Че медленно подходит к парню, закрывая за собой дверь. Он останавливается прямо перед старшим, ненадолго задумываясь о цели своего визита. Тот тем временем запускает в тёмные волосы парня узловатые пальцы, пропуская через них жестковатые пряди. — Зачем ты покрасился? Тебе так шёл пшеничный… — Чангюн сказал, что мне так больше идёт. — Ты сейчас к кому пришёл? Ко мне или к Чангюну? — серьёзно, но тихо задаёт вопрос Шин.       Хёнвон на это молчит. А потом вдруг решительно подаётся вперёд и целует старшего, обвивая его шею длинными руками. Он списывает всё на алкоголь в крови и доверчиво прижимается к брюнету, который кладёт руки на чужую стройную талию. Хосок врывается в податливый рот языком, раздвигая полные сочные губы, отчего младший начинает дышать тяжело и прерывисто.       Шин накинул чёрную рубашку после того, как вернулся в гримёрку, так и оставшись в немного неудобных облегающих латексных штанах. Шатен ладонью скользит по чужой шее, оглаживает ключицы, грудь, задевая один из сосков и скользнув по подтянутому боку парня, останавливается на пуговице его штанов. Че порывисто отвечает на поцелуй, сплетая их языки и смешивая слюну, отчего по его телу не прекращают бегать мурашки, а возбуждение постоянно накатывает, словно волны на песчаный берег. Он опускает вторую руку вниз и расстёгивает чужие штаны, чуть приспуская их вместе с боксерами, пока губами исследует бледную кожу шеи, а потом переходит на грудь. Его язык трепетно обводит один из сосков, играясь с шариками пирсинга самым кончиком, отчего парня охватывает чувство выполненного долга. Он втягивает плоть в рот, слыша вздох сверху. Шатен прикусывает бусину соска и чувствует, как чужой пресс под его ладонью напрягается, а Хосок сдавленно шипит. — Ты уверен, что готов? — внезапно серьёзно спрашивает старший, отрывая Че от занятия. — Мы не будем трахаться. Я хочу научиться делать минет, — вставая на колени перед брюнетом, возражает одногруппник и ещё ниже спускает чужие штаны с боксерами. — Ты хочешь сказать, что ни разу никому не отсасывал? — удивлённо вскидывает бровь Шин. — Обычно это делают мне. И ты не стал исключением. — Хосок вышагивает из одежды, оставаясь в расстёгнутой чёрной рубашке и носках. — Займи-ка свой рот нужным делом, — усмехается танцор, ставя одну ногу на стоящий рядом стул и упираясь руками в поверхность стола.       Хёнвон берёт чужой полувозбуждённый член в ладонь, начиная его неторопливо надрачивать. Довольно толстый ствол постепенно твердеет, наливаясь кровью. Шатен без промедления и какого-либо стеснения укладывает головку на язык, пробуя плоть на вкус.       «Не так уж противно. Даже приятно».       Че начинает нравиться чувство тяжести чужого члена во рту. Он поднимает взгляд вверх, встречаясь с глазами холодного серого оттенка. — Сними линзы. А то смотришь так, будто убить хочешь, — младший поднимается на ноги и скользит губами по чужой шее. — Прямо сейчас снимать, что ли? — Мне правда не по себе. — Будь добр продолжить то, что начал, — старший ладонью давит на макушку шатена, заставляя его опуститься обратно на колени, что тот беспрекословно делает, снова взяв чужой член у основания.       Хёнвон медленно скользит языком по налившейся кровью головке, вспоминая свои собственные ощущения, когда ему отсасывал кто-нибудь другой. Че старательно облизывает крепкий ствол, надавливая на набухшие венки и пальцами перебирая поджавшиеся яички. Внимание снова возвращается к головке, которой он шлёпает по высунутому языку, приоткрыв рот и смотря снизу вверх на Хосока, который с задумчивым выражением лица перебирает волосы младшего, пропуская их сквозь пальцы. — А теперь пососи его, — тихо говорит Шин.       