Смятение чувств

      Не самым лучшим образом начиналось утро для Гермионы Грейнджер, у которой помимо легкой головной боли, связанной с состоянием «после вчерашнего», с чувством стыда приходило осознание произошедшего вчера вечером. Она напилась, что было непозволительным для всегда рассудительной гриффиндорки, тем более, ее одиночная пьянка, даже не влекла за собой возможность оказаться в городе с возможностью сбежать.       Вспоминая свою тетушку, у которой имелись проблемы с алкоголем, девушка всерьез задумалась о том, что может нечаянно сбиться с правильной дороги и закончить свою жизнь примерно также как и ее родственница. Пообещав себе больше никогда не пить, Гермиона привела себя в порядок и решила, что лучший способ бороться с похмельем – это полноценный завтрак и прогулка на свежем воздухе. Едва она коснулась ручки двери своей комнаты, как она фрагментами восстановила события вчерашнего вечера. Покачнувшись, девушка вспомнила танец с Малфоем. И, конечно, свое желание, чтобы он ее поцеловал. - О, Мерлин! – прошептала девушка, отходя от двери. Желание спуститься вниз пропало из-за того, что, возможно, она столкнется со слизеринцем. Ведь он в отличие от нее был трезв, все помнил и, наверняка, не упустит возможности подколоть ее. Как она могла допустить подобные мысли и желания? Это все алкоголь, будь он не ладен!       Но когтистой лапой в сердце закралось сомнение, что ее желание было вызвано лишь опьянением. Конечно, девушка упорно отказывалась признавать то, что испытывает к Малфою какие-то чувства, аргументируя это тем, что она заперта здесь с ним, поэтому и сходит с ума. Но если вспомнить признание Рона и то, как она вспоминала о признании Малфоя… Ей просто нет оправдания!       Размышляя о разумном объяснении своих желаний и чувств, девушка не сразу заметила, что в комнату без стука зашел Драко. О своем присутствии он заявил негромким покашливанием, отчего Гермиона дернулась, неспешно поворачиваясь к нему.       Взгляд Драко выдавал в нем усталость, видимо, он плохо спал этой ночью. Задержавшись взглядом на его растрепанных волосах, Гермиона недружелюбно сказала: - Тебя не учили стучаться? Я могла бы быть… хм… не в очень приличном виде. Малфой усмехнулся. - Мне показалось вчера, что ты подзабыла всякие приличия. Гермиона этого и ожидала. Несмотря на колкое замечание, Малфой не производил впечатление человека, пришедшего глумиться. - Скажи мне на милость, как ты смогла вчера влить в себя бутылку огневиски? - От жизни взаперти и не на такое можно решиться, - ответила Гермиона. Это было правдой.       Гермиона была в неведении, как там ее друзья, сидела за тысячу миль от них взаперти с молодым Пожирателем смерти без возможности сбежать. Палочка была при ней, но она была абсолютно бесполезна, пока на ее шее этот чертов кулон. От безысходности вполне можно приложиться к спиртному. Но Гермиона пообещала себе больше никогда не прибегать к алкоголю, даже в самых критичных ситуациях. - То есть, ты от скуки напилась? – заключил Малфой. – Что ж, ты не такая зануда, как я предполагал. Мне казалось, зануды от скуки идут штудировать книги в библиотеке. - Мне плевать на твое мнение, Малфой, - грубо ответила гриффиндорка на едкое замечание о том, как раньше она справлялась со стрессом. – Мне не по душе, что я провожу свое время взаперти с тобой, когда могла бы помочь Гарри и Рону в борьбе против Волан-де-Морта. - Вчера мне показалось, что ты не против моей компании. – Драко подошел ближе, отчего Гермиона инстинктивно отступила назад. Ее щеки вмиг окрасились румянцем, ведь она прекрасно понимала, что Малфой имеет в виду их танец. Драко противно ухмыльнулся, заметив ее реакцию. - Пьяные люди ведут себя неадекватно, - сказала Гермиона. – Тебе ли об этом не знать?       Гермиона напомнила Малфою о его первой попойке. Об этом Рону и Гарри рассказывал Симус, который лично видел, что по пьяни заключил пари с Блейзом, проиграл, и ему пришлось целоваться с Булстроуд. Симус в красках описывал лицо Малфоя, когда тот касался ее лба, ведь, несмотря на Блейза, который настаивал на поцелуе в губы, Драко все равно отважился целовать только в лоб. - Поцелуй с Булстроуд не самый неадекватный поступок, Грейнджер, - ответил Малфой. – Я люблю всякого рода пари, и, кстати, вчера ты выиграла наше пари. Кто бы мог подумать, что заучка Грейнджер будет глушить алкоголь, чтобы справится со скукой! Но теперь в этом доме сухой закон. - Я и не собиралась больше пить, - буркнула Гермиона, стыдливо пряча глаза. Мерлин, как же ее раздражала эта тема про выпитое огневиски, которая заставляла усомниться в приличности девушки. - Отлично, - ухмыльнулся Малфой, даря Гермионе свой фирменный издевательский взгляд. – Я пойду, сделаю кое-какие дела, перед тем, как мы пойдем на прогулку по городу. А ты можешь спуститься в столовую, Ники накрыла стол. - Мы пойдем гулять?- Гермиона слегка опешила, ведь она не думала, что Малфой зачтет ей победу в их пари. Уже думала о том, как будет препираться с ним и настаивать на прогулке. - Если ты не хочешь, то только скажи… - Хочу, - уверено произнесла Гермиона. – Хорошо. - Хорошо, встретимся через час в гостиной, - сказал Малфой. Он не торопясь вышел из комнаты, оставляя Гермиону наедине со своими мыслями о побеге.

