Глава 6
9 сентября 2016 г., 21:12
С какой стороны не посмотри, а улучшенная регенерация имела одни сплошные плюсы. Не нужно долго заживлять раны, меньше переживаний в бою от каждой словленной пули, нет нужды каждый раз обращаться к медикам. Из минусов, пожалуй, ровным счетом ничего. Да и разве они могут быть в таком вопросе? Хотя нет, решил для себя Баки, минус есть. Всего один, но довольно существенный – Капитана с его скоростной заживляемостью просто невозможно было споить. Не то чтобы Джеймс только о том и мечтал, но это могло бы быть довольно полезно.
– Бак, ну дай мне тебе помочь, – буркнул Стив, выводя друга из размышлений. – Я только и делаю, что валяюсь в постели, уж картошку почистить мог бы.
Зимний Солдат отложил почищенную картофелину в сторону. Даже с помощью специального ножа он возился целых двадцать минут с одним несчастным плодом – так им ужина никогда не видать. С долгим демонстративным вздохом Баки уступил. Роджерс неимоверно обрадовался хоть какой-то работе – с тех пор, как он ушел на больничный, Барнс будто перехватил от него синдром курицы-наседки и, кроме тотального покоя и горы лекарств, совершенно ничего не позволял Кэпу. К счастью, книги разрешались в неограниченном доступе, иначе Стивену пришлось бы в самом деле туго.
И хотя благодаря сыворотке раны и заживали достаточно быстро, мужчине все же потребовалась не одна неделя, чтобы перестать принимать обезболивающие. Кости почему-то заживали непозволительно долго, хотя те же синяки и ссадины давно исчезли без следа. Странно это как-то работает, неравномерно.
За время своего вынужденного ничегонеделанья Стив несколько преобразился – с лица исчезли тревожные морщинки, впалые щеки все чаще окрашивал здоровый румянец, впрочем, едва заметный сквозь густую светлую бороду. Видеть такого Капитана Америку Баки не доводилось ни разу, ведь тот всегда относился очень серьезно к своему внешнему виду. В нем говорило вовсе не самолюбие, а врожденная опрятность – мужчина всегда должен выглядеть аккуратно. Тем более, если этот мужчина – национальный герой. И вполне закономерно, что он много раз пытался воззвать к совести Барнса и выпросить у него бритву, однако друг отказывался. Он считал, что раз никто никогда не видел Стива таким, то это могло бы стать отличной дополнительной маскировкой. Аргумент железный, не поспоришь. Что Роджерс и перестал делать – все равно без толку.
– Скоро на работу пора, – завел разговор Стивен, когда почувствовал себя практически здоровым.
Они снова сидели на кухне – казалось, это уже стало традицией, проводить время вот так вместе. Баки привычно возился у плиты, и с каждым разом готовка у него получалась все лучше и лучше. Складывалось впечатление, что отсутствие руки он уже вовсе не замечал, спокойно успевая и посолить, и перевернуть, и снять с огня, и тому подобное. Разве что одна чистка картошки ему не давалась, но невелика беда.
– Только после того, как придешь в норму.
– Но я уже в норме! – несколько возмутился Стивен. – Могу уже продолжить зарабатывать деньги. Они у нас как раз на исходе.
– Продолжить искать приключения. Ты это хотел сказать, – фыркнул Барнс.
– Ты же знаешь, что я никогда не гонюсь за славой, – в голосе Кэпа скользнула тень обиды. – Я могу уже вернуться на станцию.
– А сейчас ты похож на ребенка, который выпрашивает игрушку, – Баки отвернулся от плиты и улыбнулся краешком рта.
– Да уж, маленький бородатый мальчик, – Стив, иллюстрируя свои слова, пригладил густую растительность.
– Ну, у детей же могут бушевать гормоны, – пожал плечами Джеймс, возвращая свое внимание к шкворчащей сковороде.
Роджерсу же от этих слов поплохело. Такая простая фраза, а прозвучала несколько... двусмысленно. Хоть разум и подсказывал герою, что друг имел ввиду просто текущий разговор про бороду и ничего больше, но воображение разгулялось вовсю. "Неужели, он понял, что я тогда в душе... из-за него?..", – думал Стив, покрываясь холодным потом. – "Нет, это абсурд! Не мог же он в самом деле. Ну не мог же, да?".
– Ну вот видишь. А ты говоришь – работать! – Стивен вздрогнул, переведя испуганный взгляд на Баки. – Что-то ты совсем никакой. Тебе что, плохо?
Джеймс, с минуту разглядывающий то белеющего, то краснеющего Капитана, не выдержал. Реакция на его реплику еще больше удивила мужчину – Роджерс явно чего-то или стыдился, или боялся.
– Нет, со мной все хорошо, – на автомате ответил Капитан, старательно смотря другу в глаза.
– Врешь, Роджерс, – покачал головой Баки, выключая газ. – Неделю.
– Что? – не понял Стив.
– Через неделю можешь выйти на работу. Не раньше.
Перед сном Стив очень долго ворочался. Пребывание в одной кровати с другом стало вызывать у него самую настоящую панику, ведь чем дальше, тем явственнее он ощущал совсем уж абсурдные желания. Безумно хотелось прижать Баки к себе, зарыться пальцами в смолянистые волосы, вдохнуть запах кожи и шампуня. Роджерс испуганно обернулся через плечо, разыскивая в темноте знакомый силуэт – Барнс спал совсем близко, ближе расстояния вытянутой руки. Ему сейчас ничего не стоило подвинуться чуть плотнее, уткнуться носом в макушку, крепко-крепко обнять.
– Да что ж это такое? – выругался Капитан, подскакивая с места и стремительно уносясь прочь из комнаты.
Баки открыл глаза, внимательно глядя вслед сбежавшему герою.