И Че покорно обхватывает головку губами, скользя ими по стволу. Он неумело втягивает щёки и пытается взять как можно глубже, но давится и с кашлем выпускает член изо рта. — Не торопись. До глубокого минета тебе ещё учиться и учиться, — нежно поглаживая парня по волосам, со смешком говорит старший.       Шатен вновь погружает член в горячий рот, старательно посасывая головку и надрачивая у основания. Он кончиком языка щекочет уретру, пытаясь заглотнуть как можно глубже, но при этом не подавиться, мычит, разгоняя вибрацию по стволу, и чувствуя, как чужая рука сжимает его волосы, слегка оттягивая. Это очень льстит Хёнвону, потому что именно он сейчас доводит одногруппника, которого хочет каждый второй в этом клубе, до исступления, заставляя дышать чаще и закрывать глаза от удовольствия. — Оближи его, — хрипло добавляет старший.       Шатен с хлюпающим звуком выпускает член изо рта и снова высовывает язык, шлёпая по нему головкой. Он ведёт губами по стволу фаллоса к основанию, а потом медленно языком возвращается обратно, не жалея слюны и надавливая на попадающиеся вздувшиеся венки. Парень делает это несколько раз, заставляя брюнета откинуть голову назад и тяжело задышать. — И яички тоже. Если тебе, конечно, не противно, — произносит Хосок, опуская вниз затуманенный взгляд.       Хёнвон щурится и с вызовом смотрит прямо в графитовые глаза, опускаясь ниже и облизывая одно из поджавшихся яичек. Брюнет из-за этого запрокидывает назад голову и издаёт короткий низкий стон. Че берёт одно из яичек в рот, осторожно посасывает и медленно его выпускает, продолжая пристально смотреть вверх, на то, как вены на шее Хосока вздуваются от напряжения. Но когда он возвращается обратно к головке, обхватывая её сочными губами, Вонхо вдруг кладёт обе свои руки на голову младшего, фиксируя её в одном положении, и медленно ведёт бёдрами, неглубоко погружая фаллос обратно в рот шатена. Он неторопливо двигает бёдрами, буквально имея парня в рот, но контролируя глубину проникновения, чтобы тот не подавился, а второму остаётся лишь сильнее сжимать покрасневшие губы и втягивать щёки.       Уголки рта начинает саднить, а челюсть устаёт, но Хёнвон терпит, потому что хочет доставить старшему удовольствие, дожидаясь, когда тот кончит. Шин не заставляет терпеть слишком долго, ускоряясь, а перед самым финалом выходит и начинает быстро дрочить. Шатен высовывает язык, подкладывая его под головку и замирает в ожидании. Вонхо издаёт низкие сдавленные стоны, а когда кончает, облегчённо выдыхает. Сперма толчками выплёскивается в рот младшему, который послушно всё проглатывает, облизывая головку от остатков белёсых мутных капель.       Хосок склоняется к одногруппнику и целует его, поднимая на ноги и медленно подводя к дивану. Он толкает шатена к кожаным сиденьям, на которые тот благополучно падает. — А сейчас я покажу тебе мастер-класс, — ухмыляется старший, расстёгивая чужой ремень, ловко расправляясь с замком и рывком сдёргивая джинсы с длинных стройных ног, чему сам Хёнвон не сопротивляется.       Че неожиданно даже для самого себя возбудился, делая свой первый минет. Он даже не прикасался к себе. Завело само осознание того, что он возбудил и заставил кончить Хосока, которого только что взглядами пожирали все, кому не лень. А сейчас этот самый горячо желанный танцор собирается отсасывать ему самому.       