Такой правильный

      Утро началось с падения. Двух падений на самом деле, сначала с дивана, а потом при попытке подняться на ноги. Марка, однако, позабавило то, как моя тушка встречалась с паркетом. Может это он что-нибудь разлил на полу? Я умылся и пошёл на кухню поискать что-нибудь на завтрак. На холодильнике нашёл записку о том, что мама уехала на пару дней навести порядок в летнем домике. Отлично, все выходные мы с Марком можем посвятить экспериментам! От этой мысли я окончательно проснулся. Парень уже сидел за столом и смотрел на меня. Я смотрел на него, в его сонном взгляде проскользнула нежность и какой-то дьявольский огонёк. Я улыбнулся ему, вкладывая в эту улыбку нежность и любовь к нему. — Ты так и будешь на меня смотреть? Еда где? Или ты решил улыбками меня накормить? — спросил парень. — Что? — я тупо похлопал глазами. — Жрать хочу, неси хавчик. Так яснее? — спросил парень, окончательно убивая романтику этого утра.       Я надулся и принялся готовить омлет, пока парень со скучающим видом сидел в мобильном. Лучше бы помог, хотя с чем? Завтракали мы молча и это немного, самую малость, напрягало. — У нас всё в порядке? — спросил я, где-то под конец завтрака. — У нас что-то может быть не в порядке? — с улыбкой спросил парень. — Нет.       Я сгрёб тарелки и понес их в мойку. Не то чтобы меня напрягало мытьё посуды, но приятного в этом процессе мало. По крайней мере, для меня. Я почувствовал, что со спины подошёл Марк. Его руки легли мне на живот, в то время как он прижался ко мне всем телом и губами исследовал шею. Хотя уже скорее проходил свой любимый маршрут. Руки опустились ниже и сжали мой член. В сочетании с его губами на шее это сводило с ума. Видимо посуду я домою позже. Я развернулся лицом к парню и увидел всё те же дьявольские огоньки в его глазах. Да, это мне определенно нравится. Потянувшись за поцелуем, я получил отказ. Без объяснений парень отстранился и сел на колени передо мной. Он ловко стянул домашние брюки вместе с бельём и пару раз провёл рукой по моему члену. А после он осторожно взял головку в рот и начал посасывать. У меня ноги подкосились от этого, и я оперся на кухонную тумбу. Тем временем Марк языком дразнил мою уздечку, проводил языком по всей длине и снова вбирал в рот. Он старался взять как можно глубже, но вряд ли у него была возможность попрактиковаться. А мне было много и не надо. Один только его вид на коленях, передо мной, с моим членом во рту. Боже, как это заводит. — Мааарк, я скоро кончу, — простонал я.       Парень отстранился и усмехнулся. — Нет, милый, ты кончишь только подо мной, — шепнул парень мне на ухо.       Я запустил руки к нему под майку и прижался ближе. Он не просто тёплый, он горячий. От него пахнет моим любимым гелем для душа и шампунем. Я ему говорил, чтобы не переживал об этом, но он всё равно притащил своё из дома. — Что это было? — Ты ведь спрашивал, всё ли у нас в порядке. Это был достаточно исчерпывающий ответ? — спросил он также беззаботно. — Я не узнаю тебя, честно. Когда я решил попробовать, я думал, что получу милого застенчивого парня. Ты казался таким робким тихоней, иногда я скучаю по нему, — сказал я. — Ты не знал меня, и сейчас вряд ли знаешь достаточно хорошо. Первое впечатление обманчиво, — пожал Марк плечами. — Да, кто бы знал, что ты самоуверенный хитрый говнюк. — А ты весь такой ванильный педик, мечтающий о чистой любви, — не остался в долгу парень. — Продолжим разглагольствовать, или займёмся чем-нибудь поинтереснее? — Я открыт для предложений. — Хочу тебя.       А что скрывать? Я стою тут посреди кухни, в обнимку с парнем и спущенными штанами. Мне кажется мой член говорит за меня. — Ты уверен? — спросил Марк. — Хватит издеваться.       