Пустота в твоих глазах

— Так, значит, вот какие у тебя проблемы, — усмехнулся Енджэ, помешивая уже остывший кофе маленькой ложечкой, — и дядя твой уверен, что я смогу помочь? — Был уверен, — Джебом сидел в полуобороте напротив парня.       Скорее закусочная, нежели бар, в которой сейчас пребывали парни, была пуста, только пьяный мужчина сидел в дальнем углу, увалившись лицом в тарелку с жареной картошкой. Миловидная официантка подошла к двоим и предложила еще кофе. — Извините, а который час? — поинтересовался Чхве, подставляя кружку с остывшим напитком в надежде разбавить кипяточком и выпить. — Через десять минут уж пять утра будет, — улыбнулась девушка. — Не устаете вот так всю ночь бодрствовать? — Енджэ сделал глоток горячего кофе и с удовольствием замычал. — Тяжело, конечно, но ведь я молода и полна сил, — хихикнула официантка и удалилась от столика парней.       С минуту Чхве и Им молчали. Джебом не знал, как начать разговор о дальнейшем плане, а Енджэ, наоборот, хотел сказать сразу слишком много. — Ну так…- попытался начать Им, но запнулся, увидев на себе пристальный взгляд. — Давай к делу? Я тебе помогу. Но не за спасибо. Ты ведь это понимаешь? — Да. — Прежде чем мы начнем обговаривать условия, мне надо узнать кое-что. У тебя узнать. — Я ведь все рассказал. — Не все. — Чхве бросил на стол перед парнем его мобильный телефон. — Кажется, в твоей истории упущен один важный фрагмент. — Откуда? Ах да… — Джебом поспешил забрать мобильник, но Енджэ прижал его руку сверху своей. — Не так быстро. Из-за чего вообще ругань с Туаном началась? Не из-за Чжинена ли? — Какое это имеет отношение? Просто помоги мне, — огрызнулся Джебом, как обычно оскалившись. — Это имеет прямое отношение. Если ты соглашаешься на мою помощь, то должен быть готов рассказать мне все. — С чего бы я должен? — Им встал, ударив двумя руками по столу, отчего Енджэ вжался в спинку стула. — Да с того, что если ты упустишь столь важную деталь, можешь вовсе потерять его. — Я уже потерял его, — Джебом хотел было разозлиться еще сильнее, но поджал губы и сел на место.       Чхве помешал свой кофе и, положив ложечку на тарелку рядом, сделал глоток. — Тебе просто ужасно повезло знать меня. Ситуация хуже некуда, верно? — Им сидел молча, смотря перед собой и не обращая внимания на парня, а тот продолжал. — Он тебе звонил, кстати. — Заткнись. Просто заткнись. — Джебом поспешно стал набирать номер Джуниора, но тот не отвечал: спал, естественно.       Тем временем Чхве допил кофе. Усмехнувшись и развернувшись на стуле, поднял руку и подозвал официантку. Расплатившись, стал смотреть на то, как девушка ставит грязную посуду на поднос и протирает столик. — Дозвонился? — ласково спросил Енджэ, глядя на убирающего в карман телефон Джебома. — Смысл задавать вопрос, если сам видишь, — буркнул парень. — Ты должен записать мне пару адресочков этого Туана, ладненько? Вот хотя бы на салфетке. И встретимся в следующий раз… Хотя бы здесь же. Да, отлично. Завтра вечерком. Где-то в часик ночи. — Мерзкая манера общения, знаешь ли, — Джебом вернул обратно салфетку с адресами и ручкой, затем встал и бросил деньги на стол. — За себя сам заплатишь. — Прекрасно, просто прекрасно, — приговаривал Енджэ, выходя из закусочной следом.

