Легенда о Нефритовом Драконе

— Вот это я понимаю, классный рассказ! — сразу же оценила Дасти, восторженно сверкая глазами, когда Мико закончила свое скромное повествование. Чуть тише девчонка добавила. — Надо будет его как-нибудь записать и отправить Гурайхайру, чтобы те сделали из него комиксы…    — Не знаю, кто такие Гурайхайру, но история определенно интересная, — отозвалась Рейлин. — Только с трудом верится, что этот Хатакэ смог одолеть целое племя. Пускай не в одиночку, но уничтожить так много людей, всех до последнего, было бы невозможно, даже если ты Аватар.    — Пф, а как же геноцид воздушных кочевников? — с вызовом вмешалась Дасти. — Созин тоже уничтожил их всех до последнего, хотя сам был не Аватаром, а всего лишь Хозяином Огня. Это же легенды, Рей, в легендах часто такое случается.   Рейлин только отмахнулась, с интересом ожидая, что на этот счет скажет Мико.    — Магов стихий было куда больше, чем чужаков, — ответила светловолосая девушка. — И с ними было их покорение. Если бы попаданцы знали, какая сила подвластна им самим, они бы, возможно, сумели дать отпор. Но здесь они оказались в меньшинстве, и их полностью истребили.    — Что за сила, которая им подвластна? — тут же осведомилась Зинтерс. Её подруга только покачала головой.    — А как же дети, старики? Среди них наверняка были целые семьи, что же, разве маги не жалели никого?    — Я рассказала вам все, что мне известно. О подробностях я не наслышана, — отрезала Мико и проворно поднялась на ноги, показывая таким образом, что на дальнейшие расспросы отвечать не намерена.    — Что за сила-то? — жалобно протянула Дасти, крайне недовольная сим исходом.    — Погодите, а что стало с его дочерью, Юджин? И Кэтсу? И что за последствия, которые должны проявиться? Вы не сказали нам практически ничего! — воскликнула Рей, тоже поднимаясь с земли. — И самое главное — что мы должны делать теперь, когда обо всем об этом знаем?    — Что вы должны делать? — прищурилась Мико, и её узкие глаза превратились в две тоненькие щелки. — Если вы попали сюда, значит, вы относитесь к чужакам. За последние несколько сотен лет вы стали первыми попаданцами, и на вас, как ни на ком другом, лежит огромная ответственность.    — Что за ответственность? — не поняла Дасти.    — Ты нашла мизерикордию, значит, вы сможете призвать Нефритового Дракона обратно. Вы сможете его найти и использовать для возвращения в свой мир. Дракон покровительствует таким, как вы. Если вам удастся его подчинить, то и вы, и оставшиеся со времен Иваи призванные духи исчезнут из мира Аватар раз и навсегда, и равновесие восстановится. Только имей ввиду, Дасти, мизерикорд хоть и может контролировать Нефритового Дракона, для тебя он очень опасен, если находится в руках других людей. Да и в твоих тоже. Не стоит злоупотреблять его использованием: кинжал милосердия — редкое и опасное оружие, и обращаться с ним нужно с умом.    — А какая сила была подвластна… — Дасти точно опомнилась. — Стоп, почему это кинжал милосердия опасен для меня?    — Мизерикордия лишает магии. Твоя магия заключается в твоей энергии — если тебя её лишить, ты умрешь.   Зинтерс с крайне ошарашенным видом отрешенно уставилась в одну точку. Только что она поняла, что если бы ей удалось себя оцарапать тогда, пару дней назад, она погибла бы позорной смертью. Как хорошо, что этого все-таки не случилось! Дасти благодарно посмотрела на недоумевающую Рейлин — вот адекватный человек, она-то сразу сообразила, чем может обернуться банальная царапина.    — А как же меченые? — вдруг вспомнила Рей. — Они-то здесь причем? И для чего нам их уничтожать?    — О, меченые, дорогуша — это целая отдельная история. С тех пор, как чужаки были истреблены, о меченых забыли. Однако духи не привыкли терпеть, когда о них забывают. И по сей день потусторонние призраки иногда выходят из тени, вселяются в тела обычных людей и уходят в забытие. Раньше существовала особая традиция отлова меченых. Но духам она не понравилась, и одержимые по их воле совсем зверели и начинали приносить вред своим же семьям. Тогда меченых стало принято убивать. Не знаю, как теперь, но раньше их считали за врагов, равных попаданцам. А потом и вовсе это название — меченые — стало обозначать и тех, и других.    — Так вот почему Пако назвала меня меченой, — присвистнула Дасти. — Меченые же не относятся к племенам.   Мико отрицательно покачала головой.    — Быть может, я еще расскажу вам побольше о них. Но сейчас нам надо идти. Следуйте за мной.   Девушка взмахнула посохом и отправилась прочь с поляны, в густую лесную чащу, где девочки оставили разбушевавшуюся прежде Шушу. Дасти и Рей переглянулись и синхронно пожали плечами. В животе у Зинтерс все еще ворочался червь сомнения — стоит ли доверять этой Мико? Однако кроме неё в лесу явно никого нет, да и сами выйти из леса горе-путники вряд ли смогли бы, так что выбирать не приходилось: тяжко вздохнув, Рейлин побрела следом за таинственной новой знакомой. Дасти помедлила и, театрально разведя руками, проворчала:    — Меченые, порталы, силы какие-то… Я в мире Аватара, где канон?!   После чего состроила гримасу раздражения и с неохотой последовала за подругой.   По дороге Зинтерс не спускала с Мико глаз, внимательно подмечая каждое её движение, каждую мелкую деталь. Очень уж подозрительной казалась ей эта странная девушка. Но Мико вела себя совершенно заурядно, не сделав по пути ничего из ряда вон выходящего. Только посохом время от времени раздвигала ветви кустов, что не могло не заслужить внимания Дасти. Спустя некоторое время девочка спросила как бы невзначай:    — Мико, а откуда у тебя твой посох?    — Этот бо раньше принадлежал Хатакэ, — бросила девушка, не оборачиваясь.    — Ого, он, наверное, очень древний… — протянула Дасти, на что Мико только насмешливо хмыкнула.    — Еще бы. Дух Хатакэ передал мне его. Это случилось на заре войны, после того, как я… Хм.    — После того, как твои волосы посветлели? — предположила Зинтерс.  — Да, именно так.    — Ничего себе, — оценивающе отозвалась девочка, но тут же спохватилась и с недоверием взглянула на свою провожатую. — Эй, но ведь война началась сто лет назад, разве нет?   Мико кивнула, благодаря чему на лице Дасти отразилось еще большее недоумение, чем прежде.  — Понимаете, это на самом деле долгая история, — вздохнула девушка, поднявшись на поросший редким кустарником лесистый склон. — Я не хочу об этом говорить, но, видимо, рано или поздно придется.    — Эм, Мико, при всем уважении и при всем моем желании верить в силу здорового образа жизни, свежего воздуха и физической подготовки я не могу дать тебе целых сто лет, — с сомнением заметила Зинтерс, следуя за Мико. — Если конечно ты не заморозила себя в айсберге на такое долгое время.   