Я перешагнул, через окончательно упавшие брюки, оставляя их вместе с бельём лежать бесформенной кучей на полу, и пошёл в комнату. Парень шёл сзади, он снова обнял меня и прошептал: «Не обижайся, я хочу быть уверен, что ты готов. Хочу, чтобы ты запомнил это как что-то невероятное». Я почувствовал, как он стаскивает с себя майку, оставаясь в одних трусах. Моя мама как-то утром пошутила по поводу пижамы. Что нам можно купить одну на двоих, ведь Марк спит только в майке, а я только в брюках. До сих пор думаю, что она однажды подарит нам её.       Парень отошёл к шкафу, где мы прятали смазку, принесённую Наташей. Этот факт немного смущал, но там же мы хранили презервативы, большую пачку. Просто на всякий случай, чтобы быть готовыми и не так часто бегать в аптеку. Марк внимательно посмотрел на меня, на что я лишь кивнул и присел на диван. Марк сел напротив меня и потянул за ноги так, что я упал на спину. Самое унизительное, что было в этой ситуации, что нужно раздвигать ноги. Ещё табличку над аналом повестить, блять, типа: «Заходи добрый молодец, первым будешь». — Стой! — крикнул я. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил парень. — Мне… мне нужно в туалет, ну знаешь… — сказал я, дико краснея, и сбежал в туалет.       Не большая ложь, я сейчас обоссусь от страха. Сделав свои дела, я остался в этом импровизированном убежище ещё на пару минут, чтобы перевести дыхание. А потом незаметно прошмыгнул в ванну, где пару раз ополоснул лицо, потом пару минут постоял под душем, и ещё раз ополоснул лицо. Зачем-то обмотав полотенце вокруг бёдер, я вернулся в комнату, где уже полностью голый Марк лежал на диване и смотрел в потолок. Остановившись у двери, я решил немного понаблюдать за ним. Он забавный, не может спокойно лежать в одной позиции долго, крутится. Красивый. Я думаю, что я готов, хотя скорее я хочу быть готовым к этому. Так странно, никогда бы не подумал, что мой первый раз будет с парнем. С девушкой было бы проще, я бы даже не думал об этом. Я бы уже давно был в процессе.       Я скинул полотенце и пошёл к дивану. Поцелуи успокаивают, то, как целует Марк, успокаивает. Сейчас он нежен, заботлив. Я чувствую всё, что он пытается передать с этими ласками. Он пытается меня расслабить, отвлечь. Я снова оказываюсь на спине, а парень у меня между ног. Я вижу, как он выдавливает немного смазки себе на пальцы, растирает их. Один палец входит в меня, и я закусываю губу. Дискомфорт быстро проходит, поэтому я киваю парню, чтобы он добавил второй палец. Жжёт, немного больно, но я терплю. Я ж не баба, чтоб орать. Со временем становится терпимо, боль уходит, оставляя небольшой дискомфорт. Парень всячески отвлекал меня от его орудующих в моей заднице пальцев. Его губы касались моего живота, он прикусывал мою кожу, ставя всё новые и новые отметины, которые я никак не смогу скрыть, если придётся переодеваться на физре, а он заржёт, как в прошлый раз. Так было с шеей. — Готов? — парень навис надо мной и смотрел прямо в глаза. Жутко.       Нет-нет-нет, я нифига не готов, вот ни капельки не готов. Господи, пойми это и отвали. Страшно так, кажется, меня трясёт. Пф… Стоп? Я кивнул? Серьёзно кивнул? Зачем? Марк чмокнул меня губы и потянулся за презервативом. Так, спокойствие, только спокойствие. Рано или поздно это всё равно бы произошло. Вот он смазывает свой член, ещё немного смазки мне на задницу. Конечно, давай, ещё больше, блять. Пусть эта хрень будет повсюду. Ещё один поцелуй, его член упирается в мой задний проход, обхватываю его талию ногами. Его язык продолжает орудовать у меня во рту, а член начинает погружаться внутрь, и мне хочется орать от боли. Господи, я не подписывался на это. — Я ненавижу тебя! Стой! — кричу, когда парень разрывает поцелуй.       Марк замирает, а я крепче цепляюсь за его шею, кажется, слишком сильно, возможно останутся следы. Я надеюсь на это. Потому что это единственное, чем я могу отплатить ему, а лучше хорошенько поколочу его, когда эта инквизиция кончится. Так мы и лежим, думаем о своём. Фух, вроде боль ушла, на пробу я немного дернулся. Ничего, вполне себе ничего так ощущения. Не тот внеземной рай, который обещали в интернете, ведь интернет всегда врёт, но не плохо. — Чего замер? Давай дальше вставляй раз начал. — Больше так орать не будешь? Я ведь могу и выйти полностью, — пробормотал Марк. — Дебил, если выйдешь, я тебя мячиками для тенниса нафарширую. Через анал, — зло прошептал я.       