Спокойной ночи

      Барнс был в ужасном состоянии. Стиву с большим трудом удалось дотащить друга до дома незамеченным – пришлось добираться перебежками от одного переулка к другому. Казалось, что вот-вот выскочит отряд полицейских или кто посолиднее, и тогда придется разбираться еще и с этой помехой. Пару раз мимо проехали патрульные машины, яростно визжа сиренами, но все они стремились в парк, совершенно не замечая притаившихся то в тени, то за мусорными баками мужчин.       Лишь попав в квартиру, Роджерс облегченно перевел дух. Но радоваться было еще очень рано. Опасность быть замеченными миновала, а вот осталась проблема, возможно, даже похуже – все еще не пришедший в себя Баки. Барнс больше не кричал, но выглядел он паршиво – бледное лицо, сжатые в тонкую полоску губы, стеклянный взгляд и нервное подергивание головой, словно он старался что-то выбросить из своих мыслей.       Стив осторожно стянул с друга куртку и увел его в кухню. Поставив чайник, Роджерс еще более аккуратно снял его кроссовки, затем вышел в коридор, чтобы поставить обувь и повесить свою верхнюю одежду.       – Скоро закипит, – произнес Капитан, кивая головой на чайник.       Джеймс продолжал смотреть прямо перед собой, отказываясь как-либо реагировать. Стив закусил губу и отвернулся. Видеть Баки таким было слишком ужасно – даже когда друг его не помнил, будучи Зимним Солдатом с промытыми мозгами, то выглядел не так страшно. Надо было срочно что-то делать, чтобы не позволить Барнсу и дальше быть столь безжизненным.       Заварив крепкий чай, Кэп придвинул чашку к Баки. Тот машинально обхватил её ладонью и замер, не обращая внимания на горячий предмет, жгущий кожу.       – Так и ожог можно заработать, – скорее для себя буркнул Стив, спешно отобрав чашку у безвольного Барнса. – Не хочешь сам, значит, помогу.       Немного подумав, Роджерс отставил эту чашку в сторону и заварил другую, разбавив её холодной водой – чай оставался достаточно крепким, но при этом легче было его споить Барнсу. Стив решительно поднял Баки и перевел его в комнату. Усадив его на кровать, Капитан всучил уже менее горячий напиток.       Со второй чашкой друг поступил примерно так же, как и с прошлой. Он схватил ее, крепко сжал, но на этот раз начал пить глоток за глотком, не обращая внимания на внешний мир. Стиву даже показалось, что если бы вместо чая мужчине дали сосуд с лавой, то он и его выпил бы, особо не раздумывая. Роджерс не на шутку испугался.       – Эй, Бак, – герой присел рядом, аккуратно встряхивая Джеймса за плечи.       Тот не реагировал, молча поглощая чай и бездумно глядя в стену напротив.       Капитан Америка ощутил настоящую панику – если до этого его друг выплескивал эмоции и пытался как-то разобраться в себе, то сейчас в этом самом себе он замкнулся. Не знать и не понимать, что происходит в голове у Джеймса, оказалось самым страшным.       – Бак, скажи хоть что-нибудь, – осторожно попросил Кэп, забирая у мужчины пустую чашку. – Я боюсь за тебя.       Барнс на секунду мазнул взглядом по человеку рядом с собой, опустил на колено освободившуюся ладонь. Но так и не произнес ни звука.       Стивен пересел за спину Баки, крепко обнял его.       – Послушай, давай устроим спарринг, – Роджерс положил голову на мускулистое плечо Зимнего Солдата. – Отметелишь меня как следует. Хочешь? Тебе полегчает.       – Зачем ты так печешься обо мне? – подал голос Барнс, расслабляясь в крепких руках Капитана. – Ты поссорился со всей командой Мстителей, ушел в подполье. Такие жертвы из-за меня одного.       – Как иначе, Бак? Ты ведь мой лучший друг.       – Твой лучший…       – Друг, – уверенно кивнул Кэп.       Джеймс нервно ухмыльнулся.       – Друг, говоришь...       