Девушка только усмехнулась.    — Фактически мне и есть сто лет, но из них я прожила лишь третью часть, — объяснила она. — Здесь, в этом мире, линия времени прямая, она не искажена и идет непрерывно, как, впрочем, почти везде. А вот в мире духов время останавливается. Пока мы там, мы не живем, мы просто существуем. Люди в мире духов не стареют — вы, наверное, слышали о том, что некоторые людские души попадают туда после смерти? Почему они туда попадают? Потому что это — небытие, вечность. Духи вечны, и умершие становятся вечными.    — Значит, ты была в мире духов, пока здесь шла война? Здорово! И как там, классно? — с глазами, сияющими от восторга, Дасти посмотрела на Мико. — Говорят, в мире духов очень красиво.    — О боги… — тихо выдохнула Рейлин, шедшая все это время немного позади.   Зинтерс, откровенно помешанная на Аватаре, магии и прочей лабуде, воспринимала каждое сказанное Мико слово, как что-то должное, будто бы каждый день самолично общалась с духами и путешествовала сквозь время. Рей же приходилось удивляться буквально всему, что она слышала, и верилось во все услышанное ей, мягко говоря, с трудом. Даже сейчас все эти разговоры о духах и прочем хоть и давали слабенькую надежду на то, что горе-попаданки все-таки смогут выбраться из этой дыры мироздания, но доверия совершенно не внушали, во многом потому, что Рейлин только-только начала оттаивать и понемногу возвращаться к нормальному существованию, не замыкаясь в себе и не зацикливаясь на своих кошмарах. Теперь Рей казалось, что все усилия её были напрасны, и чувствует она себя, словно в цирке, где у каждого свои тараканы в голове.   Вот у Дасти и Мико, например, какие-то общие соображения насчет духов. Что касается сбежавшей от них Каяны — она просто живет себе на уме, странная личность. Тантору, её тетушка и знакомые-кожевники — те так вообще потеряли надежду и уже спят и видят, как их поселок завоевывают огненные захватчики. А уж огненные захватчики и вовсе разошлись, побив все рекорды противоречивого поведения — уничтожают целые народы, чтобы подчинить себе весь мир. Разве это логично? Кого же тогда порабощать? Что до Хатакэ из рассказанной Мико легенды — этот персонаж заслуживал по понятиям Рейлин отдельного внимания. Он разрушил Святилище, пустил в мир чужаков, позволил им нападать на магов с кинжалами и лишать их сил покорения, а после всего этого сам же всех и уничтожил — и все это только благодаря каким-то голосам в его голове, которые якобы принадлежали прошлым Аватарам. Ну не бред ли?   Рей шла за своими спутницами и честно пыталась хоть как-то понять и определить закономерность поступков людей, попадавшихся ей на пути, однако ни одна попытка не увенчалась успехом. Видимо, ей, как «решительному и убежденному скептику», как когда-то назвала её Дасти, не суждено осмыслить всю глубину мотивов, что двигали этими персонами на протяжении всей их жизни.   Наиболее доступными в понимании причин Рейлин казались действия Зуко — они же представлялись ей самыми по своей сути логичными. Ловил себе Аватара, никого не трогал, случайно сбился с пути, наткнулся на гигантскую змею и, разумеется, начал защищаться — Рей уже определенно переполняла уверенность того, что Шуша по привычке первая накинулась на принца, вздумав по обыкновению его попугать. Но у его-то деяний были веские основания, да и цель у него была — Аватар, ну и собственная шкура, конечно, вернее, сохранение её в целости. Вполне объяснимо то, что Зуко по своему аристократическому легкомыслию не стал ни в чем разбираться и просто посчитал вероломное нападение Шуши банальным покушением. У него на то были свои счеты. А вот Айро поступил с точки зрения Рейлин крайне необоснованно, хотя его советы очень помогли ей в поисках Дасти.   «Главное — не сойти с ума в этой кутерьме, — решила девушка. — Надо лишь немного потерпеть, прежде чем мы вернемся домой. Просто принять этот алогизм, как факт. В конце концов, что я удивляюсь — эта Вселенная была создана на основе детского мультика, а в мультфильмах всегда есть доля преувеличения и притянутости за уши. Надо просто привыкнуть.»   В это время все трое путников выбрались на опушку, и Дасти с Рейлин с удивлением отметили, что они оказались как раз на окраине той лесной деревушки, в которой девочки хотели остановиться на отдых. Один из ближних домов, особенно покосившийся и в силу этого неказистый и застарелый, выглядел уж слишком неприглядно — отчего-то порыжевшая солома неаккуратно покрывала накренившиеся с одной стороны известковые стены, оставляя в крыше щели и прорехи, а по бокам зияли пугающей чернотой крохотные прямоугольные окошки без рам и стекла.   Дасти изумленно заморгала.    — Где это мы?   После чего Рей поддержала её удивление вторым вопросом.    — И где Шуша?   Мико умело крутанула в руках бо и уперлась одним его концом в землю.    — Я велела вашей змее ждать нас здесь, — завидев непонимание на лицах девочек, девушка едва заметно вздохнула, закатив глаза, и нехотя пояснила. — Ментальная связь.    — Ментальная связь? Телепатия! Это правда круто! — моментом среагировала Дасти, а Рейлин только скрестила руки, в очередной раз демонстрируя свой апатический скептицизм.    — Идем, вам нужно познакомиться кое с кем, — сказала Мико и, махнув рукой, бодро зашагала к перекошенной рухляди, которую язык едва поворачивался назвать домом в прямом смысле этого слова. На полпути девушка загадочно добавила. — Или, быть может, вы уже знакомы? В таком случае, эта встреча вас обрадует; или удивит. Как получится.   Дасти и Рейлин вновь недоуменно переглянулись, не понимая, что имеет ввиду их светловолосая знакомая, и молча последовали за ней. Как только вся троица приблизилась к создающему впечатление полуразрушенного сарая зданию, подруги словно по команде повернули головы, посмотрев куда-то мимо каменных стен — за углом сверкала в лучах уже вечернего солнца известная серебристая чешуя.    — О, вот и Шуша подъехала, — довольно прокомментировала Дасти, а Рей в очередной раз промолчала, лишь мягко улыбнувшись.   Флегматичность флегматичностью, но все эти магические штуки в какой-то степени могли быть полезными. Сейчас, к примеру, не пришлось бы бегать по лесу и искать затерявшуюся в нем огромную змею. Нет, все же определенно неплохо то, что Мико может повелевать пресмыкающимися. Может, она с ними и разговаривать умеет? Только Рейлин собралась было озвучить свой незамысловатый вопрос, как раздался неприятный до рези в ушах скрип, и хлипкая асимметричная дверь из пяти досок, две из которых были прибиты поперек, отворилась навстречу гостям. Мико смело юркнула внутрь, скрывшись в темноте сомнительного жилища, и Дасти с Рейлин пришлось последовать за ней.   