Сладко-горькое обещание

Джастин наблюдал за такси, увозящим Кертиса прочь с больничной парковки, он повернулся к Брайану со слезами на глазах. — Ты пойдешь со мной увидеть Кигана? Мне нужно рассказать ему о маме. — Конечно, пойду, Солнышко. Он должен знать, какая замечательная у него была мама, — ответил Брайан, с трудом сдерживая ком в горле, пытаясь быть сильным ради своего любимого человека. Брайан полюбил Дафну с того самого момента, когда впервые ее встретил, за эти годы она стала для него как младшая сестра, которой у него никогда не было. Он любил ее за то, что она была лучшим другом Джастина и стала хорошим другом для него самого. Она никогда не боялась говорить Брайану о всем его дерьме прямо в лицо, и он уважал ее за это. Брайан понимал, что эта потеря навсегда изменит их жизни, тем более что у нее, остался сын, которому теперь предстоит расти без матери. Когда они пришли в отделение реанимации новорожденных, медсестра показала им раковину и попросила тщательно вымыть руки по локоть, только после этого им разрешат открыть боковые отверстия инкубатора и прикоснуться к ребенку. Когда руки были вымыты вонючим желтым мылом, они встали по обе стороны от инкубатора. По всему телу ребенка были прикреплены различные провода, в том числе церебральный шунт*, идущий к голове малыша. Все новорожденные, которых Джастину доводилось видеть, были пухленькими и выглядели здоровыми, но он был потрясен тем, насколько крошечным и сморщенным был Киган. — Боже мой… — Джастин буквально задохнулся. Когда он протянул руку, чтобы прикоснуться к ребенку, Киган схватил его за указательный палец и посмотрел на него. Джастин не смог сдержать слез, когда смотрел в красивые серые глаза сына. Брайан закрыл сторону инкубатора, с которой стоял и подошел к своему Солнышку, чтобы успокоить его. — Поговори с ним, — предложил Брайан. — Что мне сказать? Брайан пожал плечами. — Думаю, для начала представься. Джастин начал тихо говорить с ребенком. — Привет, Киган… твоя мама хотела тебя так назвать. Я… Он смотрел на Брайана, не зная, как назвать себя. — Киган, это Джастин — он твой биологический отец, — сказал Брайан. — Да, — согласился Джастин. — А это Брайан — мой партнер. Киган, твоя мама теперь ангел и она всегда будет рядом, чтобы присматривать за тобой. Она любила тебя и так сильно тебя хотела. Я покажу тебе фотографии и расскажу все о ней. Она была моей лучшей подругой, я бы очень хотел быть рядом, помогать тебе, но Бог забрал ее и теперь она с ним. Просто знай, что тебя всегда будут любить, мой сладкий мальчик. Брайану пришлось прикусить свой язык, поскольку он никогда не верил, что смерть имеет такое объяснение. Они с Джастином давно остались при своем мнении по этому поводу. Как бы ни было, в этот момент это не имело никакого значения. Киган продолжал крепко держать палец Джастина, и блондин начал тихонько напевать: — Я хочу держать тебя за руку — песню The Beetles**, которая ему всегда нравилась. Подошла медсестра и Джастин поинтересовался у нее, когда можно будет взять Кигана на руки. — Кигана? — переспросила она. — Ой, какое красивое имя. Скорее всего, завтра или послезавтра, если его состояние останется стабильным. У него все хорошо, просто он маленький. Мы даем ему стероиды, чтобы ускорить развитие легких. — Солнышко… я бы не хотел именно сейчас поднимать эту тему, но есть крошечный шанс, что Кертис может быть его отцом, — заметил Брайан после того, как медсестра отошла к другому ребенку. — Они не занимались сексом пока она пыталась забеременеть, но они могли это делать раньше, до того, как ты помог им, может тебе стоит сделать тест ДНК, чтобы быть полностью уверенным. — Ты прав. Учитывая то, что сегодня произошло, я бы хотел удостовериться, на всякий случай, — согласился Джастин. Сердце