Стив дернулся, когда теплая рука Баки прикоснулась к его ширинке. Глаза героя неприлично округлились, он открыл рот, но не в силах был выдавить ни звука. Джеймс заскользил по паху рукой, не без удовольствия ощущая слабую ответную реакцию, а затем резко обернулся к шокированному Стиву. Глаза Барнса были абсолютно ясные, в них была лишь решимость. Такая резкая перемена поведения окончательно добила Роджерса.       Пока Стив не успел опомниться и остановить происходящее, Баки слез с кровати и стал на колени. Одной рукой он уверенно притянул к себе Капитана, усадив его на самый край. Так ему было удобнее всего – не приходилось держать тело на весу. Роджерс в каком-то ступоре выполнял все, что от него жестами требовал Баки, приподнявшись, когда тот расстегивал ширинку и снимал джинсы вместе с боксерами, открывая доступ к наполовину отвердевшему члену.       Всего несколько мгновений Джеймс колебался, опаляя горячим дыханием головку. Капитан сладостно поморщился от непреднамеренной ласки, чем и спровоцировал Барнса. Мужчина медленно, дразняще прошелся языком по всей длине, сделал на пробу несколько круговых движений языком. Реакция со стороны Роджерса была куда более яркой, чем можно было предположить – он стал аккуратно поглаживать Баки по затылку, едва заметно надавливая ближе к возбужденному органу. Все сомнения отпали.       Барнс облизнул губы и открыл рот пошире, как бы насаживаясь на крепкий член, стараясь не задеть нежную кожу зубами. Отчаянно не хватало опыта, очень хотелось сделать все как надо, ни в чем не оплошать. Но Стив и не думал ни о чем таком, наслаждаясь непередаваемыми ощущениями в паху. Жар оттуда шел к животу, от живота по всему телу, заставляя покалывать от удовольствия даже кончики пальцев. Такого он еще никогда в жизни не испытывал.       – Бак… – прохрипел Капитан.       Джеймс максимально расслабил горло и опустился до упора, стараясь игнорировать новые ощущения в глотке. Несколько мгновений он продержался в таком положении, после чего двинулся вверх по крепко стоящему стволу. Нажим на затылок усилился, Капитана разрывало на части от неведанных раньше ощущений. Нестерпимо хотелось ускорить заданный Баки темп, крепко схватить за волосы и врываться в покорный рот, утвердить право собственности, но приходилось сдерживаться. Баки смену настроения Капитана уловил очень быстро. И тут же подчинился чужому желанию, наращивая темп, скользя по возбужденному органу быстро и грубо.       Стив зашипел, когда зубы прошлись по нежной плоти, но вместе с болью мелькнула острая вспышка удовольствия. Баки на миг замер, а затем продолжил ласкать член Роджерса с удвоенным рвением, словно извиняясь за свою оплошность. Джеймс поднял взгляд на Капитана, наслаждаясь таким открытым и беззащитным мужчиной. Крепкая геройская грудь тяжело вздымалась, глаза были плотно зажмурены, а губа прикушена. Истинное наслаждение.       Стив открыл глаза и несколько нерешительно глянул вниз, словно боясь, что это все сон, который может развеяться в одно мгновение. Но нет, Баки Барнс не растаял, он все так же сидел перед ним на коленях и неумело – хотя откуда было Роджерсу знать как это, умело? – но со всей страстью делал минет. Карие глаза Джеймса неотрывно смотрели прямо на Стива. От такого вида Капитан долго не продержался, крепко зажмурившись и изливаясь Джеймсу в рот.       Мужчина закашлялся, сплевывая сперму на пол. Вытерев рот тыльной стороной ладони, он снова обратил все свое внимание на Стива. Тот, полностью расслабленный, бездумно смотрел на Баки в ответ. Молчание затягивалось, появилось чувство какой-то нелепости ситуации.       – Стив? – подал голос Джеймс.       – А?       – Ты... ничего не хочешь сказать?       Роджерс зачарованно смотрел, как из уголка рта Баки стекала одинокая капелька спермы. Резко пришло осознание того, что только что произошло. В голове зароились тысячи мыслей, словно кто-то ткнул палкой в осиное гнездо. Эти мысли жалили одна больнее другой – на какую-то минуту Стиву даже показалось, что это он силой заставил Баки ему отсосать.       – Роджерс! – Барнс сделал еще одну попытку достучаться до сознания Капитана сквозь барьер неадекватности.       – Что? Я... Бак, слушай... – Стив абсолютно не знал что говорить. – Мне... жаль, что я... Нет, ты не..! Бак, я...       – Стивен, ебать тебя колотить, Роджерс! – терпение Джеймса тоже имело предел. – Серьезно? Вот, блять, серьезно? Я тебе только что, черт побери, отсосал, а ты извиняешься?!       Капитан застыл с открытым ртом, вконец запутавшись. Если бы не сложившаяся ситуация, то Баки бы вполне мог посмеяться от души – Стив выглядел очень комично. Удивленный до невозможности, красный, как рак, и абсолютно – когда только успел избавиться от футболки? – голый. Казалось, даже его член был смущен происходящим, скукожившись и норовя спрятаться между мощных ног своего обладателя. Уголок губ Зимнего Солдата на миг дернулся, но мужчина смог подавить всякий намек на улыбку. Не до юмора сейчас.       Баки прижал руку ко лбу – как там правильно? фейспальм? – и глубоко вздохнул, мысленно считая до тридцати, так, на всякий случай, с запасом. Когда он отнял ладонь, Капитан стал выглядеть еще смешнее – вид у него был чересчур озадаченный и несчастный. Он собирался открыть рот, чтобы что-то изречь, но Баки поднял руку, заранее зная, что ничего хорошего Роджерс сейчас не скажет.       – Что с тебя возьмешь? – фыркнул Джеймс. – Объясню. Вместо нелепых извинений, которые ты так любишь, ты должен был выразить свое отношение к тому, что я сделал. Что-то в духе "Баки, я так давно этого хотел!" или "Больше не приближайся ко мне, чертов извращенец". Ясно?       – Да.       – Ты неисправим, – Баки закатил глаза. – Не скажешь мне сейчас что-то нормальное и я уйду.       Он лгал. Бросать дело на полпути было не свойственно Джеймсу, но сработало как надо – Стив купился на этот блеф, тут же испуганно дернувшись.       – Это было замечательно! – горячо воскликнул Роджерс.       Поняв, что он только что ляпнул, он смутился еще больше. "Интересно, если он еще больше засмущается, он сможет сильнее покраснеть?", – лениво подумал Джеймс, довольный пусть и несколько нелепым, но зато честным ответом.       – Это неправильно, но я давно хотел этого.       – Чтоб я отсосал?       – Нет! Да! Ну, в смысле... Баки!       Барнс довольно улыбался, положив руку на колени Стиву и пристроив сверху подбородок. Взглядом Джеймс сверлил голубые глаза Капитана. Он ждал, пока Роджерс не родит какие-то новые реплики.       – Баки, – через какое-то время гляделок не выдержал герой Америки. – Баки, я тебя...       – Только давай без соплей, – грубо оборвал его Джеймс. Нет, такими фразами, как та, что, скорее всего, хотел произнести Стив, просто так нельзя разбрасываться. Только не так, когда он стоит на коленях на жестком полу, а голова его покоится в районе паха. – Требую продолжения банкета, раз уж ты не против.       С этими словами Баки одним плавным движением встал. Толкнув Стива в грудь, заставляя развалится на кровати в позе морской звезды, Джеймс залез сверху, оседлав бедра Капитана. Герой Америки зачарованно смотрел на возвышающегося Джеймса, со спутавшимися волосами и горящими глазами. Повинуясь внутреннему порыву, Стив чуть приподнялся, притягивая к себе голову Баки.       – Ты не забыл, что в этом рту только что побывал член? – выдохнул Барнс прямо в губы любовнику.       Стив не стал тратить время на слова, предпочитая действовать – все равно с речью у него сегодня были явные проблемы. "Хоть тысяча членов, мне плевать", – чуть не брякнул Роджерс, тут же обрадовавшись, что ума хватило промолчать. Поцелуй был достаточно грубый. Это никак не походило на поцелуи с девушками – хоть тут у Капитана был какой-никакой опыт. Джеймс старался не проявлять инициативу, давая возможность Стиву командовать парадом. И ему это явно нравилось – даже сквозь плотную ткань брюк все четче чувствовалась твердеющая плоть Баки.       – Как думаешь, – оторвавшись, заговорил Джеймс. – Как скоро у тебя снова встанет?       – Я же не подросток, чтобы так быстро возбудиться, – фыркнул в ответ Стив.       – Спорим, мне понадобится меньше пяти минут? – задорно ухмыльнулся Барнс.       Джеймс слез с Капитана, не сдержавшего разочарованный вздох, и, пусть и с некоторым трудом, но зато сам снял с себя ненужные элементы одежды. Отшвырнув футболку, а затем и брюки вместе с боксерами, Баки снова навис над Стивом в позе наездника, однако, не спеша прижиматься пахом к паху. Немного постояв так, будто одолеваемый сомнениями, он все же опустился. К огромному удивлению, соприкосновение членов оказалось даже в разы приятнее минета. Всего лишь простое касание, а Стива словно током ударило, мир вокруг перевернулся.       – Роджерс? – выдохнул Барнс уже не таким самоуверенным тоном, как раньше.       В его глазах плясали черти. Капитан кивнул. Слова сейчас были точно не нужны, они понимали друг друга и без них. Приняв более близкое к горизонтальному положение, Баки оперся рукой о кровать и сделал первое, пробное, движение, потёршись о член Стива. Судорожный выдох последнего – значит, все верно, как надо. Барнс повторял свои нехитрые движения какое-то время, меняя темп и шикая на Роджерса каждый раз, как тот хотел перенять инициативу, а затем снова сел, чуть отодвинувшись к коленям Капитана, чтобы было удобно осуществить задуманное. Немного поерзав, он нашел необходимое положение. Рукой он взял оба члена, крепко, но не сдавливая, прижимая их друг в другу, и начал скользящие движения вверх-вниз.       Член Стива медленно начал крепнуть. Под аккомпанемент стонов и судорожных вздохов дело пошло гораздо быстрее, и вскоре Джеймс отстранился – хоть вышло это с большим трудом, – и с некоторой гордостью осмотрел свою работу.       – Твоя очередь, – хрипло произнес Баки.       Роджерс явно не понимал, что от него требуют.       – Ох уже эти девственники, – очень тихо вздохнул Барнс, а затем уже громче, причитая, продолжил. – Всё надо делать самому!       На самом деле, что делать дальше Баки представлял довольно смутно. Опыта с мужчинами у него точно никогда не было. С девушками – пожалуйста, но тогда было все стандартно, мало кто из них хотел попробовать что-то новенькое, типа анального секса. Во всяком случае, именно так Джеймс помнил. Логика подсказывала, что раз у него неоткуда выделяться естественной смазке, надо её чем-то заменить. Да и вряд ли его задний проход просто так, без подготовки, потянет такой приличного размера член, как у Стива. Смазать и растянуть – таков был вердикт.       Джеймс решил обойтись просто слюной, засунув свои пальцы в рот и как следует их увлажняя. Роджерс смотрел как завороженный. Посчитав, что смазано достаточно, Баки осторожно начал вводить первый палец. Это не вызывало особой боли, но принесло некий дискомфорт, отчего его член начал разочарованно опускаться. "Ничего, немного потерпеть ради благой цели", – успокаивал себя Барнс, морщась и вводя еще один палец. Хорошенько поработав уже тремя пальцами, мужчина не без облегчения вытащил их. Пора было переходить к более тяжелой артиллерии под названием "член Стивена Роджерса". Для дополнительного увлажнения, Баки еще раз хорошенько прошелся языком по стволу Капитана. Как следует приподнявшись, Барнс приставил головку к заднему проходу, собираясь с духом. Осторожно опускаясь, он медленно насаживался на член. Получалось плохо, смазки было катастрофически мало.       Поняв, что будет слишком больно и такое терпеть не сильно захочется, Баки выругался. С шипением встав, он велел Стиву ждать смирно и пошел на кухню. Вскоре он вернулся с бутылкой оливкового масла. Это было верное решение – даже тех нескольких секунд, что член Роджерса был внутри него, хватило, чтобы зад начал слегка саднить. Но этот факт никак не мог помешать ему осуществить задуманное.       