Стивен подставил под кран стакан, дрожащей рукой набирая воду. Зубы укололо болью – жидкость в стакане была просто ледяной, но мужчина этого и не замечал, жадно глотая, словно не пил несколько дней. Этого оказалось катастрофически мало и, плюнув на все, Стив выкрутил кран с холодной водой до упора, подставляя голову под струи. По коже прошлась стая мурашек, но Кэп упорно терпел, ожидая хоть какого-то облегчающего эффекта. За прошедшие недели, что он находился на лечении, мужчина перепробовал кучу всего – пел про себя гимн Америки, повторял воинскую присягу, данную еще в армии, таблицу умножения в конце концов. Но вот уже несколько дней ничего так не помогало от посторонних желаний, кроме холодного душа. А чтобы не вызывать много подозрений частым мытьем – в этой процедуре он нуждался не единожды в сутки – Кэп изобрел вот такой подручный метод.
– Стив, ты что творишь? – послышалось Роджерсу сквозь струи воды.
Мужчину грубо дернули в сторону, перекрывая кран и набрасывая на мокрые волосы кухонное полотенце.
– Что, совсем мозгов не осталось? – почти кричал разозленный Барнс. – Хочешь подхватить воспаление оного? Чтоб даже сыворотка не справилась?
Зимний Солдат активно елозил полотенцем по голове Капитана Америки, стараясь не упустить ни одной мокрой пряди.
– Не преувеличивай, – отфыркивался Роджерс, млея под грубоватыми движениями теплой руки.
– И что это за извращенная практика? – сердился Джеймс. – Изволишь объяснить?
– Да так. В интернете прочел, что полезно.
– Хорош врать, ты не умеешь этого, – несколько устало произнес Баки. – Ладно, проехали. Пойдем, отогревать тебя буду.
Стив не совсем понимал, как Джеймс собирается его отогревать, но спорить не стал – любопытство взяло верх. Хотя, может, это просто подмерзшие мозги виноваты. Барнс же спокойно отвел совершенно не сопротивляющегося Стива в спальню, так же спокойно уложил в кровать, накрыл одеялом и прижался, притягивая голову Кэпа к своей груди. Роджерс от шока часто заморгал, пытаясь переварить происходящую ситуацию. Быть может, это сон? Или он действительно лишился остатков разума?
– Стив, прекрати так часто моргать, – подтверждая реальность происходящего произнес Баки. – Щекотно.
Капитан моментально замер, уставившись перед собой, прямо в размытую грудь Джеймса – с такого близкого расстояния ни о какой фокусировке речь и не шла. Чуть успокоившись, Стивен понял одну странную вещь – сердце друга билось очень часто. "Должно быть, он еще злится", – подумал герой Америки, стыдясь того, что источником раздражения стал он сам. Но вскоре Баки уснул, все еще крепко прижимая Роджерса к себе. Стиву понадобилось гораздо больше времени, чтобы последовать в царство Морфея.
Проснулся мужчина уже под раннее утро, за окном только-только начинали маячить первые лучи солнца. Что именно послужило причиной столь раннего подъема Стив не знал, но вот сразу ощутил одну ужасающую вещь – у него конкретно так стоял. К величайшему облегчению, Баки его к себе больше не прижимал. Детальный осмотр положения показал, что теперь они лежали спина к спине, очень близко, но не касаясь. Член болезненно ныл, требуя внимания и категорически отказываясь на этот раз быть лишенным ласки. Встать и пойти в душ был не вариант – чутко спящий Баки точно проснется и на этот раз не отстанет, пока не узнает правду. Конечно, ничего постыдного в обычном утреннем мужском стояке нет, это естественный процесс, но все же Капитан не перенес бы, узнай об этом Джеймс. После такого он просто не сможет в лицо ему смотреть, не то что разговаривать или спать в одной кровати.
Но избавиться от стояка было катастрофически необходимо. И возможным, хоть и достаточно рискованным, был только один способ. Капитан нервно сглотнул, во всех красках представляя, как Баки просыпается и ошарашенно смотрит на него. Но собственный член не оставлял никакого другого выхода – надо было удовлетворить потребность организма, и чем скорее, тем лучше. Роджерс облизнул пересохшие губы и очень медленно опустил руку к бедрам, все еще не решаясь продолжить. Но с каждой минутой промедления проблема "ноющий член" все больше превращалась в проблему "болящий член". Собравшись с духом и даже зачем-то зажмурившись, Капитан наконец-таки засунул руку под резинку трусов.
Роджерса прямо током ударило – если он когда-то и самоудовлетворялся в юношеском возрасте, то совершенно этого не помнил, а практического опыта у него все же не было. Как-то не задумывался раньше о таких вещах. "Да, до того момента, как ты стал спать вместе с Баки", – подсказал вечно услужливый голос разума. Что заработало дальше – инстинкты ли, логика или все-таки память – Стив понятия не имел, а вот рука свое дело знала. Высвободив член, Капитан осторожно и неуверенно сделал несколько движений рукой по стволу, чуть не застонав от такого простого действия. Аккуратно приподняв голову и кинув взгляд на Баки, который продолжал мирно спать, Стив на всякий случай прислушался к дыханию друга. Вроде не изменилось и можно продолжать свое чёрное дело.
Потихоньку мужчина начал увеличивать темп, но все время одергивал себя, чтобы не сильно дергать кровать своими движениями и не дай Космос не задеть локтем Джеймса. Чувство риска и многолетнее, прямо-таки монашеское воздержание дали о себе знать, и довольно скоро Капитан закусил губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон облегчения, когда он кончил. Теперь у удовлетворенного Стива появилась новая проблема. Поменьше, конечно, но все же от этого она не переставала быть проблемой – рука мужчины была перепачкана спермой, а вставать, как уже говорилось ранее, было нельзя. Вытереть об простыню и в мыслях не было; Стив наоборот переживал, не запачкал ли он и кровать. С достаточно липкой рукой лежать до нормального времени совсем не улыбалось, заснуть – снова не вариант.
