Сьюхи НОТ ВАН ЛАВ

***

Глупые, глупые идиоты. Че за мрази. Совсем ебнулись. Как, вот как можно было умудрится "В шутку" сбросить друга и, по совместительству, собутыльника с поезда?! Да ещё и ночью, да ещё и без куртки, да ещё и пьяного, но хоть с бутылкой водки и то хорошо. Правда, почти ничего не осталось. А ветер холодный ведь. Да и ладно, у меня же есть бухло. Отпиваю немного, не забыв пошататься, как последний алкаш. Горло сильно обжигает, но я-то привыкший. Жаль только, что чего-нибудь к водке захватить не успел. А всё почему? Потому, что эти мразины, бухие в стельку, предложили сыграть в картишки. На желание. Я проиграл, но и слишком не боялся. То ли алкоголь храбрости придал, то ли мои собутыльники были не слишком изощрённые, да и фантазией не блистали... "- А слабо пройтись по крыше? - сказал Гоша с гаденькой лыбой. - Не слабо, - ответил я, чуть не упав. Наверное, поезд так затрясло, а, может быть, меня" Ну, мы и пошли всей толпой по ночному поезду к какому-то вагону, где была лестница наверх. Я залез самым первым, мне же по нему прогуливаться. Самоубийцей себя почувствовал даже. Они стали кричать что-то, петь, толкаться в шутку, оправдываясь тем, что просто играют и ничего опасного в этом нет. Кончено, суки. Да-да. Тот самый Гоша, который с тупой лыбой, напевая что-то про мороз, оперся на беспечного Романа, который этого явно не ожидал. А я не ожидал, что Рома полетит мне куда-то под ноги, и я упаду с крыши поезда. Вот теперь из-за их шуток по ебанутости я вынужден идти по рельсам ночью, бухой, даже без обуви, что вообще-то не совсем удобно, учитывая большое количество каких-то камней и осколков стекла, на которые я, к своему счастью, ещё не напоролся. Ужасно. Что за пиздец. Прикольно. Какая-то херня пробежала по лесу совсем рядом с рельсами. Может, какая-нибудь живность? Да, скорее всего. Зайчик там, лисичка, волчонок. Правда, вот это как-то стрёмно, будем надеется, что ничего опаснее зайчат в этих местах не водится. Отпиваю еще немного, один маленький глоток. Водка закончилась, я выкинул бутылку куда-то в кусты, и она брякнулась в какую-то траву. Зачем ее с собой таскать? Еще раз что-то шелохнулось, хрустнула ветка. Совсем близко, мать твою. Я сразу пожалел о выброшенной бутылке и вернулся на пару шагов назад, поднял ее и пошёл дальше. Даже не побилась! То ли с выпитой водяры, то ли из-за "оружия" в руке я похрабрел и задумался... Вот и с чего я такое ссыкло? Что-то хрустнуло, а я как маленький сразу запугался и побежал за гребанной бутылкой. Хотя, думаю бутылка лишней не будет. Надо успокоиться. Холодная голова... Холодная голова, мать её... А тут действительно холодом повеяло. Нужно решить, что, блять, делать дальше. Может, до города недалеко? Просто пойду по рельсам, не сходя совершенно никуда. Так ведь всегда бывает - ты сошел с тропинки ненадолго, вроде бы, а в ту же минуту понимаешь, что её не видишь. Буду лишь надеяться, что иду в нужную сторону. Хотя, какая разница. Не буду сходить с рельс - куда-нибудь, да приду. А там... Все в порядке. Как надо. Лишь маленькая трудность. Непредвиденная, да, но я справлюсь. Завтра уже буду спать в родной кровати, встречусь с друзьями. Отпинать их только хорошенько, заслужили. Подул холоденный ветер, даже верхушки каких-то тополей и сосен чуть подогнулись. На луну нашла большая туча, не видно было ни конца её, ни края. Возможно, будет дождь, как-то пасмурнеет. Дождя мне только не хватает... На место бодрости пришло уныние и довольно-таки быстро, причём. Я один. Пасмурно, ночной ветер сильно обдувает неприкрытые участки тела, забирается под тонкую ткань, которой не так уж много. Что-то хрустит неподалёку, я пьян, и если сейчас же не усну - будет сильное похмелье. Да какой тут спать, мне бы выбраться... А там съем таблеток и буду в порядке. Если выберусь, конечно. Если дойду и не навернусь. Снова неприятное ворошение. Я оборачиваюсь, там - ничего. Рельсы до самого горизонта, лес