Когда были проделаны те же манипуляции, что и раньше, только уже вместе с маслом, дело пошло куда лучше. Насадившись полностью, Джеймс замер, привыкая к непривычному чувству заполненности. Распростертый под ним Стив лежал с несколько расфокусированным взглядом, боясь и одновременно желая перенять на себя инициативу. Желание подчинить, подмять под себя раз за разом поднималось в голове, но затем страх навредить, сделать что-то не так одергивал его.       – Стив, – выдохнул Барнс, затем со свистом вдыхая воздух сквозь сжатые зубы.       Взгляд Кэпа немного прояснился, он сосредоточенно кивнул. Одно сильное движение, и вот уже Баки оказался уложенным на лопатки, а Роджерс навис над ним, упершись руками в кровать по обе стороны от головы любовника. Джеймс не сдержал шипения от такой резкой смены положения – член Стива вошел слишком резко в еще мало разработанный проход.       – Бак? – прорезался голос у Капитана.       – Все нормально. Продолжай, – и в подтверждение своих слов Джеймс нетерпеливо двинул бедрами.       К счастью, повторять дважды не пришлось. Стивен послушно начал ритмично двигаться, постанывая от невиданного раньше удовольствия. Вскоре к стонам присоединился и сам Баки, когда Роджерс правильно нашел нужный угол и стал при каждом толчке задевать простату.       – Извини, я слишком резко, да? Прости.       В своем любимом стиле извинялся герой, целуя любовника в покрасневшие губы. Каждая клеточка тела распалилась до предела, хотелось ощущать друг друга, не прекращать касаться, чувствовать чужое тепло, как свое собственное.       Стив уткнулся лбом в шею Баки, вдыхая такой родной запах кожи и волос. На пробу толкнувшись глубже и не заметив явных следов боли, Кэп продолжил аккуратные движения бедрами. Приходилось сдерживаться и медлить, нельзя было сорваться и причинить неудобства, чтобы память об их первом разе не осталась для Барнса сгустком боли.       – Баки, я, – запнулся мужчина, переходя на неглубокие плавные толчки. – Я тебя…       – Роджерс, не вздумай, – охнул Джеймс, выгибаясь от острых ощущений внизу живота. – Только не сейчас.       Капитан кивнул, решив, что раз ему нельзя говорить о своих чувствах, то прямо сейчас он может их показать. Тихо рыкнув и прикусив острую ключицу, Стивен ослабил контроль над собой и ускорился, врываясь в напряженное тело под собой.       Баки громко охнул и смущенно прикрыл рот рукой.       – Бак? – замедлился Кэп, за что тут же получил укус в подбородок. – Ясно, меньше слов.       Впервые Джеймс с радостью ощущал чью-то власть над собой, ему безумно нравилось видеть широкие плечи Стива, за которыми он мог спрятаться от всех бед. Его Капитан был как огромный надежный бункер, самый верный и крепкий. От такой смеси чувств Барнс получал не меньше удовольствия, чем от ритмичных движений сильного желанного тела.       Роджерс не сводил глаз с искаженного удовольствием лица любовника. Уши у Баки раскраснелись, Капитан не сдержался и прикусил горячий хрящик, задевая чувствительную кожу бородой.       – Ох, Стив, – простонал мужчина, ласково поглаживая затылок героя и ненавязчиво притягивая ближе. – Еще, пожалуйста.       Тот безропотно подчинился, с удовольствием исполняя маленькое пожелание Барнса. Чувствуя скорую разрядку, Стив перешел на совсем грубые толчки, заставляя Баки под собой непозволительно громко стонать. Ядреный коктейль удовольствия из пошлых и страстных звуков, почти звериных движений и осознания, что это все реально, не дал Капитану долго продержаться. Уже чувствуя первые отголоски оргазма, он немного сменил позу так, чтобы иметь доступ к члену Джеймса, и заскользил по нему ладонью. Еще более неумело, чем делал сам Барнс, но это приносило гораздо больше удовольствия. Баки кончил первым, выгнувшись дугой и яростно зашипев от удовольствия. Тонкие стенки сжались вокруг члена Стивена, просто таки вынуждая излиться.       Пару раз рефлекторно двинувшись, Роджерс осторожно вышел из Барнса, завороженно наблюдая, как из ануса вытекает несколько капель спермы. На удивление, это не было мерзко – наоборот, это было как-то... естественно.       – Стив, – позвал Джеймс, смущенный таким пристальным вниманием.       Роджерс без слов лег рядом, прижимая разгоряченное тело к себе, вдыхая аромат кожи и секса. Затем потянулся к губам Джеймса, вовлекая его в легкий поцелуй.       – И почему мы не сделали этого раньше? – вздохнул Кэп.       – Потому что ты дубина, Стивен Роджерс. Моя дубина.