Когда глаза слегка привыкли к сумраку, витающему в комнате, взору Зинтерс открылась та обстановка, что так часто встречалась в крестьянских домах Европы веков эдак шестнадцатых. Пыльный дощатый пол, неотполированный и потому без конца оставляющий занозы в обуви (видимо, сандалям Рейлин придется здесь особенно тяжко), грубо сколоченный из тех же досок стол, две недосягаемые для сдвига лавки, узкая кровать, закиданная соломой вместо матраса — и все это в такой огромной куче всякого разнородного хлама, какой позавидовал бы любой старьевщик. Стены буквально погрязали в обилии старых тряпок, каких-то строительных остатков и деталей поломанных инструментов, разной прохудившейся посуды и другого мусора.   Зайдя внутрь, Дасти почти сразу же начала чихать от переизбытка витающей здесь пыли, Рей из предосторожности закрыла нос рукавом кимоно. Мико уверенно прошла в центр комнаты, на некоторое время затерявшись в бардаке, после чего вновь появилась в поле зрения с деревянной ложкой и керамическим горшком и, по-хозяйски водрузив его на дрогнувший стол, села на скамью и принялась с аппетитом поглощать содержимое глиняной посудины. Дасти с подозрением наблюдала за манипуляциями девушки, пока та, наконец, не подняла на девочек глаза и успокаивающе пробурчала с набитым ртом:    — Не волнуйтесь, вас тоже сейчас накормят. Рейлин, застенчиво переминающаяся с ноги на ногу, отлипла от входа и робко примостилась на самый краешек пыльной лавки. Дасти последовала её примеру, немного недовольно произнеся:    — Мы и не волнуемся вовсе…   Тут же девочка заметила вдруг темный прямоугольник двери в каменной стене позади Мико, откуда практически сразу послышалось звонкое громыхание и с трудом различимые ругательства.    — Эй, потише там, — сварливо прикрикнула Мико, и металлический грохот прекратился. Спустя некоторое время в дверях появилась низенькая женщина с чумазым лицом и лоснящимися от грязи волосами. В руках у неё был большой блестящий котелок по типу японского ширу-вана, из которого вовсю валил пар и ароматно пахло какими-то специями.   Едва взглянув в ту сторону, откуда принесли свежий обед, Дасти почувствовала, как её глаза самопроизвольно полезли на лоб. Трудно было сказать, в чем была причина этих изменений в лице девочки — или в теплой еде, по которой она уже порядком соскучилась, или же в дамочке, которая эту еду приготовила. Тем не менее, удивление Зинтерс передалось и её подруге — Рей сначала нахмурилась, как бы приглядываясь к будто бы знакомому лицу, а затем тоже распахнула глаза, пораженная своему открытию.    — Каяна? — одними губами прошептала она, прежде чем Дасти с воплями и распростертыми руками кинулась к своей бывшей сокамернице.   От неожиданности женщина чуть не выронила ширу-ван с горячим супом, благо, Мико вовремя забрала посудину, опустив её на стол. Зинтерс налетела на Каяну, точно ураган, и едва не сбила её с ног, после чего обняла так крепко, будто они не виделись уже добрый десяток лет.    — Каяна! — восклицала девчонка. — Каяна, ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть! Я думала, мы больше не встретимся, господи, ты так меня напугала! Тогда, когда оставила нас днем. Наконец-то мы снова вместе! Ура!    — Ради Коха, отпусти меня, чудачка с Севера, — промычала Каяна, губы которой благодаря объятиям уткнулись в плечо Дасти. — Я даже выдохнуть не могу.    — О, так значит, вы все-таки успели познакомиться, — довольно усмехнулась Мико, доедая остатки съестного из горшка. Рейлин сочувственно глядела на задушенную в обнимашках Дасти Каяну, и страдальческое выражение на лице женщины словно кричало о том, что сейчас она готова уничтожить весь мир.    — Отлипни уже, — заворчала Каяна, насилу вырываясь из цепкой хватки девочки. — Я тоже рада снова встретиться с вами. Да и кто сказал, что мы больше не увидимся?   Дасти лучезарно улыбнулась.    — Действительно. Ты убежала от нас так внезапно, что…    — Хватит болтать, садитесь уже есть, — скомандовала железным тоном женщина, и девчонки беспрекословно послушались, разместившись за столом. Пока Каяна разливала суп по мискам, ловко орудуя чугунным черпаком, Рейлин слегка оторопело прошептала на ухо Зинтерс:    — Поверить только, эта… Кхм, дамочка умеет разговаривать…    — А ты мне не верила, — осклабилась Дасти, насмешливо приподняв брови. — Каяна может не только хокку петь.   За едой между новоявленными друзьями снова завязался бесхитростный разговор.    — Ну так что, Мико уже рассказала вам, как вы здесь оказались? — ненавязчиво поинтересовалась Каяна, глядя, как Дасти за обе щеки уминает поданные позже вонтоны. Рейлин давно закончила с обедом и теперь деликатно вытирала губы платком, который носила в кармане юкаты, параллельно следя за беседой.    — Да, рассказала, — кивнула Зинтерс, прожевав очередной пельмень. — Только из всех этих легенд ровным счетом ничего непонятно.    — Отнюдь, — возразила молчавшая прежде Мико. — Я дословно объяснила вам все, что было известно мне самой.    — Однако толку от этого никакого, — пожала плечами Дасти. — Нет, ясно, что нам нужно найти Нефритового Дракона. Но вот где его искать? Мир Аватара огромен, мы состаримся, пока объедем его полностью.    — Здесь вам никто не может помочь, — девушка развела руками. — Даже я. Могу посоветовать поискать вблизи Святилища из Нефрита, вернее, того, что сейчас от него осталось. К тому же, вам нужно возвратить мизерикордию на место, чтобы призвать Дракона.    — Хм, неплохой вариант, — подала голос Рей. — Где, вы говорите, находится это Святилище?    — К северу отсюда, — ответила Мико. — В горах, немного не доходя до Северного Храма Воздуха. Проще говоря, вам нужно идти прямиком на север, а затем повернуть чуть восточнее. Полагаю, карта для вас не будет лишней. Девушка кивнула Каяне, и женщина поспешно поднялась из-за стола, после чего исчезла в завалах наводнившего комнату хлама.    — Было бы неплохо, если бы где-нибудь здесь завалялся и календарь, — задумчиво произнесла Рейлин, и Дасти согласно закивала.    — Да, календарь — штука полезная. Я вот уже счет времени потеряла, сколько мы уже торчим в этом мире? Шесть дней? А может, неделю? Или месяц?!    — Ешь, не отвлекайся, — фыркнула Рейлин, чуть не рассмеявшись при виде надутых от еды щек подруги. Зинтерс с недовольным видом продолжила трапезу, а девушка между тем обратилась к Мико.    — Послушайте, если вы были знакомы с Каяной с самого начала, почему она не привела нас сразу сюда? Почему убежала от нас, а нам пришлось сделать целый крюк?    — Важно было, чтобы вы встретили меня одну и я все смогла бы вам рассказать. Местные жители относятся ко мне с подозрением, впрочем, тому есть объяснение. Что до Каяны — она личность незаурядная. Никто не знает, что может прийти ей в голову. Как ни странно, мы с ней неплохо друг друга понимаем, однако злоупотреблять этим нельзя — люди вроде меня нечасто находят с местными общий язык, а Каяна — просто золото для таких, как мы — чужаков с отличной от здешней энергии. Мне повезло, что я её встретила, а вам повезло, что вы встретили меня.    — Все же я была права насчет Каяны, — победоносно заметила Рей. — Но Мико тоже верно говорит — без неё мы бы еще долго блуждали по степям, не понимая, что нам делать.    — Да уж, везение — так везение, — согласилась Дасти, доевшая наконец последний вонтон, и отодвинула пустую тарелку.   В куче хлама что-то зашуршало, и из неё показалась патлатая голова Каяны. Выбравшись из нагроможденного мусора, женщина небрежно бросила на дубовый стол помятый свиток с рваными краями, вслед за которым на доски со стуком упал странный круглый механизм, по внешнему виду напоминающий часы.    — Ого, и это календарь? — обрадовалась Зинтерс и с восторгом принялась рассматривать причудливую конструкцию.    — Только не отломай ничего, — взмолилась Рейлин. — Мы и так не знаем, как оно работает.    — Работает очень просто, — сказала Мико и взяла календарь в руки. — Это — вечный календарь. Смотрите: здесь, — девушка указала на овальную щель сбоку от верхнего круга, — время года. А здесь, — тут Мико покрутила треугольную стрелку и повернула небольшой рычажок, — число времени года. Число года надо смотреть на обратной стороне.    — А где же месяцы? — спросила Дасти.    — Месяцы? — Мико удивленно посмотрела на девочку.    — Ну да, месяцы. Ноябрь там, январь, апрель. Месяцы.   Мико перевела недоумевающий взгляд на Каяну, и та ответила ей точно таким же недоумением в лице, означающим явный вопрос: «Что еще имеет ввиду эта девчонка?» Рейлин мягко дотронулась до плеча все еще требующей ответа Дасти и грустно сказала:    — Они не понимают, о чем ты. Наверное, у них во времяисчислениях нет месяцев.    — Идиотизм какой, — фыркнула Зинтерс. — Это же неудобно.   Рей только пожала плечами. Каяна, которую все поблагодарили за обед, принялась убирать посуду со стола, и Дасти вдруг показалось, будто было что-то неправильное во всей обстановке да и жителях этой хижины и тем, как эти жители приняли практически чужих им людей у себя в гостях.    — Каяна, — окликнула Зинтерс женщину, и та вопросительно обернулась, уже готовая уйти вместе с мисками на кухню, — извини за нескромный вопрос, но… Откуда у тебя столько еды? Ты ведь говорила, что живешь впроголодь.   Рейлин тоже заинтересованно посмотрела на Каяну. Нищенка ненадолго замялась, после чего махнула рукой и бросила:    — Это все Мико. Она чувствовала ваше появление. С тех пор, как она появилась в моем доме, я голодаю гораздо реже.    — Выходит, Мико помогает тебе добывать еду? Ну да, ты не рассказывала, что она живет у тебя, — понимающе отозвалась Дасти.    — Вы еще многого обо мне не знаете, — пробормотала Каяна, уходя из комнаты, но слова эти прозвучали так тихо, что их почти никто не разобрал.    — Итак, вопрос: что же нам делать сейчас? — озадачилась насытившаяся Зинтерс, сложив руки за головой.    — Понятно что, — фыркнула Рей, потихоньку выбираясь из-за стола. — Переночуем здесь, а на рассвете отправимся на север, искать Святилище и возвращать клинок. Это наш единственный шанс выбраться.    — Есть только одна загвоздка, — протянула Дасти, и Рейлин выжидающе уставилась на девочку, так и оставшись сидеть на скамейке. — Аватар тоже идет на север.    — С чего ты взяла?    — Мы в первой книге. Приблизительно, где-то в середине. Сейчас команда Аватара направляется на север, чтобы найти учителя магии воды. Мы вполне можем встретить их по пути.    — А чем плохо то, что мы их встретим? — спросила Рей, которая совершенно не могла взять в толк, чего опасается её подруга.    — Тем, что за Аватаром гонятся все, кому не лень. И адмирал Джао, и принц Зуко, и еще куча других огненных злобных придурков. И обычно там, где Аватар, всегда неприятности. И драки. А еще постоянные разгромы и разрушения. Короче, опасно это.    — Что — это?    — Встретить Аватара!    — Но мы же не за Аватаром следуем, — возразила Рейлин. — Наткнуться на Аватара более чем маловероятно. Они идут своей дорогой, мы — своей, и пересечемся мы только в следующей жизни, и то — не факт. Да и вообще, почему тебя это так волнует? Сколько я помню, ты наоборот хотела бы, чтобы мы встретили кого-нибудь из команды Аанга. Вон как распереживалась, когда я сказала, что видела Зуко. Как-то ты сама себе противоречишь.    — Зуко — это одно. Он никому не нужен, и за ним никто не гонится. А за Аватаром — гонятся, и очень многие. А я бы не хотела оказаться на пути остервенелых солдат Огня, которые преследуют Аанга. Хотя, если подумать, команду Аанга действительно очень сложно выследить. Ты права, может, мы и не встретимся. Но предосторожность все равно не помешает.    — Успокойся, Дасти, даже Аватара никто так не преследует, как ты думаешь. Насколько я помню, в мультике они путешествовали совершенно спокойно и местами даже останавливались на длительный отдых, если мне память не изменяет. Я думаю, встреча с Аангом не особо опасна. В конце концов, мы обычные путешественники, а путешественники всегда встречают новых людей по пути.    — Ладно-ладно, беру свои слова назад, — буркнула Зинтерс и вдруг посмотрела на Мико, которая уже собралась было вставать. — Эй, куда ты?    — Медитировать, — откликнулась девушка, поправив холщовые ленты на руках. — Слушать вашу болтовню не доставляет никакого удовольствия.    — Подожди! — жалобно попросила Дасти и попыталась сделать такие милые глаза, какие только могла. — Может, расскажешь нам твою историю?    — Какую? — Мико с любопытством повернулась к девочке.    — Как ты стала меченой.    — Ах, эту… — девушка задумчиво поскребла покрытие бо ногтем и отставила посох к стене, после чего опять устало опустилась за стол.   Девочки с интересом придвинулись ближе к рассказчице. Рей поставила на столешницу локти, положив голову на руки, а Дасти прилегла на плечо подруги, полностью готовая внимательно слушать.    — Меченой я стала, когда мне исполнилось одиннадцать. Я ничего не знаю ни о своем детстве, ни о том, как мне жилось тогда. Смутно помню лишь то, что родилась я в Царстве Земли. Меня похитил дух, как тогда он сам назвался, покровитель Поклонения и Укрощения. Это был дух-жрец, он не обладал особой силой, но имел большую власть над самыми непокорными существами — пресмыкающимися. Он забрал меня в мир духов, где обучил своему главному знанию — управлением ментальной связью. Затем он стал моим фамильяром.    — Кто такие фамильяры? — поинтересовалась Дасти, практически всем корпусом навалившаяся на подругу.   Рейлин легонько пихнула девочку вбок, отчего та в неизменном положении перетекла на стол.    — Животные-помощники. Некоторые призывают их только время от времени, а за некоторыми фамильяры ходят по пятам. Энергия моего духа была так велика, что поначалу мое тело с ней не справлялось. Но потом я привыкла и даже научилась взывать к змеиному духу в особенно опасных ситуациях. Так как он довольно-таки силен, мне порой тяжело поддерживать с ним связь — ци очень быстро кончается. Однако если моя жизнь оказывается на волоске, приходится прибегать к самым крайним мерам.    — А ты можешь призвать духа прямо сейчас? — вдруг предложила Дасти, и в её глазах зажглось самое что ни на есть настоящее любопытство.    — Нет! — резко вскрикнула Мико, дернувшись так, точно обожглась о кипяток. Зинтерс непонимающе на неё посмотрела. Рейлин, которой было уже откровенно наплевать, о чем там говорят её друзья, преспокойно задремала на лавке, убаюканная звучанием размеренного монолога беловолосой девушки. — Кажется, я только что сказала, что прошу своего духа явиться только в крайних случаях.    — Ясно… — разочарованно протянула Дасти, и на несколько минут в комнате воцарилась тишина.   Висящая в воздухе пыль причудливыми витками кружилась под самым потолком, освещаемая бледно-золотистыми лучами заходящего на улице солнца, проникающими через небольшое окошко. Отсутствие стекла или хотя бы москитной сетки привело к появлению в каморке многочисленных комаров и прочего гнуса, без конца жужжащего, но почему-то совершенно не надоедающего. Жужжание отдельных мошек сливалось в единый, ровный гул, лишь изредка прерываемый звяканьем посуды на кухне (Каяна чистила столовую утварь) и сонное бормотание Рейлин, со всеми удобствами прислонившейся к каменной стене, рядом с которой стоял стол. И в этой относительной послеобеденной тишине, во время которой, казалось бы, только и нужно, что прилечь отдохнуть или подумать о планах, или попросту помечтать и погрузиться в свои мысли, вскоре снова раздался звонкий голосок Дасти.    — Выходит, ты совсем ничего не помнишь о себе, о своей жизни? Ты даже не помнишь, кто твоя семья, откуда ты родом и… Кто ты такая? — с неприкрытым изумлением поразилась девочка.   Мико покачала головой.    — Нет, кое-что я все-таки помню. Я помню свое имя, помню, сколько мне лет. Я помню, что у меня когда-то была большая семья… — она горестно вздохнула, и её плечи опустились. Зинтерс попыталась было подбодрить Мико, одарив её самым искренним сочувственным взглядом, но девушка даже не смотрела в сторону Дасти.   Отсутствующий взор её был обращен куда-то в пустоту — казалось, Мико видит что-то, недоступное глазам девочки, и от этого становилось мрачновато, и по коже пробегали мурашки.    — Большая семья? И насколько же большая? Ты помнишь своих родителей? — спросила Дасти. Девушка промолчала. — Может, ты помнишь кого-то из своих знакомых? Друзей?   Вдруг Мико подняла глаза на Зинтерс и абсолютно спокойно произнесла:    — У меня не было друзей, — от этих слов так и веяло холодом.    — Да брось, у всех в детстве были друзья, — хотела было засмеяться девчонка, но осеклась, наткнувшись на пустой взгляд светловолосой девушки. — Ты хотя бы фамилию свою помнишь?   Мико снова не ответила. Бесшумно выдохнув, она поднялась и взяла посох. После чего, глядя куда-то в пол, серьезно сказала, указав на прядь каштановых волос, что, выделяясь на фоне белоснежного пробора, казалась особенно яркой и темной и тянулась параллельно всей длине хвоста:    — Видишь эту полосу? Это мой настоящий цвет волос, такой, какой был до того, как в меня вселился дух. Вместе с этой полоской остались все мои воспоминания, когда-то связывавшие меня с нормальной, человеческой жизнью. Но, как видишь, их очень и очень немного по сравнению со всем, что я знала прежде. Дух стер всю мою память, не оставив в ней ничего… Ни чувств, ни боли, ни переживаний.    — Выходит, белые волосы означают, что у тебя забрали память, а черные — это все, что ты помнишь о своей прошлой жизни?   Мико кивнула.    — Да. Я знаю, кто я, я знаю, в чем мое предназначение. Я знаю, что я должна помочь вам. Но как помочь себе… Я превратилась в существо, которое лишилось всего, но в то же время я продолжаю жить. Ради чего я живу? У меня ничего нет. Ни дома, ни семьи, ни того, чего я могла бы добиться, будь обычной крестьянкой или фабричной работницей. Даже если бы я была воином, у меня было бы нечто большее, чем… Чем то, что у меня есть сейчас. Это так глупо и так бессмысленно — осознавать, что ты ни к чему не приспособлена и никому не нужна. Но с этим приходится мириться и идти дальше. Несмотря ни на что — идти дальше. И я верю, что вы все сможете, вы сможете идти своей дорогой и дальше и не собьетесь с пути. Я верю в вас и в то, что у вас все получится, — весьма торжественно закончила Мико и, соединив руки в прощальном жесте, последовала к выходу.    — Подожди, ты уже уходишь? — жалобно спросила Дасти.    — Мне нужно медитировать, — напомнила девушка. — Если ты помнишь, я все еще полудух-получеловек. В медитации я возвращаюсь в духовный мир, с которым мне необходимо поддерживать связь, чтобы продолжать жизнь.    — Мы еще увидимся?    — О, разумеется. Я провожу вас на рассвете — укажу дорогу из деревни. И да, вам скорее всего придется встать биваком, потому что в этой лачуге все мы не поместимся.    — Не вопрос, — не стала возражать Дасти и махнула на прощание рукой. — До завтра.    — До завтра… — входная дверь пронзительно заскрипела и с громким хлопаньем закрылась.   Минуту спустя из кухни вышла Каяна с полотенцем в руках и устало вытерла взмокший от работы лоб.    — Я пройдусь до деревни за водой, — без обиняков заявила женщина. — Если захотите перекусить — я оставлю на столе миску с орехами личи. Мико совсем недавно принесла, они дозревают еще. Угощайтесь. Уф, жара-то какая под вечер… — пробормотала Каяна, вперевалку пересекая комнату и исчезая в бесконечных мусорных завалах в поисках жестяного ведра.   Дасти пихнула задремавшую подругу, отчего та беспокойно шевельнулась и, чуть продрав глаза, заспанно уставилась на девочку.    — Вставай, соня, нам надо разбить лагерь, — весело скомандовала Зинтерс, по-новой включив режим оптимиста, и проворно поднялась с лавки, намереваясь отправиться к «припаркованной» рядом с домишкой Шуше. Рейлин, еще не до конца спросонья понимающая, где находится, вяло потянулась и направилась следом за Дасти.  

