Когда...

Астарожна, розовые сопли.

Когда Ву смотрит на календарь, он в большинстве случаев задаётся одним волнующим его вопросом. Этот вопрос не даёт парню покоя уже довольно долго, если честно. И вот, одним тихим вечером Ву Се всё же решает его задать. — Эй, Ци, а когда у тебя день рождения? — как бы невзначай спрашивает юноша, с невинным видом протирая полки книжного шкафа. Тоскливый Братец, как обычно невозмутимый и будто бы готовый абсолютно ко всему, включая подобные вопросы, поднимает голову от монитора ноутбука и бросает внимательный взгляд на сожителя. Как обычно, молча. — Ну правда… Много месяцев прошло, а я так и не спрашивал об этом. Нехорошо выходит, — Ву Се выглядит едва ли не виноватым. — Какая разница? Нет повода забивать голову подобной информацией, — лениво отзывается-таки Братец. — Большая разница! — с воодушевлением заявляет Ву, в порыве чувств даже роняя тряпку. — У каждого человека должен быть свой день. День, который он разделит с самыми близкими людьми. Один из наиболее радостных дней, такой, как Рождество, например, или Новый год. Ци отмечает, что эта тема довольно важна для его друга, но лицо его, впрочем, не меняется, когда он так же ровно, но с тенью сарказма отвечает: — День моего рождения уж точно не достоин встать в один ряд с такими знаменательными праздниками. — Даже не думай уйти от этого разговора, Ци Лин, — чуть ли не с потаённой угрозой в голосе говорит Ву. — Можешь выбрать любой день, если тебе так хочется лишний раз повеселиться, — Тоскливый Братец умеет подать фразу так, что и глухой бы понял, что тема закрыта. Но его сосед упрям. — Ну уж нет, отвечай мне. Иначе я буду задаривать тебя подарками и заваливать поздравлениями каждый день. Хочешь, чтобы твоя тихая и размеренная жизнь превратилась в сплошной праздник? Могу это устроить, — в глазах Ву Се блестит азарт: парень явно вошёл во вкус. Подобная угроза припугивает даже закалённого воина, и Ци моментально капитулирует, не желая жертвовать бесценной тишиной и таким блаженным спокойствием. — Сегодня. — Что? — Ву не сразу понимает, что имеет ввиду его собеседник, но потом глаза его расширяются прямо пропорционально растущей ухмылке Братца. — Как же так… Почему ты не сказал об этом раньше? — Ты не спрашивал, — на сей раз любому было бы ясно, что Ци откровенно издевается над поникшим пареньком. — Серьёзно? Чёрт возьми, это не смешно. Я ведь не успел даже найти тебе подарок… — Ву Се бросает быстрый взгляд на часы. — Но, по крайней мере, успею забежать в магазин, закупить продуктов… Наблюдая за тем, как юноша начинает разрываться от навалившихся внезапно дел, Братец вновь не может сдержать улыбки. Ухватив Ву за край рубашки, Ци роняет его на кровать рядом. — Ты можешь кое-что сделать для меня, — тихо говорит Тоскливый Братец, едва касаясь губами уха своего соседа. — Да? — тут же отзывается факелом вспыхнувший Ву Се. Ци медленно откладывает уже давно закрытый ноутбук на журнальный столик. — Просто побудь рядом, — совершенно серьёзно говорит Братец, откидываясь спиной на подушки. — До конца моего праздника осталось несколько минут. — Прости, я обязательно запомню этот день и в следующий раз непременно устрою тебе настоящий день рождения… — тихо говорит Ву, укладываясь рядом и утыкаясь лицом в плечо молодого человека. — С подарками, праздничным столом. — Ты мой главный подарок, — отзывается Ци и обнимает крепко. И ничто в доме больше не нарушает драгоценной тишины; ровно через пять минут часы отбивают полночь. Ци Лину отчего-то кажется, что эта полночь одна из лучших в его жизни.