Тогда Роджерсу пришла одна светлая мысль, как спрятать следы своего преступления от Баки. Эта идея была достаточно отвратительной, но, раз иных не было, она стала победителем. Капитан просунул руку в трусы и вытер ладонь о внутреннюю часть белья. Когда собственная сперма прикоснулась к телу, это заставило Стива невольно содрогнуться. Ну, ничего, и не такое терпел, верно?
Баки стоило огромных усилий сохранять ровное дыхание и ничем не выдавать своего пробуждения.
На следующий день Стив чувствовал себя легче физически, и намного хуже эмоционально. Его ужасало то, что произошло ночью, и он никак не мог перестать грызть себя по этому поводу. Подумать только, он возбудился от одних только объятий, едва смог уснуть, а потом еще и проснулся с каменным стояком. С каменным стояком на лучшего друга! Роджерс не поднимал взгляд на Баки и завтракал в молчании, практически не отзываясь на попытки завести разговор. Ему было ужасно стыдно перед Барнсом за такое отвратительное предательство их многолетней дружбы.
Впрочем, когда пришло время отходить ко сну, и Баки снова прижался к горячему телу Капитана, тот не смог отказаться от соблазна. Сколько бы он не корил себя днем, сколько бы не клялся, что в ближайшем же времени купит раскладушку и перейдет спать на нее, когда такое родное и, чего уж, любимое существо прижималось к нему с такой доверчивостью, просто невозможно было сдерживаться. Убедившись, что ритмичные движения правой руки никак не мешают Барнсу спать, Кэп не упускал возможности снять напряжение, мельком поглядывая на ровное лицо Баки.
Джеймс не спал. Он не спал каждый раз, когда Стив сначала осторожно, а потом все больше переходя на быстрый темп дрочил. У Барнса даже в мыслях не было остановить Капитана, выразить возмущение, которое он должен был испытывать. Все потому, что никакого возмущения не было. Баки молчал, слушая сбившееся дыхание Стива. Он почти ощущал идущий от Роджерса жар и отчаянно хотел бы разделить его, как бы неправильно и абсурдно это все ни было, но знал, что нельзя, что ничего не выйдет. Ведь Стивен в своих эротических мечтах видит явно не однорукого калеку, убийцу с частично отсутствующей памятью, который может в любой миг сорваться и снова стать Зимним Солдатом. Нет, в его фантазия царствует обаятельная Шерон, к которой он с такой радостью бежал на свидание. А может там красотка Наташа – кто его знает? В любом случае, это точно не Джеймс Барнс, которого Стивен терпит только из-за своего большого доброго сердца.
Проснувшись одной ночью из-за участившихся с нуля до каждодневных дрочек Стива, Баки еле слышно вздохнул. Было нестерпимо больно от того, что у них двоих никогда ничего не выйдет, что это только останется в больных мечтах Барнса. Мужчина слушал пошлые звуки и хриплое дыхание друга, смиренно ожидая, когда все это закончится и давя в себе желание помочь Стиву. Но в этот раз все пошло не совсем так, как обычно. Случилось то, от чего Баки ошарашенно дернулся, чуть не выдав себя, а сердце его заплясало в бешеном ритме, норовя выскочить из горла. Нет, ему точно послышалось. Ну ведь не могло быть такого, что когда Стивен кончил, он выдохнул имя, его имя. Джеймс ничего не мог понять, но разум отчаянно трубил ему – да, определенно, Роджерс только что совсем тихо, но отчетливо произнес "Баки", когда спускал.
Пораженный Барнс едва успел выровнять дыхание и закрыть глаза, притворяясь глубоко спящим, когда испуганный такой ужасной неосторожностью Капитан повернул голову в его сторону. Облегченно вздохнув, мужчина немного повозился, устраняя все неудобства, и затих до самого утра. Баки же в ту ночь так и не удалось уснуть.
