Not myself tonight

Джиен проснулся на животе. Он лежал на самом краю кровати, свесив одну руку вниз. Хотел поднять ее и полностью закутаться в одеяло, но ощутил невыносимую боль во всем теле. Квон с содроганием расслабился и сморгнул выступившие слезы. Он даже позвать Сынхена не может. Джиен, не поворачивая головы, глядел по сторонам и заключил, что Чхве уже встал. Вчерашние путы были убраны с пола, снизу, на первом этаже, едва слышно раздавались шаги. Сынхен поднялся к нему довольно скоро. Джиен к этому времени предпринял еще несколько попыток подняться. И в итоге лежал на боку и дрожал, болезненно морщась. Сынхену не надо было объяснять, почему. Он невесомо прикасался к нему, гладил его через одеяло и заглядывал в лицо. Квону стало спокойнее, что тот рядом, и позволил взять себя на руки. После горячей ванны, лидер почувствовал себя гораздо лучше. Но перед этим был совершенно недоволен и шипел не переставая. Сынхен не решался дотрагиваться даже до его челки, потому что накануне жестко оттаскал за волосы. Он касался водной глади пальцами и смотрел, как искажаются очертания любимого тела от колебаний воды. Чхве следил за тем, чтобы Джиен не провалился в сон, стараясь не пускаться в самобичевание, видя, как лидер истерзан. Бледное лицо, круги под глазами, ссадины на щеках и ужасающая широкая полоса на шее. Вода окрасилась в розоватый оттенок. Сынхен бы и не заметил, если бы сначала не видел красные разводы, которые пошли в воде после того, как Джиен по самый подбородок погрузился в воду. Колени содраны, есть царапины на спине и несчетное количество синяков. Хорошо хоть запястья остались целыми. Сынхен догадался купить наручники с закругленными краями. Под самый вечер Джиену стало легче. Он пролежал весь день в кровати, под пуховым одеялом, рядом с Сынхеном. Его осторожно обнимали и невесомо целовали в лоб. Чхве старался компенсировать свой вчерашний фанатизм безмерной лаской и романтикой. Они не смотрели фильмы, которые шли по ноутбуку, тот просто бурчал на заднем фоне. Неожиданно Сынхен выключил очередной фильм. -Сегодня у меня еще есть шанс от тебя убежать, потому что ты не в состоянии передвигаться. Я покажу тебе это. Джиен заворожено следил за картинками на экране. Сынхен снимал. -Ты не злишься? – Сынхен выждал минуту. -Нет, – правда не злился. Он старался убедить себя в том, что просить Сынхена наказать его – это дурная привычка. – А зачем ты его достал? – Джиен слабо кивнул на ошейник в руках Чхве. -Здесь есть один мудреный наворот. Благодаря этому навороту у меня есть аудиозапись. Я могу слышать, как быстро бьется твой пульс. Джиен окрестил это романтичным. В самом извращенном понятии этого слова. -Это теперь моя вдохновенная музыка, – Сынхен заметил, как Джиен краснеет, и решил закончить свою мысль. -А мне такую музыку? – вот теперь он злится. Джиен тоже хочет слышать сердце Сынхена, когда захочет. Даже когда тот на очередных съемках, и прижаться к его груди никак невозможно. -Все будет. Малыш. Сынхен первый раз за день решился поцеловать Джиена в губы. Джиен решил, что будет к нему приезжать. Пусть тело до сих пор еще ломит, он никогда не чувствовал себя лучше.