Ну кто мог знать?

      Вечер медленно опускался на землю. Мрачные серые тучи тяжёлой завесой висели высоко в небе, придавая обстановке довольно удручающую атмосферу. Капли проливного дождя, который нескончаемым потоком низвергался с небес, стучали по земле старого кладбища, по каменным надгробиям, на которых были вырезаны теплые слова, по крыше небольшой церкви, стоявшей неподалёку. Плакучие ивы, словно склонившие головы в знак скорби об умерших, стояли пожелтевшие и почти лишённые листвы, как и положено деревьям осенью.       Обычно на кладбище было довольно спокойно, но в этот день всё было иначе. Возле свежей могилы собралось много людей. Совсем рядом стоял закрытый гроб, готовый к тому, чтобы его опустили в могилу. Собравшиеся переговаривались, ожидая момента, когда начнётся церемония прощания.       Недалеко от этого сборища под небольшим навесом прятались от дождя два могильщика. Они совсем недавно закончили рыть могилу, и теперь ждали, когда можно будет закопать её.        — Ну и гадкая сегодня погода.        — И не говори. Уж не знаю, кто там сегодня сыграл в ящик, но, похоже, даже небо решило его оплакать.        — Я слыхал, что это какой-то богач. Своё предприятие, все дела…        — А, ну тогда ясно, откуда столько народу. К богачам вечно толпа собирается.        — Ну да, ну да… как думаешь, сколько из них реально по нему скорбит?        — Да кто их знает. Хотя, если честно, вряд ли много.       На пару мгновений могильщики замолчали.        — Слушай, а наследники-то у сегодняшнего усопшего есть?        — Понятия не имею. Хотя… может, вон тот парень?       Среди гостей, пришедших попрощаться с умершим, почему-то особенно выделялся один парень. Высокий, стройный, с тёмными волосами и слегка печальными карими глазами. В то время как все гости тихонько переговаривались, он стоял возле самого гроба, укрываясь под чёрным зонтиком.       По лицу парня сложно было понять, какие чувства он испытывает. Кто-то пожалуй, мог бы предположить, что он грустит, ведь в гробу лежал его родной отец. Впрочем, парень и сам вряд ли толком мог описать, что чувствует.        — Прошу прощения…       Парень повернулся в сторону, оторвавшись от своих мыслей. К нему подошла какая-то дальняя родственница, имя которой он не помнил.        — Прими мои соболезнования, Дэн. Мне правда очень жаль. Твой отец был прекрасным человеком. Крепись!        — Спасибо… — ответил Дэн.       Родственница отошла в сторону, а Дэн вновь вернулся к созерцанию гроба.       Спустя несколько минут со стороны церкви показался священник. Он медленно шёл по кладбищенской дороге, прикрываясь зонтиком. Подойдя к Дэну, он тихонько прошептал ему на ухо:        — Всё готово, сэр. Я могу начинать?        — Да, конечно, — ответил Дэн. — Дамы и господа! Пожалуйста, минуточку внимания!       Гости тотчас отвлеклись от разговоров и выстроились полукругом рядом с гробом.        — Уважаемые дамы и господа, — начал свою речь священник. — Печальный повод собрал нас здесь сегодня. Мы собрались, чтобы проводить в последний путь замечательного человека, любящего мужа и прекрасного отца…       Дэн не слушал. Ему просто не хотелось слушать. В конце концов, все эти проповеди одинаковы.       Мог ли Дэн согласиться со словами о том, что его отец прекрасно исполнял свои родительские обязанности? Сложно сказать. Скорее нет, чем да. Отец вечно пропадал где-то на работе, оставляя его на попечение нянек. Матери Дэн не помнил, она умерла очень давно, когда он был ещё совсем маленьким.       Не зная, как иначе привлечь внимание сына, отец стал заваливать Дэна подарками. С самого детства ему ни в чём не отказывали. Достаточно было просто попросить, и он тут же получал то, что хотел. Многие, пожалуй, скажут, что это не лучший способ воспитывать ребёнка, но Дэн не знал никакого другого обращения.       Дэн мельком взглянул на всех тех, кто собрался здесь, чтобы проститься с его отцом. Все гости стояли молча, опустив взгляд. Некоторые всхлипывали, потирая глаза от слёз.       