вокруг, со всех сторон, небо, затянутое одной огромной тучей. Никакой город не появляется, я начинаю нервничать, мне страшно... Оборачиваюсь назад, иду быстрее, а вскоре совсем срываюсь и бегу. Бегу, пока совсем не валюсь от усталости. Снова иду, пытаясь отдышаться. Где-то в боку колет, это от долгого, беспрерывного бега. Что-то мне поплохело... Спотыкаюсь, падаю на землю. Почти не касаясь земли, почувствовав под ладонями что-то острое, рефлекторно отдергиваю руки. Там какое-то стекло... Голова затуманена и сильно кружится, я ничего не вижу, кругом полная чернота! Всё время что-то мерещится, да ты хоть глаз выколи, всё равно и тех осколков разбитого стекла не увидишь... Я не вижу даже свои руки, единственное, что я могу видеть - небо, но оно лишь чуть светлее... В горле словно ком застревает, это так больно, даже почти также, как расцарапанные руки. Я плачу от простой безысходности, от самого ее осознания... Грязь лезет в ранки, очень противно, кажется просто отвратительным среди всего этого... Словно чувствуя моё отчаянье, ветер дует новым порывом, сгоняя жутко мешающую тучу, открывая луну. Я поднимаюсь на ноги, обхожу стекло и иду вперед, упирая взгляд на одни только рельсы. Я так не хочу быть здесь! А кто же знал... Что так оно все обернётся для меня? Где угодно, только не здесь, я не хочу, мне очень страшно, все это давит, я замёрз, уже валюсь с ног от усталости, мне очень холодно, воротит, я хочу быть дома... Впереди что-то показалось. Там, на рельсах... Там лежит... Я даже не знаю. Какой-то пакет, мусор, да что угодно... Скинули с поезда? Быстро приближаюсь, даже почти не замечаю... А сколько я вот так же вот уже иду? Без понятия. Всё ближе и ближе, эта вещь. Сначала могу разглядеть только смутные очертания, но по мере приближения я начал понимать, что это. И вот недалеко от меня лежал большой чёрный пакет, в котором что-то копошилось, а вокруг летала целая орда мух. Даже представить не могу, что это... А пахнет так, как будто что-то умерло, разложилось, ожило, а затем еще несколько раз разложилось! Отвратительно... А если там труп какой? Ну, вот взяли эти... маньяки, да и выкинули труп с поезда. Себя вспомнил. Не лучше сравнение... Вонь жуткая, я не могу даже вздохнуть, закрываю нос рукой, дышу через раз, ртом, чтобы не чувствовать запаха. Ох... Отвратно, так смердит, что даже глаза щиплет, но интерес взял своё. Я медленно подошёл к этому стрёмному пакету еще ближе, вытер слезящиеся глаза и аккуратно приподнял самый краешек. Лучшие леди викторианской Англии завидуют с небес таким эстетичным движениям и сморщенному от смрада всех кругов ада носику. Блять... Там торчит какая-то обгрызаная кость. Может быть, собака? А кости и не человеческие, нет, не запугивай сам себя... Опять копошение, что-то приподнимается, пакет вздымается, высоковато для маленькой собачки, если честно. Задирается самый край, показывается человеческая кожа, оголенная. Выпадает какой-то красный ком, кишащий червями, даже в темноте вижу пропитавшуюся кровью траву вокруг. Отмахиваюсь от мух еще сильнее, их стало даже больше, хотя, как я думал, больше уже и некуда. Твою ж мать... Какая-то херня, грязная, червивая, выпадает оттуда, из пакета, тянет какие-то отростки ко мне. Всего за миг я смутно осознал, что на конце что-то похожее на пальцы, на меня смотрят два больших тёмно-карих, как от недосыпа красных глаза! Ужасно, блять, блять, блять... Надо убегать быстрее! Сознание услужливо подыскало картинку самого меня, на том месте, где валялся тот кровавый ком, напоминающий человеческий орган, червивый, над которым вьются мухи, а это.... Нечто... Отвратительно! И после этого оно замолкает, в голове только мысли о беге, спасении, том, чтобы этого здесь не было, чтобы меня здесь не было! Инстинкты, давно человечеством отброшенные, с непривычки захлестывают с головой, боже, как же страшно! Я всего лишь на секунду, очень некстати, вспомнил о том, как в детстве примерно