***
Этой затеей Стив долго не решался поделиться с другом. Настолько долго, что купленные в парк аттракционов билеты пролежали у него в куртке около двух недель, прежде чем герой решился заговорить с Джеймсом. Он знал, насколько сильно Бак был против такого рода мероприятий, но сидение в четырех стенах настолько угнетающе действовало на Кэпа, что он все же собрал волю в кулак. – Баки, ты не занят? – осторожно поинтересовался мужчина, возникая на пороге кухни. Джеймс оторвался от ветхой книги, отхлебнул остывшего чая и кивнул в знак того, что он готов слушать. Капитан, который прокручивал их разговор и свои аргументы в пользу прогулки, внезапно растерялся. Под внимательным взглядом все мысли из головы позорно разбежались. Кэп не придумал ничего лучше, чем достать из кармана штанов помятые, нелепо цветные билеты. – Пойдем в парк аттракционов?***
– Во что ты меня втянул? – раздраженно бурчал Баки, натягивая ворот одежды по самый нос. – Что-то пойдет не так, помяни мое слово. – Ой, да ладно тебе, – улыбался Роджерс сквозь густую бороду. – Не будь параноиком и открой лицо, маска прекрасно справится сама, а твои игры в конспирацию привлекают значительно больше внимания. Джеймс раздраженно отдернул руку. Из принципа, да, вот такой он гордый. – Хорошо, что ты меня послушал и не стал бриться – тебя тоже никто не узнает. И правда, хоть некоторые прохожие задерживали на высоком блондине взгляд дольше необходимого, следов узнавания на их лицах все же не наблюдалось. Скорее их интерес был продиктован отличной спортивной формой молодого человека. Идущий рядом Баки, надежно скрытый под маской роботов, чувствовал себя просто-таки невидимкой, что было очень кстати. – Вот видишь, а ты боялся! Не узнают ни меня, ни тебя, – выдал очевидную вещь Капитан, лишь бы как-то начать разговор. Баки в ответ отстраненно кивнул, соглашаясь со Стивом. Мысли его витали далеко не здесь, и даже не в этом времени. Мужчина никак не мог перестать думать о той чертовой ночи, когда Капитан простонал его имя. И хоть на внешнем облике Джеймса это никак не отображалось, разве что он был молчаливее, чем в последнее время, то внутри Зимнего Солдата бушевал настоящий ураган эмоций и переживаний. Почему его имя слетело с губ Стива? "Может, он просто неосознанно меня позвал?". "Ну да, – тут же вякнул голос в подсознании. – Ведь дрочка – это лучший момент, чтобы позвать друга!". Барнс сердито потряс головой, словно пытаясь выкинуть из головы ехидный голос. – Все нормально? Джеймс кинул взгляд на Стива. Беспокойство, явно читающееся в глазах Капитана, вызывало одновременно два противоречивых чувства – иррациональный прилив нежности и раздражение. Понимая, что если сейчас откроет рот, то не сдержится, Баки лишь снова кивнул. Плечи Стива понуро опустились, но он ничего не сказал. Парк, к которому они наконец пришли, был обнесен высокой стеной бежевого цвета с красивой белой лепкой на ней; входом служила колоннада. Толпа людей, стремящихся попасть в парк, подхватила замешкавшихся было мужчин и какое-то время пришлось идти в потоке людей, пока они не смогли выбраться в сторонку. – Вот это народу! – выдохнул Стив. – Да уж, выбрали мы день, – фыркнул Баки, оглядывая толпу, устремившуюся вглубь парка – ближайший осмотр показал, что это были дети разного возраста в окружении взрослых, которые были явно в меньшинстве. – Наверно, школьников привезли отдохнуть, – Капитан поскреб подбородок, отмечая про себя, что стоило отрастить бороду и это вошло в привычку. – Наверно, – согласился Джеймс. – И что мы будем делать? – В смысле? – Стив почему-то не понял такой простой вопрос. – Ты позвал. Я согласился. Мы пришли. Что теперь? Какой-то план есть? – медленно отчеканил Баки. – А. Ну... Отдыхать? – Капитан лучезарно улыбнулся сквозь густую бороду. Сейчас он больше походил на провинившуюся собаку, которая пыталась сменить гнев хозяина на милость своим мило-извиняющимся видом. – Логично, – хмыкнул Барнс, слегка улыбнувшись. Все пошло по плану, он смягчился. Обождав, пока толпа школьников иссякнет, они медленно двинулись по главной аллее парка. Киоски со всевозможными лакомствами так и зазывали, убеждая, что ты голоден и пора подкрепиться. Мороженое, газировка, соки, сладкая вата, всевозможные леденцы – чего там только не было. Побродив немного среди аттракционов, решая, на какой больше тянет, мужчины сдались и купили по хот-догу – все же, со сладкой ватой или чем-то таким было идти не сильно солидно. – Может, на этот сходим? – спросил Стив, когда они проходили мимо "Катапульты". Баки с сомнением покосился на аттракцион. В этот момент какая-то парочка, надежно закрепленная внутри железной конструкции, напоминающей шар, с визгом улетала в небо. – Знаешь, с полным желудком, говорят, это не лучшая идея, – ответил Барнс, слизывая потекший кетчуп. – Один хот-дог – это разве полный желудок? – удивился Роджерс. – Нет, это разогрев, который пробудил настоящий аппетит. Прямо по курсу какая-то кафешка. Настоятельно предлагаю туда зайти. Стив не стал спорить. Они доели "разогрев" и зашли в кафе, где, к счастью, в этот момент освободился один столик. Какая-то парочка собралась его занять, но Барнс был проворнее, с невозмутимым видом заняв один из стульев прямо под носом уже собирающейся ставить на стол свою сумочку мадам. Девушка недовольно начала причитать, но одного взгляда Джеймса хватило, чтобы они убрались подальше. В другой раз Стив возмутился и обязательно прочел бы другу лекцию про воспитание, но довольный вид Баки заставил отбросить всю правильность на задний план. Сначала Роджерс думал, что не