A Thousand Years

      — С Днём рождения, Магнус! Шикарно выглядишь для твоих-то лет. В конце концов, не каждый может похвастаться тем, что прожил целое тысячелетие! — маг натягивает на лицо приветливую улыбку и благодарит вампира за поздравление, пропуская его в лофт.       Саймон милый. Впрочем, как и всегда. Даже столетия не смогли искоренить в этом вампире задор, огонь в глазах и невероятную болтливость, из-за которой в голове именинника начинает всё гудеть и звенеть.       Саймон некоторое время сидит у своего приятеля, рассказывает о клане, своих путешествиях, спрашивает то, что, по мнению вампира, должно отвлечь Магнуса от мыслей об этом, и маг действительно ценит старания Льюиса. Кивает, когда требуется, и не так часто переводит отрешённый взгляд на плотно задёрнутые чёрные шторы. Тихо постукивает дрожащими пальцами по гранёному бокалу, отчего на янтарной жидкости появляется рябь.       — Ладно, пора нам прощаться, — Саймон обводит комнату взглядом в поисках чего-то, а потом резко поднимается с дивана на сверхскорости. От столь быстрых движений у Магнуса голова идёт кругом, но он не жалуется. Морщится едва заметно и следит за тем, как Льюис целенаправленно топает к своему рюкзаку. С толикой удивления наблюдает за тем, как вампир вытаскивает из рюкзака ноутбук, которым пользовались лет так сто назад, и подаёт его Бейну. — Держи. Твой подарок.       — Саймон, спасибо тебе, конечно, но, когда я говорил, что люблю старинные вещи, я намекал на что-то более… — именинник на мгновение замолкает, пытаясь подобрать слово, а Саймон с грустной улыбкой впихивает ему в руки гаджет из прошлого, накидывая на свои плечи кожаную куртку. Магнус отчётливо помнит, что у Рафаэля когда-то была подобная, но тактично молчит. Не хочет бередить прошлое и вскрывать старые раны.       — Поверь мне, тебе это нужно.       Маг молчаливо кивает, до сих пор не понимая, что происходит. Лишь поднимается со своего места для того, чтобы попрощаться с гостем. Закрыв дверь и наложив на неё чары, Магнус шумно выдыхает, закрывает глаза. Прижимается спиной к стене и в сотый раз подавляет желание закричать на весь лофт. Топит в себе это душераздирающее чувство одиночества, сжимая кулаки, оставляя на ладонях метки-полумесяцы.       Тысяча.       Одна единица и три нуля, в которых скрываются сотни сражений, сотни побед и чуть меньше поражений. Взлёты и падения, дружба и предательство, мимолётные романы и любовь.       Любовь.       Настоящая любовь, которая способна порождать и одновременно убивать. Любовь, из-за которой взлетаешь до небес. Которая обрезает, вырывает из тела крылья, и ты летишь в тёмную пропасть. Любовь, из-за которой слезы мешаются с кровью. Любовь — жизнь. Любовь — погибель.       Магнус привык к боли. Привык к постоянному одиночеству, пустоте внутри души, которая по ночам затягивает его сознание в кромешную темноту, и лишь бессмертный Мяо спасает. Помогает не сойти с ума от страданий, позволяя крепко прижимать своё миниатюрное тело к содрогающейся от рыданий груди.       Магнус действительно не понимает, как ещё не спился (хотя, он спился, только не признаётся в этом), как живёт в этом мире, осознавая все тонкости и проблемы бытия. Он ежедневно пополняет запасы алкоголя ленивым взмахом руки, а затем напивается каждую ночь до беспамятства, чтобы утром увидеть в зеркале покрасневшие глаза и помятое лицо.       А когда Бейн в первый раз задумывается о самоубийстве, строгий голос Александра Лайтвуда чеканит сквозь зубы в голове мага, приказывая «перестать валять дурака, Магс. Ты же обещал мне, помнишь? Никаких глупостей, любимый». И «любимый» не может идти против слова своего нефилима, даже после его смерти. Послушно опускает ладонь с горстью таблеток или бросает на пол лезвие, закрывая горячую воду, сжимая кулаки.       Потому, что, да, помнит. Да, обещал. Обещал жить, пытаться жить. Выжить без сияния голубых глаз по утрам, без милой, широкой улыбки и вечно растрёпанным волосам, которые даже со временем не утратили своей черноты и мягкости. Без сладкого голоса, от которого мурашки по коже. Без тепла, аромата тела, в который хочется укутаться и тихо мурчать от наслаждения.       