Такой правильный

— Почему я никогда не видел тебя в этих джинсах? — спросил я, глядя как Марк собирается на ужин к родителям. — Потому что не смотрел, — раздражённо бросил парень. — Я был в них на платных в субботу. — А это, когда ты был в свитере, который закрывал твой зад? Теперь ясно почему не видел. — Идиот, больше не надену их, — Марк начал стаскивать с себя брюки. — Не смей! — я перехватил его руки и вернул джинсы на место.       Настроение у парня было просто отвратительным. Утром всё было нормально, днём было нормально, а после школы он как с цепи сорвался. Начал огрызаться, кричать… Послал меня раз пятнадцать. Чем ближе время шло к ужину, на который мы собирались, тем хуже было. — Ты вообще собираешься? — спросил Марк, застёгивая рубашку. — А ты так и будешь вести себя? — Как? — Агрессивно. — Какие мы слова знаем. Жду на остановке, опоздаешь на автобус — сам виноват.       И он ушёл, ушёл, хлопнув дверью. Двумя дверями. Вот и куда пошёл без куртки? Только дождь прошёл и ветер холодный. Мда… Конечно хочется понравиться родителям парня, но ещё больше хочется понять, что с самим парнем. Поэтому я тороплюсь, натягиваю на себя майку, беру куртки и, последний раз взглянув в зеркало, выбегаю на улицу. Холодно. Очень холодно. Ещё капает что-то, а я зонт не взял. Твою мать! Иду по грязи к остановке, проклиная свой район, дождь, Марка — всё. Испачкал туфли пока дошёл. Но идти по чистому пути уже не было времени. И так бежал со всех ног, чтобы успеть. Потому что автобус уже подъехал к остановке и Марк заходил в двери. Я успел, едва. Парень стряхивал капли с зонта, который видимо успел прихватить. Он замёрз, это было видно по слегка посиневшим губам и гусиной коже. Я накинул ему на плечи его куртку и мы прошли на круг, там было больше места. — Может, расскажешь, что случилось? — предпринял я очередную попытку поговорить с Марком. — Ты меня бесишь. Достаточно такого объяснения? — будничным тоном спросил парень, будто спрашивал, сколько сахара положить в кофе. — Нет. Ты можешь нормально объяснить? — Ты можешь перестать быть лицемерной скотиной и побыть собой? Чтобы я понял кто ты на самом деле? Сейчас я не могу этого понять. Дома ты просто образец порядочности, милый и внимательный парень. В школе ты то ещё говно, настолько говно, что мне смотреть иногда тошно на твои выебоны. Серьёзно, мне блевать хочется, когда ты начинаешь пантоваться и распускать хвост перед этими дебилами. И мне плевать, если они твои друзья. Потом перед учителями ты якобы примерный мальчик, но, знаешь, с последней парты всё прекрасно видно. То как ты нагло врёшь им, как списываешь или ещё что-нибудь. Это выглядит отвратительно. — И что я должен с этим делать? — Принять к сведению. Идиот.       Парень отвернулся и пошёл к выходу, хотя впереди было ещё остановки три. Марк стоял и смотрел в окно. Я стоял и смотрел на Марка. Потом подошёл к нему и обнял. Какая-то бабулька презрительно фыркнула, а я только провёл носом по шее парня. — Не злись, пожалуйста, — попросил я. — Я буду стараться. Честно. А вообще, ты так меня заводишь, когда злишься. — Как здорово. Ты будешь стараться, будешь стараться что? Извращенец, давай ещё потрахаемся в автобусе. — Я не против, — усмехнулся я, поцеловав его в шею. — Я сделаю всё, что ты захочешь. — Вот так бы и выебал тебя. Серьёзно. Или ебанул обо что-нибудь. — Так ебни.       Парень развернулся и удивлённо уставился на меня. Мы были лицом к лицу. И тут автобус тряхнуло. Зелёный свет загорелся и парень полетел на меня. А я полетел прямо на ту старушку, которая так недобро на нас смотрела. К счастью я успел схватиться за перила. Одной рукой я придерживал парня за талию, а второй держался, чтобы не раздавить старушку. Парень коротко меня поцеловал, почти незаметно, но… стоп, какого все на нас смотрят? Сука!       Мы быстренько ретировались из автобуса, хоть ехать надо было ещё остановку. Но лучше пройтись, чем стоять там, когда все пялятся. Мы вышли на улицу и завернули во двор. Зачем понятия не имею, но я шёл за Марком. Мы остановились в какой-то тёмной подворотне и просто смотрели друг на друга. — Ты видел их лица? — смеясь, спросил парень. — О, да. Это было весело.       