Отличный план

      — Да ладно тебе, не ломайся, — Ричи приблизился к светловолосому парню ещё на пару сантиметров, окончательно вдавливая того в стену и дыша ему в ухо. — Я буду нежным, обещаю.       — Да пошёл ты, — толкнул его в грудь покрасневший Марк, хотя с тем же успехом мог пытаться сдвинуть с места стену — его однокурсник отличался весьма атлетическим телосложением. В конце концов ему удалось вырваться.       Он быстро зашагал прочь, но замер и обернулся, когда до него долетел негромкий окрик:       — Я зайду к тебе сегодня.       — Н-но… — попытался возразить Марк, но Ричи уже скрылся за поворотом противоположного конца коридора.

***

      — С тобой всё в порядке? — заботливо спросил Нейт сына. Хоть Марку и было уже почти двадцать три года, но для Нейта он навсегда остался тем маленьким мальчиком, которого он усыновил двенадцать лет назад.       — Да, пап, всё нормально, — чуть виновато улыбнулся тот и скрылся в своей комнате. Его не покидало волнение от сказанных Ричи слов. И ему уж точно не хотелось, чтобы тот заходил сегодня, да и в другое время тоже. «Озабоченный придурок! — мысленно завыл он. — Что ж тебе всё неймётся?! Будто без тебя проблем мало…»       Решив, что думать о Ричи — занятие бесполезное и неблагодарное, Марк взялся за учебники.       Так незаметно подкрался вечер.       — М-м-м, как вкусно пахнет, — облизываясь и принюхиваясь, Марк пробрался на кухню, подошёл к стоящему у плиты отцу и положил ему подбородок на плечо, благо рост позволял.       — Сейчас ужинать будем, — улыбнувшись, ответил Нейт, убирая с плиты кастрюльку. — А ты пока мусор вынеси, хорошо?       — Ага, я мигом, — Марк отстранился, шустро подхватил мусорное ведро и скрылся за дверью квартиры.       Когда он, уже с пустым ведром, подошёл к двери, то тут же был прижат к стене рядом с ней.       — Я же говорил что зайду? — Ричи широко улыбался, глядя на попытки Марка вырваться.       — Я закричу, — предупредил тот.       — Попробуй, — Ричи впился в его губы; ведро с глухим стуком упало на пол.       Марк всеми силами старался оттолкнуть от себя парня, но тот был сильнее. За всей этой вознёй они не заметили, как открылась входная дверь, но звенящий яростью голос было сложно не услышать.       — Убери руки от моего сына!       Ричи обернулся, не выпуская, впрочем, Марка из плена своих рук. Губы у того припухли, во взгляде, направленном на Нейта, были мольба, стыд и страх.       — Я не трону его, — Ричи хищно ухмыльнулся, — если ты займёшь его место.       — Что? — не поверил в услышанное Нейт. Это было похоже на шутку — плоскую и не смешную. Нахмурившись он процедил сквозь зубы: — Убирайся отсюда, пока я полицию не вызвал!       — Хорошо, — как-то быстро согласился парень, и будничным тоном добавил: — Хотя я своё в любом случае получу: в универе-то малыш Марк от меня не спрячется.       Нейт побледнел и, чуть пошатнувшись, привалился к двери.       — Ну что, передумал?       Слабый кивок.       — Но Марка ты не тронешь…       — Разумеется, — «если он сам того не попросит», — мысленно завершил фразу Ричи.