Дэн, однако, прекрасно знал, что практически все они просто притворяются. Половину гостей составляли работники отцовской компании, которых обязали прийти. Другая половина состояла из родственников разной степени дальности, которые, как правило, вспоминали об отце лишь тогда, когда им нужны были деньги.       Дэн, откровенно говоря, и сам не был слишком расстроен. Конечно, в глубине души ему было грустно, ведь всё-таки, как ни крути, речь шла о смерти его отца. Но это была лишь крохотная искра, не более. Отец никогда особо им не интересовался, а для Дэна он был не более чем источником денег.       Обычно, когда людям сообщают, что кто-то из их родственников умер, они как минимум приходят в шок. Когда Дэн узнал о смерти отца, он просто кивнул, мол, умер и умер. Никакой скорби, никаких рыданий. Кто-то назвал бы Дэна бессердечным, но ему было всё равно.       Дэн внезапно подумал, что из всех собравшихся по-настоящему оплакивает отца одно лишь небо. Он слегка улыбнулся, но тут же перестал, вновь приняв печальный вид, поскольку ситуация к улыбке абсолютно не располагала.       Священник тем временем дошёл до конца своей речи.        — А теперь давайте почтим его память минутой молчания.       На кладбище воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком капель дождя. Где-то вдалеке послышался раскат грома — судя по всему, дождь обещал превратиться в самую настоящую грозу.        — Хочет ли кто-нибудь сказать несколько слов об усопшем?       Дэн почувствовал на себе несколько взглядов, однако предпочёл промолчать.        — Что ж, в таком случае, я объявляю церемонию прощания закрытой.       Гости начали медленно расходиться. Священник вновь подошёл к Дэну.        — Если хотите, можете взглянуть на отца ещё раз, прежде чем мы приступим к захоронению.       Дэн бросил последний взгляд на гроб, а затем отвернулся и покачал головой.        — Нет. Не хочу. Закапывайте.       Священник кивнул, а затем подал знак рукой. Несколько человек осторожно подняли гроб и опустили его в могилу. Затем они вместе со священником направились обратно к церкви. Могильщики, которые до этого прятались под навесом, направились к могиле.        — Ты погляди! — сказал один из них, бросая в яму первый ком промокшей земли. — Даже не попрощался с отцом. Ох уж мне эти избалованные богатые сыночки…        — Да, да, как скажешь, — ответил второй. — Ты лучше копай усерднее. Чем быстрее мы закончим, тем скорее сможем пойти туда, где сухо.

***

      Чёрный лимузин медленно ехал по улицам города. Капли дождя стекали по его окнам, пытаясь опередить друг друга в гонке к низу.       Дэн сидел на заднем сидении, глядя в окно. Он родился и вырос здесь, в этом городе. Одни и те же до боли знакомые улочки, одни и те же старые дома. Порой Дэну нестерпимо хотелось всё бросить и уехать отсюда, поселиться в столице и никогда больше не вспоминать это место.       Честэрмэри — один из тех относительно небольших городов, которые были в изобилии разбросаны по всему Гэбриту. Достаточно древний, чтобы считаться историческим местом, но не достаточно интересный, чтобы привлекать множество туристов. Здесь никогда не селились люди, сыгравшие значительную роль в истории королевства, никогда не происходили события, менявшие ход истории, никогда не находились какие-либо предметы, способные перевернуть представление о людях прошлого. Всё, чем мог похвастаться Честэрмэри — обилие старинной архитектуры, несколько памятников да парочка небольших фестивалей, что проводились во время летних праздников. В остальные же дни заняться в городе было особо нечем.       В осеннее время, когда небеса над Честэрмэри, как и над любым городом северного Гэбрита, покрывались пеленой серых облаков, город казался ещё скучнее, чем обычно. Частые дожди словно вымывали из него все краски, делали серым, блёклым и унылым. В осенние дни на Дэна, как правило, наваливалась какая-то необъяснимая тяжёлая тоска. Хуже времени для того, чтобы кого-то хоронить, пожалуй, сложно было придумать.       