Полночь пятого дня

Шурик не сразу решился сказать это. Что руководствовало им? Может, страх? Может, вполне разумное желание продолжить жить дальше, жить как всегда обычной жизнью, а не кидаться неизвестно за кем, неизвестно куда. Хотя сердце все еще отзывалось назойливой болью, как будто в груди застряла заноза. — Юля… — Шепотом позвал ее Шурик, надеясь, что она вернется. Из тишины не донеслось ни звука, только назойливые сверчки продолжали стрекотать. Кажется, ровно в эту минуту наступил новый день. Шурик сделал свой выбор, теперь, наверное, Юля найдет себе другого фаворита. От осознания этого становилось как-то паршиво, отчетливо ощущалось чувство, отдаленно похожее на ревность. — Юля, вернись… — Повторил Шурик еще несколько раз, но теперь уже стихли даже сверчки и тишина начала давить на него. Он остался наедине со своими переживаниями и страхами. Он бросался из крайности в крайность, то желая отправиться искать девушку-кошку в катакомбы, то собираясь скорее найти вожатую и все рассказать. В итоге, он так и остался сидеть на месте, пустым взглядом изучая звездное небо. Шурик потерял счет времени. Через несколько минут, а может и через час, из чащи леса вышли двое: печально знакомая Шурику рыжая оторва — Алиса и горе-кандидат в кибернетики — Семен. Рыжие волосы Алисы были растрепаны, рубашка порвана. В побледневших руках Алиса лихорадочно сжимала фотоаппарат, медленно, неуверенно шагая навстречу Шурику, повторяла что-то. Семен вел ее под руку, точно был ее кавалером, и что-то неразборчиво говорил тихим сдавленным голосом. По иронии судьбы, с соседней тропинки вышли еще двое пионеров – Электроник и Женя. По той же коварной иронии все четверо пересеклись у палаток, но их присутствие никак не волновало Шурика. Он сидел к ним спиной и смотрел на звезды. — Эй, — Первым окликнул его Электроник — А ты чего не спишь? Я думал, вы с Леной посидите и спать пойдете… — Эл! Эл! – Перебил его Семен, — Нужно разбудить вожатую, у Алисы жар! — Жар? — Она придуряется, — Сухо бросила Женя. Шурик не хотел даже оборачиваться к ним. Да и зачем? Его они, похоже, даже не заметили. Уж лучше бы снова наступила тишина. А впрочем… Одна фраза все-таки въелась в память. — Алиса видела существо в лесу… Шурик говорил о нем. У нее есть фотографии, нужно только проявить! Шурик резко обернулся, и воскликнул первое, что пришло в голову: — Я говорил! — Шурик, вот ты где! — В один голос сказали Электроник и Женя. — Не волнуйтесь, она ушла… Юля, больше она никого не потревожит, она не получила того, чего хотела и предпочла тихо уйти в лес. Шурик не знал, послушают ли его пионеры или в очередной раз воспримут его слова, как бред сумасшедшего любителя лазить по катакомбам. В конце концов, они, наконец, заметили его. Хотя Шурик был уверен, исчезни бы он, ничего толком бы не изменилось. А если так, может, стоило пойти за Юлей? Уйти с ней в лес, узнать, каков тот прекрасный мир, о котором она рассказывала. — Юля? – Непонимающе спросил Электроник. — Да, так зовут это существо. Шурик смотрел на переговаривающихся пионеров: наблюдал, как Семен понесся за вожатой, чтобы помочь Алисе, как Электроник, махнув рукой, приобнял Женю и продолжил какую-то прошлую беседу, до которой Шурику не было дела. Единственное, чего он ждал, момента, когда проявятся фотографии Алисы. Странно, когда она впервые заговорила про фотик, он не предал этому фотику никакого значения. Сейчас же Шурик в сердцах благодарил Алису за то, что она все-таки утащила его у Электроника и запечатлела на