Тайная кровь...

      Зимние каникулы пролетели незаметно. Это Рождество надолго останется в памяти как самое счастливое из всех прошедших. Сириус расцвел буквально на глазах, искренне радуясь гостям и ушедшему, хоть и ненадолго, одиночеству. Кикимер тоже был до странности веселым, похоже отрешенность и напускная брезгливость ему приелись, словно грязная одежда, прилипшая к телу.       Но события этих счастливых дней омрачала предстоящая учеба. Бесконечное количество уроков, заданий, с легкой примесью кошмаров и отголосков чужих эмоций совершенно не радовали Гарри. Но больше всего пугали личные занятия со Снейпом.       Дамблдору, конечно же, лучше знать, но Поттер был согласен каждый вечер ужинать в присутствии Темного лорда, нежели проводить огрызки свободного времени за встречами с зельеваром. В общем, перспективы не радовали своей мрачностью и жаждой крови одного конкретного преподавателя.        Поттер тяжело вздохнул, разглядывая себя в зеркало. Диас лежала на его плече, наслаждаясь последними крохами времени, что остались парню до отъезда. Остальные, скорее всего, уже собрались внизу.       Единственное, что хоть немного поднимало гриффиндорцу настроение, было переливающееся всеми цветами радуги лицо блондина и не менее красочные эпитеты в сторону двух рыжих недоразумений. Хорошо хоть додумались использовать Заглушающие чары, а то свидетелями семейного скандала стали бы все присутствующие в этом доме. А так только Гарри… да Сириус. Он еще долго смеялся, заставляя всех удивленно оборачиваться на ржущего до икоты мужчины. Какие только предположения не блуждали в рыжей макушке Молли. Но, к счастью, пронесло. А то женщина вполне могла устроить лечебницу на дому, и кто знает, чем бы это закончилось…       Поттер спустился вниз, где, как он и думал, были все представители Уизли, Гермиона и Сириус. Мужчина был слегка подавлен, но чувствовал себя намного лучше, чем раньше. Беспомощность, несущая за собой огромное желание что-то сотворить, вопреки всем предостережениям, исчезла из усталых глаз. Да и выглядеть наследник Блэков стал лучше, моложе.       — Все готовы?       Тонкс появилась неожиданно, щеголяя бледной, словно посыпанной мукой, кожей и ярко-красными волосами, что живым огнем струились по хрупким плечам. Рядом стоял хмурый, как осеннее небо, Грюм. Он внимательно оглядывал ребят. Создавалось чувство, что он не в школу их отвести собирается, а на опасное задание, что обязательно закончиться чей-то смертью. Правда, он вел себя так всегда, так что никто уже не удивлялся.       — Да.       — Идем.       Возвращались в Хогвартс они на «Ночном рыцаре». Гарри даже успел подзабыть столь замечательные чувства, как бесконечная тряска, заставляющая внутренности совершать кульбиты, скользящие по салону предметы мебели и нескончаемый поток слов местного кондуктора. Слова сплетались в паутину, заставляя ребят путаться в ней, лишая возможности понять хоть что-то.       Поттер уставился в окно. Он так и не связался с Винсентом. Вряд ли тот мог знать причину его исчезновения. Хотя… Возможно, директор и остальные не станут держать эти события в строжайшем секрете. Невольно гриффиндорец вытащил из сумки красную коробочку, обвязанную золотой лентой. Даже от мимолетного прикосновения к ней, его лицо покрывалось жгучим румянцем. В ней находилось кольцо, довольно личный подарок, парень сказал бы собственнический. На серебряной полоске метала, сверкая изумрудными глазами, жил дракон. Он извивался, раскрывал перепончатые крылья, прятался на внутренней стороне кольца.       Как отнесется к этому сам мужчина? Гарри искренне желал увидеть хоть малейший проблеск его собственного счастья. Время, оставшееся до их встречи, медленно протекало сквозь пальцы.

