Тайное становится явным

Тсуна парил в облаках. Где-то – там, далеко-далеко внизу – были его друзья: Гокудера, который не бился в извинениях головой об пол и чьи руки не тянулись к динамиту, с ним болтал Ямомото, и самое удивительное – Хаято вполне благодушно относился к этому факту.... Возле русла реки с кристально-чистой водой яркими пятнами мелькнули платья Кёко и Хару, и Тсуна уловил их заливистый смех, переплетающийся с голосами играющих детей. В этом мире смогли ужиться вместе даже Мукуро и Хибари. Точнее, они попросту друг друга не замечали. Рокудо был незаметен, как и полагается иллюзионисту, но его странный смех Тсунаёши слышал, так же как и незнакомые тёплые нотки в нём. А Кёя попросту дремал под деревом, закинув руки за голову. Желая рассмотреть его, Савада сделал воздушный нырок и спикировал вниз. Тсуна видел Хибари спящим только один раз, когда случайно оказался с ним в одной палате в больнице. Но тогда было не до рассматривания соседа. Грозный глава Дисциплинарного комитета выглядел умиротворённо и расслабленно, впрочем, как и большинство спящих людей. А ещё, хоть он и не улыбался, наоборот, его губы чуть приоткрылись во сне, Кёя выглядел таким счастливым, словно во всех школах мира или даже на всей Земле наконец установился порядок. «Спящий Хибари-сан такой красивый», - подумал Тсуна и улыбнулся, но мысль легко растворилась приятным дуновением ветерка. Он ласково погладил Хибари по щеке, и это было так естественно, что думать о неправильности такого поступка было бы смешно. А затем вновь взмыл ввысь... Было так легко, так хорошо, что хотелось летать вечно, хотя что-то – быть может, унаследованная интуиция - подсказывало Саваде, что это не может длиться долго. Но улыбка всё равно не сходила с его лица. Он взлетал всё выше и выше, землю уже видно не было. Так высоко, что кружилась голова... - Тсуна. Реборн? - Вставай, Тсуна. Нет, Реборна тут быть не могло. - Мммм, Реборн, ещё чуточку... – невнятно пробормотал Савада. - Поднимайся, никчёмный Тсуна!!! - Ай!!! Удар Аркобалено был настолько силён, что Тсуна упал с кровати. А может это он просто от неожиданности. Но мало того, что он упал, а из-за Реборна на лбу, наверняка, будет шишка, так он ещё и шибанулся головой об пол, поэтому некоторое время никак не мог сориентироваться в пространстве. Когда Тсуне удалось сфокусировать взгляд, первое, что он увидел, был циферблат электронных часов, на котором высвечивалась шестёрка с двумя нулями через двоеточие. И уж потом, не успев задуматься, для чего репетитор разбудил его в такую рань в выходной, Тсунаёши увидел дуло пистолета, направленное точно ему в переносицу. Очень знакомого, к слову говоря, пистолета, зелёненького такого. - Реборн, что ты... - Чаоссу, Тсуна. Выстрел в голову это всегда неприятно. И не важно, что это специальная пуля, чьё яркое сияние будущий Десятый Вонгола уже научился узнавать. А Реборн думал, что иметь под рукой подопытного кролика всегда неплохо. Да и Тсуне полезно.