Едва я успел договорить, как меня пронзила новая волна боли, серьёзно, чувство, будто меня пчёлы в зад жалят. Неужели у него настолько большой член, выглядит он поскромнее. Сейчас я даже как-то сочувствую тем блондинкам из порнухи с неграми. Боже, фу… Марк делает последний толчок и входит до упора. Наконец-то. Первое желание слезть с этой штуки, и я инстинктивно поддаюсь назад, но парень буквально вцепился руками в мои бедра и не даёт пошевелиться. Я точно его ударю. — Ну как? — спрашивает он. — По мне не видно? Я сейчас сдохну! Господи, если бы ты знал, как я тебя нена… — закончить я не смог, потому что парень слабо толкнулся и что-то задел внутри. Всё что я смог выдать, это стон.       Простата, прекрасно он нашёл её. Я, конечно, читал об этом, но не знал, что это и как это чувствуется. — Смотри-ка, можно тебя выключать оказывается, — усмехнулся парень и толкнулся ещё раз, более грубо.       И тут у меня окончательно снесло крышу, дождался, блин, райского наслаждения. Парень начал ритмично вдалбливаться в меня, с каждым новым толчком, выбивая всё более и более громкие стоны. Это было шикарно, весь мой словарный запас сократился до «Ещё», «Быстрее» и «Больше», и то не всегда получалось и это выговорить. Вот и зачем так ломался? Долго всё это не продолжилось потому что, Марк, мать вашу, начал дрочить мне. Господи, это окончательно снесло мне крышу, и я кончил. А следом за мной кончил и Марк, слава богу, он был с презервативом. Парень рухнул на меня, и мы пару минут лежали, пытались отдышаться. Это было шикарно, пару минут, пока я не почувствовал неземную усталость и боль в пояснице. — В душ? — спросил парень. — Давай полежим ещё пару минут. — Завтра я вернусь домой, — сказал Марк. — Не то чтобы мне тут не нравилось, но я скучаю по дому, родителям. — Думаю, тогда нам не стоит терять оставшееся время впустую. — Я тоже так думаю, — усмехнулся парень и поцеловал меня. Нежно, а потом оставил с надеждой на большее одного на диване. — Но сначала душ.       Я поднялся и медленно поковылял в ванную за Марком. Парень видимо был абсолютно доволен, а вот я даже не знаю. Жутко ныла поясница, ещё хожу еле как, и хочется больше, ещё и ещё больше. Черт подери, так и сексаголиком стать можно. Мои размышления прервал Марк, который медленно начал обтирать меня мочалкой, плечи, спина… — Помнишь, мы проходили комиссию перед военкоматом? — спросил он, убирая прилипшие ко лбу волосы назад. — Ну да, а что? — Мы ведь проверялись на венерические, СПИД и прочую хрень? — я начал немного понимать к чему он клонит. — Я здоров по всем статьям, если ты об этом, — ответил я, чувствуя, как пальцы парня начинают подразнивать мой задний проход.       Я хотел прижаться губами к его шее, но не успел. Парень развернул меня на сто восемьдесят градусов и прижал к стене. Головка возбуждённого члена проехалась по холодному кафелю, и я пискнул. Парень прижался к моей спине и прошептал: «Ты не представляешь, как я рад это слышать, потому что я совсем не хотел оставлять тебя одного, пока я схожу за презервативами». Я лишь отставил задницу так, чтобы вжаться в пах парня и почувствовать его член у себя между булок. И это было прекрасно. В этот раз он долго не церемонился с подготовкой, сразу вставив в меня два пальца, он прокрутил их пару раз, задевая простату, отчего я отчаянно заскулил, и вытащил их. Я снова почувствовал головку у своего входа, только в этот раз почувствовал не страх, а предвкушение. — Надеюсь, в этот раз все закончится не так быстро, — проговорил я. — О, раз ты так хочешь, — протянул парень. — Я сделаю всё, чтобы это продлилось очень долго.       