***

      Возвращение в стены замка прошло как обычно. За столом учителей Поттер так и не разглядел знакомой блондинистой макушки. Хотя отсутствие за тем же столом Долорес явно радовало большую часть присутствующих. Правда, женщина обещала вернуться, таща за собой приговоры для некоторых здешних учителей. Время стремилось к закату.       За весь вечер Арджент так и не появился в поле зрения. Кого бы парень не спрашивал, никто не знал о его местонахождении. Гриффиндорцу удалось найти мужчину под самый вечер, и то, для этого он воспользовался картой мародеров, о которой успел подзабыть. Мужчина жил в Южной башне, куда парень и направился. Оказавшись перед дверью, он слегка постучал. Чужие шаги были приглушены, скорее всего, мягким ковром. Дверь открылась, представший перед ним мужчина, заставил его забыть о причине своего визита.       Блондин был одет в легкие черные штаны, что едва держались на бедрах, открывая вид на черные полосы, когтями впивающиеся в правый бок, на плечи была накинута легкая рубашка, которую Арджент даже не потрудился застегнуть. Ошеломленное лицо гостя явно понравилось волшебнику. Схватив Гарри, он рывком втянул его внутрь. Горячие губы тут же втянули его в страстный танец, не давая даже вздохнуть.       Наслаждение теплыми волнами расходились по телу. Как же парень соскучился. Впиваясь пальцами в чужие плечи, прижал к себе желанное тело, углубляя поцелуй до невозможности. От удовольствия кружилась голова, приятная дрожь не покидала его тело, заставляя желать большего. Но Винсент оторвался от своей жертвы, удовлетворенно улыбаясь. Влажный язык, облизывающий губу, вызывал у юноши пошлые фантазии.       — С возвращением, — блондин подарил легкий поцелуй и утянул Поттера на кровать.       Арджент лег, прижимая парня к себе спиной, вдыхая почти забытый за это время аромат чужой кожи. Гарри развернулся в руках своего парня, утыкаясь носом в его грудь. Загорелая кожа манила, вызывая желание прикоснуться, искусать до бордовых меток, оставив свой след.       — Я вернулся.       — Как прошло Рождество? — тягучий голос оплетал Поттера, рядом с мужчиной он чувствовал себя так спокойно.       — Хорошо. Было весело. К счастью, мистер Уизли быстро пошел на поправку, — гриффиндорец потерся носом об ключицы, словно кот, ластящийся к хозяину.       — Больше ничего не произошло? — Винсент, хоть и пытался это скрыть, волновался. Гарри помотал головой, и мужчина облегченно вздохнул. — Я рад.       — Точно. Совсем забыл.       Поттер резко подскочил, разрушая идиллию. Он остервенело пытался разыскать в карманах своей мантии крохотную коробочку. Все-таки выудив ее из недр мантии, с довольным видом вручил подарок Ардженту.       — С Рождеством.       — И что это?       Мужчина с интересом уставился на коробочку, надеясь, что это будет обычный подарок, не собирающийся его калечить. А то кто знает… Общение с близнецами Уизли до добра не доводит, особенно, чужого.       В коробке оказалось кольцо, при виде которого, Винсент легко рассмеялся. Это же надо было случиться такому.       — Ты чего? — юноша обижено сопел, не понимая безпричинной радости своего парня.       Но блондин не стал отвечать. Вместо этого, он выудил из шкафа немного большую ярко-синюю коробку, окутанную серебристой лентой. Поттер был все еще обижен, но любопытство взяло вверх. В коробке, на алой подушке, лежала серьга, похожая на ту, что Винсент носил в верхней части уха. Довольно широкая пластинка серебра, украшенная объемным рисунком дракона с сапфировыми глазами. Подмигнув своему новому хозяину, дракончик скрутился калачиком, притворяясь спящим. Гарри улыбнулся. И как они умудрились выбрать практически одинаковые подарки? Даже мастер у изделий был одним и тем же.       — Но у меня нет дырок в ушах.       — Ничего страшного. Сделаем, — парень и слова сказать не успел, как направленная в его сторону волшебная палочка исполнила желание своего хозяина, оставив в ухе брюнета аккуратную дырку. — Вот и все.       — А предупредить?       — Так получилось намного быстрее. Наклони голову, — исполнив просьбу, Гарри почувствовал легкое прикосновение холодного металла. — Мне нравится, — мужчина довольно оглядывал свои труды.       Еще бы очки снять, и местный похититель сердец готов. Хотя… Лучше так. А то паренек и так слишком известен, от желающих сделать его своим и так отбоя нет.       — Теперь ты.       Кольцо плавно легло на палец, собственник в душе гриффиндорца довольно заурчал.       — Хочешь, кое-что покажу? — глаза Арджента были наполнены азартом, юноша невольно кивнул. Винсент сел вплотную к парню, вытянутая рука уверенно держала палочку. Из ее вершины стали вырываться языки пламени, соединяясь и сплетаясь в разные картины.       Вот из маленького стебля вырастает цветок, пурпурные лепестки дрожат от воображаемого ветра. Ему все-таки удается сорвать пару лепестков, и они мягко опадают. Прекрасная принцесса, влюбленная в гордого и отважного рыцаря, рассказывала свою историю в пляшущих языках пламени. Птицы, драконы, растения, люди, огонь перетекал из одной формы в другую, создавая, переплетая и заканчивая истории чужой жизни.       Гарри заворожено смотрел. Он никогда не видел такого. Пламя, пожирающее все на своем пути, жило, казалось, собственной жизнью, желая не отобрать, а подарить что-то восхищенному мальчишке.       — Понравилось? — блондин заговорил лишь когда последняя капля огня разбилась об землю.       — Да! А как ты это сделал?       — Научить? — Поттер активно закивал. — А что мне за это будет?       — Вот научишь и узнаешь, — хитрая улыбка предвещала что-то интересное.       — Тебе пора. Уже поздно.       Они совсем не заметили, как сумерки сменились глухой ночью. Поцелуй на прощание, и Гарри радостно идет коридорами школы, а мужчина провожает исчезающий силуэт нежным взглядом. Счастье стучало в их сердцах, создавая свою, собственную песню. Их личную историю.