фотопленке чудо природы. *** Утром отряд вернулся обратно в “Cовенок” и целый день пионеры готовились к отъезду. Странно, но ни Ольга Дмитриевна, ни Борис Александрович так и не узнали о том, что случилось в полночь пятого дня. Об этом не раскололась даже Алиса, и более того, к утру она выглядела абсолютно нормальной, и вела себя как прежде. Шурик не раз краем глаза замечал ее то хохочущей вместе с Семеном у домиков, то рассказывающей Ульяне какие-то небылицы про вожатых. Не отличились и Электроник с Женей, этот день они провели наедине. А Шурик… Он все слонялся по лагерю, не желая разговаривать ни с кем из них. Вечером, после ужина, Шурик сидел на скамейке у столовой и без интереса читал одолженную у Лены книгу. Он сделал закладку, собрался вернуться в домик и собрать вещи, как вдруг… — Эй, ботаник! — Окликнула его Алиса, заговорщически подмигнув. — А? Что? — Ошарашенно спросил Шурик. — На, вот, — Алиса протянула две фотографии, — Мы с Семой проявили. Шурик осторожно взял фотографии, инстинктивно ожидая подвоха, но Алиса спокойно отдала их ему. — Знаешь, я тоже ее видела. Эту Юлю твою, — Невозмутимо бросила Алиса, — Кажется, ты ей нравишься. Жаль уезжать завтра. А так, хотя бы в кой то веки себе девушку нашел, ботан… Алиса хихикнула на прощание, а потом хлопнула Шурика по плечу и убежала, так ничего толком ему и не рассказав. Наверняка, встреча с Юлей оставила след, наверняка Юля сказала ей что-то, но Алиса на то и Алиса. Она никогда не откроется, ей проще так: уйти не попрощавшись, унеся с собой тайну. Впрочем, что такого она могла сказать? Самое главное – ее подарок. *** “Взвейтесь кострами синие ночи, мы пионеры — дети рабочих” — разносилась песня по салону четыреста десятого автобуса. Хотя пели ее только сидевшие в первых рядах пионеры. Шурик расположился на заднем сидении и угрюмо наблюдал, как уплывают вдаль леса, покрытые утренней росой зеленые луга. Электроник и Женя сидели вместе и говорили друг-другу ласковые слова. Несомненно, их сблизил тот вечер, и Шурик был даже рад за них. Хотя что-то и не давало ему поверить в их искреннюю привязанность друг к другу. Семен и Алиса сидели чуть дальше и весело подкалывали друг друга. Шурик улыбнулся, посмотрев на них, а потом опустил взгляд. Он осторожно достал фотографии из рюкзака, и вот уже не в первый раз принялся изучать их. Тусклая черно-белая пленка не испортила красоты чуда природы, Шурик по-прежнему ощущал, как Юля пронзительно смотрит на него огромными медовыми глазами и зовет с собой. “— Ты пойдешь со мной?” — Больше всего на свете хотел услышать он сейчас, но, увы, кругом звучали лишь певучие звонкие голоса и отголоски фраз пионеров, не желавших поддержать хор. Что будет дальше? Шурик хорошо знал. Он вернется в райцентр к маме и папе, пойдет в школу, встретит старых друзей. Или… Автобус заехал в тоннель, и на мгновение Шурику показалось, что все рано или поздно повторится. Пионерлагерь, встреча с Юлей. Эти мысли быстро уличались в памяти, ведь были слишком глупыми и мимолетными. Автобус все не выезжал из тоннеля, видимо, его пробурили через огромную гору. Наконец, стихли голоса пионеров, и Шурик, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза и задремал. У каждой истории есть начало и конец. У каждой истории есть своя канва, синопсис, содержание, ключевые моменты, прологи и эпилоги. И нет такой книги, в которой при каждом новом прочтении не открывались бы вещи, на которые раньше не обращал внимания. У каждой истории есть начало и конец. Почти у каждой…