***

  Легкий ветер гнал слабую рябь по воде, которая ловила в себе сверкающие блики закатного солнца. С приближением ночи спертый прежде воздух постепенно свежел, наполняясь приятной вечерней прохладой. Над прудом молчаливо склонились кроны прибрежных деревьев, отбрасывающие на зеркальную поверхность кудрявые тени. Ветер шуршал в траве, игрался с листвой кустов, едва заметно колыхал длинные белоснежные волосы, приобретающие серебристый оттенок в солнечных лучах.   Мико сидела около пруда, скрестив ноги в позе лотоса и собрав руки в жесте намасте. Её глаза были прикрыты, тело расслаблено, а дыхание выровнено. Девушка наслаждалась шумом накатывающих на берег волн, поздним щебетом птиц и шорохами лесных зверей, облюбовавших окрестную полянку. Внутри Мико царили умиротворение и безмятежность. Голова была свободна от тяжких, безрадостных мыслей, в руках и ногах ощущалась непривычная ранее легкость, а в груди — теплота. В такие моменты не хотелось ничего делать и ни о чем думать.   На днях Мико получила весть. Это оказалась даже не весть, а скорее приглашение, и девушка была приятно удивлена этому событию. В её теперешней жизни подобное случалось не слишком часто. Сейчас Мико сидела в смиренном ожидании, которое обычно предшествовало появлению любой сущности, наделенной духовной составляющей.   Тишину природной пасторали прорезал бархатистый мужской баритон, который Мико узнала бы из тысячи даже через несколько десятков лет.    — Хотел бы я знать, что все это значит. Девушка загадочно улыбнулась, не открывая глаз и не оборачиваясь.    — А ты как всегда предпочитаешь отвлеченные разговоры, Лу Тен, — усмехнулась она.   Где-то в стороне раздался чуть уловимый шорох, и на поляну степенно вышел огненный воитель, в прошлом очень доблестный и благородный. Выглядел он несколько бледнее, чем при жизни, о чем можно было судить по серебристой дымке, стелющейся вокруг ног мужчины и мерцающей в его зрачках.    — А ты как всегда притворяешься, будто не понимаешь, о чем я говорю, — ответил он в тон собеседнице. Мико открыла глаза и подняла взгляд на духа, после чего посмотрела на траву рядом с собой, приглашая того сесть. Лу Тен приблизился и плавно опустился, также скрестив ноги и выпрямив спину.    — Ты позвал меня, чтобы поделиться новой порцией острот? — девушка выразительно посмотрела на собеседника, но тот внимательно изучал окружавший его пейзаж, как-то тоскливо глядя прямо перед собой.    — Я так давно не был здесь. Поговорить с тобой было мне необходимо. И все-таки, хотел бы я знать, что все это значит.   Мико тоже посмотрела на пруд, после чего склонила голову и уже без тени едкости заметила:    — Ты все слышал.  — Да, и почему тебя так это удивляет? Я дух, и имею право следовать за людскими разговорами.    — Ты не понимаешь, зачем я сказала им уничтожить меченых.    — Именно.    — Я долго думала над твоими словами. Долго, почти целую жизнь. Поверь, та встреча… Она не была случайной. Я тогда еще не знала, многого не знала. Я была молода, неопытна и совершенно одна. Мне было некого спросить. Поэтому я размышляла. Медитировала, потом снова размышляла, — Мико вздохнула, выдержав недолгую паузу. — Ты был убежден, что меченые недостойны жизни. Я тогда сильно колебалась, потому что… Была напугана. Мне было страшно. По-настоящему страшно. Я боялась, что не смогу выжить, что не исполню того, что было завещано пророчеством. Я боялась всех разочаровать. Но пока я готовилась к этой встрече, я изменила свое мнение. Тебя больше нет, и мой след… Потерян навсегда. Я подумала и пришла к выводу о том, что в твоих суждениях была доля истины. Ты был прав, Лу Тен, меченые не должны жить. Они — порождение самых чудовищных существ, какие только могут появиться на планете. Теперь, когда я все им рассказала, мне не страшно. Я больше не боюсь, даже наоборот, я рада, что смогу помочь миру избавиться от ошибок прошлого. Они — наша последняя надежда на очищение, ты понимаешь?   Девушка посмотрела на огненного принца, и в её глазах отразилась вера вместе с робким лучом упования на нечто благодатное. Это было признание, чистое и светлое, Мико по-настоящему верила, искренне и чистосердечно, и ей очень хотелось бы, чтобы Лу Тен понял её, понял, что она имеет в виду, в конце концов, он сам когда-то разделял её взгляды.    — Что ж, может, ты и права. Но получится ли у них? — в голосе мужчины зазвучали тревожные нотки.    — Они еще не знают, что ждет их впереди. И все же, это не наша забота. Все образуется, когда я уйду на покой. Мы все уйдем на покой.   Лу Тен медленно втянул носом воздух и прикрыл глаза. Вода в пруду с плеском волновалась, расслабляюще действуя на слух, успокаивая сознание и мысли. Мико с наслаждением внимала неторопливому, размеренному рокоту волн, время от времени с интересом поглядывая на своего знакомого. С приходом духов обстановка материального мира всегда точно преображалась — дышать становилось легче, в голове прояснялось, и тело наливалось какой-то нечеловеческой силой. Недаром люди всегда поклонялись этим таинственным существам, невидимым, но необыкновенно могущественным. Они обладали удивительной, светлой энергией, которая имела целебное свойство: рассеивать любые переживания, неотступно терзающие людские души, не проходящую со временем тяжкую боль и темные, неизведанные и самые зловещие страхи. И пускай Лу Тен не был одухотворен, Мико точно знала, в редкие моменты безмятежных встреч он приносил с собой частицу этой таинственной энергии из мира духов, и все вокруг точно оживало, меняясь и окрыляя желанием добрых свершений. Рядом с Лу Теном Мико всегда чувствовала себя хорошо, и не одна она — её змей-фамильяр, навечно связанный с ней духовными узами, тоже ощущал эту энергию и будто бы обогащался, вновь находя в себе крупицы родной материи.   