Лишь его огонь

       Туман в глазах и сильная головная боль. Люси не сразу соображает, что с ней произошло. А потом в её голове всплывают картинки произошедшего. Обрываются они на странной боли в шее и неожиданной слабости. Люси всё ещё не чувствует себя хорошо, так что не делает резких движений, а пытается хотя бы открыть глаза. Удаётся это не сразу: глаза словно налили свинцом, а также поставили на них мутную плёнку. Изображение окружающего плывёт, и её начинает тошнить. Ещё и боль в шее даёт о себе знать. Люси не может пошевелить онемевшей шеей. Всё это крайне удручает и раздражает – страх пока не пробуждается в плывущем сознании. Крепко стиснув зубы, она закашливается. Всё тело неприятно саднит. Кажется, Люси готова взвыть от безысходности. Ведь плюс к полнейшему дискомфорту в теле, она совершенно не понимает происходящего. Но вот, в глазах понемногу проясняется. Уши, что были заложены, пронзает неприятным свистом.        Девушка морщится, наконец оглядывая окружение. Это нечто, похожее на сарай. Всё грязное, неприятный запах, а также море уже непригодных не для чего вещей. И среди этого хлама одна Люси, связанная до боли верёвками. Шея все ещё болит. Она не может ей пошевелить, да и звука никакого не издать: сразу заходится кашлем. Когда Люси приходит более-менее в себя, её голову пронзает одна мысль: ключи! Больно изворачивается, но проверяет свой пояс – ключей нет. Какого чёрта??? Что вообще происходит?! Где она? Где ребята? Что с тем монстром? И что произошло с ней? Чёрт!        Люси пытается высвободиться, но это не приносит совершенно никакого результата. При попытке пронзает болью многострадальную шею, и она хрипло вскрикивает, зайдясь снова кашлем. Снаружи слышатся голоса и какая-то возня. В помещение заходят трое парней. Они выглядят крайне напряжённо и постоянно нервно озираются по сторонам. Люси хочет задать хоть один вопрос: что, чёрт возьми, происходит?! Но и эта попытка не увенчалась успехом, заставив её снова закашляться.       — Что за нахрен?? Она не должна была так быстро прийти в себя! — в ужасе вопит парень глуповатого вида. Парень, явно старше остальных, даёт неслабый подзатыльник вопящему, и тот вмиг замолкает.       — Не ори! И так проблем хватает, а они ещё и услышать могут! — отрезает он раздражённым голосом. Третий парень, спокойный, с холодным неприятным взглядом подходит к заклинательнице и садится на корточки, глядя прямо ей в глаза. Сказать она ничего не может, но её взгляд всё равно даёт понять, что она в полном замешательстве и раздражении.       — "Что происходит" – это хочешь знать? — спрашивает он. Капитан очевидность… Люси слабо кивает, отчего шею вновь неприятно кольнуло, — Просто ты – наш товар. Не рыпайся и не создавай проблем. Сказал, как отрезал. Люси буквально накрывает от такого волной раздражения. Она пытается возмущенно что-то прохрипеть – не кашляет больше, но и сказать толком ничего не получается. Он окидывает девушку мимолетным взглядом.       — Наверное, последствия яда. Не сможешь говорить ещё некоторое время. Наверняка и шевелиться едва можешь. Сказав это, он направляется к выходу. Два других парня всё ещё препираются. Один из них больно пинает блондинку в живот, и они направляются к выходу. Хартфилия стискивает зубы и зажмуривается. Какого всё так обернулось?        Этот вопрос звучит в её голове, когда перед глазами вспыхивает яркий свет…

***

       Неожиданно происходит взрыв, одновременно со вспышкой яркого света.       —ТВАРИ! КУДА ВЫ ДЕЛИ ЛЮСИ?! — раздаётся звериный рык.        Ни что иное, как яркое пламя огненного дракона Нацу опаляет всё вокруг. Даже магическая карта Каны, светящаяся словом HELP, сгорает, не оставляя и следа. Леса и сарай покрываются огнем, а неудавшиеся похитители, застывшие в шоке, отправляются в нокаут с сильнейшими ожогами. Бушующий Драгнил никак не может успокоиться. Все звуки в его голове смешиваются, а от гнева он не выходит ясно мыслить. Лишь голос Каны эхом отзывается в воспоминаниях: "Люси в беде!". Карта Каны горела, указывая направление к Хартфилии. Сейчас же Нацу стоит посреди огня, тяжело дыша и принюхиваясь, ища свою дорогую напарницу. Он залетает в сарай и видит её. Огонь не смеет приближаться к ней, но спалил верёвки. Тем не менее, девушка не двигается, мелко подрагивая.       — Н.. Нацу? — глухо хрипит удивлённая заклинательница. Звук её голоса отрезвляет убийцу драконов, и он подходит к ней, усмиряя разбушевавшийся огонь.       — Люси! Как ты? Ничего не болит? Что эти гады сделали с тобой? — забросывает он её вопросами – его голос всё ещё походит на рычание.       — Я в порядке.. Просто.. Тело онемевшее.. Не могу шевелиться.. — хрипло и тихо говорит она, то и дело сбиваясь. Нацу чует странный запах, что мешается с запахом его подруги. Горький и неприятный. А начало он берёт у маленькой ранки на шее, покрывшейся непонятной фиолетовой слизью.       — Всё хорошо, Люси. Полюшка быстро тебя на ноги поставит, — уверенно говорит он, беря на руки Хартфилию.       — Нацу.. Спасибо...        Огонь всё ещё окружает розововолосого парня и девушку на его руках, но он лишь согревает их. Драгнил идёт прочь от горящего сарая и направляется в сторону их дома. А Люси, со странно смешанными чувствами вины и благодарности, прижимается к его груди, теряя сознание.