будет ничего заказывать, но, когда официант выдал меню с аппетитными картинками, иллюстрирующими каждое блюдо, он понял, что хот-дог действительно был лишь закуской. Заказали по полной программе – отбивную для Стива и бифштекс для Баки, макароны в качестве гарнира, суп, а также на десерт взяли чай и какую-то выпечку, которую очень порекомендовал улыбчивый официант. Барнс даже не заморачивался на счет того, что лишние деньги лучше не тратить. Он почти полностью расслабился, позволяя себе наслаждаться дивным отдыхом вместе со Стивом. – Вот после такого точно на экстремальный аттракцион не тянет, – сыто потянулся Джеймс, когда они вышли из кафе. – Что, старость не радость? – благодушно подколол Стивен, полностью разделяя мысли Барнса. – Да, силы уже не те, – развел руками Баки, несколько отстраненно глядя на воссозданную роботами руку. Это, конечно, была не настоящая рука, и ей нельзя было ничего взять, но рукав куртки она все же сумела поддержать и хотя бы воссоздать иллюзию, чтобы меньше привлекать внимание. Боясь, что друг может растерять весь позитивный настрой, Капитан спешно порылся в кармане и извлек оттуда помятые билеты. – Тогда этот аттракцион подойдет как нельзя кстати! – нарочно воодушевленно потряс цветными бумажками Стив. – Какой же? – Колесо обозрения. Они синхронно повернули головы в сторону названного аттракциона. В билетах значилась даже высота - 75 метров. Колесо было сравнительно невысоким, если брать аналогичные аттракционы в других городах – где-то Стив читал, что самое высокое колесо имело высоту 167 метров. – Ну, полагаю, высоты мы не боимся? – Никак нет, – покачал головой Баки. – Кабинки как-то не особо внушают доверие, но думаю, что как-то да не разобьемся. И правда, когда они сели в одну из таких, Стив тоже смог разделить сомнения Барнса. Как оказалось, аттракцион был достаточно старым, даром что не разваливался, но неприятности могли случиться вот прям в любой момент. Опорная конструкция угрожающе трещала, небольшие кабинки, рассчитанные на два-четыре человека, шатались на ветру и поскрипывали. – Наверное, так на каждом колесе, – выдвинул предположение Роджерс, стараясь успокоить то ли себя, то ли друга. Винтик в обшивке как-то сильно затрясся и, окончательно выкрутившись, полетел вниз. Мужчины переглянулись. Им синхронно захотелось оказаться поскорее на земле; разумеется, поскорее – это не с помощью свободного падения. Когда миновали пик и пошли на снижение, появилось желание выдохнуть с облегчением. Скоро эта пытка, на которую они пошли добровольно, закончится, под ногами снова будет твердая земля. Немного опустившись, кабинка резко дернулась и замерла. Друзья сначала решили, что им только кажется, но когда по прошествии нескольких минут высота никак не поменялась, они настороженно огляделись. В соседних кабинках начиналась волна панических вскриков, а где-то вовсе одобрительные возгласы. – Мы просто не можем жить без приключений, – невесело констатировал Баки, нахмурившись. – Интересно, сколько нам тут торчать? Стив хотел что-то ответить, но сверху послышались полные страха крики, а чуткое ухо уловило совсем нехороший скрип. Капитан тут же припал к стеклу, максимально задрав голову. Через три кабинки от них, одна угрожающе шаталась, а мощное крепление выглядело совсем плохо, словно вот-вот собиралось сбросить тяжелую ношу. Чуть дальше была похожая ситуация, разве что крепление выглядело получше. – Ты сидишь здесь, – беспрекословным тоном произнес Стив, стягивая с себя куртку. – Стив... – Баки! – оборвал его Капитан. – Прости за то, что я сейчас скажу. Ты сильный боец, я никак не умаляю твои достоинства. Но тут надо карабкаться по балкам, вытаскивать людей и переносить их в более устойчивые кабины. И делать это надо быстро. С одной рукой ты просто не успеешь. – Хорошо, – понимающе кивнул Джеймс. Обиды не было, разве что на один короткий миг она мигнула в подсознании. Стивен был полностью прав, сейчас он, к сожалению, ничем не поможет, так что лучше сидеть здесь и не нервировать героя Америки, не отвлекать его внимание на себя. Капитан благодарно кивнул, открыл дверь кабинки и, примерившись, прыгнул на балку. Та угрожающе скрипнула, но выдержала, и герой пополз дальше. Стив хватался за зигзагообразные балки, призванные соединить и укрепить две основные шарообразные металлические конструкции, и активно продвигался к самой ненадежной на вид кабинке. Её шатало просто немилосердно, а мертвенно бледные лица пассажиров подтверждали все догадки о скором падении. Роджерс упорно продолжал двигаться, в голове прокручивая тактику спасения людей. Дело в том, что даже крепкие руки героя медленно, но уверенно теряли силу из-за интенсивных нагрузок – Капитан никогда не взвешивался, но был уверен, что весит не менее девяноста килограмм. И если даже супергеройские мышцы потихоньку слабели, то что же будет, когда ему придется переносить пассажиров на землю? Зависнув на одной из балок, Стив собрал силы и подтянулся, проскальзывая в просвет между зигзагами. Теперь он мог спокойно шагать по металлу, сохраняя как можно больше сил для других нужд. Кивнув самому себе, Стивен продолжил путь, осторожно переступая с одной железки на другую. Достигнув потенциально аварийной кабинки, мужчина аккуратно, стараясь не наступать на крышу и не придавать тем самым лишнего веса, свесился около дверцы. Женщины с маленькими детьми были насмерть перепуганы, но если одна впала в настоящую панику и игнорировала все жесты и крики Стива, то вторая, судорожно укусив себя за ребро ладони, сделала пару глубоких вдохов и приступила к