Они так и сидели вместе, слушали плеск волн, шум ветра, гуляющего в ветвях деревьев, и последнюю вечернюю перекличку диких птиц. Когда-то заклятые враги и вечные противники, а теперь — обессилевшие, утратившие надежду, потерянные и одинокие души, больше они не видели в себе прежних соперников и не пылали к друг другу неостывающей ненавистью. Их конфликт уже исчерпал себя, и сами они устали, забылись, и чувства их давно канули в небытие — им даже опротивело бояться и чувствовать отвращение друг к другу. Они сидели вместе, рядом, преследователь и беглянка, но теперь было все равно, кто за кем гонялся. Теперь все это — в прошлом, а впереди — новая история, новая судьба и новое будущее. Без страха, боли и огня. И без ледяного холода змеиной шкуры и жуткого блеска клыков во тьме.    — Ты знаешь, как я был разочарован, узнав, что никакого дракона больше нет, а Святилище — это просто груда камней с холодным, пустым алтарем. Тебе стоит отдать должное, ты неплохо играла тогда. Правда, как я и обещал, поверить тебе так и не смог, — говорил Лу Тен, и в его бесстрастном голосе слышалась чуть различимая ирония. Но звучала она как-то мягко, тепло, словно воитель пытался по-отцовски укорить Мико, что, впрочем, неплохо ему удавалось. — Что ж, их водить за нос ты не стала. Посмотрим, хватит ли им решимости. Возможно, им повезет больше, чем мне.    — Не беспокойся за них. На твоем месте я бы переживала о другом.    — Мне? Переживать? О чем ты, я ведь дух. Мертвец, призрак, покойник, если можно так сказать. Мне теперь не о чем переживать. Я могу только равнодушно наблюдать за спектаклем, как зритель со стороны. Это весьма увлекательно, но… Скучно.    — Тем не менее, у меня к тебе вопрос. Лу Тен, кто-то из вашей семьи продолжил твое дело? — в глазах Мико мелькнула тень тревоги. Мужчина пожал плечами.    — Я старался несильно о нем распространяться. Быть может, отец что-то знает. Помню, когда я увяз в этом по самое горло, он рассказывал какие-то сказочки про духов младшим.    — Младшим? — девушка заинтересованно прислушалась.    — Моим кузенам. Не уверен, помнят ли они. Честно говоря, еще тогда я не хотел, чтобы кто-то из династии Хозяев по-прежнему занимался истреблением меченых. И это было правильным решением. Мои тогдашние планы на ваш род кажутся мне теперь деспотичными.    — Ты держал свою деятельность под секретом?    — Да. Скажем так, мне нравилось действовать единолично. Со мной был мой отряд, человек шестнадцать где-то. Помню, они тоже не были в восторге от того, во что я заставлял их ввязываться. Поверь, я тоже был молод и полон амбиций. Все закончилось слишком быстро, я не успел ничего осознать.    — Это ужасно, я согласна с тобой. Но отныне мы не будем вспоминать совершенные ошибки. Духи могут слушать наши исповеди, сколько нам заблагорассудится. Слова все равно ничего не изменят.    — Что верно — то верно.    — Но если твои кузены вновь обо всем узнают? Охота начнется опять?    — Не думаю. Отец не пожелал бы племянникам такой судьбы, как у меня. Он не допустит этого — был слишком подавлен.    — Мне жаль.    — Жалость бесполезна, когда сокрушаешься о прошлом.    — Ты навестишь его? — вдруг спросила Мико и склонила голову, так что в её глазах утонули последние отсветы солнечных лучей.    — Мне кажется, сейчас это не самое лучшее решение, — задумчиво отозвался Лу Тен, и на некоторое время у пруда вновь воцарилось молчание.   Мико уже потеряла счет времени. Сколько они так сидели? Минуту, а может, час? Казалось, момент этой встречи непрерывен, и так не хотелось его нарушать. Когда рядом дух, все насущное забывается само собой. Но девушка все же сделала над собой усилие и сухо сказала:    — Наверное, мне пора, — после чего уже собралась было встать с земли, но Лу Тен её остановил.    — Перед тем, как уйдешь, — начал он, — позволь задать тебе пару вопросов.    — Задавай, — мужчина выдержал паузу, а затем деловито спросил:    — Если они все-таки найдут дракона и откроют портал для изгнания, меченые исчезнут просто так? И их не нужно будет убивать?    — Хотелось бы мне знать, — фыркнула Мико. — В предании об этом ничего не сказано.    — Я ошибочно полагал, что если просто убивать меченых, их можно будет искоренить на раз-два. Эти идеи кажутся сейчас такими абсурдными.    — Честно признаться, я думала, что ты преследовал меня только ради дракона.    — Старые легенды врали, врут и всегда будут врать. Все в этом мире субъективно, мы никогда не видим полной картины. Забавно наблюдать за всем этим со стороны.    — У каждого должна быть своя точка зрения. Только духи веселятся, им ведь все известно.    — Я бы не сказал, — печально усмехнулся Лу Тен, но девушка на этот счет ничего не ответила.    — Еще вопросы?    — Сколько вас осталось?    — Хм, — Мико задумалась. — Полагаю, не так уж много.    — И так понятно. А сама ты встречала других меченых хоть раз?    — Нет. Мне кажется, больше всего их осталось на Полюсах и востоке Царства Земли. Хотя не спорю, быть может, есть и такие, кому посчастливилось выжить в Стране Огня.    — Это невозможно, — улыбаясь, заметил Лу Тен. — Страна Огня еще при моей жизни была свободна от одержимых.    — «Все в этом мире субъективно», — передразнила его Мико. — Тебе так только кажется.    — Хорошо. Последний вопрос.    — Ну.    — Я слышал, что каждый меченый носит татуировку — за это их так и называют.    — И?    — У тебя тоже есть татуировка? — огненный воитель повернул голову и посмотрел прямо на девушку. Та с изумлением отпрянула — глаза Лу Тена светились неподдельным любопытством.    — Тебе какое дело? — по привычке огрызнулась Мико, запоздало вспомнив, что разговаривает с духом.    — Никакого. Просто интересно, — мужчина снова отвернулся, чувствуя, что ответа ему не добиться.   Мико смутилась и спустя пару секунд несколько неловко ответила:    — Извини, меня никогда еще не спрашивали об этом. Конечно, у меня есть татуировка. И у моего духа была. Он-то и оставил мне её.    — Странно, но я никогда не видел у тебя татуировок.    — И не увидишь. Я ношу её под одеждой. Это все, что ты хотел у меня спросить?    — Думаю, да.    — Что ж, тогда я, пожалуй, пойду. Приходи почаще, Лу Тен, — девушка поднялась и, взмахнув посохом бо, пошла прочь с поляны. — Без тебя я так и не узнала бы, как приятно вспоминать былое.    — А потом говорить, что все равно ничего не изменится, — насмешливо произнес Лу Тен. Мико улыбнулась.    — До встречи.    — До встречи, Мико.   Дух остался у пруда один. Но он и не спешил уходить — у него впереди была целая вечность.  