***

      Бруствер напряженно смотрел на четырнадцатилетнюю девчонку Муну Саадат, которая производила впечатление вполне безобидного подростка, однако, некоторые ее воспоминания вызывали подозрения. В них, безусловно, запечатлена ужасная жизнь с отцом магглом, который продал девушку Люси Майер – уважаемой некогда даме, репутация, которая была безупречна. Но его это не очень удивило, ведь за всю свою жизнь Бруствер повидал очень много лицемеров, которые умело, вычищают свою репутацию для публики, а всю грязь сметают в закоулки Лютного переулка, где под покровом ночи преображаются до неузнаваемости. Бруствера больше поразил поступок Малфоев, которые помогли девушке сбежать. Он размышлял над тем, могли ли они изменить ей память и отправить ее сюда, как шпиона? Но имея опыт в легилеменции, Бруствер был уверен, что память ей никогда не изменяли. Ну, или сделали это настолько превосходно, что Бруствер готов был пожать руку столь искусному легилементу, даже если он бы оказался Пожирателем смерти.       Девочка была проверена и Сывороткой правды, рассказала все, что Бруствер видел в ее воспоминаниях. Она не лжет. Все сказанное ей чистая правда, как и ее самоотверженное решение помогать Ордену всем, чем понадобиться. Бруствер оценил ее великолепное владение беспалочковой магией и также заметил полнейшую беспомощность Муны во владении палочкой. Она знала очень мало заклинаний, но они получались у нее не всегда.       Эта девочка не может участвовать войне, потому что она, во-первых, ребенок, а во-вторых, она не умеет толком контролировать свою магию.       В комнату вошли Аластор Грюм и Голлагэр Финч-Флетчли, которые ожидали решения Бруствера. - Мистер Финч-Флетчли, проводите мисс Саадат в одну из комнат нашей штаб-квартиры, - произнес Бруствер. Голлагэр и Муна молча покинули комнату. - Что скажешь? – поинтересовался Грюм, наливая себе огневиски, которое не переносил Бруствер. - Скажу, что это огневиски – полное дерьмо, - скривился Бруствер, поднимаясь с кресла. – А что насчет девчонки, то она чиста. Вот только благодаря папочке-магглу пользоваться палочкой не умеет. Зато без палочки отлично владеет защитной и бытовой магией. Грюм опустошил свой бокал, выпив огневиски залпом. - Я давно уже не пьянею от этой гадости, - заявил он. – Она обскур? Я удивлен, что она еще жива. - Нет, ей не запрещали использовать магию. Просто она не обучена, если же ей заняться из нее выйдет толк. Она, признаться, способная девочка. - Ха, на войне быстро разберется, что к чему. Бруствер резко повернулся к Грюму. - Какая война? Аластор, ты в своем уме? Ей четырнадцать! Да и потом, с ее навыками, она умрет первой! - Но у нее есть желание сражаться, - возразил Грюм. – Я тут на днях общался с одним русским мракоборцем, так он мне поведал, о том, что во времена Второй Мировой у них даже маггловские ребятки лет с семи в партизаны шли. А что было в Испании? Если бы мы во времена Гриндевальда сопли на кулак не мотали и кидали на борьбу всех, то победили бы значительно раньше. - Я не думал, что ты способен так легко распоряжаться жизнями детей. - Что-то вы молчали, когда Поттер с друзьями по поручению Дамблдора планировали свалить и скорее свалили выполнять неведомо какую миссию, - мрачно заметил Грюм. – Где же ребятки сейчас? Вас жизнь этих детей не интересует? - Они обучены защищаться, да и потом они старше мисс Саадат. – Бруствер никогда не считал Гарри Поттера ребенком, ведь если на него полагается вся светлая сторона волшебного мира, то он не так прост, как может показаться на первый взгляд. - Я обучу девчонку, - прохрипел Грюм. – Финч-Флетчли поможет мне. Что ты нарыл, копаясь у нее в голове? - Компромат на Люси Майер, - ответил Бруствер. Он в подробностях изложил все, что ему удалось увидеть в воспоминаниях Муны, а также сообщил Грюму о помощи Малфоев. - Не удивлен насчет Нарциссы с сыном, - сказал Грюм. – Возможно, хитрюги продумывают вариант, как бы переметнуться, если их, чертов лорд, потерпит поражение. - Вполне возможно, - согласился Бруствер. Дальше Бруствер и Грюм принялись обсуждать Люси Майер, и все что у них имелось на нее. Нужен был план, чтобы остановить торговлю людьми, которую предприимчивая женщина организовала под носом у Министерства.