подсказывало, что Киган его сын, но нужны неопровержимые доказательства, что именно он отец этого удивительного маленького существа, которое надежно поселилось в его сердце, как же крепко, как он сжимал палец. Джастин провел следующие два дня в больнице, не в силах оторваться от Кигана, он отлучался только чтобы взять пару пледов в комнате отдыха. К счастью, в этом отделении были разрешены посещения для родителей двадцать четыре часа в сутки. Он чувствовал вину за то, что в это тяжелое время не был рядом с родителями и родными Дафны, но Киган был единственной причиной, которая останавливала его. Несколько членов семьи Дафны пришли в больницу, чтобы заглянуть в отделение интенсивной терапии и через стекло посмотреть на Кигана. Джастин надеялся, что им очень скоро разрешат посетить малыша, когда его переведут в обычную детскую палату. Единственный человек, который так и не пришел — это Кертис. Джастин надеялся, что, возможно, он приходил пока блондин отлучался за пледами, но медсестры сказали ему, что Кертис даже не звонил, чтобы узнать о состоянии ребенка, не говоря уже о посещении. За день до похорон Дафны, Джастину сообщили, что он биологический отец Кигана. Тест на отцовство только подтвердил то, что Джастин уже знал, он попросил медсестру подготовить все юридические документы, которые обычно родители получают после рождения ребенка. Он заполнил свидетельство о рождении и записал Дафну как мать, а себя как отца мальчика. Юридически мальчик был записан как Киган Меркури Тейлор, а не малыш Андерсон, на бирке инкубатора стояла фамилия Джастина. Блондин дал второе имя малышу в честь солиста группы Queen, так как песня «Youʼre My Best Friend» была их с Дафной. Отчасти чтобы скоротать время, но и для того, чтобы Киган постоянно слышал его голос, Джастин часто пел своему сыну их с Дафной любимые песни. «Youʼre My Best Friend» он пел чаще остальных. Однажды, когда они были подростками, после школы, они случайно спели эту песню, и после этого спонтанного порыва, она стала их песней. Они танцевали под эту песню на свадьбе Дафны с Кертисом, и это было одно из самых любимых воспоминаний о ней. Посещение в похоронном бюро было вечером, но Джастин решил не ходить. Он знал, что будет очень сложно видеть Дафну в гробу, это так же сложно как сохранять самообладание на протяжении двух или даже трех часов общения с друзьями и семьей Дафны. Он предпочел провести время с сыном, он подумал, что Дафна тоже этого бы хотела. Соблюсти все формальности, высидеть церемонию и погребение завтра будет самое сложное, что ему приходилось когда-либо делать. Брайан уговорил Джастина вернуться в лофт на ночь, лишь убедившись, что у каждой медсестры был его номер сотового и городского телефона в лофте. Брайан подошел к холодильнику и достал две бутылки пива. Поначалу Джастин запротестовал, но брюнет объяснил, что одно пиво не помешает им доехать до больницы, если возникнет необходимость. Брайан включил тихую музыку, и они устроились на диване. Он обнял Джастина за плечи и притянул к себе. Джастин, наконец, начал расслабляться в объятиях любовника, а потом прошептал: — Брайан, заставь меня забыть. — Как скажешь, — также тихо прозвучал ответ. Брайан поцеловал свое Солнышко в макушку, его губы начали перемещаться все ниже, к тому самому месту за ухом, от прикосновений к которому его любовник просто сходил с ума. Джастин застонал. У них с Брайаном не было близости последние несколько ночей, он не мог вспомнить, когда в последний раз они так долго обходились без секса. Он встал с дивана и улыбаясь протянул Брайану руку, Джастин потянул любовника в спальню. Он начал расстегивать рубашку Брайана, обнажая великолепный загорелый торс, который просто обожал, потом начал покрывать его поцелуями, временами слегка