И он резко вошёл в меня до конца, сильнее прижимая к стене. Я вскрикнул от такой неожиданной грубости, но одно было точно — мне понравилось. «Ещё», — прошептал я, не успев сдержаться. Парень лишь рассмеялся и начал медленно, чересчур медленно выходить из меня, я попытался насадиться обратно, но увесистый шлепок по заднице меня остановил. «У нас много времени, не спеши», — проговорил Марк и схватил меня за бёдра, не давая двинуться ни назад, ни вперёд. А вода всё продолжала бить по и так горячим телам. Наконец-то парень полностью вышел из меня и снова грубый толчок до упора. Замечательно. Ну, чёёёрт, он снова начал медленно выходить, будто назло мне. — Мне нужно больше, — сказал я.       На что Марк ответил мне поцелуем между лопаток и новым толчком, от которого мне захотелось выть. Спустя ещё три таких толчка мне хотелось рвать на себе волосы, мне нужно было больше, быстрее, Господи, я был в отчаянии, а Марк всё продолжал и продолжал изводить меня. — Я сделаю всё, что ты захочешь, только, пожалуйста, ускорься, пожалуйста, — шептал я, уже не отдавая себе отчёта. — Что ты там бубнишь себе под нос? — издевательски спросил мой мучитель. — Выеби меня, мать твою! — Тебя с радостью, а вот с моей мамой у меня любовь другого рода, маленький извращенец, — очередной шлепок по заднице. — Пожалуйста, еби меня так жёстко, чтобы я ещё неделю валялся на кровати и не чувствовал ног, — что за ересь я, блядь, несу? — Сделаешь всё, говоришь? — Обещаю, — прошептал я. — Тогда не кончай, пока я не разрешу тебе, — властно приказал парень. — Не касайся себя.       Он вышел из меня, снова, и отслонил меня от стены. Марк выключил воду и поставил меня на колени в ванной, уперев мои руки о бортик, чтобы не соскользнул. Заботливый, блядь. Не успел я и подумать о чём-то ещё, как в меня все также грубо ворвался парень, проезжаясь своим членом по простате. Этот угол проникновения явно был удачнее. И без презерватива ощущения были куда ярче, мой собственный член буквально истекал смазкой и дергался в такт толчкам Марка, прижимаясь к животу. Но этого контакта с кожей было так мало, хотелось больше. Мечтать о том, чтобы обхватить свой член рукой и начать дрочить — было единственным, что я мог себе позволить. Потому что Марк дал четкие указания, он не разрешал. — Марк, Марк, Марк! — парень продолжал нещадно иметь меня, пока я мог только выстанывать его имя. — Коснись меня, пожалуйста. — Хочешь, чтобы я коснулся тебя? — Да, блядь, неужели у тебя проблемы с восприятием информации? — новый шлепок, новый полустон-полукрик.       Пальцы Марка легонько касаются моего члена, сжимают легонько, недостаточно. Несколько быстрых движений, но этого недостаточно. Он продолжает дразнить меня, размазывая пальцами смазку по головке, но этого всё равно недостаточно, чтобы кончить. — Хочешь побыть сверху? — спрашивает он.       Не задумываясь я киваю и на ватных ногах встаю, когда Марк протягивает мне руку. Он усаживается на бортик ванной, а я успеваю запечатлеть на его губах смазанный и чересчур мокрый поцелуй. А потом с минуту привожу в норму дыхание и усаживаюсь сверху, молясь всем богам, чтобы мы не упали. Мои ноги за пределами ванны, руки Марка придерживают меня за спину, а я стараюсь как можно быстрее насаживаться на его член. И это чертовски замечательно. Вряд ли я когда-нибудь променяю теперь это на девушку. Дыхание парня становится всё более частым и я вижу, как по его виску стекает пот, вижу по его глазам, что он так близко. — Ты скоро? Хочешь кончить в меня? Хочешь, чтобы я разрешил тебе кончить в меня? — спрашиваю я, останавливаясь. — Я так сильно этого хочу, а ты хочешь? Ты разрешишь мне? — спрашивает парень, его голос тихий. — Если ты разрешишь кончить мне первым, кончить для тебя, — прошептал я сбиваясь. — Ладно, но я сам сделаю это, — ответил Марк.       Его рука обхватила мой член, и я снова начал движения. С каждым толчком мы оба все ближе были к концу, но это было замечательно. Чувствовать его в себе, его руки на себе. Эти чувства переполняют, кажется, что ещё ближе быть невозможно. И всё это было просто нереально круто. Оргазм накрыл меня с такой силой, что я просто содрогался несколько секунд или минут, чувствуя, как сильно мои мышцы сжимают Марка внутри меня, слыша протяжный стон Марка. Кажется, я был в том состоянии, когда уже ничего не чувствуешь.       