также наткнулся на овчарку без намордника. Я рванул в обратную сторону, сам не понимаю, как проскользил по какой-то траве или камням, упал на землю, больно ударившись о рельсы. Правое колено жутко болит, наверное, ободрал при падении... Что-то коснулось моей ноги, что-то коснулось моей ноги! Я хорошенько тряхнул ей, почувствовал хоть мимолётную свободу и попробовал встать, оперся ногами о горизонтальную, хоть и чуть скользящую поверхность, привстал, помогая себе руками и побежал, покачнувшись, выдавливая последние силы на бег. Быстрее! Быстрее! Со страхом будто открылось второе дыхание, моим адреналином можно убиться, я рванулся быстрее, назад, от этой херни. Тек - тек - тек. Тек - тек - тек - тек - тек... Тек - тек - тек - тек - тек - тек - тек - тек - тек - тек! Я оборачиваюсь в надежде, что я лишь напился до чёртиков, что это просто галлюцинация. Этот странный звук - звук кости о дерево. У этого существа нет ног, оно просто "бежит" на давным-давно стёршихся в кровь локтях, чуть задевает туловищем рельсы и камни, раздирая рану еще сильнее. От этого кровь чернит землю, а моя - холодеет в жилах. Я могу точно сказать, что это была женщина. Даже молодая девушка. Ужас, стало воротить еще сильнее... Она "бежит" еще яростнее, упорнее, совсем не так, как бы передвигался в такой ситуации человек - слишком быстро и пугающе, как в самых стрёмных хоррор-играх! Я не могу пошевелиться, нога, застывшая в воздухе в оцепенении, неловко с размаху ударяется о какой-то небольшой, треугольный камень. Ощущения, будто ты торопливо бежал с лестницы вниз, куда-то опаздывал, а теперь случайно пропустил ступеньку, уперся ногой в идеально гладкий, мокрый пол. Оглянуться не успеешь, как окажешься спиной и затылком на ледяной, острой поверхности. На этот раз я приземлился куда более удачнее, чем в первый раз - в траву. Если хоть что-то может быть удачно сейчас. За то время, как я падал (а казалось бы, "оглянуться не успеешь") эта половина человека набросилась на меня! Я махал руками, пытаясь отбиться, кричал, бил Это, но в какой-то момент она укусила мою руку. Я чувствовал, будто она горит, оно так вгрызлось! Прямо на моё лицо полилась моя же кровь. Я пытался пинать это ногами. Снова кричал, теперь уже не просто от ужаса, а от ужаса и боли. Я вырвал свою руку из пасти этой суки, она просто ужасно болела, пульсировала, и с каждым ударом моего сердца стекала новая струйка. А сердце моё билось бешено. Я впал в шок, истерику, я лихорадочно пытался отбиться, даже не опасаясь за окровавленную руку. Я мельком увидел следы зубов на ней. Эта херня тянулась к моему горлу! Она жутко шипела, рычала, хрипела и грызла меня. Я чувствовал боль по всему своему телу. Я не привык к боли! Я не привык к такому насилию! Остановите это, кто-нибудь, просто не нужно, хватит, перестань, остановись, уйди, отстань от меня... Она вцепилась клыками в мой живот и с силой рванула вбок. Я ударился о рельсы головой, но боли почти не почувствовал. Я уже не сопротивлялся. Просто смотрел в небо. Большая луна. Слабые, еле мерцающие звезды. Всего пару. Если присмотреться, то можно рассмотреть шевеление облаков. Стало еще труднее дышать, кровь выливалась из моего рта, я почти не мог этого сделать, только слабо булькать в беспомощных попытках. Я хотел дышать больше чем когда-либо. Наполнить легкие свежим прохладным воздухом. В груди жжется тоже... Я так сломан, будто что-то исказилось во мне, будто что-то важное во мне разбилось. Это разбили. Я мертв внутри. Я смотрю, потому что не могу даже пошевелиться, закрыть глаза. Я мертв внутри, но вынужден смотреть на всё это. Как онемел. Я прожил ужасную жизнь и мне так жаль! Господи, я был таким идиотом. Всё это время мой рот просто множил гнусную ложь. Кормил ложью, меня кормили ложью. Жил жалко, одиноко, грустно. Я был ужасен. Я ужасен! Мне не хватило времени, я ничего не успел. Отвратителен. Жалок. Я так сожалею! Я бездарен. Я прожил ужасную жизнь...