От невесёлых размышлений Дэна оторвал звонок телефона. Парень посмотрел на экран — это была очередная девушка, с которой он познакомился пару месяцев назад. Имени её он не запомнил. Вздохнув, Дэн нажал на кнопку ответа.        — Привет, Дэнни, — голос выдавал в девушке одну из тех особ, которым ещё в детстве заморочили голову глупыми устаревшими убеждениями о том, что ум девочкам без надобности. — Как дела? Мы увидимся сегодня?       Дэн снова вздохнул. Подобные девушки липли к нему как мухи, и ему это, мягко говоря, надоело.        — У меня, вообще-то, отец умер. Я только что с похорон, — сказал Дэн. Не то чтобы его это сильно волновало, просто он хотел побыстрее отделаться от девушки.       Пару секунд из трубки не доносилось ни звука.        — Оу, прости, — ответила, наконец, девушка. — Мне жаль, я не знала. Но может, всё-таки, встретимся сегодня? Я бы тебя утешила…        — Нет, спасибо. У меня нет настроения.        — Да ладно, тебе, Дэн. Ну что же теперь, сидеть и хандрить? Давай, приезжай сегодня ко мне. Или ты меня не любишь?       Дэн усмехнулся. Понятие любви ему был незнакомо. Отцовская любовь всегда выражалась в денежном эквиваленте, а няньки, которые носились с ним всё детство, были вынуждены обращаться с ним ласково, поскольку, опять же, им за это платили неплохие деньги.        — Люблю? Тебя? — переспросил Дэн. — Не многовато ли ты на себя берёшь? Я, конечно, знал, что у тебя завышенное самомнение, но уж точно не думал, что настолько.       Из телефона донеслись какие-то странные звуки. Дэн очень живо представил, как девушка, явно не привыкшая к такому обращению, едва не задыхается от возмущения и обиды.        — Да… да пошёл ты к чёрту, Дэн! — прокричала она в трубку, придя в себя. — И не звони мне больше!       «Да не больно-то и хотелось, — подумал Дэн, пряча телефон обратно в карман. — Не ты первая, не ты последняя».       Произошедшее его совершенно не расстроило. Таких девиц вокруг было полным полно, и разрыв с очередной вовсе не стоил каких-либо переживаний.       Уже скоро лимузин подъехал к особняку, который уже много лет принадлежал семье Дэна. Его построили еще, кажется, во времена его прапрадедушки.       Выйдя из машины, Дэн заметил, что возле входа в особняк стоит женщина в чёрном пальто поверх делового костюма. В руках она держала небольшой портфель. Слегка удивившись, Дэн раскрыл свой зонтик и направился к крыльцу.       Неизвестная женщина, судя по всему, ожидала именно его.        — Мастер Дэн? — поинтересовалась она, когда тот подошёл ближе.        — Да, — ответил Дэн. — Я могу Вам помочь?        — Меня зовут мисс Кларк, — ответила женщина. — Я являюсь адвокатом вашего отца. Мне необходимо обсудить с Вами несколько вопросов.        — О, да, конечно, проходите.       Дэн открыл входную дверь, пропуская мисс Кларк вперёд. Пройдя в дом, она сняла пальто и повесила его на стоящую возле входа вешалку.        — Скажите, мастер Дэн, где мы могли бы поговорить, чтобы нам никто не мешал?        — Думаю, лучше всего будет пройти в кабинет отца. Идите на второй этаж, я Вас догоню.       Мисс Кларк направилась вверх по центральной лестнице, а Дэн жестом подозвал стоящего неподалёку дворецкого.        — Передай на кухню, чтобы нам принесли чай.       Дворецкий в ответ молча кивнул и удалился, а Дэн поспешил вслед за мисс Кларк.       Пройдя по слегка мрачноватому коридору, Дэн и мисс Кларк вошли в кабинет. Помещение, хоть им и не пользовались уже несколько дней, по прежнему поражало своей чистотой и порядком — отец Дэна терпеть не мог любого проявления хаотичности. Все вещи были аккуратно разложены по своим местам, а занавески на окнах задёрнуты.       Мисс Кларк зашла первой. Дэн, войдя следом за ней, щёлкнул выключателем. Кабинет тотчас озарился мягким светом.        — Прошу Вас, присаживайтесь, — сказал Дэн, отодвигая один из стульев. Сам он занял то место, на котором обычно сидел отец. — Итак, мисс Кларк, о чём же Вы хотели поговорить?       