Я засмеялся, а Марк потянулся к моим губам и втянул меня в нежный и глубокий поцелуй. Ох… — Мне не хватало этого сегодня. — Знаешь, если тебе снова станет противно смотреть на меня в школе, — сказал я, поглаживая щёку парня. — Подойди и врежь мне. Так вмажь по самое не хочу.       И я вовлёк его в новый поцелуй. Нежно и осторожно проводя своим языком по его нижней губе, а потом он слегка прикусил мою губу и потянул. Дразнится. Что же за это время мы неплохо улучшили свои навыки в поцелуях. — Я знал, что ты не брезгуешь ругательствами, но всё равно необычно, — усмехнулся я, прижимаясь к парню. — Такой плохой мальчик. — Ой, заткнись и пошли уже. Нас ждут, между прочим.       Парень взял меня за руку и мы вышли из нашего маленького укрытия, направляясь на встречу с родителями Марка.       В квартире парня было светло и жарко, очень вкусно пахло, очень вкусно. Настолько вкусно, что у меня текли слюни, как когда я увидел задницу парня в узких джинсах. Серьёзно она прекрасна, такая вроде бы небольшая, но кругленькая и … О чем это я? Да, пахло печёным мясом, я как раз понял, что ужасно хочу есть. Парень уже снял свою куртку и повесил куда-то, а я стоял и не знал куда деть свои вещи. — Приветик, — из комнаты парня вышла Ника, которая, похоже, не потрудилась одеться.       Серьёзно, она вышла в коротких шортиках, длинных носках и майке, которая была едва не длиннее шорт. Это выглядело мило, девушка пошла на кухню. Марк же забрал из моих рук куртку и запихнул ее в шкаф. Я и раньше был у него дома, но особо не осматривался. За то сейчас было как раз подходящее время. На стенах прихожей висели фотографии, много фотографий. Детские фотографии парня и Ники, он был милашкой. Он и сейчас милашка, но на этих фотографиях верх умиления. В этот момент я понял девушек, которые так восхищённо тарахтели о детях. Если бы я решил завести ребёнка, то обязательно такого, как Марк на этих фотографиях. Потому что, серьёзно, я ещё не видел его таким неподдельно-счастливым и искренним, как на этих фото.       Вспомнились его слова о моём лицемерии, но я тоже не могу сказать, что видел его настоящим. За этими размышлениями я не заметил, что за мной наблюдают. В зеркале я увидел, что на меня смотрят родители Марка. Невысокая женщина смотрела на меня с любопытством и слегка оценивающе. Мужчина рядом с ней выглядел слегка скучающим, будто не понимал, что он здесь делает. — Ебаный стыд, Ника! — раздался вопль Марка на весь дом, нарушая идиллию.       Все побежали на кухню смотреть, что произошло. Марк держал руку под включенной водой, Ника билась в припадке, а на полу лежал кексик, рядом лежала форма для выпекания. За всем этим весьма заинтересованно наблюдала толстая пушистая кошка. — Что происходит? — строго спросила мать. Вау, а по виду не скажешь, что она может быть грозной леди. — Это всё Ника, — пискнул парень, выключив воду. — Она попросила помочь достать кексы из форм. Я спросил остыли ли они. Она сказала, что остыли. Так вот. Они них… ни капли не остыли. Она, похоже, их только достала из духовки! — Ника, ты не могла бы одеться во что-нибудь приличнее? — спросила женщина, хотя… знаете, это выглядело примерно так: «Быстро пошла и переоделась, иначе я лишу тебя наследства».       Девушка покраснела и выскочила из кухни. Нам предложили присесть, и мы присели. На столе уже было всё расставлено, стояла еда, но я пока не решался взять что-нибудь. — Марк, мы с отцом хотим извиниться за то, что наговорили тогда, — начала женщина. — Я считаю, что ты уже взрослый человек, можешь сам выбирать кого тебе любить, или с кем спать. Неважно. — Мы любим тебя, — поддержал отец Марка свою жену. — Так что мы с нетерпением ждём, когда ты вернёшься домой. — Хрена с два, пока я тут, этот спиногрыз может жить где хочет. Вы посмотрите на эти довольные рожи, они там неплохо проводят время, видно же, — сказал вернувшаяся на кухню Ника. — Вот уеду и ради бога.       