***

      «Надо валить отсюда к чертовой матери. Просто валить и все», — проносилось к голове Пака, упаковывающего свои вещи в чемодан. Услышав шаги за дверью, Чжинен испугался и стал раскидывать вещи обратно, устраивая бардак, словно что-то ищет. В комнату вошел дворецкий и поджал губы, предвкушая будущую уборку.       «Господин Туан ждет вас внизу», — молвит он и кладет чистую одежду на прикроватный столик.       Чжинен не считает нужным отвечать, а лишь хватает шмотки, начиная мять их и неаккуратно напяливать, создавая видимость исполнения «приказа». Дворецкий выходит, а Пак следом запирает дверь и снова собирает вещи.       «Так дальше продолжаться не может. Просто не может…» — думает он, выталкивая чемодан за окно. Затем открывает дверь и покидает комнату. Спокойно идет вниз, но только до тех пор, пока не доходит до обеденной. Марк в своей привычной позе сидит за столом и листает папку документов, которые надо сегодня обязательно разобрать. Дворецкий подает кофе, и Пак, пользуясь моментом, выбегает за пределы особняка. Яркий свет бьет в глаза, отчего Джуниор морщится и приставляет ладонь ко лбу, создавая искусственную кепку из пальцев. Замечая чемодан на газоне, пригинается и проходит мимо окон. Ровно в тот момент, когда он берет ручку и поднимает чемодан, дворецкий подходит к окну и одергивает занавески, замечая убегающего Чжинена. Может, это и бесполезно, но Пак все же пытается шикнуть, чтобы тот его не сдал, однако в глазах слуги читается явное неодобрение.       Чжинен понимает — у него минут пять, прежде чем дворецкий культурно спросит и доложит о побеге. Джуниор срывается и бежит со всех ног вниз по склону. Надо признать, что особняк Туана располагается в горах, своеобразный бюджетный вариант Беверли Хиллз. Почти добегая до конца склона, Чжинен спотыкается и падает. Оставшуюся часть пути заканчивает кубырем. Чемодан едет следом и, когда тело Пака останавливается и он ощущает облегчение, рука врезается прямо в спину. Джуниор вскрикивает от боли и отодвигается, переворачиваясь на спину лицом к небу. «Ебаная мода на чемоданы, — думает он, глядя на ослепляющее солнце, сменяющееся силуэтом огромного мужчины, — твою мать…»