***

      – Пятница, ну в чем дело? – вопрошал Старк, стоя в неудобной позе возле рабочего стола.       Отсутствие визуализации у виртуального помощника несколько сбивало с толку еще со времен Джарвиса – черт его знает, куда надо смотреть.       – Сэр, я не понимаю, – честно призналась Пятница. – В голографической модели изъянов не обнаружено.       – Значит, дело в отливке? – догадался мужчина, утирая пот со лба.       – Возможно, на металле образовалась зацепка, которая мешает функциональности локтевого сустава.       Тони устало вздохнул и снял со своей левой руки прототип, пока еще совершенно сырой, состоящий из огромного количества подвижных частей. Он отлил его совсем недавно, после того, как со всех сторон прокрутил чертеж в голограмме и убедился в его дееспособности. К сожалению, опытный образец оказался не так хорош и не так подвижен, как хотелось бы. Да и тяжеловат.       – Нужно облегчить, – скомандовал миллионер, откупоривая новую бутылку коньяка. – У меня всего за пару минут плечо разболелось, это не годится.       – В таком случае, сэр, рука потеряет изрядную долю мощности, а вы сами говорили, что…       – Да-да, – фыркнул Старк. – Придумай что-нибудь.       Пятница промолчала. Если бы она была женщиной, то могло бы показаться, что дама обижена.       – Ну что? – подал голос гений.       – Есть несколько вариантов сплавов, но нужно время для более детального анализа.       Тони отставил пустой стакан в сторону, схватился за напильник и кинулся к руке, что валялась в разобранном состоянии на рабочем столе. Он вскрыл пластину, которая должна была обеспечивать подвижность локтя, и очень внимательно осмотрел механизм.       – Ты была права, дорогая, – радостно вскрикнул мужчина, снимая пластину и подтачивая ее. – Дефект отливки.       На этот раз молчание Пятницы можно было расшифровать, как «я-же-говорила». Или «в-моей-правоте-не-могло-быть-сомнений-мистер-Старк».       – Отлично, просто чудесно!       В глазах изобретателя горел огонь – он был невероятно рад успеху. Вновь надев на себя прототип, мужчина попробовал имитировать сперва повседневные движения, вроде письма, а после и боевые. Металлическая рука вышла просто безупречной. За исключением, конечно, тяжести. Каждый палец был прочным и гибким, как на настоящей человеческой конечности, кисть, теперь уже вместе с локтем, двигались легко и без помех. Сперва Тони очень хотел раскрасить ее в те же цвета, что и на своем костюме, но после решил не ехидничать – в конце концов, это подарок в знак перемирия. Ну, или хотя бы первый шаг к нему.       – Облегчи и отлей по образцу, даю три часа, – сказал миллионер, снимая с себя руку пластину за пластиной.       – Сэр, этого времени не хватит, даже чтобы доставить необходимый металл в лабораторию, – возразила Пятница.       – Сутки, – был ей непреклонный ответ.       Компьютеризированная помощница уже приступила к заданию, когда покинувший было лабораторию Старк вновь возник в коридоре.       – И да, упакуй ее покрасивее. Бантик там розовенький повяжи или открытку оставь. А лучше и то и другое. В конце открытки обязательно добавь «С любовью, от Тони Старка» и прилепи сердечко. Мы же должны быть лапочками и произвести хорошее впечатление, – усмехнулся Тони, вновь направляясь к выходу. – И вообще, не скупись на розовые цвета, – добавил он напоследок.

