Сладко-горькое обещание

«Рука, качающая колыбель, правит миром» — старинная английская пословица. Двумя днями позже Брайан, Джастин и Гас наслаждались ужином в столовой Брайтина, когда в дверь позвонили. Джастин поднялся из-за стола и пошел открывать, не успев даже сообразить, он оказался на полу, а на пороге стояла разъяренная Линдси. — Где, черт возьми, мой сын? Гас, сейчас же тащи свою задницу сюда! — Линдси прокричала в сторону кухни. Брайан и Гас выбежали в холл, услышав крики. Гас посмотрел вниз на Джастина, который все еще лежал на полу. — Какого черта, мам? Брайан, помог партнеру подняться на ноги и убедился, что с ним все в порядке, а потом он повернулся к матери своего сына. — Что, черт возьми, ты делаешь, Линдси? Это не твой дом. Ты не можешь просто врываться сюда, как долбаный товарный поезд, расталкивать людей и орать на них. Проигнорировав Брайана, Линдси повернулась к Гасу. — Собирай свои вещи, мы едем домой. Снаружи ждет такси. — Нет, мама, — твердо заявил Гас. — Я никогда не вернусь в Канаду. Я хочу жить здесь с Имой, моей сестрой и отцами. — Гас, ты едешь со мной и это окончательно. Кроме того, у тебя только один отец, — Линдси произнесла это с отвращением. — Нет, мама, у меня два отца. Папа Джей такой же отец, как и папа. Линдси положила руки на бедра. — Гас, Джастин — не твой отец. Он всего лишь очередной трах твоего папы, и чтобы больше я от тебя не слышала ничего кроме его имени. Я бы предпочла, чтобы ты вообще никак не обращался к нему. Гас нахмурился и подошел к Джастину. Он нежно обнял его и громко спросил: — Ты в порядке, папа Джей? Как насчет того, чтобы подняться наверх и проверить моего братишку, а отец пусть пока тут разберется, что думаешь? Гас помог Джастину подняться по лестнице. Перед этим Брайан подарил каждому своему мальчику любящий поцелуй в лоб. Повернувшись к Линдси, Брайан буквально впился в нее взглядом и буквально зашипел на ее. — Я думаю, тебе сейчас лучше уйти, и больше не показываться рядом с Джастином или моим домом без приглашения. Позвони мне завтра, когда я буду в офисе, и мы встретимся где-нибудь в городе. Будет лучше, если ты изменишь свою точку зрения. Сказав это, Брайан открыл входную дверь и жестом указал на такси, оживающее на подъездной дорожке. Как только Линдси вышла на крыльцо, Брайан немедленно захлопнул дверь, установил сигнализацию и поднялся наверх, чтобы проверить свою семью. Брайан заглянул в приоткрытую дверь детской Кигана. Джастин сидел в кресле-качалке и держал Кигана на руках, Гас же сидел на полу, положив голову на колено блондина. Джастин читал «Pat the Bunny»* Кигану, держа крошечную ручку ребенка, помогая ему почувствовать различные текстуры в книге. Когда Джастин остановился, чтобы перевернуть страницу, Гас сказал: — Я помню, когда ты читали мне эту книжку. Это одно из моих первых воспоминаний. Брайан наблюдал, как его партнер улыбнулся и взъерошил волосы старшему сыну, а его голубые глаза наполнились слезами. Брюнет толкнул дверь и шагнул в комнату, на его губах играла улыбка. — Парни, вы в порядке? Джастин кивнул и смахнул слезы. — Никогда не думал, что она станет ТАК относится ко мне и говорить подобные гадости. Я всегда думал, что нравлюсь ей. Гас посмотрел на своего отца. — Теперь ты понимаешь, почему я не хочу возвращаться? — Я уверен, что Има тоже не хочет твоего возвращения к ней. Я рад, что Мэл не видела всего этого, иначе кровопролития было бы не избежать. Тебе не нужен повод, чтобы жить с нами, сынок. Мы твои отцы, и тебе всегда рады в этом доме. Мы любим тебя. В знак поддержки, Джастин сжал плечо Гаса.