***

      Ребята завтракали. Многие заметили новый предмет гардероба Избранного мальчика, горя желанием узнать о причине его появления. Но парень молчал. Даже Рону и Гермионе не удалось ничего узнать.       Самого Гарри волновало другое. Вчера вечером его шрам снова болел, а с другого конца связи огромной волной эмоции едва не сбивали парня с ног, принося с собой отголоски счастья и радости. То, чего он так сильно желал, наконец-то, сбылось. И беспокоился Поттер не зря.       Совы впорхнули в зал, разнося своим хозяевам письма и газеты. Вчитываясь в ровные строки «Ежедневного пророка», парень чувствовал нарастающую панику и ужас.       Массовый побег из Азкабана.       Вот что произошло. Событие, осчастливившее самого жестокого человека этой эпохи. Теперь, когда его армия стала расти, эта личность стала куда опасней, а проблем у Поттера и остальных явно прибавится. И обвинили в этом, конечно же, Сириуса.       — Это ужасно, — Гермиона вчитывалась в строки, с каждым словом хмурясь все сильнее.       — И не говори. Что мы теперь будем делать? Это же не обычные преступники, а самые настоящие приспешники Того-Чье-Имя-Нельзя-Называть.       — Рон, хватит бояться. Уже пора называть его Волдемортом, — парень уставился на нее с суеверным ужасом.       — Давайте без меня.       Гарри перестал слушать перепалку своих друзей. Они всегда так. Интересно, крестный уже знает об этом? И если да, не натворит ли он глупостей? Вопросы роились в голове, но ответов на них не прибавлялось.

