Особый коридор

Бонус от Зайки-побегайки. Наслаждайтесь))) Оруженосец коменданта столицы, Килеана-ур-Ломбаха, а попросту — Эстебан Колиньяр находился во дворце, ожидая, пока его сеньор переговорит о делах с кансилльером. Разговор двух Людей Чести явно затягивался, и юноша маялся от безделья. Он пошел гулять по пустынным в этот час дворцовым коридорам в надежде развеять скуку. И вскоре встретился с одной из фрейлин Её Величества. Дама ясно дала понять юноше, что она не прочь встретиться с ним… в том самом особом коридоре.  — Как вам будет угодно, — ответил маркиз, целуя даме руку, предвкушая очередное мимолетное увлечение. Он не боялся наткнуться на кого-нибудь из придворных. В любом случае, можно сказать, что он выполнял поручение эра и заплутал. То, что юный Колиньяр знал дворец неплохо, никто не догадается. И вот, через несколько минут, выпив для храбрости вина, он шагнул в темноту коридора. «Кошачьи потемки» — еле слышно выругался он и пошел вперед, выставив перед собой руки. Вдруг его кто-то крепко схватил за запястья. Эстебан попробовал освободиться — не тут-то было. Хватка незнакомца оказалась стальной. Руки сдавили, словно клещами. А в это время губы уже нашли сладкие от вина губы юного маркиза и целовали их — нежно, чувственно, умело. Теперь не хотелось вырываться. Эстебан слегка расслабился, почувствовав, что его организм реагирует на поцелуи самым естественным образом. Стало горячо, а бриджи вдруг показались неимоверно тесными. В это время его запястья освободили, и руки невидимого человека шарили по его телу, прямо под рубашкой. Эстебан задохнулся от нахлынувших ощущений. А тем временем пальцы нащупали сосок и осторожно прижали его. С губ юноши сорвался стон. Он попытался сам приласкать того, кто «поймал» его в особом коридоре, но этого ему не позволили, попросту снова прижав запястья. Они «разговаривали» с незнакомцем на языке жестов, отлично понимая друг друга без слов. Эстебан млел от прикосновений к коже, которая вдруг стала чересчур чувствительной. Едва сознавая, что делает, он толкнулся пахом вперед, словно напрашиваясь на ласку. Ответом был легкий звук вроде «кхм», и рука уверенно легла поверх одежды. Колено раздвинуло его бедра, и юноша снова негромко застонал. И в тот момент, когда, казалось, наслаждение достигнет пика… Пальцы, освободившись, каким-то образом сомкнулись на нежной шее, и властный шепот произнес в самое ухо:  — Не пытайтесь пойти против своего бывшего однокорытника, Сабве. Это в ваших же интересах. Эстебан задохнулся — теперь уже буквально, и не от восторга, а от банальной нехватки воздуха. К самому большому его сожалению, организм отреагировал однозначно — нательное белье стало влажным и липким. Сильные руки оттолкнули его. Не удержавшись на ногах, он упал на четвереньки, радуясь тому, что его никто не видит и не сможет увидеть. Затем послышался звук удаляющихся шагов. Судя по тишине, не нарушаемой ничем, в коридоре маркиз остался один. Он поднялся на ноги. Голова кружилась, на шее болели те места, где её бесцеремонно сжимали пальцы. Юноша подумал, что наверняка там завтра появятся синие пятна, и придется прикрывать их шейным платком, дабы не привлекать взгляды эра Людвига и Людей Чести. И, уже выйдя из темноты, он подошел к зеркалу, дабы привести себя в порядок. Из зазеркалья на него смотрел двойник весьма растрепанного и — чего уж там греха таить, напуганного вида. Кое-как пригладив волосы, и ощущая мерзкую влагу, Эстебан незаметно вышел из дворца. «Потом можно будет сказать, что плохо себя почувствовал и поехал домой, — думал он по дороге, — и это даже не будет ложью… Почти». И вспомнил уверенные сильные руки Первого маршала, его губы, что целовали властно и напористо, его дыхание, обжигающее висок. «Да, не так я хотел встретиться с Вороном, не так…» Эстебан даже себе, даже в мыслях не желал признаться, что он с удовольствием повторил бы «приключение» в особом коридоре. Вот только без удушения. А дама после призналась, что ее задержала королева, и поэтому она не пришла.