Обжигающий лёд и Ледянящее пламя

You're a careless con and you're a crazy liar But baby, Nobody can compare to the way you get down Lana Del Rey. «Lucky ones»*

Почему Барри для первого свидания с Леонардом выбрал именно парк аттракционов? Все потому, что с этим местом у него связаны только хорошие воспоминания. Он был здесь с родителями, приходил с Джо и Айрис, здесь случился его первый поцелуй и робкие признания в любви к девочке, о которой он позабыл уже очень давно. И прибавить к этому списку романтическую встречу с мужчиной, который нравился до дрожи в коленях, казалось правильным. Вот только Леонард, кажется, не вполне разделял это мнение. — Напомни-ка, почему мы здесь? — Леонард настороженно осматривался, словно ожидал, что веселящаяся толпа вот-вот превратится в кровожадных монстров. Хотя, судя по его виду, для него это было одно и то же. — Потому что ты весь последний месяц донимал меня уговорами пойти с тобой на свидание, причем несколько раз прибегая к угрозам и вымогательствам. — И так ты решил мне отомстить? Барри закатил глаза и оттащил Снарта в сторону от дороги, чтобы не мешать остальным посетителям. Этот разговор мог затянуться. — Чем тебе парк аттракционов не угодил? Вполне неплохое место для первого свидания. — Неплохое, если тебе шестнадцать. Но как ты мог заметить, мне несколько больше, да и тебе тоже, хотя я уже начинаю в этом сомневаться. — Ну, пока из нас двоих именно ты ведешь себя как ребенок, — фыркнул Барри, но, все же принимая во внимание тяжелый характер Снарта, смиренно поинтересовался: — Что именно тебе не нравится? — Не люблю, когда все на меня пялятся. Это, знаешь ли, вредно при моей профессии. От нового фырканья удержаться не получилось: — Я, может, сейчас пошатну твой эгоцентризм, но всем плевать на тебя, Снарт. — Леонард недовольно засопел, но Барри не обратил внимания, иначе эта беседа будет длиться вечно. — Люди пришли сюда веселиться, а не разглядывать хмурых мужиков, в надежде нарваться на неприятности. Для этого есть пара кварталов на юге города, куда даже Флэш старается не соваться. Расслабься и спокойно посмотри по сторонам – никто не смотрит на нас, хотя мы тут и застряли, да и среди посетителей всяких пар хватает, — Барри кивком головы указал на очередь к кассе, где стояли сразу несколько однополых пар, причем некоторые с детьми. — И даже если я сделаю так, толпу возле себя мы не соберем. Он взял мужчину за руки и, слегка нагнувшись вперед, быстро прижался к его губам. Вот только Леонарда не устроило это почти невесомое прикосновение, и, обхватив парня за талию, он подарил ему гораздо более страстный поцелуй. — Хотел убедиться наверняка, — произнес он, с довольной ухмылкой наблюдая, как парень в его объятиях мило краснеет. — Ну, на подсознательном уровне, люди, как правило, смущаются чужих публичных проявлений нежности. С нескрываемым сожалением Барри все же отпрянул от Снарта — толпы они конечно не собрали, однако то здесь, то там любопытные взгляды стали появляться. А если признаться честно, то еще недолго в такой близости от Леонарда, и он плюнет на это свидание и унесет их куда-нибудь подальше, побезлюднее и желательно с кроватью. Барри несколько раз пришлось напомнить себе, что еще не время, и как это важно — наверное? — соблюсти хоть какие-то приличия. Так его воспитывали. — Ну так что, мы идем? — Ладно, малыш, уговорил. С чего хочешь начать? — Не знаю, — Барри на самом деле растерялся. — Если честно, то я до самого конца не верил, что ты согласишься. Леонард рассмеялся и, приобняв парня за талию, повел его вперед к билетным кассам. — Тогда начнем с этого. Нахально пройдя прямо к окошку, не обратив ни малейшего внимания на очередь, как и на недовольные взгляды в их сторону, благо от возгласов людям в очереди хватило ума воздержаться — инстинкт самосохранения в этот раз оказался сильнее недовольства. Барри сделал вид, что ничего предосудительного не заметил, ведь стоять в конце длиннющей очереди ему совсем не хотелось. Билетов они купили гораздо больше, чем могли бы истратить за целый день в парке, просто на всякий случай, в конце концов, их всегда можно потом кому-нибудь подарить. Барри озирался по сторонам, стараясь найти подходящее место для начала свидания, как его взгляд зацепился за темное пятно, посреди всей этой рябящей в глазах цветовой феерии. Шатер