Шин ладонью оглаживает член младшего сквозь ткань боксеров и чувствует жар возбуждённой плоти. Он подхватывает парня под коленями, перемещая его вдоль дивана, укладывая спиной на диванные подушки. Тот расслабляется, разомлев от алкоголя и возбуждения. Брюнет ведёт губами по контуру чужого члена, пробуя на вкус смазку, влажное пятно от которой осталось на ткани белья. Шин стягивает с шатена боксёры и укладывает чужие стройные ноги себе на плечи, дуя на открывшуюся влажную головку. Второй сдавленно шипит сквозь зубы, вцепляясь пальцами в обивку дивана. А Вонхо начинает надрачивать стоящий член младшего, по очереди прикусывая его тазобедренные косточки. Он сильно засасывает кожу рядом с одной из них, отчего образуется кровоподтёк, словно метка, гласящая, что это тело принадлежит Шин Хосоку. Только он может доводить младшего до крупной дрожи и заставлять его стонать в голос. Только он может касаться чувствительных мест Хёнвона и наслаждаться сбившимся от этого дыханием.       Брюнет широким мазком языка проходится по налившейся кровью головке члена парня, слыша в ответ несдержанный, но тихий стон с придыханием. А когда он берёт головку в рот и сильно втягивает щёки, звонко выпуская её, хватка на его плечах усиливается, а пальцы на ногах Че поджимаются. Вонхо берёт член чуть глубже, а потом так же медленно и, втягивая щёки, выпускает его. А потом заглатывает ствол наполовину, языком сильно надавливая на головку. Он коротко, но быстро двигает головой, создавая во рту вакуум, снова выпускает фаллос и сильно щёлкает языком по головке, отчего младший чуть прогибается в пояснице и откидывает голову назад, шумно выдохнув. Когда Хосок заглатывает до основания, пропуская член в глотку, Хёнвон протяжно стонет, потому что тот ещё и сглатывает. Че не может найти рукам места, отчего они то сжимают обивку дивана, то зарываются в его волосы и несильно оттягивают, то зажимают его рот, потому что одногрупник невероятно профессионально ему отсасывает. Такое с шатеном всего во второй раз — первый произошёл в том тускло освещённом коридоре с самим же Шином. И снова у него из глаз летят искры и голова кружится, потому что ну не может парень так мастерски делать минет, чтобы колени тряслись и хотелось начать скулить, как текущая сучка, прося ещё и ещё.       Но Хёнвон просит. Нет, не так. Он умоляет, чтобы парень не останавливался, и выгибается дугой, вставая на лопатки. Стоны Че превращаются почти в крики, потому что перед тем, как он готов был отдаться оргазму, Вонхо пережал его член у основания, не дав кончить. С садистским наслаждением брюнет смотрит своими серыми пронизывающими до костей глазами и облизывает возбуждение младшего сбоку, ухмыляясь. Он целует одно из яичек одногруппника, после сразу беря его в рот и посасывая, блаженно прикрывая глаза, потому что стоны младшего ласкают слух покруче любой симфонии Бетховена. А шатен тем временем вплетает длинные пальцы в тёмные волосы парня, слегка оттягивая их и упираясь пятками в спину старшего.       А потом Хосок отрывается от паха Хёнвона и скидывает его ноги со своих плеч, поднимаясь выше. Он с силой сжимает чужой член, быстро водя по нему рукой и припадая к искусанным губам парня, сразу проталкивая настойчивый язык в чужой рот. Тот мычит в поцелуй, и старший отрывается от таких желанных губ, смотря в тёмно-карие глаза. Чёлка Че взмокла и прилипла ко лбу, на шее виднеется испарина, а взгляд подёрнут дымкой возбуждения. — После этого ты не можешь отказаться встречаться со мной, — шепчет Шин, следя за изменениями выражения лица парня под ним.       И тут шатен напрягается всем телом, широко распахивая глаза и открывая в немом стоне рот, а потом крупно вздрагивает, изливаясь в руку старшего и парой капель пачкая свой живот.       Вонхо пытается запомнить каждый искажённый мускул лица парня во время оргазма, впитывая в себя все собравшиеся на напряжённом лбу морщинки, то, как сочные губы искажаются в стоне удовольствия, как сильно жмурятся глаза и смещаются к переносице брови, а стройное тело крупно вздрагивает, получая наконец долгожданную разрядку.