***

      Гермиона завтракала в компании с Ники, которую она уговорила посидеть с ней за одним столом, ведь кушать эльфийка наотрез отказалась. Девушка не спеша поглощала салат, ведь до прогулки оставалось полчаса, а помимо завтрака занять себя в этот промежуток времени было нечем. Девушке было любопытно, куда аппарировал Малфой, ведь после его ухода, она слышала хлопок аппарации. Хотя ее больше волновало, как сбежать во время сегодняшней прогулки, с этим кулоном на шее, который контролирует каждый ее шаг, и каждое ее заклинание. - Почему вы такая грустная мисс? – спросила заботливая Ники. – Я не вкусно приготовила? - Нет, мне очень нравится твоя еда!- оживилась Гермиона и принялась кушать салат так, чтобы Ники не усомнилась в ее словах. – Просто я сижу здесь взаперти, как пленница! - Но вы сегодня идете гулять вместе с хозяином, - ответила Ники. Она, наверное, не знала, что Гермиону держат здесь против воли. Жаловаться на Малфоя его же эльфу было бы глупо, поэтому Гермиона лишь устало вздохнула. - Мне на шею повесили кандалы, которые снять может один взбалмошный мальчишка, - грустно произнесла Гермиона. Ники истолковала эти слова по-своему. - Вы мне напомнили Добби, мисс. Он часто говорил про кандалы. Хотел стать свободным эльфом. Гермиона улыбнулась. Ники очень тепло отозвалась о Добби, в отличие от того же Кикимера. - Не подумайте, что я разделяю взгляды Добби, мисс, но я очень надеюсь, что Гарри Поттер не зря украл для него ключи от кандалов рабства. Он это так поэтично называл, когда…       Гермиона дальше не слушала. Украсть ключи от кандалов. Ключи от кандалов. О, Мерлин, ну, конечно, ключи! Как она после этого, может называться самой умной ведьмой своего поколения, если не додумалась до этого раньше? Девушка радостно вскочила со своего места и неожиданно для эльфийки обняла ее. - Спасибо тебе! - За что, мисс? - За чудесный завтрак, разумеется!       Все было просто. Ей нужно будет украсть кулон Малфоя, чтобы тот не смог управлять ее кулоном. И тогда ее, наконец, ждет свобода от ненавистного слизеринца. Оставалось только придумать план действий.