действиям. Распахнув пластиковую перегородку, она протянула свою дочку Кэпу, велев девочке крепко схватить дядю за живот, затем сделала то же самое с мальчиком, видимо, сыном подруги. – Я удержу еще одну, – крикнул Роджерс, прикидывая нагрузку. – Залезайте. – У нее шок – не полезет, – категорически покачала головой женщина. – А без меня от страха натворит глупостей. Уноси детей. Кивнув в знак понимания, Стив проделал тот же маневр, что за минуту до этого. Подтянувшись на верхнюю часть колеса, он высадил детей на балки и затем вскарабкался сам. По дороге к земле он вытащил еще нескольких малышей, усадил их себе на шею, под обе руки, еще двое зацепились за спину и живот. Высадив на твердую почву маленьких пассажиров, Капитан Америка таким же путем вскарабкался обратно, на этот раз спасать родителей. Баки, все это время следивший за другом, с облегчением вздохнул, когда герой додумался подняться на верхнюю часть конструкции. Менее травмоопасно и не требует таких затрат энергии. За сравнительно недолгий срок большинство верхних, а значит самых потенциально опасных, кабинок опустело. Всего несколько подростков остались в нижних, да и то они находились близко к земле и так не раскачивались, потому Кэп и занялся ими в последнюю очередь. Люди в них были не в обиде, прекрасно понимая приоритеты – одно дело зависнуть на высоте школьного автобуса, и совсем другое, когда это семьдесят гребаных метров. Крики послышались снизу. Сначала Джеймс подумал, что люди просто волнуются, но раздался роковой лязг, заставивший мужчину дернуться к стеклу, пытаясь разглядеть что там внизу. На две кабинки ниже, одна очень шаталась, недвусмысленно намекая, что она вполне не против поближе познакомиться с землей. Оглянувшись, Зимний Солдат понял, что Стив никак не успеет добраться до тех людей снизу – более того, он их банально может не заметить. Что-то щелкнуло в мозгу. Джеймс Барнс не мог сидеть без дела, пока гибнут невинные люди. Он решительно открыл дверь кабинки, которую закрыл тогда за Стивом, и прыгнул на балку. В отличие от Стива, для Джеймса не имело значения, с какой стороны ползти – под их кабинкой колесо шло на снижение, и своеобразная лесенка из зигзагов была практически вертикальной. Это давало огромное преимущество, ведь спускаясь вниз, Барнс в основном работал ногами, лишь помогая себе одной рукой. Не так быстро, как Капитан, но он добрался до нужного места. Первыми спасенными стали парень и девушка, влюбленная пара. Баки зацепился ногами за балку и свесился вниз, открыв дверцу. Парень, едва глянув на позу мужчины, сразу понял, что именно тот задумал. Он схватил свою девушку за талию и прошептал что-то ей в ухо. Сперва леди посмотрела на своего спутника полными ужаса глазами, но после, сглотнув, кивнула. Поддерживаемая крепкими руками, она потянулась к протянутой конечности Барнса и крепко за него ухватилась. Мужчина напряг мышцы пресса, слегка потянулся, давая возможность девушке поставить ногу на балку. Она справилась довольно шустро, со страху вцепившись в холодный металл до побелевших костяшек. Молодой человек, куда более решительный, справился еще ловчее, при этом еще помог самому Барнсу принять более устойчивое положение. Джеймс внимательно проследил, чтобы пара спустилась вниз без приключений, и сразу же направился к следующей кабинке. Там мужчина, судя по всему, отец, прижимал к себе мальчика, закрывая ему глаза и не позволяя пугаться. И правильно, они все еще на приличной высоте. Завидев висящего вниз головой Барнса, который явился то ли как черт из табакерки, то ли как ангел-хранитель, мужчина опешил, но довольно быстро взял себя в руки, открыв дверцу. – Она может не выдержать! – Сохраняйте спокойствие, – выкрикнул Баки, покачиваясь на поднявшемся ветру. Кабина зашаталась сильнее, мальчик испуганно пискнул. – Пусть ребенок крепко ухватится за меня. Мужчина понимающе кивнул – руки нужны незнакомцу, чтобы карабкаться по колесу и их не стоит занимать – и крепко ухватив сына, попытался перенести его из кабинки. Мальчик сильно дрожал и вырывался, крича, что он непременно сорвется. Отец же всячески пытался вытолкнуть его, боясь тратить время на успокаивания – металлическое крепление издавало предсмертные звуки, грозясь вот-вот сорваться. – Давай же, черт возьми! – прикрикнул Барнс. И мужчина решился. Он грубо перехватил ребенка, буквально выпихнул его прочь от себя. К счастью, реакция Джеймса пришла им на выручку, и парень не сорвался вниз, крепко схваченный рукой Барнса. – Я должен помочь твоему отцу! Слышишь? Но мальчик не слышал, извиваясь и немилосердно вереща. Баки было сложно его держать, ведь глупое создание будто специально хотело поскорее познакомиться с асфальтом. – Да прекрати ты истерику, идиот! – гаркнул Зимний Солдат, мысленно представляя недовольное выражение лица Роджерса на такие слова. – Сейчас все помрем по твоей милости! Малец затих, вися неприглядным мешком в чужой хватке, весь в слезах и с пузырями соплей на кончике носа. Какая прелесть, просто загляденье. Когда Барнс уже выдохнул, считая дело почти завершенным, замершее было колесо по неизвестной причине пришло в движение. И если до этого кабинка еще хоть как-то держалась, то резкий толчок полностью лишил крепления сил. Отец мальчика, поняв свое опасное положение, сделал отчаянную попытку выпрыгнуть из падающего металлического шара и схватиться за руку Баки. И схватился. За ту самую, которая на самом деле была искусной иллюзией. Глаза мужчины от непонимания расширились – это было последнее, что увидел Джеймс, прежде чем тело незнакомца начало стремительно падать, врезаясь