***

На следующий день Линдси позвонила Брайану и попросила его встретиться с ней в парке возле Киннетика, чтобы поговорить о Гасе. Это был тот самый парк, где они часто гуляли и играли со своим сыном, до того, как они с Мелани переехали в Канаду. Брайан направился в парк и обнаружил Линдси шагающую взад и вперед возле скамейки, она разговаривала сама с собой. Он предположил, что это репетиция предстоящего разговора. — Я здесь, Линдс. Линдси вздрогнув, обернулась, не услышав, как он подходит. — Брайан, скажи Гасу, что он не может жить с тобой, что он должен вернуться в Торонто со мной как можно скорее. — И почему я должен ему это говорить? Он умолял Джастина, Мел и меня не отправлять его обратно в Торонто, и мы бы никогда не заставили его делать то, что он не хочет. Счастье и благополучие Гаса — наши главные приоритеты. У нас с Джастином много места в Брайтине, и он хочет жить с нами, — ответил Брайан, не понимая, почему она не хочет счастья для сына. Линдси подняла подбородок. — Потому что я его мать, и это мое решение, вот почему. Брайан безучастно посмотрел на нее. — Да, его мать… мать, которая не заметила, что ее сына не было дома четыре дня, пока я не позвонил и не попросил поговорить с ним. Линдси проигнорировала его замечание и продолжила. — Мэл сказала мне, что Джастин намерен оставить этого ребенка, которого родила Дафна, и хочет, чтобы ты усыновил его. Почему ты хочешь стать отцом чужому ребенку и воспитывать его? Это никак не связано с тобой, это не твоя проблема. Почему Джастин думает, что ты должен пойти на это? Если он хочет ребенка, пусть он возьмет его и сам где-нибудь воспитывает. — А что, если кто-нибудь скажет тебе подобное в отношении ДжиАр? — парировал Брайан. — Это другое. Мы с Мел — настоящая пара. — Вы были настоящей парой, но она оставила тебя, — напомнил ей Брайан. — Мы с Джастином партнеры уже на протяжении почти пятнадцати лет и моногамны в течение последних восьми. — Это разные вещи, и ты это знаешь. В отличие то вас, мы с Мэл женаты и у нас настоящая семья. Вы с Джастином просто играете в дом, пока одному из вас не наскучит. Сколько раз он оставлял тебя в прошлом, а? Если ты примешь этого ребенка, то навсегда застрянешь с ним и Джастином. Черт, он, вероятно, сбежит с кем-нибудь и оставит тебя воспитывать своего щенка. Почему, черт возьми, ты хочешь это сделать? Джастин ждет от тебя, что ты будешь относится к ребенку как отец и обеспечивать его. Не позволяй сделать это ему с собой, Брайан… с нами! Чем больше говорила Линдси, тем громче и злее становился ее голос. Сначала Брайан только смотрел на нее, не в силах поверить во все те гадости, которые вылетали из ее рта. Наконец, он поднял руку, чтобы остановить этот словесный поток. — Что с тобой, Линдси? Джастин стал частью моей жизни с того самого дня, как родился Гас, конечно же, он не «трах», как ты отозвалась о нем прошлым вечером. Он мой партнер и этот ребенок, которого зовут Киган на случай, если ты забыла — его сын. Надеюсь, скоро он станет и моим. Если Джастин получит опеку над Киганом, почему я должен отказаться от усыновления? Ответ Линдси не заставил себя ждать, он был достаточно громким. — Почему… почему? Почему ты хочешь взять на себя ответственность за чужого ребенка? Это не твое, Брайан. Усыновление свяжет тебя по рукам и ногам, тебе будет намного сложнее убрать их из твоей жизни. Джастин делает это, чтобы получить больше твоих денег, для себя и своего ребенка. Я знаю, что ты, вероятно, написал завещание и Джастин получит половину твоих денег, твою долю в «Киннетик», твой лофт и дом, если ты умрешь первым; сколько еще денег ему нужно? Это должно быть наше с Гасом наследство, а не его и его отпрыска. О, и я не хочу, чтобы мой сын называл твоего мальчика-игрушку «папа» или любым другим ласковым словом. Я достаточно ясно выражаюсь? Брайан готов был сорваться. — Линдси Питерсон, да как ты смеешь? То, что я делаю с моими деньгами — это мое решение, ты не имеешь к этому никакого отношения, и почему ты считаешь, что унаследуешь все это мне совершенно не понятно. Гас — мой сын, он может называть Джастина «папа Джей», «папа», или как-нибудь еще, как ему захочется. На это ему не нужно твое разрешение. Джастин