Обмен фигурами

Рустем ожидал, когда к нему подведут оседланного Рахша и размышлял о случившемся в последнее время. Совершенно неожиданно, во главе посольства шахиншаха, пришедшего, чтобы в цепях доставить старого воителя к Кави-Виштаспе, оказался вовсе не Исфандиар, а какой-то странный воин, не сходный с ним обликом. Мобады, Пашутан и принц Михринуш утверждают, что это воля богов и что чужеземец действует с полного согласия Руинтана. Сначала Рустема разгневала такая замена. Да и как не прогневаться – вместо достойного бехдина, проверенного во многих схватках, незнакомый варвар. Поддавшись ярости, старый богатырь чуть не отдал приказ разогнать по степи посланцев, а их воинов скормить полевым зверям. Однако чужестранец, видимо, поняв настроение старого воителя, предложил доказать свою военную доблесть и достоинство. Раньше, чем Рустем что-то успел возразить, просто онемев от наглости, Кухулин, а это был именно он, продемонстрировал обоим войскам излюбленные «боевые приемы», вроде стойки на наконечники копья, гусиного хоровода, обход щитовика не справа или слева, а поверху, то есть прямо с прыжком на обод щита. Как не был зол старый систанский богатырь, но упражнения юноши, весьма обыденные в Сиде, произвели на него глубокое впечатление. И точность движений, и огромная сила. Пожалуй, стоит с ним поговорить. Он достоин. Тут слуги сообщили о том, что конь оседлан и славнейший из богатырей направился на встречу, можно сказать, с неведомым. Пашутан уже третий час не мог дозваться в шатер своего нового подопечного. Рустем должен прибыть совсем скоро, а этого варвара, которого притащил спящим Сраоши, все еще не удается призвать к порядку. Он, конечно, искусен в войне, даже старик-систанец это признал, его честь не имеет порока, но его манеры… Но в том тупике, в который Кави-Виштаспа загнал своих сыновей и внуков, уже что угодно лучше того, что есть изначально. Но тот, кто замещает по воли самого Сраоши принца Ирана и Не-Ирана, все таки должен не спать до полудня, а потом не «подкрепляться» на протяжении двух часов. И ведь не сидит с изысканным вином, ведя разумную беседу, нет же! Он все это время действительно ест! И пьет как не в себя, раскраснелся весь, но все еще воспринимает действительность. Наконец Кухулин вышел из собственного шатра, чтобы направиться в установленный для встречи. Вид у него был помятый, а на лице присутствовала размазанная боевая раскраска. Видимо, сам он не мог ее поправить. Со вздохом Пашутан отправил гостя с севера мыться в реке. Еще потеря времени. Но показывать его таким Рустему просто бесчеловечно. Воин все-таки заслуженный и пожилой. День уже стал клониться к закату, когда встреча все-таки состоялась. Зайдя в шатер для переговоров, Рустем увидел своего собеседника, активно поедающего приготовленное. Вообще-то встреча за пиром это нормально, но тут пир явно был понят необычным образом. Почти никаких фруктов, зато чаны мяса. Что несказанно обрадовало Рустема, который сам всегда не прочь поесть как следует. Да и судя по хозяину, с ритуалами сегодня заморачиваться не придется. «Приветствую тебя, славный воин, ради многих твоих побед, а если уж пришел, то и ради тебя самого», - приветствие было не очень разборчиво из-за набитого рта Кухулина, но, компенсируя его неясность, на Рустема уставились честные-пречестные голубые глаза. И в заверение о самых добрых намерениях протянулась рука с кубком, явно приглашая выпить. Здоровенная, надо сказать, ручища для такого молодого человека. Рустем усмехнулся. Он совсем иначе представлял переговоры с утонченным и несгибаемым Руинтаном. Собственно, переговорами это назвать было сложно. Сначала практически любая фраза прерывалась посередине возгласом «Пей!». Видимо, северный гость считает, что от выпивки станет понятнее. И как не странно, за два часа до заката Рустем также пришел к выводу, что выпивка показывает проблему в новом свете. Когда юный варвар предложил решить дело состязанием, старый систанец не отказался. Условились, что если Кухулин сможет накинуть на плечи Рустема аркан, то он победил, а если нет, то он подарит Рустему своего прекрасного серого коня, массивного и почти разумного. Все бы на том и разрешилось, если бы оба не были изрядно пьяны. В результате оба оказались на земле, запутавшись в веревке. Боевая ничья, стало быть. «Давай отправимся к вашему королю, ик, как его там, Виштаспе, и скажем, что если он будет нас ссорить или мешаться тому , кто сейчас, ик, мерзнет в Эрине, то мы его свергнем, ик, к Тевате! Ик, и будем пропивать его запасы!» - таким был общий вывод встречи двух славных воинов. Бедный Пашутан старался перенести эти слова на свиток в достойной форме. Это было трудно, но все же дело было решено. Исфандиар не присутствовал здесь. Его честь невредима. А старый шах подумает, стоит ли его еще раз посылать на смерть.