покусывая. Он быстро снял с себя рубашку, желая раздеться как можно скорее. Мужчины сняли брюки и обнялись, их полностью вставшие члены были прижаты друг к другу. Несмотря на разницу в росте, Брайан с Джастином идеально подходили друг другу, как будто они были чем-то целым, волею судьбы разделенным на две половинки, их тела и души соединялись вновь и вновь во время занятий любовью. Они добрались до кровати, Джастин лег на спину, Брайан накрыл его своим телом. В поцелуе, они гладили друг друга по голове, пропуская пряди сквозь пальцы. Наконец, Брайан разорвал поцелуй и начал спускаться вниз по алебастрово-белой груди, эму нравилось это, своего рода, поклонение. Он целовал и посасывал соски Джастина, которые твердели от этих ласк. Он продолжил спускаться по телу любовника, оставляя небольшие укусы на своем пути. Джастин стонал и сжимал простыни в кулаки, но прелюдия только началась. Поцелуи возобновились вокруг уже давно вставшего члена, который лежал на животе Джастина и истекал смазкой. Брайан взял яички в рот начал перекатывать их языком, постанывая. Голова Джастина металась по подушкам, он умолял любовника прекратить эту сладкую пытку. Хотя у брюнета были другие планы, он перевернул мелкого на живот. Брайан начал покрывать поцелуями шею любовника, спускаясь все ниже по спине, покусывая, а потом зализывая места укусов на мягкой нежной коже. Добравшись до круглой и самой горячей попки, но раздвинул половинки в стороны и слегка подул на тугое отверстие. Джастин хныкнул и приподнялся, чтобы открыть лучший доступ. Брюнет не заставил себя ждать, его язык прошелся от яичек вверх, до самого позвоночника. — Хочу больше Брайан, пожалуйста, — Джастин буквально умолял. Этой просьбы Брайану было достаточно, он начал вылизывать тугое горячее отверстие, чередуя мягкие движения языком с небольшими ударами прямо по дырочке. Он резко остановился и вонзил свой язык в горячее отверстие настолько глубоко, насколько это было возможно, обильно смачивая слюной. Брайан потянулся за смазкой, не желая доставлять дискомфорт своему любовнику. Перевернув блондина на спину, Брайан смочил два в смазке и протолкнул их в свою любимую задницу, только слегка растягивая ее, он знал, что Джастину нужно почувствовать жжение от проникновения. Наконец он смазал свой член и приставил его к тугому отверстию любовника. Брайан начал медленно проталкивать головку в плотную дырочку, так как совсем немного растянул блондина, но Джастину нужно было не это. Он закинул ноги на бедра любовника и скрестив их у него за спиной и подался вперед, словно пронзая себя стальным стержнем Брайана. Брайан схватил Джастина за бедра, останавливая, давая время привыкнуть к растяжению. — Я знаю, что тебе нужно Солнышко, но не хочу сделать тебе больно, — Брайан начал медленно покачивать бедрами. Ему нравилось быть внутри своего замечательного блондинка без защиты. Все ощущения были гораздо интенсивнее, намного ярче, он и представить не мог, что когда-либо захочет вернуться к презервативам. Они начали медленно двигаться, но этого было недостаточно, и темп постепенно увеличивался. Вскоре Брайан буквально согнул своего любовника пополам и стал вбиваться в эту горячую задницу, и Джастин со всей страстью подавался навстречу этим толчкам. В страстном поцелуе их языки боролись за доминирование. Их тяжелое дыхание и стоны эхом отражались от стен лофта. Вскоре они ощутили покалывание — это был сигнал, что раунд подходит к концу. Брайан зарычал, кончая глубоко внутри Джастина. Блондин кончил следом за любовником без единого прикосновения, покрывая их обоих горячей, липкой спермой. Они обняли друг друга, постепенно приводя дыхание в ному. — Спасибо, — тихо сказал Джастин. Брайан поцеловал покрытый испариной лоб Джастина. — В любое время, Солнышко.