***

      Как ни странно, Арджент воспринял эту новость по-своему. Так что кроме личных уроков со Снейпом, Гарри предстояло заниматься еще и со своим парнем. Винсент обучал его всевозможным защитным чарам, развивал его навыки в стихийных заклинаниях. Мужчина словно с цепи сорвался, заставляя парня работать до седьмого пота, тренируя реакцию и скорость заклинаний. Особенно, уделял внимание невербальному способу использования чар.       — Темный лорд собирает соратников. Ты не можешь просто сидеть и ждать, — ответил тогда блондин на заданный вопрос. — Как бы все не пытались, тебе не удастся избежать боя. Так что я обучу тебя всему, что знаю сам. Продолжаем.       Гриффиндорец никогда не думал, что мужчина может оказаться таким демоном. Но парень не мог и слова возразить против таких тренировок. Винсент смотрел так, словно в любой момент могла разразиться война, а снедающее его беспокойство выскальзывало наружу, передаваясь и Гарри. Поэтому он усердно оттачивал свои навыки, чтобы в грядущей битве не быть никому обузой.

***

      Занятия окллюменцией со Снейпом тоже не прибавляли радости. Мужчина беспощадно мучил парня, без стеснения врываясь в его воспоминания. Правда, Поттеру отлично удавалось прятать от профессора воспоминания, связанные со своим парнем.       Скверные слова, колючие подколки, жестокие фразы мешали парню, заставляя его совершать ошибки, впускать зельевара в свои мысли, а после слушать его бесконечные причитания на счет глупости одного особенного ученика.       К тому же, эти занятия приводили к обратным результатам. Шрам болел теперь все чаще, а чужой разум был куда ближе, чем в последний раз.       Очередной день мучений. Спустившись в подвал к Снейпу, который уже был там, парень стал ожидать его атак. Как и прежде, перед занятиями, Северус вынимал воспоминания, закидывая серебристую паутину в Омут памяти. Закончив привычный ритуал, преподаватель уже был готов приступить к обучению.       — Профессор, — на пороге кабинета объявился Драко Малфой собственной персоной, что удивленно уставился на нежданного гостя слизеринских подземелий.       — Поттер вынужден ходить на дополнительные занятия из-за своих захудалых знаний в области зельеварения, — блондин пакостно улыбнулся. — Что привело тебя сюда?       — Кто-то из учеников испробовал странное зелье. Мадам Помфри просила позвать вас, как специалиста в зельеварении.       — Иду. Поттер, ничего не трогайте.       И удалился, вместе с наследником Малфоев. Гарри было скучно, а яркий свет Омута так и манил к себе. Любопытство не одну кошку сгубило. А он разве кошка? Подойдя вплотную, парень решился на последний рывок. Страх и предвкушении слились, бурлящий в крови адреналин подстегивал совершить что-то безумное. Побродить в воспоминаниях Снейпа — чем не безумие? Глубоко вздохнув, гриффиндорец окунулся в воду, лишая себя последней возможности отступить. Вихрь закрутил его, затягивая в чужие воспоминания.        Парень оказался в Хогвартсе. У озера, под тенью деревьев сидел зельевар, совершенно не обращая внимания на внешний мир, полностью погрузившись в изучение книги. Недалеко, под соседним деревом расположились те, кого Гарри радостно узнал.       Взлохмаченные волосы отца, усталый вид Люпина, красивый и высокомерный Сириус и Хвост, восторженно следящий за своими друзьями.       — … Мне скучно. — Долетели до Поттера обрывки фраз.       — Сейчас развлечемся, — взгляд Джеймса был устремлен на Снейпа, что как раз встал со своего места. Пара шагов, неудачная попытка зельевара выхватить свою палочку, и вот уже обездвиженный Северус сидит на земле, а его волшебная палочка находится в нескольких шагах от него.       — Нюниус, как твои дела? — Поттер-старший с превосходством уставился на предмет своих издевательств.       — Отстань, Поттер, — мародеры лишь рассмеялись.       — Что ж ты такой неприветливый, я же к тебе со всей душой, — юноша притворно расстроился. — Левикорпус.       Черноволосого подбросило вверх ногами, полы его мантии опустились, позволяя разглядеть подштанники зельевара. Народ стал толпиться вокруг них, пытаясь быть ближе к эпицентру событий.       — Какие милые подштанники, Нюниус, может, мне их снять? — Джеймс довольно улыбнулся пришедшей на ум идее.       — Хватит! — рыжая девушка, сверкая изумрудными глазами, недовольно наблюдала за происходящим. Мама. — Отпусти Северуса.       — Если пойдешь со мной на свидание, обещаю больше не трогать это ничтожество.       Неожиданно Снейп упал на землю, освободившись от незримых кандалов. За общей шумихой никто, кроме Гарри, и, кажись, Люпина не заметил манипуляций со стороны Сириуса. Получив желанную свободу, зельевар сбежал, не желая больше быть причинной насмешек.