в балки. Раздавался страшных хруст ломающихся костей, но звук тела, упавшего на асфальт, прочно впечатываясь в него, был в разы хуже. Крики вокруг стали просто оглушительными, но отчетливее всего Баки слышал крик мальчика, потерявшего своего отца. Барнс подтянулся с орущим от ужаса ребенком и, зацепившись за балку, крепко прижал к себе детское тело. Мальчик забился в конвульсиях, рыдая и крича "Монстр! Монстр! Убийца!". Так они и спустились вниз. Как только мальчик ощутил землю под ногами, он отпихнул от себя мужчину, схватил камень и швырнул ему прямо в голову. Сетка роботов, которая спокойно пережила падение тяжелых кусков угля на Стива, порвалась от несерьезного удара камешком. Баки почувствовал себя героем плохой комедии. Он стоял перед толпой людей, словно голый без своей маски, а в обращенных на него взглядах было все меньше ленивого интереса и все больше неприкрытой агрессии. Едва ли не впервые за свою жизнь Барнс почувствовал леденящий душу ужас, тело само собой сделало небольшой шаг назад. Этот жест слабости подействовал, как красная тряпка на быка – толпа оживилась, и в адрес Зимнего Солдата посыпались самые нелицеприятные выражения. И если бы только они. Часть горожан хотя бы ограничилась простой бранью, другая же, позлее и посмелее, схватилась за камни и палки, выражая полную готовность к самосуду. Джеймс открыл было рот, чтобы как-то оправдаться, чтобы сказать, что отец ребенка сорвался вниз не по его вине, что он только хотел помочь. Но, даже если его кто-нибудь и захотел бы послушать, все слова застряли в горле. Сколько бы Баки не пытался заговорить, изо рта вырывались только непонятные хриплые звуки. – Стойте! – выкрикнула какая-то женщина преклонного возраста. Она поправила очки и деловито окинула Баки тяжелым взглядом. Найдя то, что она и хотела найти, женщина довольно кивнула, а на лице на миг мелькнул оскал хищника, загнавшего жертву в угол. Её лицо сразу исказилось от праведного гнева, она ткнула пальцем в Барнса и закричала во всю силу своих легких. – Это же тот, из новостей! Опасный преступник! Люди добрые, что делается! Это что, убийцы среди бела дня ходют в парк кататься?! Среди нас, мирных жителей! Он только что сбросил отца этого бедного мальчика! Люди, неужто мы оставим это безнаказанным?! Когда воздух закончился, она обвела толпу победным взглядом. Люди согласно роптали, хмуря и без того мрачные лица. Даже дети впитали злость взрослых – сжимая маленькие кулачонки, они трясли ими в сторону окаменевшего Баки. Те же, кого Джеймс спас, с опаской косились на него – одежда осталась прежней, а лицо спасителя кардинально поменялось. Все же, чувство благодарности взяло над некоторыми верх, и они пытались кричать что-то в защиту своего героя, пусть и оказавшегося преступником. Но разве бушующую толпу остановить парой несогласных реплик? Защитников быстро смели в сторону, мужчины взяли камни потяжелее – один массивный мужик так и вовсе отодрал булыжник, казалось бы, крепко уложенный в землю. – Ты убил его отца! – Поплатишься за это! В голове Джеймса что-то громко щелкнуло. Стоящая перед ним толпа исчезла. – Излагаю суть миссии. Устранить и изъять. Без свидетелей. Ночь. Дорога. Одиноко едущая машина. Цель. Устранить и изъять. Догнать. Поравняться. Сбить с дороги. Машина разбита. Подойти. Вскрыть багажник. Найти кейс. Изъять. – Помогите ей... Прошу... Помогите ей. Цель ползет. Схватить за шиворот. Поставить на колени. Обреченный взгляд. – Сержант Барнс. Какое-то знакомое имя. Нет. Нельзя отвлекаться. Никаких эмоций. Зимний Солдат. – Говард? – протяжный женский стон. Стальной рукой в лицо. Еще раз. Еще. Тело падает. Устранить. – Говард? Говард! Поднять тело. Усадить в машину. Голову на руль. Несчастный случай. Не убийство. Тяжкие хрипы женщины. Обойти машину. – Говард... Жалости нет. Схватить за горло. Сдавить. Без свидетелей. Камень, ощутимо проехавшийся по щеке, насильно вытянул из воспоминаний. Баки судорожно втянул воздух, будто человек, всплывший на поверхность и чудом выживший. Толпа вокруг бушевала, словно океан в ненастье. Оставаться здесь больше было нельзя. И Джеймс побежал. Он промчался мимо отшатывающихся в разные стороны людей, сам не понимая куда он двигается. Ненавидящие взгляды и злые крики были повсюду, в ушах свистел ветер. Ноги вынесли его к стене, окружающей парк – странно, раньше она казало высокой, теперь же Барнс преодолел её в одно мгновение ока. Послышался визг тормозов. Джеймсу почудилось, что за рулем почти наехавшей на него машины сидела Мария Старк. – Нет! – непроизвольно вскрикнул Баки и ломанулся через дорогу, на которую он выскочил, перепрыгнув стену. Везде он видел агрессивные лица, даже там, где на самом деле был лишь страх от безумного человека, бегущего в никуда. Он метался от здания к зданию, абсолютно не понимая где укрыться от всех этих людей, от прошлого. Наконец, Барнс выскочил в какой-то пустой проулок между домами. Взгляд зацепился за пожарную лестницу. Вскоре он был уже на крыше, панически оглядываясь вокруг, будто толпа бросится за ним и сюда. В голове продолжало щелкать. Неверящий взгляд Тони Старка. Полный ужаса, понимания и ненависти. – Ты хотя бы их помнишь? – Да, я помню их всех. Слишком мало эмоций. Мало сожаления. Это неправильно. – Баки! – Стив вылетел на крышу, с безумной тревогой глядя на держащегося за голову Барнса. Джеймс не слышал. Он закрыл глаза, полностью погруженный в себя. Часто дышал, по лицу текли ручейки пота. Роджерс долго не думал, метнувшись к другу, он схватил его за плечи, крепко сжав и встряхнув Баки. – Бак, дружище! Ну же, очнись! Джеймс