***

   — Дасти! Послушай, мне кажется, я поняла, как мы здесь оказались.   Дасти, которая только что легла поверх постеленного спального мешка и уже устало прикрыла глаза, готовая в любую секунду провалиться в царство сновидений, раздраженно буркнула:    — Я тоже поняла. Мы пришли сюда вместе с Мико, представляешь?    — Я не о том! — отмахнулась Рей, поуютнее обустраивавшая свое спальное место.   Девочки разбили лагерь неподалеку от хижины Каяны, соорудив из любезно предоставленного ей куска тюля некое подобие комарника, но даже вопреки его наличию назойливые мошки продолжали противно жужжать над ухом, норовя попасть в волосы и лицо. На улице было не жарко — ночь вступила в свои права — но и не холодно, поскольку сказывался душный день. Ночевать снаружи в такую погоду оказалось почти что райским наслаждением. Рейлин видела, как в соседней каморке горел свет: должно быть, Мико еще не пришла, и Каяна её дожидалась.    — Я имею ввиду, что знаю, точнее, думаю, что знаю, как мы вообще здесь оказались. В смысле, как мы попали в мир этого твоего Аватара.    — Да? И как же? — сонно спросила Дасти, которую вовсе не заботило внезапное открытие подруги. Сейчас Зинтерс мечтала только о том, чтобы Рей поскорее оставила её в покое. День выдался тяжелый, а она, в отличие от Рейлин, не дрыхла полдня на лавке за столом.    — Это все из-за тех браслетов. Помнишь, Дасти? Которые ты купила на ярмарке. Когда мы последний раз засыпали дома, они лежали рядом. А на верхнем этаже кроме нас и Шуши никого не было. Ты понимаешь, браслета было три, тот третий ты так и не подарила бабушке. Их было три, и мы здесь оказались втроем. Это не просто совпадение, Дасти!   Дасти вдруг очнулась, разом прогнав остатки нахлынувшей на неё дремоты, и протерла глаза.    — Рей, а знаешь, может, ты и права! Браслеты-то ведь нефритовые были. И Мико что-то говорила про дракона. Тоже нефритового. Послушай, но… Как же это возможно? Хочешь сказать, что, купив браслеты, мы призвали этого дракона, а он переместил нас сюда? Мы же слышали, Нефритовый Дракон — покровитель путешествующих между мирами. Это значит, что… Рей, а мы вообще сможем вернуться назад?! — в глазах девчонки мелькнул настоящий испуг, который передался и Рейлин. Девушка схватилась руками за виски и отрешенно уставилась куда-то в темноту ночи.    — Черт возьми… Я говорила тебе, что не нужно было их покупать! Я предупреждала! Что нам теперь делать? Браслетов-то больше нет, и дракона больше не призвать! И правда, как мы вернемся?!    — Но Мико говорила, что нам надо найти дракона, потому что у меня есть мизерикордия. Он же когда-то охранял эти ножи, значит, мы должны его отыскать.    — А если мы его не найдем? — едва ли не срывающимся голосом спросила Рей, и в этих словах прозвучало столько безнадежности, что Дасти не решилась отвечать.    — Та тетка, которая продала браслеты… Она не хотела их отдавать, потому что они были заговорены, — девчонка принялась размышлять вслух. — Заговоренные браслеты не подчиняются Нефритовому Дракону. А нам отдала простые браслеты, да еще втридорога за них содрала. Но ведь откуда-то же она их взяла? Где-то же они еще были? Или эти три штуки, которые мы купили — единственные нефритовые браслеты, которые существуют в целом мире?    — Ты намекаешь на то, что где-то в мире были еще браслеты из нефрита, которые не были заговорены, и кто-то мог переместиться в мир Аватара вместе с нами?    — Вполне возможно. Это может происходить даже прямо сейчас! — Дасти была совершенно уверена, что ей больше не хочется спать. — Нам нужно срочно найти их!    — А в чем смысл? — задала очевидный вопрос Рей. — Они все равно не помогут нам выбраться.    — А вдруг помогут? — парировала девочка, восторженно выстраивая в уме логические цепочки. — Когда нас много, вместе действовать всегда проще.    — По-моему, это глупая идея, — заявила Рейлин. — Зачем нам мотаться по миру Аватара лишний раз, если нам и так нужно найти этого дракона? А вдруг мы дракона будем искать дольше, чем других попаданцев?    — Но если сюда действительно попал кто-то из нашего мира, мы не сможем его здесь бросить, — весомый аргумент Дасти заставил девушку задуматься.    — Хорошо, ну и как ты предлагаешь действовать? Исколесить весь мир в его поисках и потерять уйму времени, а потом вернуть кинжал и потерять еще уйму времени, разыскивая Нефритового Дракона?    — Рейлин, а как думаешь, с драконом можно будет поговорить?    — Что? О чем ты? — не поняла Рей.    — О том, что если мы найдем его сначала, мы сможем спросить, много ли еще людей попало в мир Аватара. Как думаешь, это может сработать? — Дасти с надеждой посмотрела на подругу.    — Как бы бредово этого не звучало, но мне кажется, что твое предположение может быть очень даже верным, — Рейлин с трудом верилось в свои слова. — Я считаю, попробовать стоит. Все-таки, это лучше, чем бегать по здешнему миру, нарываясь лишний раз на солдат Огня и другие опасности.    — Отлично. Значит, возвращаем мизерикордию, ищем дракона и узнаем про остальных, — подытожила Дасти и с облегчением откинулась на свой мешок. — Если повезет, мы сможем встретить их по дороге.   Рей одобряюще кивнула.  — Но вообще, я согласна с тобой. Телепортироваться в мир Аватара с помощью браслета — самый тупой и неоригинальный переход между мирами из всех, о которых я когда-либо слышала.   С этими словами девочка повернулась на бок и наконец засопела, измученная за сегодняшний день обилием приключений и информации.