Неканон

Вечно ты лезешь куда не надо, опять взялась спасать своих друзей. Никогда не пойму этого. Так страдать ради других… Зачем? Всегда думал, что такие девочки, как ты, должны развлекаться, ходить на вечеринки по фальшивым пропускам и взяткам, а ты? Ты чуть не умерла! Лежишь в коме… Зачем я пришел к тебе в больницу? Может, потому что сам знаю какого это не иметь возможности и пальцем пошевелить? А в прочем не так важно… Ты просто человек, так откуда берёшь столько сил? Банши могут только кричать и чуять смерть, не более. Зачем же было туда лезть? Дурочка… На тумбочке около койки стоит букет цветов. Романтик, блин. Хотя, тебе такой и нужен. Забавная из вас пара… Банши и цербер… Жутковато знаешь-ли, интересно кем будут дети. Вдоль твоих рук вьются тонкие провода, и мерно тикает прибор, следящий за сердцебиением и дыханием. Кожа стала неестественно-бледной, под глазами залегли тёмные синяки. Но даже такой умудряешься оставаться красивой. Этот парень приходит каждый день, а врачи прогнозируют твоё пробуждение через месяц. «Она не просыпается из-за сильной боли. Её тело уже здорово, но разум помнит что-то ужасное, поэтому кома посттравматическая», — так сказала медсестра. Боль… Как же хорошо я знаю это чувство. Отвратительно и неприятно, и ты не очнёшься пока она не пройдёт. А ведь я могу её забрать… Осторожно касаюсь руки, стараясь не задеть эти провода. Остаётся только принять её… Кажется последний раз делал это лет в пятнадцать, когда Дерек, будучи совсем ребенком, сломал ногу. Из горла вырвался стон, а вены вздулись, словно наполняясь чем-то чёрным. Ненавижу это. Твоя ледяная ладонь словно замораживает меня изнутри. Морщусь от того насколько же это неприятный процесс. Слишком больно. Краем уха замечаю, что прибор запищал чуть быстрее. В какой-то момент перед глазами всплывает что-то странное. Ты… Растрепанная, бледная, одна в тусклом свете… И ты кричишь… Не как банши, а как будто хочешь быть услышанной кем-то. Кажется, я тоже кричал… Вот только рядом никого не было. Словно подхожу ближе и касаюсь руки, а ты испуганно оборачиваешься. Странно… Чувствую себя, как в семнадцать лет. Видимо именно таким и видишь меня… Мутно-зелёные глаза изумлённо расширяются, а с алых губ слетает всего одно слово: «Ты…» Всё как в дымке. Видение растворяется как туман. Прибор пищит ритмично и довольно быстро, да я и сам прекрасно слышу… Отпускаю тебя и стремительно выхожу из палаты. Уже в дальнем конце коридора замечаю, как помощник шерифа забегает туда. Не хочу, но всё равно прислушиваюсь. Слышу стук твоего сердца, кажется, даже взмахи ресниц, его участившееся дыхание, он что-то шепчет… Потом целует твою руку… Слышу всё… Абсолютно всё… Даже твоё хриплое: «Я люблю тебя». И его тихий ответ. Нужно время… Оно пройдёт и всё будет хорошо. Я видел это в твоих глазах. Ты будешь в порядке. И никогда не узнаешь…