Не гей

Чон Чонгук не гей. Вовсе не гей. Ему нравится палить девчонок, когда те, потные, с прилипшими к телу костюмами скрываются в гримёрной после своего номера; ему нравится смотреть на эротичные фотки известных моделей в глянцевых журналах; ему нравится наблюдать, как во время танца трясутся упругие полукруги девушек-айдолов, скрытые лишь маечкой с лифчиком… Чон Чонгук не гей. Девушки у него были, даже много. В школьные времена он слыл казановой с открытым нараспашку сердцем, а сейчас был известным по всему миру певцом — как у такого может не быть девушки? Но, несмотря на бурное прошлое, сейчас у него действительно не было девушки. Чон Чонгук, черт возьми, не гей. Но он никогда не дрочил на фотографии тех же моделей, никогда не подкатывал к девушкам, пытаясь завязать отношения хотя бы на ночь (это было ниже его морали) — он не делал ничего, что могло бы связать его с девушками хоть какими-то отношениями. Он даже старался их порой избегать. А причина — чертов тормоз, чьи мозги, иногда думает про себя Чонгук, переехал камаз, да не раз — 4D пришелец, Ким Тэхён, с его по-идиотски глупой квадратной улыбкой и чертовски милой родинкой на носу. Чонгук не сразу заметил, как стал пожирать его взглядом во время переодеваний, как следил за тем, как хён кушает, или разговаривает, или кушает и разговаривает. Гук просто смотрел на него из-под опущенной челки, делая вид, будто занят совершенно иным, но глазами всё равно видел хёна, ушами слышал каждый его вздох, и его распирало, раздирало изнутри нечто томное и тягучее, нечто, что расползалось по венам патокой и заставляло его замереть, когда Ким касался его плеча или просто смотрел в сторону Гука. Чон Чонгук, мать его, не гей. Но он знает, какой чай любит Ким, какой жанр музыки предпочитает больше, что больше всего хён хотел бы получить на день рождения. Он знает, когда хён пытается скрыть свою грусть, громко разговаривая ни о чём, когда он пытается казаться беззаботным во времена сильных душевных штормов… Макнэ чувствует всё, что касается Тэхёна, сердцем, как если бы в него вживили радар с опознанием настроения хёна. И порой Гук сам себе поражается, когда, даже не понимая мозгом, он тянется руками к его спине, приобнимая сзади, на что Ким неловко смеётся, говоря: «Ну Чонгу-ук, ну что ты делаешь», а этот самый Чонгук ластится, притягивая хёна ближе, дыша в затылок, видя, что хён, собственно, и не против, не думая, что может потерять контроль. И не замечая, как падает в бездну. Чон Чонгук, блять, не гей. Но каждую ночь он просыпается в холодном поту, всё ещё ощущая подушечками пальцев голое тело Тэхёна, сохранив на ладонях жар его тела, чувствуя губами мягкость его кожи. Чонгук всё ещё слышит в ушах звонкие стоны старшего, вызванные его действиями, ощущает власть над Кимом, которую не имеет здесь, в реальности, и в такие моменты его сердце готово отказать. Чон Чонгук любит эротические фотографии моделей, любит палить нун, спускающихся с концерта с прилипшими к телу от пота костюмами, но по ночам он слышит лишь скрип кровати и томные вздохи старшего под ним, сливающиеся с гортанными рыками самого Чона. Чон Чонгук не гей. Но так ли это?