***

      Просыпается Чжинен на жесткой кровати, представляющей собой пружины да матрас. Резко вскакивает и осматривается: темно, плотные шторы не пропускают ни капли света. Не теряя ни минуты, подбегает к окну и распахивает ткань. «Решетки?» — с ужасом толкает вертикальные железки Пак. Внезапно в нос бьет жуткий аромат. «Блядь», — проносится в его голове, когда он сжимает нос двумя пальцами и оборачивается. В комнате ничего, кроме кровати, нет. Только дохлая крыса да пара тараканов в углу. Джуниор пятится назад и ощущает подступающую в горлу рвоту.       Не в силах себя сдерживать, толкает ногой дверь, но та плотно заперта. Джуниор кричит в решетчатое окошко:«Выпустите! Меня сейчас вырвет!» Однако мольба уходит в пустоту, а Пак начинает блевать около стены с крысой.       Пока Чжинен пытается отдышаться, дверь отворяется и в коморку заходит огромный мужчина. Слыша позади шаги, Пак оборачивается, сплевывая остатки рвоты во рту и смотрит озлобленно. — Кто, черт возьми, ты такой? — кричит Джуниор, налетая на парня и пытаясь ударить. Но тут же его отбрасывают, и он летит на пол, ударяясь больно о каменный пол. — Не гунди, — нет, не мужчина отвечает. Из-за его спины выходит Туан. Медленно приближается к замершему Паку и садится перед ним на корточки. — Я к тебе со всей любовью и душой, а ты сбегаешь от меня. Разве так делают с людьми, которых любят?       Марк гладит испачканного Чжинена по волосам. Затем проводит ладонью по щеке и хватает за мочку уха, срывая маленькую сережку-клипсу. — А может, я не люблю тебя! — выпаливает Джуниор и тут же понимает, что отрезал последнюю ниточку спасения. — А кого же ты любишь? — ухмыляясь, спрашивает Туан и тут же сам отвечает. — Не Джебома ли? Не Джебома, который тебя бросил? Ему ведь совершенно все равно на тебя, Чжинен.       Марк встает с корточек и отряхивает колени. Поворачиваясь к Паку спиной, делает пару шагов к двери. — Это твое наказание. Когда придешь в себя — выпущу. А пока что посиди, подумай над своим поведением… — Туан выходит и тихо под нос себе хмыкает. — Как будто от меня можно сбежать.       Амбал выходит следом на богачом и запирает дверь. Чжинен подбегает к решетке и лихорадочно толкает дверь. Спустя минуту бесполезных усилий до него доходит: он действительно заперт. Он сгниет здесь в одиночестве, если не отдаст свое тело Марку, чего тот так хочет.       «Приехали», — констатирует актер, съезжая по поверхности двери на пол. Что делать дальше — вообще не понимает. Хватается руками за голову и утыкается носом в колени. Слезы сами собой текут по щекам. В тихой камере слышно только хныканье парня и шебуршание крыс.       «Джебом… Джебом, спаси меня. Джебом… Джебом…» — повторяет Пак, словно молится. Отчаяние поселяется в его сердце. Чжинен решает для себя точно: Им никогда бы так не поступил. Он не такой, как Марк. Совершенно не такой. Джебом — самый лучший на свете. И как он мог не замечать? Он любит только его. Его одного. И плевать он хотел на Марка.       «Вот так и умру здесь, а ты так и не узнаешь, что со мной стало», — горестно усмехается парень.       Внезапно слышит странный хрип.       «Это ты, Чжинен?» Пак на секунду в смятении. Утирает слезы и вскакивает, выглядывая за дверь через решетку. Но ничего, кроме других камер. «Чжинен, я не в состоянии стоять, ты уж извини, что не приветствую, глядя в глаза», — продолжает голос.       И тут до Джуниора начинает доходить. — Мальчик мой, как же ты попал в такую западню? Ни в коем случае не стоило ему говорить, что не любишь. — Какая теперь разница, раз я здесь? — Пак грустно вздохнул, потирая глаза и усаживаясь на кровать. — Мальчик мой, он придет снова. Ты должен ему подчиниться. Отсюда нет выхода, зато есть шанс там, наверху. Ты слишком молод, чтобы подыхать в каком-то подвале. — Да разве ж лучше быть шлюхой богача? Лучше тихо сдохнуть здесь, в спокойствии.       Чжинен лег на кровать и положил руки под голову. На минуту голос стих. А затем послышалось неуверенное: «Ты ведь любишь Джебома?» Пак не знал, как ответить. Вернее, ответ-то он знал на вопрос, но не знал, стоит ли говорить вот так открыто. «Так или иначе, — тихий вздох и продолжение реплики, — любишь ты его или нет, могу не сомневаться в его чувствах к тебе. И пусть мне неприятно, что мой сын не той ориентации, я принимаю его выбор, потому что он мой сын. Чжинен, Джебом будет искать тебя. Но он никогда не найдет тебя здесь. Поэтому постарайся сделать все, чтобы выйти отсюда. Подчинись, поклонись в ноги. Пятиминутное унижение и шанс или же бесконечная гордыня и страдание? Мальчик мой, пожалуйста, сделай так, как подсказывает сердце».       Мужчина закашлялся. Прикрывая рот руками, с усмешкой глянул на окровавленные ладони. Он лежал на полу в своей камере. Ноги его были так переломаны, что из одной даже выпирал кусочек кости. Дышать было тоже больно, ибо ребра были проломлены от бесконечных ударов. «Я рад, что последний мой разговор был именно с тобой», — Чжинен был уверен — мужчина улыбается. Затем снова кашель, и на той стороне все стихает.       «Скончался», — думает Джуниор, полный решимости. Разговор придал ему сил. Он выберет унижение и шанс. Джебом найдет его. Чжинен знает точно.