***

      Стоило входной двери закрыться, как Ричи, недолго думая, повалил Нейта на диван. Он резко распахнул на нём рубашку, от чего часть пуговиц оторвалась и разлетелась во все стороны, и оголил грудь и плечи. Нейт зажмурил глаза, стараясь отстраниться от происходящего, но ощущения от этого стали лишь ярче. Поцелуй-укус в шею, руки, блуждающие по телу, сомкнувшиеся на соске губы, жадно втягивающие и посасывающие. Он в испуге распахнул глаза, когда Ричи одним рывком стянул с него домашние брюки и бельё, и перевернул его, ставя на четвереньки. Ладони парня огладили тощие упругие бёдра (не девка, поди, чтобы они были мягкими да округлыми), и скользнули между сжатых половинок, тычась пальцами в тугое колечко мышц. Вот тут-то Нейт задрожал от страха и попытался вырваться.       — Либо ты, либо Марк. Выбирай, — щекоча дыханием ухо, мурлыкнул Ричи, не отказав себе в удовольствии лизнуть ушную раковину. Нейт обречённо замер.       Марк стоял у стены. Губа закушена, дыхание сбито, лицо покрывает лихорадочный румянец. Он смотрел на то, как Ричи со всей тщательностью растягивает Нейта, толкая в него смазанные лубрикантом пальцы. «Предусмотрительный гадёныш», — зло подумал Марк, хотя он был этому даже рад: его отцу будет не так больно, когда Ричи… Додумать мысль ему не дал полузадушенный вскрик Нейта.       Ричи резко вошёл в разработанный анус и замер, давая партнёру привыкнуть. Из глаз Нейта потекли невольные слёзы, стыд и боль затмевали разум. Он прижался грудью к диванной подушке, крепко обнимая её руками, а затем и вовсе впился в неё зубами, стараясь тем самым заглушить свои крики и стоны. Ричи вбивался резко и неистово, будто бы голодная собака, дорвавшаяся до мяса. Сравнение было не случайным, ведь он то и дело лизал и покусывал плечи и шею Нейта. Несколько особенно глубоких толчков и Ричи излился в него, наваливаясь сверху и рвано дыша.       Марк уже изгрыз губу в кровь, едва не всхлипывая от желания и невозможности прикоснуться к себе. Умом он понимал, что это неправильно: желать оказаться на месте Ричи, что это противоестественно настолько, насколько вообще возможно, но… Но тело предательски желало разрядки, и не с кем-нибудь, а с Нейтом.       Ричи наконец поднялся с Нейта и уселся на другом конце дивана, восстанавливая дыхание и блаженно улыбаясь. Он наконец-то получил то, о чём так долго мечтал, теперь оставалось придумать: как закрепить результат. Решение нашлось весьма быстро.       Нейт неловко сполз с дивана. Всё тело ломило от тупой боли, растянутый анус неприятно зудел, а вытекающая из него сперма, пачкающая бёдра, ещё и щекотала. Единственным желанием было добраться до ванной и смыть с себя чужой запах, который, казалось, въелся в кожу. Скользнув случайно взглядом по Марку, Нейт замер. Лицо его сына было бледным, на щеках выступил лихорадочный румянец, глаза влажно блестели, а на прокушенной губе корочкой запеклась кровь. Плюнув на собственное состояние, он устремился к Марку.       — Марк, — голос был хриплым, но Нейт продолжил: — Ну что ты, маленький, всё хорошо… Со мной всё в порядке, — он прижал сына к себе, гладя того по голове. Нейт думал, что Марку плохо от увиденного и старался уверить его, что всё не так страшно, как кажется. Его состояние он оценил неправильно, за что и поплатился.       Марк требовательно впился в губы Нейта, буквально насилуя его рот своим языком. Руки крепко прижимали, не давая вырваться, а каменный стояк упирался сквозь спортивные штаны в плоский живот отца. Прижав Нейта к стене, он приспустил штаны вместе с бельём и, подхватив под бедро, ткнулся сочащейся смазкой головкой в не успевший ещё сжаться после недавнего соития анус. Поза была ужасно неудобной — Марк тыкался членом, но не мог вогнать его больше чем наполовину. Краем глаза он заметил, как Ричи разложил диван, и мысленно поблагодарил того за сообразительность. Крепко держа Нейта, Марк сделал пару шагов назад и повалился вместе с ним на диван.       