открыл глаза и это заставило Капитана вздрогнуть – в них был лишь животный страх, словно опять была та ночь, когда Стив в первый раз увидел друга под воздействием кошмаров. Щёлк. – Стой, Тони, Тони! – Ты знал? – Что именно он – нет. – Не увиливай, Роджерс. Ты знал, ну? –Да. Щёлк. – Ты знаешь меня? – Ты Стив. Я в музее прочитал про тебя. – Ты мог бросить меня в реке. Зачем спас? – Сам не знаю. – Снова врешь. Щёлк. – Полный отчёт. Полный отчет, живо! Хлесткий удар. – Человек на мосту... Кто это? – Ты с ним уже виделся пару дней назад на другом задании. – Я с ним знаком. – Твоя работа – это дар всей планете. Если ты не сыграешь свою роль, то я не смогу сыграть свою, и Гидра уже не сможет подарить миру свободу. – Но я знал его... – Обнулите его. Начните заново. Щёлк. – Не натвори глупостей пока я на войне. – Не смогу. Их все увезешь с собой. – Сопляк. – Тупица. – Баки, Баки! – Стив хлестал по щекам пребывающего в непонятном состоянии Джеймса, но все было тщетно. Глаза друга бешено вращались туда-сюда, словно он спал и видел сон, и, судя по сжимающемуся кулаку, это был кошмар. Размахнувшись еще раз, Капитан как следует ударил Барнса по лицу. На этот раз сработало – мужчина обратил свое внимание на Роджерса. – Стив, – жалобно протянул Баки, не узнавая свой голос. Все совсем как в те ночи, когда ему еще снились кошмары, разве что место действия другое. Заметив, в какой близости он находится от Кэпа, Джеймс резко отпихнул его, отпрыгивая в другую сторону. – Баки, это же я! – Я знаю, Стив, – хрипло выдавил мужчина, нервно дергаясь. В голове все еще слышались уже более тихие щелчки, а перед глазами всплывали какие-то нечеткие картинки. – Бак, то, что там случилось... Я знаю, что это не ты. Ты не можешь быть виноватым в таком. – Потому что я твой друг? – нервно хмыкнул Джеймс. – Что? – Капитан опешил. – Я не могу быть убийцей, потому что я друг Стива Роджерса, Капитана Америки. Так ведь? А что если это я убил того мужчину? – Бак, что ты несешь? – Кэп был не на шутку напуган странным поведением друга. – Ты всегда будешь на моей стороне, Стив, чтобы я не сделал. А я не такой хороший как ты, я не заслуживаю этого. Я... – перед глазами встало лицо Тони, юного Тони, который стоял на похоронах своих близких. Баки медленно отступал назад, прочь от теплого и светлого Роджерса. Заговорил он лишь тогда, когда врезался спиной в бетонную стену выхода на крышку, больше похожего на маленький домик. – Я убил их, понимаешь? Убил. Без жалости, сострадания и прочего. Это было обычное задание, ничего сложного. Надо было дать Тони убить меня. Стив сделал шаг в сторону вновь уходящего куда-то вглубь себя Барнса. – Что я сделал, когда Тони увидел эту чертову запись? Что, Стив? Я смолчал. Просто промолчал. Я не чувствовал раскаяния. – А сейчас? – осторожно спросил Капитан, медленно приближаясь к другу. – Я бы отдал все, чтобы изменить прошлое. Лучше бы он убил меня. Я не стою твоей дружбы, Стив, только не я. Только не я, слышишь? Стало очень тепло. Джеймс обнаружил себя крепко прижатым к груди Капитана, из цепкого захвата было не выбраться, но мужчина и не хотел этого. Но что-то еще было не так. Барнс провел кончиками пальцев по своей щеке от уголков глаз вниз к челюсти. Непонимающе уставился на Роджерса. – Это слёзы, – зачем-то сказал Стив. – Пойдем домой, Бак, пойдем домой. Из-за вентиляционной трубы вылетел маленький дрон, фокусируя объектив на уходящих мужчинах.***
Тони сидел в своем дорогущем кожаном кресле совершенно неподвижно. Стороннему наблюдателю могло бы даже стать боязно от немигающего взгляда, которым мужчина изучал видеозапись, принесенную дроном BC1924. – Еще раз, – приказал Старк, отхлебывая виски. – Сэр, это будет уже пятый. Возможно, стоило бы… – Пятница, ты стала совсем как Джарвис, – скривился миллиардер. – Выполняй мои распоряжения, а то покопаюсь в твоих электронных мозгах. Пятница нашла в интернете звук возмущенного фырканья и проиграла его Тони, прежде чем послушно включить видео еще раз. – Своенравные мы какие, – поднял голову мужчина и погрозил пальцем в воздух. – Вот точно тебе код перепишу, будешь знать. Когда количество просмотров превысило все пределы разумного, гений откинулся в кресле и отстал от многострадального компьютеризированного помощника. Пятница съехидничала что-то про сумасшедших плейбоев, но её уже никто не слушал. – Очень интересно, – кивнул сам себе Тони, мысленно все время прокручивая в голове слова Зимнего Солдата. Если это не искусная игра на камеру, то Кэп не зря так рьяно защищал его – в голове у Баки Барнса явно прояснилось. Опять же, его слова никак не могли быть притворством, ведь никто, кроме самого Старка и Пятницы, не знал об устроенной слежке. И дрон слишком мелкий, чтобы его просто заметить невооруженным глазом и вдруг обо всем догадаться. – Сэр? Тони не реагировал, задумчиво покусывая губу. – Сэр, – терпеливо повторила Пятница. – Отправить за ними? Гений перевел взгляд на пустую бутылку из-под виски и грустно вздохнул – с хорошей выпивкой ему всегда лучше работалось. – Нет, дорогая. У нас новый курс. – Новый курс, сэр? – Верно, – Железный Человек бодро подскочил со своего места, выискивая по разным закоулкам лаборатории необходимые инструменты. – Мне нужен металл, прочный и легкий, что-то вроде сплава для моих костюмов, анатомический атлас, формы для отливки. Так, что еще? – миллиардер на секунду замер, роняя половину найденного добра. – А, и создай пока черновую голограмму, мне предстоит в ней хорошенько порисовать. – Чертить, сэр, – поправила Пятница. – Ой, не нуди, – отмахнулся Старк.