всегда любил Гаса и относился к нему как к своему сыну, и раньше с этим у тебя проблем не было. Почему Гас не должен считать Джастина своим отцом? И еще кое-что, прекрати называть сына Джастина «это». Как бы ты себя чувствовала, если бы Джастин или кто-либо еще назвал Гаса «это»? — Это разные вещи, Брайан. Гас — наш сын, Джастин хорошо относился к нему только для того, чтобы ты поддерживал его, тратил на него деньги и заботился о его нуждах. Ты всегда был не чем иным, как его сладким папочкой, а ты, в свою очередь, держишь его рядом из-за симпатичного лица и тугой задницы. Я сомневаюсь, что он действительно заботится о Гасе, как настоящий отец. Я надеялась, что ты с Майклом начнешь встречаться, а Джастин так и останется в Нью-Йорке. Это была одна из причин почему я хотела Майкла в качестве отца для ребенка Мэл, особенно после того, как Джастин бросил тебя из-за скрипача, а ты отказался пожертвовать Мэл свою сперму. Я решила, что это подтолкнет тебя к Майклу и оба отца наших малышей будут вместе. Черт, если бы Джастин не вернулся из Нью-Йорка, скорее всего, этого ребенка вообще не было бы. — Линдси, ты полностью выпала из реальности. Теперь понятно, чего ты добивалась, отправляя Джастина в Нью-Йорк — разлучить нас. Было время, когда ты обожала Джастина и постоянно подталкивала меня, дабы я впустил его в свою жизнь. Когда я, наконец, это принял и сделал ему предложение, все резко изменилось, потому что он наконец смог получить меня так, как ты никогда не могла. И, к твоему сведению, я знаю о фотоальбоме, который ты прятала в своем доме в Торонто, где лицо Джастина было заменено твоим. Уясни уже наконец-то: это никогда не случится. — Я не знаю, откуда такие сумасшедшие мысли, но это полный бред. Джастину не нужны мои деньги и никогда не были, в отличие от большинства других людей в моей жизни, включая тебя. — продолжил Брайан. — Он получил свою должность в «Киннетике» благодаря образованию и таланту, и он заработал место в моей жизни за счет безоговорочной любви и преданности ко мне и моему сыну. Хватит с меня этого разговора. Если Гас хочет жить с отцами, то мы будем только рады этому. Он достаточно взрослый, чтобы решить, с кем он хочет жить, и я полностью уверен, что он хочет видеть, как растет его младший брат, а также быть рядом с Мэл и ДжиАр. — - Что ж, Брайан, когда ты поймешь, сколько Гас ест, ты не захочешь, чтобы он жил с тобой, — жаловалась Линдси. Брайан усмехнулся. — Ты правда думаешь, что я не смогу позволить себе прокормить подростка? Я мог бы легко кормить его омарами и икрой на завтрак, обед и ужин, если бы он этого захотел. — Дай ему волю, и он будет есть шесть раз в день. Я с трудом могу позволить себе накрыть стол для двоих. — Именно поэтому он жаловался, что ты больше не готовишь. У тебя в доме есть что-нибудь кроме сэндвичей с желе и лапши Рамен, чтобы его накормить? Деньги, которые я отправлял тебе каждый месяц, должны были покрыть все расходы на еду и одежду для моего сына. — Брайан, деньги нужны были для других вещей! Ты ожидал, что я потрачу все до последнего проклятого цента на Гаса? — Да! Деньги, которые я тебе переводил, должны были быть потрачены исключительно на Гаса. Я знаю, что подростки обходятся недешево, и тем более наш сын, с его постоянно меняющимся гардеробом и увлечениями. На что еще ты их спускала? Линдси увлеченно стала разглядывать свои туфли. — У меня… у меня есть небольшое пристрастие к шопингу, Брайан. Как и тебе, мне нравится носить дизайнерскую одежду и поддерживать свой стиль. Продажа ношеной одежды и обуви на eBay не покрывает все расходы. — Эти деньги должны были быть потрачены на Гаса и только на него, а не на твой гардероб! Кстати, разве ты не работаешь? — Я работала на полставки в небольшой галерее, но потом они сократили штат из-за неудачной выставки, которая не оправдала их ожиданий. Все новые сотрудники, включая меня, были сокращены, я еще не успела найти новую работу. — Не успела? — недоверчиво спросил Брайан. — Ты безработная! У тебя времени вагон, чтобы найти работу и обеспечить себя и своего сына! Чем ты занимаешься целыми днями? Линдси проигнорировала последний вопрос. — Мелани отказывается давать мне деньги, потому что дети