Мисс Кларк, осторожно присев на стул, раскрыла свой портфель и извлекла из него пачку бумаг.        — Видите ли, мастер Дэн, как юридический представитель Вашего отца, я обязана известить Вас о его последней воле.       Дэн кивнул. Мисс Кларк тем временем разложила бумаги на столе, достала из кармана очки и надела их.        — В общем и целом всё выходит довольно просто, — сказала она, пододвигая одну из бумаг к Дэну. — Согласно последней воле Вашего отца, всё его состояние, а так же имущество, включая генеральный пакет акций его предприятия и этот дом, переходят к Вам.       Дэн взглянул на бумагу. Там почерком его отца было изложено всё то же самое, что только что озвучила мисс Кларк. «Ну надо же, — подумал Дэн. — Даже после смерти он заваливает меня подарками. Хотя стоит ли удивляться…»        — У Вас есть какие-либо вопросы, мастер Дэн? — осведомилась мисс Кларк.        — Нет, что Вы, мне всё предельно ясно.        — Отлично. В таком случае, подпишите, пожалуйста, здесь, здесь… и ещё вот здесь.       Дэн послушно поставил свою подпись там, куда показала мисс Кларк. Та, вновь пробежавшись взглядом по бумагам, кивнула и собрала их обратно в свой портфель.        — Что ж, приятно было иметь с Вами дело. Вот моя визитка, на случай, если Вам когда-нибудь понадобятся мои услуги.       Дэн посмотрел на протянутую визитную карточку, а затем спрятал её в карман.        — Быть может, Вы останетесь на чай, мисс Кларк? — спросил он.        — Я бы с огромным удовольствием приняла Ваше предложение, мастер Дэн, но мне нужно идти по делам.        — Я настаиваю, — ответил парень. — Кроме того, я уже распорядился принести чай сюда.       Мисс Кларк достала из кармана телефон и несколько раз прикоснулась к экрану.        — Хм… ладно, думаю, у меня найдётся немного времени.       В этот момент в дверь постучали.        — Войдите! — воскликнул Дэн.       Дверь открылась, и в кабинет вошла пожилая женщина с подносом в руках. Дэн слегка скривился. Эта женщина работала у них на кухне, сколько он себя помнил, однако в последнее время она, по мнению Дэна, выполняла свою работу из рук вон плохо. И это отнюдь не всегда было фигурой речи, женщина действительно довольно часто что-нибудь роняла.        — Я принесла чай, как Вы и просили.        — Да, чудесно. Поставьте на стол.        — Как скажете, ма…       В этот момент женщина запнулась о ковёр, лежащий на полу, и едва не упала. Чашкам, стоящим на подносе, повезло меньше — они полетели на пол, разбрызгивая вокруг себя чай. Несколько капель попали прямо на туфли мисс Кларк.        — Что ж, — сказала она. — Видимо, от чая всё же придётся воздержаться.        — Простите, пожалуйста, мисс Кларк, — затараторил Дэн. — Я…        — Да ничего страшного. Я, наверное, пойду. Удачи Вам, мастер Дэн.       С этими словами мисс Кларк вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.       Как только шаги адвоката стихли, Дэн обрушился на несчастную кухарку, которая в данный момент пыталась собрать осколки чашек.        — Какого чёрта это было? — кричал он. — Только посмотри, что ты наделала! Ещё и разбила чашки из любимого сервиза мамы!       Пожилая женщина, похоже, боялась даже подняться на ноги.        — Пожалуйста, извините меня, мастер Дэн, это всего лишь случайность!        — Случайность была несколько лет назад, а сейчас это уже закономерность!        — Клянусь Вам, этого больше не повторится, мастер Дэн.        — Ну разумеется не повторится! — воскликнул Дэн. — Ты уволена!       Женщина удивлённо посмотрела на него. В её глазах читался самый настоящий шок.       — У… уволена? — заикаясь, произнесла она. — Но, мастер Дэн… Я работаю здесь уже много лет… эта работа — всё, что у меня есть…        — Я похож на того, кого это волнует? — грубо ответил Дэн. — Поднимайся и проваливай отсюда!       С трудом встав на ноги, пожилая женщина с громким плачем выбежала прочь из кабинета.       Дэн тяжело вздохнул и направился в свою комнату. После всего того, что произошло за день, ему нужен был небольшой отдых.       