Происходящее казалось дурным сном, и Нейт молился о том, чтобы этот кошмар закончился. Его сын — умный, добрый, отзывчивый — лежит под ним, крепко прижимая к груди, жадно целует его и торопливо пытается пропихнуть в него свой член… Невозможно… неправильно…       Ричи наклонился над Нейтом, пару раз поцеловал того в спину и потянул на себя, вынуждая его разорвать поцелуй с сыном. На возмущенный вскрик Марка, он лишь плотоядно улыбнулся и резко усадил на его бёдра отца, член вошёл по самые яйца, что вызвало у обладателя этого самого члена громкий стон наслаждения.       Ричи задавал темп, насаживая Нейта на член Марка, и при этом тёрся собственным стояком о его поясницу. Он мечтал ещё раз овладеть столь желанным телом, но сдерживался, ведь возможность ещё будет. Член Нейта безжизненно болтался, не выказывая заинтересованности в происходящем, и Ричи поспешил это исправить. Взяв в руку, он принялся нежно массировать его, надавливая на головку и иногда тревожа уздечку. Его манипуляции заметил Марк, который, вбиваясь в тело отца, всё никак не мог достигнуть разрядки. Что-то прикинув в уме, он выскользнул из тела Нейта и повалил его на себя так, чтобы оба члена соприкасались, а бёдра были соблазнительно приподняты. Ричи не стал отказывать себе в удовольствии и вновь овладел Нейтом.       Кончили они практически одновременно, и в изнеможении повалились на диван. Нейт, уставший от подобных физических нагрузок, провалился в сон; удовлетворённые Марк и Ричи лишь улыбнулись, ласково поглаживая его.       — Ну вот, я же говорил, что у меня отличный план, — самодовольно сказал Ричи, собственнически поглаживая бедро Нейта. — А ты всё: «Не получится, не получится».       — Да иди ты, — зыркнул на него Марк. — Сегодня-то мы своё получили, а дальше как? Он же у меня нежный и ранимый, — он невесомо поцеловал отца в висок.       — Ничего, прорвёмся, — убедительно заявил Ричи. Для него Нейт был «любовью с первого взгляда», и он готов был за эту любовь бороться. Впрочем, он совсем не был против того, что и Марку хочется «иметь папу» в самом пошлом из значений этой фразы, ведь именно благодаря ему Ричи не только впервые смог увидеть Нейта, но и прикоснуться к нему. — А у вас пожрать чё-нить есть? А то я голоден, как не знаю кто.       — Ну, до твоего прихода мы вообще-то ужинать собирались, но там, скорей всего, всё не просто остыло, а замёрзло.       — Я подогрею, — Ричи осторожно встал с дивана. — А после можно будет всем вместе принять ванну.       — Озабоченный придурок, — проворчал Марк. — Ты и так его заездил, что он неделю ходить не сможет. Вон как всё опухло, — он указал на покрасневшие ягодицы и растраханное колечко мышц, член Ричи проявил заинтересованность, вновь вставая по стойке смирно. Марк поспешно кинул в него подушкой.       — Эй, да ладно! Простая реакция организма, а ты уже готов убить меня подушкой. И вообще, — Ричи подошёл к своим вещам, валяющимся на полу. Порывшись, он вытащил из этого вороха тюбик и кинул его Марку. — Это мазь, заживляющая, как раз для таких случаев.       — Да ты и вправду всё предусмотрел, — удивлённо присвистнул тот, вчитываясь в написанное на тюбике. — Так, я пока займусь лечением, а ты марш на кухню греть нам ужин.       — А может мне тоже хочется поиграть в доктора, — заикнулся было Ричи, но увидев, как Марк тянется за ещё одной подушкой, поспешил сбежать на кухню. Впереди у них были выходные, а значит, масса «игр», в которые они бы могли «поиграть» втроём…