***

      Парень старательно корпел за пергаментом, выводя каждую букву и практически касаясь крючковатым носом краем листа. Черные волосы, наверное, впервые на памяти Гарри, были без обычного маслянистого блеска. Он сидел под огромным деревом, почти у границы Запретного леса. Сюда редко кто захаживал, и он мог позаниматься в тишине. Поттер снова желал повыпендриваться, желая привлечь внимание Лили, так что Северус не стремился попасться ему на глаза.       Внимание юноши привлекли шаги. Подняв взгляд, он встретился с глазами цвета плавленого серебра. Волосы небрежно обрамляли лицо, делая Сириуса особенно обаятельным. Зельевар насторожился. Раз уж Блэк тут, значит и остальные…       — Я здесь один.       Интересно. А с каких пор он мысли научился читать. Точнее… С каких пор ему интересны мысли и чувства других?       — У тебя все на лице написано.       Крестный легко присел рядом со Снейпом, широко улыбаясь. А черноволосый подозрительно косился на нежданного гостя, ожидая с его стороны любой подлянки.       — Я не буду ничего делать, просто посижу здесь.       Зельевар, конечно, не поверил, но мешать не стал.       Блэк не трогал его, как и обещал. Теперь он появлялся рядом с деревом каждый раз, когда там находился Северус. Это должно быть заговор. Вот сейчас из-за угла появятся его дружки и снова устроят себе потеху. Но такого не происходило.       Случилось нечто совсем иное. Сириус, обычно просто сидевший, прислонившись к толстому стволу дерева, стал умащиваться на колени к зельевару. Снейп отбрыкивался, сопротивлялся, но поняв бесполезность попыток, смирился. Все равно это не мешало ему заниматься, значит, можно перетерпеть. Уж лучше так, чем, когда этот красавец стоит по ту сторону баррикад.       Со временем, они стали общаться. К удивлению, Блэк был довольно умным, часто помогая и объясняя парню те или иные нюансы. Учил он легко, приправляя сложные моменты шуточками или полезными объяснениями. Северус осмелел. Иногда, когда анимаг ложился к нему на колени, он мог перебирать гладкие, словно шелк, волосы, на что крестный лишь слабо улыбался.       Но так не могло продолжаться вечно. Джеймс, почуявший неладное, выследил друга с помощью карты. Он ходил в одно и то же время в место у самой окраины леса. И был вместе с Нюниусом. Неужели он решил поиграть со Снейпом без них? Нет. Так не годится. Нужно навестить их дорогую жертву.       Зельевар сидел в нетерпении. Он ждал Сириуса, сегодня он почему-то опаздывал, чего до этого не случалось. Неладное он почуял, когда вместо легких шагов одного человека, послышался тяжелый топот двоих. Парень подскочил, выставив палочку, но не успел. Как он и думал, это был план. Ослабить его бдительность, прикинувшись друзьями, а потом унизить еще сильнее чем раньше. Вполне в стиле Блэка.       — И что бы нам с тобой сделать?       — Джеймс, не стоит. — Римус пытался оттянуть момент. Кажется, он чего-то ждал?       — О чем ты, Лунатик? Мы же так давно не уделяли время Нюниусу. Он, наверное, скучал, — взмах, и Северус корчится от боли.       — Так и знал. — Снейпу больше нечего было сказать. Блэка не было. Побрезговал марать руки об такого наивного идиота?       — Поттер! — Бродяга ворвался на поляну, сверкая безумным взглядом. — Руки прочь! — палочка вылетел из рук Сохатого. — Я же просил держать его подальше! — упрек полетел в сторону Люпина. К счастью, Хвоста не было, значит можно поговорить.       — Кроме тебя, его никто не может удержать.       — Что происходит? — Джеймс смотрел на своего лучшего друга и не мог поверить своим глазам. — Ты связался с Нюниусом?       — Да! Тебя что-то не устраивает?       Снейп был удивлен не меньше Поттера-старшего.       — Бродяга, ты что, с ума сошел? — юноша чувствовал себя преданным.       — Хватит. Мне это надоело! — Блэк подошел к черноволосому и помог тому подняться на ноги.       Уходящую пару проводил обескураженный Поттер и Римус, искренне поддерживающий своего друга.