живут не вместе, и она угрожает подать на развод. Даже если Гас действительно будет жить с тобой, я ожидаю, что ты продолжишь выплаты, мне нужна поддержка, по крайней мере, до тех пор, пока Гас не закончит колледж. Брайан рассмеялся. — И почему, ради всего святого, я должен это делать? Гас живет со мной, и именно я открыл фонд для его колледжа после рождения, и за последние пятнадцать лет вложил в него более 200 тысяч долларов, и после всего этого, я должен содержать еще и тебя? — Брайан, а на что я по-твоему должна жить? Если ты откажешься, я подам на тебя в суд и у меня будет поддержка. Он не мог поверить в слова, вылетающие из ее рта. — На каком основании? Линдси, ты понимаешь, что, поскольку я отказался от родительских прав, то вообще не был обязан выплачивать тебе эти деньги? Я делал это только, потому что люблю своего сына, и у вас с Мэл всегда были финансовые проблемы. Я знаю, что Майкл никогда не давал Мэл ни цента на ДжиАр, даже до того, как отказался от своих родительских прав. Ни один суд в этом мире не обяжет меня выплачивать тебе деньги. Вот что я думаю: пойди, найди работу, чтобы обеспечить себя, как взрослый самостоятельный человек. И Линдси, если ты подашь на меня в суд, удачи тебе, чтобы не стать там посмешищем. — Ты же знаешь, что у меня есть доступ к фонду для колледжа, верно? — сказала Линдси. — Я могла бы вытащить каждый цент оттуда, если бы захотела. Более того, я уверена, что ты, в любом случае, заплатишь за его обучение, так как просто мечтаешь, что он получит высшее образование и, возможно, возьмет на себя «Киннетик». Брайан сделал шаг назад, потрясенный наглостью Линдси. — Ты знаешь, я могу заявить о краже, если ты это сделаешь? Ты загремишь за решетку. Линдси села на скамейку и неожиданно расплакалась. — Брайан, мне нужна твоя помощь. Не думаю, что Мэл когда-нибудь вернется, и она увезла мою милую девочку. Ты и Гас — все, что у меня осталось. Все, что я хочу — это, чтобы мы трое стали семьей, настоящей семьей. — У тебя никогда не было меня Линдс, не так, как ты того желаешь. Кстати, Мэл рассказал мне, как ты кормила Майкла байками о нас на протяжении многих лет. Я не могу понять, как ты могла? Тот факт, что тебе взбрело в голову, что я выберу его, а не Джастина, просто непостижим — это неуважение, которое ты проявила к моему партнеру, этого я терпеть не собираюсь. Знаешь Линдс, ты не могла получить меня самостоятельно, поэтому тебе пришлось использовать нашего сына для получения моей любви и материальной поддержки. Сейчас он даже не хочет жить с тобой, и у тебя ничего не осталось. Брайан повернулся, чтобы уйти, но Линдси схватила его за руку. — Давай заключим сделку: Гас может остаться здесь с тобой, если ты выгонишь Джастина и его ребенка, и станешь со мной настоящей парой, — предложила Линдси. — - Это все исправит. Джастин — единственное, что стоит у нас на пути сейчас, юридически вас ничего не связывает. Мы с Мэл можем развестись, а потом мы с тобой поженимся и дадим Гасу настоящую семью, которую он заслуживает. Челюсть Брайана буквально отвалилась, он несколько раз моргнул и с недоверием посмотрел на Линдси. — Ничего себе, Линдси… просто… ничего себе. Он развернулся и пошел прочь, игнорируя ее слезы. — Брайан! — крикнула Линдси. — Брайан, пожалуйста не оставляй меня! Я люблю тебя! Мы должны быть вместе! Брайан вернулся в офис и попробовал немного поработать, но был слишком потрясен разговором с Линдси. Он подумал, что лучшим решением будет поехать домой в Брайтин и закончить этот день хорошим ужином и умопомрачительным сексом со своим партнером. Часовая поездка домой, и рев Metallica по пути, помогли немного привести мысли в порядок. Он вошел в дом, где со второго этажа доносились крики. Брайан пошел к источнику шума и вошел в спальню на втором этаже, которая стала комнатой Гаса. — Ты не можешь заставить меня пойти! — разгневанный подросток орал на свою такую же злую мать. — Ты пойдешь, и это не обсуждается! — закричала Мелани. — Эй, — крикнул Брайан, заставив обоих быстро повернуть головы. — Что, черт возьми, здесь происходит? — Гас решил, что больше не хочет ходить в школу, — сообщила Мелани Брайану. — Я не говорил, что совсем не хочу идти, — пояснил Гас. — Я