***

      – Тони снял свою блокаду, – отпив из чашки, произнесла Шерон. – Знаешь, меня несказанно порадовал этот факт.       – Не поверишь, но меня тоже, – Стив лучезарно улыбнулся.       Тот день, когда Тони Старк собственной персоной появился на пороге их квартиры, держа в руках до ужаса розовую коробку, крепко отложился в памяти героя. Картина маслом – сверкающий, как новенькие пять центов, Железный Человек, Стив, готовый в любую минуту броситься на защиту Барнса, и, собственно, сам Баки, замерший с зубной щеткой во рту. Воинственному настрою Капитана Старк от всей души рассмеялся, открывая забрало шлема и улыбаясь.       – Понимаю, не каждый день на пороге твоей хибары возникает само совершенство, но это не повод замирать с раскрытым ртом. Уж не верх приличия так точно, – Тони чуть покачивал большую коробку в своих руках. – Пустишь старого друга на бокал чая?       Стив машинально подвинулся чуть в сторону, пропуская мужчину в дом, но при этом все еще стараясь стоять так, чтобы прикрывать собой Баки.       – Кэп, умерь ты свои геройские порывы, – покачал головой Железный Человек, направляясь в сторону кухни. – Если бы я хотел напасть, то подорвал бы дом на расстоянии, что от ваших солдатских тушек и трусов не осталось бы.       Баки отмер первым, достал изо рта щетку и утер следы пасты с уголков губ.       – С вашего позволения, господа, раз уж пока никто никого не намерен убивать, я все же закончу водные процедуры, – сообщил он, пощелкивая пальцами перед глазами Стива. – Поставь чайник, займись делом.       Спустя пятнадцать минут они сидели в тесной кухоньке, пили чай и выслушивали жалобы плейбоя на то, что если Капитан не пьянеет благодаря своей супер-сыворотке, то это не значит, что и остальным не нужно.       – Мистер Барнс? Как насчет отставить эту вашу жижу и заполнить чашки чем-то поприятнее? – скорее утвердил, чем спросил Старк, доставая из своей коробки бутылку. – Шоколадный ликер. Что-то меня потянуло на сладкое.       Еще десять минут и полбутылки алкоголя ушло на то, чтобы герои несколько расслабились и перестали ждать друг от друга подвоха.       – Итак, хотелось бы обсудить с вами один единственный момент, а после я должен быть на совете директоров в Нью-Йорке, – Железный Человек мигом посерьезнел.       Стивен, не столь расслабленный, как все остальные, моментально напрягся, внимательно наблюдая за руками Тони, который как раз поставил на стол свою коробку и снял с нее крышку.       – Я все еще не могу простить тебя, Джеймс Бьюкенен Барнс.       Баки сглотнул и немного стушевался под жгучим взглядом карих глаз.       – Я понимаю и не жду…       – Дай договорить, – властно прервал его гений, доставая жуткого цвета красно-розовую открытку. – Потом прочитаете, тут самые лучшие мои пожелания. Так вот, я не могу отпустить обиду так просто. В конце концов, пусть мы и не ладили с моим отцом, но я все же любил их с матерью.       Капитан, сидевший по правую сторону от Барнса, крепко сжал его руку в знак молчаливой поддержки.       – Но, думаю, что через какое-то время, когда боль и обида минёт, мы поладим.       Баки смотрел на миллиардера расширившимися глазами, будто тот сказал ему, что снег фиолетовый. Выражение лица Капитана не далеко ушло.       – Ой, да ладно вам, – махнул рукой мужчина. – Старина Тони умеет дружить и умеет прощать. Просто не всё сразу.       Джеймс хотел сказать очень много всего. Поблагодарить, извиниться, сказать, как ценна для него пусть еще далекая возможность заслужить прощение Железного Человека, но слова застряли в горле. Солдат крепко зажмурился и кивнул, надеясь, что это хоть в какой-то мере выразит его чувства.       – Вот и славно. А сейчас, Капитан, убери-ка все лишнее со стола, включи освещение и отойди в сторонку, – Старк еще раз нырнул в коробку, достал оттуда сверток с инструментами и металлическую руку, привычного стального цвета, но всю в бумажных сердечках и с огромным красным бантом в розовый горошек. – Будем твоему Баки возмещать ущерб.       – Прием, Капитан, Земля вызывает! – Шерон пощелкала пальцами перед лицом Стива.       Мужчина дернулся, немного осоловело глядя на девушку. Та улыбнулась и снова отпила из чашки. Роджерс машинально повторил этот жест, с удивлением обнаружив, что его чашка пуста. Картер заливисто засмеялась, слегка откинув голову назад.       – Итак, – отсмеявшись, произнесла девушка. – Ты ведь меня не просто так позвал. Рассказывай.       – Да, – Стив, до этого тоже улыбающийся, мигом сдулся. – Я хотел поговорить о... нас.       – Звучит интересно, – Шерон отставила в сторону чашку и, сложив руки в замок, положила на них подбородок. – Продолжай.       – Мы... – Стив собрался с духом и посмотрел своей спутнице прямо в глаза. – У нас с тобой ничего не получится.       – Вот оно как. Я думала, что мы вроде как неплохо ладим, – несколько разочарованно вздохнула девушка. – А не поведаешь причину?       – Просто я... и Баки... Мы... В общем, мы теперь вместе.       Воцарилась тишина. Шерон покусывала губу, задумчиво глядя куда-то мимо Капитана, а мужчина нервничал. Он боялся, как отреагирует на такое заявление девушка – изначально, Роджерс не хотел признаваться, но вышло как-то само собой.       – Вот оно как, – снова повторила Картер, кивая своим мыслям. – Знаешь, – она задорно улыбнулась, посмотрев на Стива. – А я догадывалась.       – Что?       – Стив, ну я же не дура, – Шерон откровенно ехидничала. – В таком идеальном мужчине просто не может не быть какого-то подвоха.       – Кажется, Тони говорил мне что-то в этом роде, – вспомнил герой, смущенно улыбаясь. – Что не доверяет людям, у которых нет темной стороны.       – Не говори так, – нахмурилась девушка. – Любовь не может быть частью чьей-то темной стороны. Это самое светлое и чистое чувство в жизни.       Стив засмущался еще сильнее, прикрывая глаза ладонями – не хотелось делить с девушкой столь сокровенные ощущения.       – На самом деле, я за вас рада, ребята, – уже стоя перед выходом из кафе призналась Шерон. – Так и думала, что эта твоя погоня за "лучшим другом" перейдет в нечто большее, но где-то в глубине души надеялась, что я выйду победителем – жаль упускать такого красавчика, – она легонько чмокнула Роджерса в щеку. – Береги его. И удачи.       Капитан улыбался себе и прохожим, ощущая легкость и покой в душе. Он медленно зашагал по улице, залитой солнечным светом, в направлении пекарни – Баки просил купить домой еще коричных булочек.