из темного, почти черного материала, весь в звездах, каких-то символах, с тяжелым ароматом пряностей и таинственности. В общем, все как полагается. Зайти захотелось хотя бы затем, чтобы глаза немного отдохнули от яркости красок в парке. — Смотри, шатер гадалки. Не хочешь зайти? — Не особо, — Леонард окатил несчастный шатер таким взглядом, что мимо идущие люди испуганно шарахнулись в сторону. — Имел я дела как-то с одной из таких вот цыганок-гадалок. Потом еще неделю чесался. Барри осторожно сделал шаг в сторону. Заметив это, Леонард рассмеялся. — Не волнуйся. Это было давно и незаразно, — его взгляд на секунду растворился где-то в толпе и вновь вернулся к парню. — Постой здесь. Сейчас вернусь. Не дождавшись ответа, он ловко слился с остальными посетителями парка, и окончательно пропал из виду. Но прежде чем Барри добрался до середины списка причин, почему Леонард мог так внезапно исчезнуть, — а в его случае причина могла быть абсолютно любой, от желания посетить комнату для мальчиков, до сведения старых счетов, — как тот уже возвращался обратно, неся в руках две огромные сахарные ваты. Самое поразительное, что ничего подобного в списке Барри не было. — Вот, держи, — он протянул одну парню. — Лет двадцать ее не ел, с тех пор как Лиза выросла. И все такая же приторно сладкая. — Это же сахар, что ты хотел? — Хотел тебя удивить. — И тебе удалось. Леонард довольно быстро справился со своей сладостью, но не слишком аккуратно и на лице остались липкие следы. — У тебя на лице… — Барри протянул руку, чтобы вытереть остатки ваты, но пальцы тут же прилипли. В кармане нашелся чистый платок, вот только смочить его было не чем, кроме слюны. — Не возражаешь? — Барри, я посреди парка развлечений с нелепо розовой сахарной ватой в руках. Думаю, от твоего обслюнявленного платочка хуже точно не будет. Не успев дослушать, Барри уже тщательно стирал все следы ваты вокруг рта мужчины, и, на удивление, тот был необычайно терпелив. — Чувствую себя чумазой пятилеткой, — проворчал он, когда парень закончил. — А мне кажется, это было мило, — Барри быстро чмокнул Лена в губы, и, не дав ему опомниться, потянул его дальше по уже намеченному маршруту. — Как насчет американских горок? — Уверен, что они не слишком медленные теперь для тебя? — Не знаю, давай выясним. Одно из преимуществ находиться в парке вместе со Снартом — отсутствие очередей. То есть они, конечно же, были, да такие, что на каждый аттракцион приходилось стоять минут по десять, однако перед Леонардом люди расступались на бессознательном уровне, предпочитая пропустить опасного человека вперед, чем вступать с ним в открытую перепалку. И именно по этой причине им досталась самая лучшая вагонетка, но даже она не позволила насладиться аттракционом в должной степени. Горки, хоть и были одними из самых больших в стране, с крутыми виражами и резкими падениями, однако после обретения спидфорса, Барри ощущал себя, словно он едет на катке. А вот Леонарду, похоже, понравилось, хотя он в этом никогда и не признается. Следующие несколько аттракционов показали ровно такой же эффект полного разочарования, и больше Барри решил не экспериментировать. И отчего-то это очень расстроило. — Тебя это расстроило? — Леонард не мог не заметить состояние парня. — Напрасно. Что такое эти детские карусельки по сравнению с возможностью бегать по стенам или по воде? Черт, Барри, да я видел, как однажды ты бежал в небо! — Я это понимаю. Просто этот парк, воспоминания с ним связанные очень важны для меня. И мне бы хотелось дополнить их новыми с самым важным для меня человеком. — Это ты мне так в любви признался, что ли? — Барри не нашелся что ответить, и смущенно отвернулся, но Леонард нежно взял его за подбородок и повернул его лицо к себе. — Не отворачивайся. Я понимаю тебя. Уже ведь говорил, иначе я бы здесь не стоял, — взгляд Леонарда метнулся куда-то в сторону и загорелся весельем. — Пойдем со мной. Попробуем добавить тебе еще одно незабываемое воспоминание. Он затащил Барри в фотобудку, толпа перед которой опять чудесным образом испарилась, не пытаясь им помешать. — Ты хочешь сделать фото? — удивился Барри, одновременно с этим подумав, что было бы неплохо иметь их совместную фотографию. — Фото? Ну, если хочешь... Я просто искал место побезлюднее. Снарт накрыл губы Барри поцелуем, как раз в тот момент, когда тот заканчивал настройку для фотоснимков. А потом стало не до них. Поцелуй был настолько глубоким, жарким и заставляющим пожалеть, что место все же не настолько уединенное. — А неплохие фото вышли. Пожалуй, сделаю себе копию, — на снимках был запечатлен откровенный поцелуй, тем не менее, выглядевший довольно красиво. — Еще, — Барри потянул мужчину на себя, но тот не поддался. — Не нужно, Барри. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь в этой не слишком чистой будке. Нам лучше уйти. Как следует осмотревшись вокруг, Барри недовольно скривился и даже отсел от стены подальше, но в целом выглядел немного повеселевшим. — А фото в самом деле выглядят отлично, но в рамку такое вставлять все же не стоит. Даже в порно прелюдия не настолько откровенная бывает… — Смотрю, энтузиазм к тебе вернулся. — Ну, у тебя неплохо получается поднимать настроение, — Барри выразительно усмехнулся, намекая, что поднялось не только настроение. — Пойдем, не будем и дальше задерживать людей. Покинув фотобудку, они какое-то время покружили по парку, послушали выступление местных исполнителей, но особого восторга они не вызвали, тогда было решено вернуться к первоначальной программе. — Может, нам стоит выбрать развлечение поспокойней? — Барри кивнул головой на аттракцион «Тоннель любви», куда в очередь выстроились множество парочек всех возрастов и ориентаций. От одного только вида всей этой розово-красной слащавой мишуры, пошлых сердечек и вагонеток в виде лебедей, Леонарду поплохело. — Даже не думай! Иначе я сваливаю. Мне не так нужен секс, как возможность сохранить самоуважение. — Я просто пошутил… — начал оправдываться Барри, потому что и сам под страхом смерти бы не сел в одну из этих вагонеток. — Погоди, секс? — Он самый. Но позже, в моей части свидания. Но если есть такое желание, можем ускорить это событие. На лице Барри отчетливо было заметно колебание. С одной стороны ему было важно остаться здесь, поскольку, на самом деле, это была неплохая возможность узнать друг о друге нечто новое, а с другой — поцелуи были такими многообещающими. Снарт принял решение сам, принимая во внимание юность и наивность спутника. — Здесь есть место, где можно перекусить? Что-то я проголодался от всего этого. — Было раньше одно уютное местечко. «Местечко» оказалось небольшим рестораном, с открытой верандой, живой музыкой, и очень удачно расположенном у самой границы парка, куда шум людской толпы и грохот аттракционов почти не достигал. — Последний раз был тут еще с родителями. И, кажется, здесь все осталось по-прежнему. Но, наверное, некоторые вещи просто не меняются, — немного грустно заговорил Барри, когда они расположились за столиком на веранде. — Не начинай. Иначе я снова затащу тебя в тесную кабинку и больше не выпущу. Эта шутка, которая вполне вероятно и не шутка вовсе, разрядила между ними обстановку и следующие пару часов они провели за вкусным обедом-тире-ужином, непринужденной беседой и приятным музыкальным сопровождением, который оказался не в пример лучше тех музыкантов, что играли на сцене в самом парке. А после ресторана было негласно решено дать парку аттракционов последний шанс, хоть оба и понимали, что ни вместе, ни по отдельности они сюда больше не вернутся. К этому времени посетителей стало немного меньше, дышать стало легче, и детский визг уже не так сильно напрягал барабанные перепонки. Атмосфера стала больше напоминать романтическую. — Уже стемнело. Я слышал, сегодня будет фейерверк. — Хочешь посмотреть? — Не знаю, наверное, — Барри пожал плечами, задержавшись возле лотка, торгующего сувенирами с атрибутикой Флэша и самых значимых его врагов, в том числе и Капитана Холода. — Смотри, а ты не менее популярен. — А то. Отличный выбор, — эту фразу Лен адресовал мальчику, который упорно упрашивал мать купить ему фигурку именно Капитана Холода, поскольку он самый крутой противник Флэша. И когда лицо пацана засветилось счастьем от такой простой безделушки, до Лена дошло, чем он может порадовать Барри. Предложение остановиться возле палатки с игрой «Попади в мишень» особого энтузиазма в Барри не вызвало, стрелять он не любил и умел не очень хорошо, да и количество плюшевых призов было настолько велико, что верить в честность этой игры было затруднительно. Впрочем, Леонарда это не смутило, да и по слухам стрелок он был