Мне не нужен был трон!

Первая мысль, пришедшая ко мне в голову после того, как я очнулся, звучала примерно так: «Это был просто сон. Ночной кошмар, какие мне часто снятся в последнее время. Сейчас немного приду в себя, и все опять повторится по заранее известной схеме: книги, заботливо принесенные матерью, бесцельное блуждание по камере, чтобы хоть немного размяться, скудная трапеза, снова книги и так до бесконечности. До бесконечности… Какая неопределенная и пугающая фраза…» Составив в голове этот нехитрый и привычный до омерзения план действий, я решил было встать и пойти за книжкой, и тут начались проблемы. Я ощутил боль. Резкую колющую боль в области груди. Меня как громом поразило. В памяти начали всплывать детали моего странного «сновидения». Копье пронзает меня насквозь, я падаю на землю и судорожно ловлю ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды. «Повреждены легкие», — проносится в голове мысль. — Неееет! — Истошный вопль Тора нарушает зловещую тишину. Брат подбегает ко мне, начинает что-то говорить, успокаивать, но я почти ничего не понимаю — в глазах темнеет, звуки становятся все более приглушенными и неразборчивыми. «Это конец!» — успеваю подумать я, прежде чем потерять сознание. Так значит, это не сон. Значит, я и в самом деле все это пережил. Осознание этого факта отозвалось в душе целой гаммой различных эмоций, начиная от ужаса и заканчивая радостью от того, что я каким-то чудом уцелел. Слегка оправившись от шока, я задался другим вопросом: что случилось после того, как я отключился? И, главное, где я теперь нахожусь? Белые стены и потолок мне ни о чем не говорили, но вызывали яркую ассоциацию…с темницей. — Опять под замком? — Я не хотел произносить эту фразу вслух, но слова сами вырвались наружу. — Нет, Локи. — Услышал я спокойный и даже чуть усталый голос, который узнал бы из тысячи. — Ты в лазарете. К моей кровати неспешной походкой приблизился Всеотец. Я недовольно поморщился: еще только Одина с его вечными нотациями мне сейчас и не хватало для полного счастья. Но, с другой стороны, у меня появился шанс узнать о событиях, которые произошли, пока я лежал без сознания, а таким шансом нельзя было пренебрегать. — Что случилось? — Я говорил так, как всегда говорю с Одином: с холодной учтивостью, в которой презрения и ненависти больше, чем в самых яростных воплях. Мой надменный тон был обманчив: в настоящий момент я не держал на Одина зла, просто уже привык разговаривать с ним с такой интонацией, и отвыкать было невмочь. К тому же, Всеотец держался под стать мне: гордо и отстраненно. Это напоминало какой-то спектакль, где каждый вынужден играть отведенную ему роль. Глупый, никому не нужный спектакль… — Ты был тяжело ранен в битве с темными эльфами. Тор доставил тебя в Асгард, пока ты был без сознания. Ты должен быть благодарен своему брату: он спас тебе жизнь даже после того, как ты нанес ему столько боли! «Ну вот, опять начинается!» — С досадой подумал я, подавив тяжелый вздох. — «Тор хороший, ему нужно в ноги кланяться, а я — последний урод». — А благородный Тор в своем рапорте часом не упомянул о том, что я был ранен, потому что спасал ему жизнь? — Мне было крайне неприятно, что я обязан чем-то своему брату. Помощь Тора была для меня унизительной. Выходит, я теперь перед ним в неоплатном долгу? Еще чего не хватало! Ну уж нет: я спас жизнь ему, а он — мне. Мы квиты, и точка. — Твой брат много говорил об этом. Он стоя на коленях умолял, чтобы я простил тебя и даровал свободу. Я не смог ему отказать. То, что ты на свободе — заслуга Тора. — В таком случае, передавай ему низкий поклон. — Эта новость взбесила меня еще сильнее. Я знал, что мысль о том, что я чем-то обязан Тору, будет не давать мне покоя. Но с другой стороны, я теперь на свободе, а это, несомненно, плюс. — А где он сейчас, кстати? Ах, да, совсем запамятовал, ты же отдал ему трон. — Да, я был готов передать бразды правления твоему брату, но Тор от престола отказался. Душой он уже давно живет в Мидгарде, со своей возлюбленной. Все его помыслы устремлены туда, и я не мог удерживать его в Асгарде насильно. Ты остался единственным наследником трона, Локи. — И ты…ты готов отдать мне престол? — Вкрадчиво спросил я, непроизвольно понизив голос. — Я верю, что недавние события многому научили тебя. Тор убедил меня в том, что ты изменился и понял свои ошибки. Пожалуйста, не разубеждай меня в обратном, когда взойдешь на трон. — Конечно, отец. — Кивнул головой я, чувствуя, что сердце в груди забилось сильнее.