сказал, что не хочу идти в эту деревенскую школу. Почему я не могу заниматься онлайн, дома, как ДжиАр? — Потому что тебе нужно общаться с другими детьми — сверстниками, даже если это деревенская школа с небольшим количеством учеников, а не такая, к которой ты привык, — ответила Мелани. — На следующей неделе я записываю ДжиАр в местную школу, тоже самое будет и с тобой. — Ты можешь сказать, что мы живем в лофте, пап, или в доме у бабушки Деб, чтобы я мог поступить в среднюю школу Питтсбурга, — раздраженно сказал Гас. — Я мог бы пойти в ту же школу, в которой учился ты. — Я уже тебе объясняла — это будет мошенничеством, Гас! — нетерпеливо ответила Мелани, вероятно, этот разговор начался задолго до прихода Брайана. — Я не собираюсь рисковать своей лицензией или быть вовлеченной в уголовное дело, чтобы ты смог пойти в другую школу. — Тогда папа сможет записать меня! — Гас посмотрел на Брайана. — Он может сказать, что отец-одиночка и мы живем в лофте, чтобы не вовлекать тебя во все это. — О, то есть меня можно в это вовлечь, если они узнают, что ты живешь здесь, а не в лофте? — сказал Брайан. — К тому же, юридически я не твой отец, поэтому не могу сделать то, о чем ты просишь, даже если бы захотел. — Тогда подай в суд и верни родительские права! — настаивал подросток. — Блядь, да сделай что-нибудь! Брайан смотрел то на Гаса, то Мелани, которые как будто ждали от него решения, которое поможет исправить ситуацию. Плачь Кигана, донесшийся с другой стороны коридора, буквально взорвал повисшую тишину. — Я… я пойду посмотрю, проверю ребенка, — сказал Брайан и вышел из комнаты. Он вошел в детскую, где Джастин отчаянно качал Кигана, пытаясь успокоить. — О, слава богу, что ты дома, — Джастин повернулся к вошедшему партнеру. — Он плачет последние два часа, я не знаю, что с ним такое. Он сухой, сытый, у него нет температуры… Брайан протянул руки. — Давай, я возьму его. Джастин с радостью отдал плачущего малыша Брайану. — И что у тебя случилось, приятель? — спросил он у Кигана. Ребенок ответил оглушительным воплем. — Мне нужен свежий воздух, — сказал Джастин и почти выбежал из комнаты. Брайан сел в кресло-качалку и изо всех сил старался успокоить Кигана. — Приятель, дашь мне отдохнуть, пожалуйста? — он нежно поглаживал малыша по спине. — Сегодня была просто куча всякого дерьма, и все, что я хотел — это вернуться домой и провести спокойный вечер с семьей. Кигану явно было насрать на это, он продолжал орать во всю мощь своих легких. Некоторое время спустя зашла Мелани, чтобы понять, что происходит, Брайан без единого слова отдал ей ребенка. Никого не предупредив, он переоделся в более удобную одежду и направился обратно в Питтсбург. Он обнаружил себя припаркованным за Вавилоном, полагая, что пора бы и проверить, как обстоят дела, пренебрегая клубом с момента рождения Кигана. Он прошел через черный ход и поднялся прямо к своему офису. Брайан открыл бутылку своего старого друга Джим Бима и сел за стол. Он включил ноутбук и начал делать запросы о том, как ему вернуть свои родительские права в отношении Гаса. Привлечь Мелани в качестве своего адвоката он не мог, это был бы конфликт интересов. Чем больше он пил, тем меньше он обращал внимание на экран своего компьютера, и довольно скоро в его голове звучала только бессмертная тампа-тампа, доносившаяся с танцпола. С самого утра ему ничего не довелось поесть, поэтому алкоголь накрыл его безжалостно быстро. Посидев еще немного в кабинете, Брайан спустился вниз к бару и взял еще одну порцию Джим Бима. Он выпил его одним глотком, потом повернулся, чтобы оценить свою старую «песочницу»**. Ему просто необходимо было выпустить пар, он начал пробираться сквозь толпу на танцпол. Вскоре парни начали потихоньку собираться вокруг танцующего жеребца, внезапно пришло то самое ощущение, как в старые добрые времена, как будто все последние десять лет были просто-напросто стерты из его жизни. Молодой темноволосый парнишка начал танцевать рядом с жеребцом. Даже не думая о последствиях, Брайан схватил парня за рубашку и направился в заднюю комнату. Он нашел пустое место около стены и прислонился к нему спиной, слегка надавив на плечо парнишки, давая ему понять, чего от него хотят.