***

      — Стой! — юноша притормозил, так что Сев врезался ему в спину. — Зачем ты это сделал?       — Я ничего не делаю просто так.       — Я знаю.       — Думаю, мне полагается награда. — Сириус задумался.       — И чего ты хочешь?       — Этого, — резко сделав шаг вперед, Блэк притянул парня для поцелуя. Ошеломленный зельевар и не думал сопротивляться. А потом было незачем.       Дни шли. Отношения между ними крепли. Метки, клеймом лежащие на запястьях, делали их узы неразрывными. Лили искренне радовалась за друга. Поттер обижался, все также продолжая измываться над Снейпом, но Бродяга больше не был на его стороне. Он считал Джеймса другом, но тот ставил его перед выбором. Достав Сириуса своим ослиным упрямством, парень ответил Поттеру тем же — или он, или Лили. Не сумевший дать ответ парень был временно ликвидирован. Но счастье не могло продолжаться вечно.       Люциус Малфой был чистокровным и дружба с полукровкой, вроде Снейпа, не подходила ему по статусу. Но былое величие его семьи перекрывало все недостатки. Но от подобной дружбы зельевар не ожидал ничего хорошего. Его предчувствия оправдались, когда в один день блондин появился на его пороге со странным листом.       — Ты должен быть с нами. — Глаза Малфоя блестели от азарта. — Я уже поговорил с Лордом, он готов принять тебя.       Этот обожаемый Люциусом человек не вызывал у него и капельки доверия. Но зная рассказы друга, отказаться от этого предложения невозможно.       — Я поведал о твоих успехах в зельеварении, и он радостно примет тебя. А когда он услышал о том, что в тебе течет кровь Принцев, сказал обязательно привести тебя к нему.       После встречи с Лордом, его опасения подтвердились. Выхода не было. Или ты остаешься с этим человеком, или он стирает тебя с лица земли. И твоих близких тоже. Именно этого опасался мужчина. О его отношения с Блэком знала лишь Лили, да Поттер с Люпином, но прознай об этом Волдеморт…       Похоже, выбора нет.

***

      Северус сидел у Сириуса на коленях, страстно отвечая на поцелуй. Связь крепла с каждым днем, и жизнь без второго была все более невыносимой.       — Что случилось? — хмурый вид зельевара не нравился мужчине.       — Ничего.       — Не ври, — строгий вид Блэка лишь рассмешил брюнета.       — Люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, — анимаг выглядел таким счастливым, но Снейп не мог больше колебаться. Наконец он решился.       — Прости, — непонимание, удивление, боль. — Обливиэйт.       Мужчина чувствовал, как воспоминания сменяются ложными, фальшивыми лентами другой жизни, что ждала их, не будь они Парой. Боль сдавливала внутренности зельевара, а слезы текли по щекам, наблюдая как из любимых серых глаз исчезает знакомое тепло и озорной огонек. Так надо. Надо! Но сердце никогда не слушает довод разума…

***

      Гарри почувствовал резкий рывок, руку обожгло болью.       — Поттер, вас не учили не сунуть свой нос, куда не стоит? — мужчина был в ярости. — Что ты видел?! Что?!       — Как отец…       — И что еще? — Северус едва сдерживал себя. Если он узнал…       — Ничего.       — Я могу прямо сейчас проверить, Поттер.       — Только это! — Гарри попытался придать голосу уверенности.       — А теперь вон! И чтобы ноги твоей здесь больше не было!       Гриффиндорец сбежал. Сердце громко стучало, внутри все зажимало в тиски. Больно. Разве можно жить с этой болью?