Я вспыхнул от комментариев девушки, как и Марк сидящий рядом. Если мы ещё и не занимались этим, то готовились основательно. Особенно я, особенно морально. Что там Марку, подумаешь вставил-достал-вставил, а мне… чёрт, почему это заводит? Бля, мы же за столом. А я сижу краснее рака. Рак… Интересно как он будет иметь меня, раком или… — С тобой всё в порядке? — спросил парень, пока его родители заканчивали накрывать на стол. — Кхм… да, просто я… — я взял руку парня и положил на причинное место. Зря, почувствовав близость руки парня, член буквально потянулся к ней. — Оу, — парень засмеялся и толкнул меня в локоть. — С кем не бывает. — Марк, может, познакомишь нас со своим парнем? — спросила мама парня. Вполне дружелюбно, уже не так строго. — О, это Игнат. Он мой одноклассник, и я честно не знаю, как так получилось, — затараторил парень. — И как же так получилось, Игнат? — спросил отец парня. — Я — Кирилл, а моя жена — Наталья. — Приятно познакомиться, — прохрипел я. А потом понял, что от меня ждут ответа. Немного прочистил горло и панически осмотрел собравшихся за столом. Марк пожал плечами, мол, выкручивайся сам. — Ну, как-то само получилось. Я сидел на уроке, засмотрелся на Марка и понял, что он нравится. Не совсем обычно нравится. В плане, что глаза у него красивые и ресницы. Залюбовался. — И не показалось это странным? — спросила Наталья. — Я, сначала, когда понял о чём подумал, жутко перепугался. Серьёзно, это было очень странно и стрёмно, и я думал уже, что крыша едет. А потом как-то смирился. — Что же, приятного аппетита. — И всё? — воскликнула Ника, только я потянулся взять себе кусочек запечённого мяса. От него исходил восхитительный аромат. — То есть я могу найти девушку, сказать, что я лесбиянка, вы для вида покипишуете недельку, а потом мы сядем и будем пить чай? — Нет, бери пример с брата, люби мальчиков, — сказал Кирилл, а я прыснул от смеха.       Дальше ужин прошёл в относительном спокойствии. Ника что-то рассказывала про университет и учёбу в столице, Марк делился новостями из школы, мы все дружно обсудили нашу классную. Как оказалось, родители парня к ней особой любовью, и до этого инцидента, не горели, а теперь вообще потеряли всякое уважение. Ещё они изъявили желание познакомиться с моими родителями, но не сейчас, а так, в перспективе. Вполне себе адекватные люди, добрые.       После еды мы пошли в комнату парня, а его родители остались убирать на кухне. В комнате было совсем не так, как было в прошлый раз. Повсюду валялись вещи и учебники, а Марк начал потихоньку закипать. Предчувствуя беду, я попытался отвлечь парня, начав целовать его. Щека, уголок губ, второй уголок… Он начинает улыбаться, а я присаживаюсь на край дивана и тянусь к его ширинке. Будет знать, как было дразнить меня за столом. Мне итак не себе было, а ещё этот засранец дразнился. — Игнат, не здесь… — начал парень. — Почему? — спросил я, стягивая его джинсы до колен. — Это твоя комната, твой дом, все свои…       Я начал массировать его член через ткань трусов, глядя на то, как он расслабляется, прикрывает глаза, вздыхает. И тут дверь открывается, хорошо, что мы не зашли дальше. Я мысленно молюсь лишь об одном, пусть это не будут родители. — ААААААААА! Кролики! Что вы тут творите?! — заорала Ника, вошедшая в комнату.       Надо отдать должное Марку, он с непроницаемым лицом натянул джинсы, едва застегнув их, и принялся отчитывать сестру за такой срач в комнате. Вот серьёзно? Нас только что застали за такими делами, а он парится о порядке в комнате? Наверное, я не скоро пойму, как устроен этот человек. Мы ещё немного посидели у Марка, пока он командовал уборкой в комнате, потом попили чай с кексами. За столом я снова сидел красный, как рак, потому что Ника не упускала возможности как-нибудь подшутить над нами.       Вечер наконец-то закончился, и мы с Марком пошли домой. Ну, ко мне домой. Чему я был несказанно рад, потому что боялся, что парень останется дома, у себя. Но уснули мы вместе, в моей кровати и это было замечательно. И то, что было перед сном, тоже было замечательно…