Войдя в комнату, Дэн, как был, в костюме, завалился на кровать, обдумывая сегодняшние события.       Дэн уже почти провалился в сон, когда его телефон снова зазвонил. Дэн посмотрел на экран. На сей раз звонил один из его друзей.        — Алло? — нехотя проворчал Дэн в трубку.        — Эй, Дэн, привет! Как ты там, в порядке?        — Да, вроде того… — ответил Дэн. — Я теперь богатый наследник.        — Ха-ха, очень смешно. А раньше ты им что, не был?        — Я серьёзно. Отец оставил мне все, что у него было.       На пару мгновений в трубке воцарилось молчание.        — Ого! Поздравляю, приятель! Слушай, ну такое точно нужно отпраздновать! Может, прошвырнёмся по клубам сегодня вечером?        — Моего отца закопали в землю чуть менее часа назад, а ты предлагаешь мне пойти развлекаться и разбазаривать наследство в этот же день? За кого ты меня принимаешь? — выдержав небольшую паузу, Дэн улыбнулся. — Ха, купился? Разумеется я в деле.        — Ох, хвала небесам, я уж было подумал, что ты серьёзно! Ладно, тогда до вечера!        — Ага.       Отключив телефон, Дэн отложил его куда-то в сторону и закрыл глаза. Делать было нечего, и оставалось лишь надеяться, что к вечеру этот противный дождь пройдёт…

***

      Хотя под вечер дождь действительно прошёл, тучи по-прежнему закрывали всё небо. Где-то за ними солнце медленно опускалось за горизонт, и Честэрмэри постепенно погружался во тьму. Народу на улицах становилось всё меньше, а ночные огни загорались один за другим.       Откровенно говоря, по ночам в Честэрмэри заняться особо нечем. Хотя город сам по себе был не очень маленьким, ночная жизнь в нём была практически не развита. После заката можно сходить разве что в какой-нибудь бар или клуб, которых, впрочем, было не слишком много.       У Дэна и его друзей был один любимый клуб, где они частенько бывали. Именно туда они и направились в тот вечер. Проблем с тем, чтобы попасть внутрь, у них не возникло, поскольку их здесь хорошо знали.       В клубе, как всегда, было полно народу. Громкая музыка, запах алкоголя и сигарет, мелькание разноцветных огней. Вполне стандартная атмосфера для подобных заведений.       Оказавшись внутри, Дэн огляделся.        — Ну, чем займёмся? — спросил его друг, подтягиваясь следом.        — Не знаю как ты, а я, пожалуй, попробую кого-нибудь подцепить, — ответил Дэн.        — А как же эта твоя… ну, как её там…        — Забудь. Я её уже бросил.        — А, ну тогда удачи, друг. Я тут рядом, если что.       Друг направился в сторону танцпола, а Дэн устремился к барной стойке. По дороге он присматривался к окружавшим его девушкам. Все они были невероятно похожи друг на друга — короткие платья, высокие каблуки, куча косметики. Дэну уже доводилось встречаться со множеством таких, и ни с одной отношения не продлились больше пары месяцев. Дэна этот факт, впрочем, не расстраивал. Ни к одной из этих девушек он ничего не испытывал, и знакомился с ними скорее из спортивного интереса. Как только он достигал цели, Дэн сразу же терял к девушке интерес, и не посылал её куда подальше разве что из вежливости, и то притворной.       Внезапно возле барной стойки Дэн заметил девушку, ничуть не похожую на остальных. На ней была лёгкая серая блузка и такая же юбка длиной примерно до колен. Волосы её тоже были выкрашены в серебристо-серый цвет. Одной рукой она держала уже почти пустой бокал, а другой придерживала лёгкую куртку, такую же серую, как и вся её одежда. Выбивались из этого серого ансамбля лишь коричневые высокие сапоги на невысоком каблуке.       Дэн улыбнулся. Таких ему ещё встречать не доводилось. Пожалуй, она могла бы стать неплохим «трофеем». Собравшись с мыслями, Дэн направился в сторону девушки.        — Добрый вечер. Могу я Вас чем-нибудь угостить?       Девушка слегка удивилась подобному предложению, однако улыбнулась в ответ.        — Что ж, попробуйте, — сказала она.        — Бармен, пожалуйста, наполните бокал девушке за мой счёт, — крикнул Дэн. — Итак, что же такая прелестная особа как Вы делает в таком заведении как это?       Прежде чем ответить, девушка сделала глоток из вновь наполненного бокала.        — Если честно, — сказала она. — Я вообще не хотела приходить, меня подруга вытащила. Я не очень люблю клубы.        — Какое совпадение, я тоже! — соврал Дэн. — Я бы лучше просто прогулялся по городу, но друг заладил, мол, давай, давай, расслабься…        — Может, в таком случае, так и поступим?       Если бы Дэн успел заказать себе напиток, он бы сейчас наверняка выплюнул его прямо на девушку. Такого предложения он не ожидал. Девушка, взглянув на его реакцию, улыбнулась и встала со стула.        — Ладно, красавчик, как решишься — догоняй, — сказала она, накинув куртку, а затем направилась к выходу.       Дэну понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, после чего он, предварительно пригладив волосы, поспешил вслед за девушкой. Та, однако, уже успела выйти из клуба. Дэн выскочил на улицу и огляделся.        — Эй! — воскликнул он. — Куда ты делась?        — Я здесь! — раздалось где-то справа.       Дэн обернулся. Голос, судя по всему, донёсся откуда-то из соседнего переулка. Дэн пошёл туда.       В переулке было довольно темно. Тусклый свет фонарей освещал лишь небольшую его часть. Земля всё ещё была мокрой после недавнего дождя. Ступая прямо по неглубокой луже, Дэн зашёл в переулок и огляделся.        — Эй, ты тут? — спросил он. — Где ты?        — Здесь.       На секунду Дэну показалось, что девушка просто возникла из ниоткуда. Вид у неё был несколько менее доброжелательный.        — Ну, куколка, зачем же ты меня сюда вытащила? — спросил Дэн.        — Я тебе не куколка! — довольно грубо ответила девушка. — Меня зовут Кэтрин. Ещё сегодня утром моя мать работала в твоём доме.       Дэниэл нахмурился. Это была совсем не та тема, которую он хотел бы обсуждать прямо сейчас.        — Вот оно что… слушай, я понимаю, ты пришла сюда только ради того, чтобы поговорить со мной и всё такое, но я не собираюсь принимать твою мать обратно, как бы ты ни просила.        — Ей это уже не нужно, — сказала Кэтрин. — У неё был сердечный приступ. Она мертва.       В переулке воцарилось молчание. Дэн понимал, что девушка чего-то ждёт от него, но ему было совершенно плевать.        — Ну, я не знаю… извини!        — Извини? — воскликнула Кэтрин. — И это всё, что ты можешь мне сказать? Моя мать умерла из-за тебя!        — Слушай, я похож на того, кого это волнует? — Дэну начал надоедать разговор с девушкой. — Ну подумаешь, мать умерла! У меня вот сегодня тоже отец умер! Такова жизнь! Чего ты от меня хочешь? Прости, воскрешать людей я не умею! Так что, если не хочешь сказать мне что-то действительно важное, то я, с твоего позволения, вернусь обратно в клуб.       С этими словами Дэн развернулся и пошёл назад.        — Нет уж, постой!       Дэн даже не успел обернуться. Где-то позади сверкнула оранжевая вспышка, а затем какая-то неведомая сила схватила его за руки и потянула вниз, поставив на колени прямо посреди лужи. Присмотревшись, Дэн заметил, что его запястья обвили живые змеи, словно растущие прямо из земли.       Сзади послышались шаги. Кэтрин обошла Дэна и встала перед ним. Выглядела она иначе, чем несколько секунд назад. Вся её одежда окрасилась в оранжевый цвет, на шее появился медальон в виде оранжевого камня в золотой оправе в форме змеи, на руках — пара оранжевых перчаток, а на голове — оранжевая остроконечная шляпа, вроде тех, что обычно носят ведьмы в детских книжках.        — Ты… — сказал Дэн, глядя на неё снизу вверх. — Ты волшебница?        — И как ты догадался?        — Светлая или тёмная?        — Нейтральная.       Дэн вздрогнул. Одна из его бывших нянек частенько любила рассуждать о магах, поэтому он кое-что о них знал. Со светлыми и тёмными магами всё предельно ясно, одни творят добро, потому что им это нравится, другие творят зло по той же самой причине. С нейтральными магами, которые не относили себя ни к тем, ни к другим, всё было куда сложнее, поскольку никогда нельзя было знать наверняка, что им взбредёт в голову.        — Взгляни на себя! — продолжила говорить Кэтрин. — Грубый, эгоистичный, не заботящийся ни о ком, кроме самого себя! Тебе не знакомы ни любовь, ни сострадание! Всё, что тебя волнует — это удовлетворение собственных потребностей! Кто-то должен проучить тебя, и раз уж я по счастливой случайности оказалась здесь, я, так и быть, возьму на себя эту роль!       Волшебница подошла ближе к Дэну и приложила руку к его лбу, при этом оттопырив три пальца: большой, указательный и мизинец. Её медальон засветился, и из него вдруг выползла сияющая оранжевая змея. Как только девушка заговорила, змея поползла по её руке прямо к Дэну. «Ему урок о жизни очень нужен, Что есть внутри, пусть будет и снаружи!»       Дэн не мог даже пошевелиться. Змея подняла голову, глядя ему в глаза, и распахнула зубастую пасть.        — Пожалуйста, не на…       Увы, было поздно. Змея, пройдя через руку волшебницы, впилась Дэну в лоб.       Дэн почувствовал дикую боль по всему телу. Словно что-то буквально сжигало его кожу, а череп вот-вот был готов расколоться изнутри. Парень громко вскрикнул. Змеи, сжимающие его запястья, внезапно исчезли, и он тут же откинулся назад, прямо в лужу.       Боль прекратилась так же внезапно, как и началась. Не обращая внимания на то, что он всё ещё лежит в луже, Дэн опёрся рукой о землю, а другой со стоном потянулся к голове.       Внезапно он замер. Его рука… изменилась. Стала какой-то странной. Медленно опустив взгляд, Дэн посмотрел на своё отражение в зеркальной поверхности лужи. Увидев себя, он пришёл в ужас. Он буквально подскочил на ноги, осмотрел свои ладони со всех сторон, ощупал лицо. Увы, это была не иллюзия. Дэн буквально закричал от ужаса.       Кэтрин меж тем стояла рядом с широкой довольной улыбкой.        — Что ты со мной сотворила? — прокричал Дэн, глядя ей прямо в глаза. Даже его собственный голос казался ему странным, чужим. Он стал тише и как будто бы шелестел.        — Всего лишь приравняла оболочку к содержанию. Теперь все будут знать, какое ты на самом деле чудовище! — увидев во взгляде Дэна полное отчаяние, волшебница ухмыльнулась ещё шире. — О, не переживай. Я же не какая-нибудь злодейка! Я дам тебе шанс всё исправить.       Кэтрин подошла к Дэну почти вплотную и зачем-то начала расстёгивать его рубашку. Тот замер, боясь пошевелиться. Волшебница тем временем запустила под его рубашку руку и прижала ладонь к тому месту, где у человека находится сердце. Дэн вновь почувствовал жжение, но на этот раз не такое сильное.        — Ну как, нравится? — спросила Кэтрин, убирая руку.       Дэн взглянул вниз. На том месте, куда девушка приложила руку, остался рисунок в виде дерева — голого, без единого листочка, слегка припорошенного снегом.        — Существует четыре сезона: зима, весна, лето и осень, — продолжила волшебница. — Обычно для всех живых существ они проходят за один год, но для этого дерева время течёт медленнее. Полный цикл сезонов оно завершит ровно через четыре года. Именно столько времени у тебя и есть.       Дэн слушал её, бросая взгляд то на саму волшебницу, то на рисунок на своей груди.        — Запомни, ровно четыре года! За это время ты должен познать любовь. Не ту глупую влюблённость, которую уже испытывало к тебе множество девушек, а самую настоящую, сильную, искреннюю и, самое главное, взаимную. Если ты сможешь найти такую до того, как последний осенний листок упадёт с этого дерева — проклятье будет снято. Если нет — останешься чудовищем до конца своей жизни. Надеюсь, ты меня понял.       Резко развернувшись, волшебница направилась прочь из переулка. В этот момент с Дэна будто бы спал какой-то транс.        — Постой! — воскликнул он. — Как, по-твоему, это возможно? Посмотри, во что ты меня превратила!       Кэтрин остановилась и посмотрела назад.        — Я что, похожа на того, кого это волнует?        — Подожди! — Дэн попытался схватить волшебницу за руку, но та, щёлкнув пальцами, растворилась в воздухе. — Постой! Стой!       В ответ ему раздалось лишь эхо собственных криков…