Без тебя, Алек.       Обещал найти себе кого-нибудь, влюбиться, забыть о существовании супруга. Обещал. Но не смог. Даже, откровенно говоря, не пытался, магией отшвыривая в дальнюю стену любое существо, которое осмеливалось притронуться к Верховному магу.       Но магия постепенно тускнела, засыпала в теле колдуна вместе с его душой, разгоняя все краски из жизни. Впрочем, мир стал для Магнуса Бейна чёрно-белым ровно в тот момент, когда его Александр Лайтвуд закрыл навсегда голубые глаза.       Бейн вздрагивает, вырываясь из воспоминаний, и, стирая влагу с щёк, подходит к креслу. Садится в него, ставя на колени принесённый Саймоном подарок. С интересом разглядывает его, а потом, словно сдавшись врождённому любопытству, поднимает крышку и нажимает на кнопку. Устройство начинает тихо гудеть, пробуждаясь после столетней спячки, а затем высвечивает на мониторе строку ввода, над которой витиеватыми чёрными буквами сияет вопрос:       Ваше имя?       Магнус удивлённо выгибает бровь, но быстро вводит ответ, нажимая следом на «Enter».       Имя Вашего питомца?       Снова быстрые удары длинных пальцев по клавишам, а на мониторе опять вспыхивает новый вопрос:        Дата Вашей первой свадьбы?       А вот это уже больно. Сердце с грохотом ударяет по рёбрам, и Магнус морщится, игнорируя вернувшийся ком в горле. Очень медленно вводит точную дату, которая навсегда отпечаталась в памяти бессмертного мага, и вновь нажимает на кнопку ввода.       Картинка на мониторе меняется, и теперь Магнус с непониманием смотрит на белый рабочий стол, посреди которого высвечивается лишь одна иконка. Видеофайл.       Магнус ведёт курсором, и с каждой секундой сердце начинает биться всё быстрее и быстрее. Понимание того, что сейчас произойдёт что-то невероятно важное, заставляет панику зарождаться в душе, и дыхание сбивается с привычного ритма, поэтому Магнусу приходится задержать на несколько секунд дыхание. Глубокий вдох и рывок.       Ноутбук несколько секунд загружает файл, а потом на экране появляется серая стена, которую Магнус помнит даже спустя столетие. Маг прикусывает нижнюю губу, понимая, что камера установлена в Институтской спальне его покойного мужа. В центре кадра стоит одинокий стул, а на заднем фоне слышится какая-то возня.       Неожиданно на экране появляется Изабель. Ещё совсем молодая, в одном из своих излюбленных откровенных нарядов. На её шее висит ожерелье, которое Магнус лично подарил охотнице при их первой встрече. Девушка смеётся и машет рукой в камеру.       — Привет, мой дорогой и любимый Магнус! Спешу тебя поздравить из прошлого. Вот ты и стал совсем большим мальчиком, — охотница игриво подмигивает и растягивает губы в широкой улыбке. — Надеюсь, что за эти года ты не изменил своему потрясающему стилю и всё ещё сверкаешь, как самая яркая звёздочка этой Вселенной.       Магнус смотрит на свою чёрную старую рубашку, потрёпанные джинсы, тихо вздыхает, а затем снова переводит взгляд на Изабель.       — Ты самый лучший стилист в этом мире, а твои вечеринки — просто чудо. И сам ты — настоящее чудо, Магнус, - девушка улыбается, и сердце мага болезненно сжимается от нахлынувших воспоминаний. — Я люблю тебя. Ты и сам это прекрасно знаешь, я слишком часто говорю тебе об этом, когда напьюсь. А теперь прошу запасись терпением, дорогой, потому, что в бой рвётся мой сводный брат.       В кадре неожиданно появляется Джейс и выталкивает сестру со стула, усаживаясь на её место. Изабель что-то бурчит на заднем фоне, и Эрондейл самодовольно ухмыляется, смотря куда-то выше камеры, а затем обращает своё внимание на объектив, потирая друг о друга ладони.       — Ну, привет, старикашка. Как там, что там? Надеюсь, мой дух приходит к тебе по ночам и распихивает клинки по разным углам комнаты. Обещаю, буду стараться всеми силами приходить к тебе в лофт и греметь в ночи цепями, не давая тебе нормально спать. Моя месть будет жестокой, ясно? Меньше нужно было с Алеком заниматься плотскими утехами, когда мы все выбрались в Мадрид.       — Ой, заткнись, Джейс, и хватит выдумывать.       Эрондейл вновь смотрит поверх камеры, а Магнус всеми силами пытается сдерживать подступающие слёзы и унять дрожь в конечностях, когда слышит Его голос.       — Ладно, я не хочу сейчас погружаться в вашу голубую любовь, — Джейс кашляет в кулак, тщетно скрывая смех, а затем указывает рукой прямо перед собой. — Ты бы видел, как сейчас покраснел Алек. Тут, кстати, ещё есть кандидаты на моё место, поэтому не смею больше задерживать очередь, — сумеречный охотник поднимается с места, отчего в кадре виднеется только его торс, а потом резко наклоняется, смотря в камеру. – А, точно! С Днём рождения!       Из кадра Джейса выталкивают женские, аккуратные руки, и по многочисленным плетёным браслетам Магнус понимает, кто сейчас будет произносить речь. Клэри, как всегда, широко и добродушно улыбается, собирая волосы в хвост.       — Привет, Магнус! Я рада, что ты дожил до этого момента, и надеюсь, что ты добился ещё больших высот в своей карьере. Мы все тебя очень любим, просто безумно, и даже мой глупый муж, который всё время пытается тебя подколоть. Ты самый лучший маг, самый лучший человек, спасибо тебе за всё. С Днём рождения!       Девушка посылает в камеру воздушный поцелуй и уходит из кадра.       — Всё, теперь валите все отсюда.       — Эй, так нечестно! Мы хотим послушать, что ты скажешь.       — Джейс, ты вообще не хотел в этом участвовать.       — Тихо ты, не пали контору. Парабатай ещё называется.       — Ребят, реально. Давайте дадим Алеку тишину и спокойствие, пойдёмте.       Раздаётся несколько секунд тишины, затем Магнус слышит звук закрывающейся двери, и спустя мгновение в кадре появляется Алек. Председатель Мяо забирается к хозяину на колени, прижимается к груди и начинает тихо мурлыкать, успокаивая мага своим присутствием.       — Привет. Я, честно говоря, не готовил речь, как и все остальные, и сейчас не имею даже малейшего понятия, что нужно говорить, — Алек пожимает плечами и нервно ухмыляется. — Я не знаю, где ты сейчас и с кем ты сейчас. Хотя, уверен на сто процентов, что Мяо не бросит тебя в такой день, он же всегда с тобой, — услышав своё имя, кот смотрит на монитор и немного склоняет голову на бок, словно узнавая своего старого хозяина. – Во всяком случае, я также хочу поздравить тебя с твоим днём. Я рад, что ты в порядке, что ты жив и исполнил свою клятву. И, да, весь этот цирк затеял я. Просто я же знаю, что ты у нас королева драмы, что тебе захочется в твой тысячный День рождения вспомнить о былых временах, удариться с головой в прошлое. Я прав? Поэтому хочу тебе напомнить о нас, о том, как мы раньше выглядели. А ещё я надеюсь, что Саймон доживёт до нужного времени и отдаст тебе этот ноутбук. Иначе, я самостоятельно найду его жалкую тушку и… Кстати, сделано несколько копий. Молюсь Ангелам, чтобы хотя бы одна выжила до твоего Дня рождения.       Лайтвуд на секунду замолкает и глубоко вздыхает, смотря в пол. Магнус замечает волнение нефилима, видит, как тот сглатывает и сжимает пальцы в кулаки, собираясь с мыслями, и терпит. Даёт, как и всегда, своему личному ангелу время, чтобы тот решился. Ему самому нужно время для того, чтобы собраться, но тело парализовано от напряжения, и даже рука не может сдвинуться с места, чтобы нажать на паузу.       Тем временем Алек прочищает горло и поднимает уверенный взгляд на камеру, словно смотря прямо в глаза своему супругу из будущего.       — Я просто хочу сказать, что люблю тебя. Не знаю, есть ли жизнь после смерти, но знай, что мою любовь не сможет убить время. Она будет вечна, как и ты. Ты сделал меня сильнее, ты сделал из меня настоящего мужчину, но самое главное — ты сделал меня счастливым. Ты сделал меня тем, кем я являюсь на самом деле, Магнус. Знай, просто поверь в то, что каждый миг, который я проживаю с тобой, я ценю и боготворю. Я люблю твои утренние недовольства из-за того, что я просыпаюсь так рано и бужу тебя, когда выскальзываю из твоих объятий. Я люблю тебя с твоей невероятной косметикой и блёстками, которые нахожу в чашках с кофе. Я люблю тебя домашнего, после душа, в простом халате. Я люблю тебя капризного. Люблю нежного и страстного. Я люблю твои глаза, твои руки, твой голос. Я люблю тебя, Магнус. Ты — моя жизнь. И именно поэтому живи ярко, как ты это делал до меня. Гуляй и веселись, ведь я уже не смогу читать тебе морали, как всегда это делал. Не смогу сжигать лишь одним взглядом твоих поклонников. Дай им шанс, Бейн. И, кстати, да. Знай, даже когда я истерично вопил, я любил тебя. Когда обвинял в разгульном образе жизни, когда ревновал, когда злился и уходил в Институт. Знаешь, кажется, я всегда любил тебя. Наверное, начиная с нашей первой встречи. Живи, Магнус, пожалуйста. Живи ради нас, ради того, что было между нами. Ты обещал мне, ты дал клятву, поэтому я могу спокойно умирать, зная, что ты не бросишь этот мир, не сотрёшь себя с лица земли глупым и необдуманным поступком. Я верю тебе и верю в тебя. Не подведи, хорошо?       Алека на мгновение предаёт собственный голос, и Лайтвуд поджимает губы, быстро смаргивая подходящие слёзы.       — Ты потрясающий, ясно? Невероятный, действительно волшебный, яркий, добрый, ты — грёбаная королева драмы, которая делает из ничего целую Вселенную. И это великолепно. Я не знаю, почему из всех существ этой планеты ты выбрал именно меня. Я этого не понимаю до сих пор, но я благодарен, — Алек улыбается и уже не обращает внимания на слёзы, которые медленно катятся по его щекам. — Я благодарен за то, что ты принёс магию, настоящее волшебство в мою жизнь. Наверное, я никогда не смогу сказать тебе подобное в жизни, поэтому радуйся малым. Прости, меня за всё. И спасибо тебе за всё. Я люблю тебя, Магнус. Так сильно люблю, что вот здесь, — Алек кладёт ладонь на свою грудь. — Всё сжимается и переворачивается. Из-за тебя. Просто…с Днём рождения, Магнус. С Днём твоего рождения.       Кадр начинает медленно затемняться, и Магнус аккуратно закрывает ноутбук, опуская его на пол. Берёт кота на руки и, пройдя в спальню, плавно ложится на кровать, прижимая колени к груди, будто боясь, что любое движение сможет сломать его, разбить вдребезги, как хрустальную вазу.       Председатель обеспокоено смотрит на своего хозяина, облизывает руку, и Магнус резко сдаётся. Словно рушатся последние стены, превращаясь в мёртвую пыль. Слёзы катятся по щекам, а грудь сотрясают дикие рыдания, переходящие в настоящий вой, пропитанный многолетней болью. Маг кричит, сжимая в кулаках собственную одежду на груди, и вместе с криком из его тела выходят все страдания. Магия вырывается мощными потоками, пробудившись от долгого сна, распространяется ярким красным свечением по всей комнате, разрушая всё на своём пути, лишь заботливо обходя испуганного кота. Превращая в пыль даже многовековые металлические доспехи. Она яркая, пульсирующая, пропитанная самыми сильными эмоциями. Врывается вихрами во все комнаты, сметает с полок книги, разбивает стеклянные предметы своей ядерной энергией.       Тело Магнуса горит, пылает от неконтролируемой силы, которая наконец-то вырвалась наружу. И маг бьётся в этой агонии. Царапает грудь ногтями, словно хочет добраться до собственного сердца и вырвать его к чертям. Потому, что так больно. Так страшно.       А потом всё затихает. Резко. В одно мгновение. Словно кто-то любезно закрутил вентиль, перекрывая доступ проточной воде.       Магнус лишь тихо всхлипывает несколько раз, смотря прямо перед собой. В голове не остаётся ни одной мысли, а в лофте повисает режущая уши тишина. Колдун закрывает глаза, ласково прижимая Председателя к своей груди, и тихо выдыхает.       Этой ночью его не тревожат кошмары из прошлого. Впрочем, как и в последующие.

I have died everyday waiting for you Darling don’t be afraid, I have loved you For a thousand years I’ll love you for a thousand more…