Я не помню, как Марк вышел из меня, как он отмыл меня или как мы дошли до дивана, на котором просто лежали. Но я помню, что в каждом его движении была забота и нежность, с которой ещё никто меня не касался. Я думал, что нельзя быть ещё ближе с кем-то, чем во время секса. Можно. Когда ты просто вот так лежишь с человеком, вы обнимаетесь. Мы лежали голыми, прижимаясь друг к другу, но не было даже намёка на секс или что-то большее. Мы слишком устали, оба. — Ты был прекрасен, — сказал Марк, целуя мой затылок. Наши пальцы были переплетены. Это не ощущалось странно. Это было то, чего я хотел. Наконец-то я чувствовал, что определился, понял, что хочу быть с ним. Именно с ним, гораздо дольше, чем месяц или полгода. — Ты тоже. С учётом того, что девственник. — Был им, до этого дня, — улыбнулся Марк. — И всё же, откуда в тебе эти замашки диктатора? Я переживаю за свою задницу, — спросил я. — Ну знаешь, я люблю читать некоторые вещи, интересные вещи. И порно, оно тоже немного, ладно, много повлияло. — Хах. Когда ты понял, что тебе нравятся парни? — спросил я. Меня на самом деле интересовал этот вопрос. — Не знаю, наверное, я всегда знал это. С детства, просто никто не говорил мне, что это плохо. А потом я сам понял, что не стоит кричать об этом на каждом углу. Начал проявлять внимание к девочкам из группы. К Вике по большей части. Она была такой забавной со своими хвостиками. — Вы с Викой с детского сада знакомы? — удивился я. — Я знал, что у вас долгая история, но не думал, что настолько. — Мы были практически соседями, — парень прижался ко мне поближе, а я развернулся к нему лицом. — Я скучаю по ней, ну по той ней, которая была до того, как мы перешли в эту школу. Наша дружба была для всех примером в прошлой школе. Мы как-то поссорились. И все решили нас помирить. Дулись друг на друга мы где-то неделю, а потом как-то сами разговорились с того, как смешно нас мирят. В итоге разыгрывали спектакль еще почти месяц, а по вечерам смеялись с этого.        Я слушал и слушал его воспоминания, не перебивал, мне было интересно. Он наконец-то начал открываться мне. Доверять. — Что-то меня унесло вдаль. Что до мальчиков, серьёзно я начал задумываться лет в одиннадцать-двенадцать. Пытался перенастроить себя, но все никак. Мне до сих пор интереснее, что в штанах у моего лучшего друга, чем у подруги. Потом я просто перестал пытаться. Глядя порно, которое нашёл у папы, я смотрел на мужчин, их эмоции. Мне нравилось смотреть на то, как они получают удовольствие. Так и живу. А ты? — он смотрел на меня заинтересованно. — Я… это довольно странная история. Знаешь, у тебя есть одна очень дурная привычка прикусывать ручку или карандаш. И вот я как-то заметил это. Потом заметил, что ты часто проводишь языком по губам, и только потом я заметил, что залипаю на это. — Вот как, — улыбнулся парень, проводя пальцами по моему предплечью. Так нежно и невесомо. Не верилось, что совсем недавно он был далеко не нежен. — Потом твои волосы, манера подать себя, даже твоё показушное чувство собственного превосходства. Серьёзно, ты смотришь вокруг, будто повсюду одно говно, которое тебе очень-очень надоело. Даже на людей, даже на Вику. — У нас с ней последнее время сложные отношения. Ты тоже не ангел. Кто недавно скакал вокруг и орал: «Бей бабу по… и Марка бей, прост за компанию»? — Я был глупым, пытался отделаться от этого странного чувства. И просто это было хорошим поводом держаться поблизости, — ответил я. — Ты же простишь мне мои странные способы привлечения внимания? — Ладно, прощу. — Мы ведь повторим? — спросил я с надеждой. — Ну, до твоего отъезда. — И не один раз, — усмехнулся парень. — просто нам нужно немного отдохнуть. — Хорошо, — так я и уснул, уткнувшись в шею самого заботливого парня в мире.