***

      В Честэрмэри пришло ещё одно хмурое утро. Тучи, набежавшие ещё вчера, явно не собирались никуда уходить.       Дворецкий, работающий в доме Дэна, как обычно проснулся довольно рано. В конце концов, ему нужно было работать, хотя ночью ему и мешал спать какой-то шум.       Надев рабочий костюм, дворецкий вышел из своей комнаты. В глаза ему тотчас бросились грязные следы на полу. «Надо бы сообщить уборщикам», — подумал он.       Следы тянулись от входной двери вверх по лестнице до самой комнаты мастера Дэна. Дворецкий тихонько подошёл к двери и постучал.        — Мастер Дэн? Вы в порядке?       Ответа не последовало. Немного подождав, дворецкий решил зайти внутрь.       Шторы в комнате были задёрнуты, поэтому в ней было довольно темно. Кровать стояла почти нетронутая, не считая отсутствия одеяла и подушки. Мастер Дэн почему-то сидел в углу, прижимая к себе подушку и завернувшись в одеяло с головой.        — Мастер Дэн?       Дворецкий сделал шаг вперёд, и под ногой у него что-то хрустнуло. Это оказался осколок зеркальной дверцы от стоящего в комнате шкафа.       Хруст привлёк внимание сидящего в углу парня.        — Какого чёрта ты здесь забыл? — воскликнул он.        — Я… — попытался объяснить дворецкий, когда внезапно ему прямо в лицо прилетела подушка.        — Пошёл вон отсюда! — кричал мастер Дэн. — Немедленно!       Дворецкий тотчас выскочил из комнаты, захлопнув за собой дверь.        — Мастер Дэн, у Вас всё хорошо?        — Да… нет… не твоё дело! — раздалось из-за двери. — И вообще, проваливай отсюда! Ты уволен!       Дворецкий опешил.        — Уволен? Но за что?        — Ты всё ещё здесь? Пошёл прочь!       Дворецкий уже собрался было уйти, когда из-за двери снова раздался голос.        — Стой. Пока ты здесь, сделай ещё одну вещь.        — Да, мастер Дэн?        — Передай всем остальным, что они тоже уволены!       От таких слов у дворецкого едва не подкосились ноги.        — Всем?        — Да, — ответил мастер Дэн. — Всем и каждому.        — Но мастер Дэн…        — Не волнуйся, зарплату я им выплачу, но чтобы через полчаса ни единой души в этом доме не было!       Растерянный дворецкий, не зная, что ещё сказать, молча удалился прочь.

***

      Спустя где-то полчаса все работники уже выходили из дверей дома.        — Подумать только! — возмущался бывший повар. — Я несколько лет отпахал в этом доме, а этот щенок просто взял и выгнал нас!        — Хорошо хоть заплатить пообещал, — добавил дворецкий. — А то ведь мог и ни с чем оставить.        — Ага, — поддакнул повар. — Этот парень ещё похлеще своего отца…       Дэн наблюдал за ними из окна своей комнаты. Как только последний из бывших работников ушёл достаточно далеко от дома, он снова задёрнул штору и отошёл в сторону.       Его взгляд упал на осколки зеркала, оставшиеся на дверце шкафа. Даже в темноте он хорошо видел своё отражение. Жуткого зверя, монстра, которого могли лишь бояться.       В душе Дэна вскипела ярость. С громким криком он ударил по остатком зеркала, не обращая внимания на то, что осколки режут ему руки.       Ему нужна была помощь. Даже при желании он не сможет выжить здесь в одиночку. Вопрос был лишь в том, кому он мог довериться.       В жизни Дэна, пожалуй, был лишь один такой человек. Единственный, кто стал ему другом не из-за денег его отца. Вот только они уже несколько лет не общались. Дэн достал свой телефон и прошёлся по списку контактов. Найдя нужный номер, он набрал его и поднёс телефон к уху.        — Алло? Кто это? — раздался в трубке приятный женский голос.        — Это Дэн. Помнишь меня? Мы вместе учились в школе.        — А, Дэн, ну конечно! Давненько ты мне не звонил! Как твои дела? Я слышала, твой отец…        — Ты сейчас в городе? — перебил её Дэн.        — Да, конечно. А что?        — Пожалуйста, приезжай ко мне. Мне нужна твоя помощь. Срочно.