отменный, так что пусть развлекается. Билетов у них еще оставалось достаточно, как и количества попыток поразить все мишени за отведенное время. Однако уже после второй неудачной стало ясно, что игра на самом деле не вполне честная и сбить некоторые мишени просто невозможно. Остаться обманутым Снарту не позволил профессиональный статус и, не обратив внимания на попытки Барри уговорить его забыть и идти дальше, он отдал билеты за новую попытку. Переиграть мошенника может только еще лучший мошенник. Поэтому на этот раз Лен решил воспользоваться собственным оружием. Как и откуда в руках Леонарда появилась крио-пушка, Барри не заметил, и не успел он среагировать, как все мишени, а заодно и вся задняя стенка были покрыты толстым слоем льда. Люди, находящиеся в тот момент рядом, в испуге и с криками разбежались, а несчастный парень, присматривающий за аттракционом, забился под стойку так далеко, что его нахождение там угадывалось лишь по судорожным всхлипам. — Кажется, я выиграл, — Леонард перегнулся через стойку, заставив парня под ней забиться еще дальше в угол. — Расслабься, я просто заберу свой выигрыш. А это, — он кивнул головой на один сплошной кусок льда, — само растает через пару часов. И забрав большого плюшевого медведя, вернулся назад. — Вот, держи, — улыбаясь во все тридцать три зуба, он протянул игрушку обалдевшему Барри. — На память о нашем первом свидании. — Такое я уж точно не забуду, — обхватить медведя размером почти с человека было очень непросто, а чтобы при этом еще и собеседника видеть — практически невозможно. — Это все мило, конечно. Но ответь мне, пожалуйста, на два вопроса: где ты все это время прятал криопушку, и какого хрена ты вообще с оружием на свидание приперся?! — Простого «спасибо» было бы вполне достаточно… — То есть отвечать ты не собираешься? — Барри хотел было продолжить отчитывать Леонарда, как заметил, что вокруг них вновь начали собираться люди. Из-за всей этой возмутительной ситуации, он совсем позабыл об остальных посетителях парка. Теперь, когда первый испуг прошел, в их сторону начали бросать любопытные, недовольные, а где-то и откровенно враждебные взгляды. И пока кто-нибудь не перешел к активным действиям, увлекая за собой толпу, лучше было среди этой толпы поскорее раствориться. — Ладно, забудь, — вздохнул Барри, и на лице Лена вновь появилась улыбка. — Спасибо за мишку, он правда милый. Но все же позже ты мне объяснишь свой поступок. А сейчас нам лучше уйти, пока кто-нибудь не догадался вызвать охрану. Затеряться среди обычных посетителей было бы намного проще, если бы не огромный плюшевый медведь в руках. Но мысли бросить его в голове Барри даже не возникало. Это слишком важный и ценный подарок. Несмотря на способ его получения. — Давай сюда, — Леонард взял Барри за руку и потянул к входу на «Колесо обозрения», как и раньше полностью игнорируя очередь. — Нам сейчас лучше не привлекать внимание. А твои действия этому не способствуют. — Расслабься, малыш. Все равно все, что они смогут о нас потом вспомнить — это твой медведь. Они заняли первую же опустившуюся кабинку, нагло закрыв дверь прямо перед носом у парочки, стоявшей первой в очереди. Это вызвало бурную волну негодования, что неожиданно весьма повеселило Барри. — Вот, теперь это больше похоже на настоящее свидание, — довольно произнес Леонард, наблюдая, как Барри устраивает рядом с собой гигантскую плюшевую игрушку. — Видно мы по-разному понимаем «настоящее свидание», — усмехнулся Барри и пересел на сидение поближе к Лену. — Но сегодняшний день… мне все очень понравилось. Спасибо. Он первым поцеловал Леонарда. И кажется слегка увлекся, поскольку оторвавшись от губ мужчины, обнаружил себя сидящим у него на коленях. — Мне кажется, я уже готов перейти к твоей части свидания, — прошептал Барри, чередуя слова с легкими, дразнящими поцелуями в ушко. — Совсем скоро фейерверк. Ты вроде хотел посмотреть, — непонятно по какой причине, но Леонард еще держался, хотя и не скрывал, насколько ему приятна эта ласка. — Фейерверк будет в твоих глазах в самом конце. И им я надеюсь насладиться. — Смело. Но позволь один вопрос: тогда почему мы все еще здесь? *Ты беззаботный жулик и ты же сумасшедший лжец, Но, малыш, никто не сравнится с тобой в оторванности. «Счастливчики» (англ.) С альбома «Born to die (the paradise edition)» (2012)