Погуляем по крышам?

      — Я очень боялся, что Даниэль не перенесет перелета… — отец Дани был сам не свой. Врач, что недавно вышла из комнаты девочки, лишь пожимала плечами. — Она чахнет так же… так же, как Эмили…       Габриэль вздрогнул при упоминании имени жены. Однако эти симптомы были ему слишком хорошо знакомы. И это могло значить только одно — у девочки есть камень чудес. Не она ли — та самая Робин, что помогает Ледибаг и Нуару?       Он читал о камне чудес, что принадлежал этой таинственной Робин. Его сила совсем не помешала бы Бражнику.              Адриан сидел на краю кровати своей кузины и сочувствующе гладил ее по руке.       — Ничего, со мной это часто бывает, — Даниэль была бледна, но все же улыбалась. — Не переживайте за меня, мсье Адриан.       — Я ведь говорил уже — называй меня просто Адрианом. Мои друзья тоже беспокоятся за тебя. Жаль, что отец не разрешает им навестить тебя…       — Обещаю, я скоро поправлюсь.       Едва Адриан ушел, Ауура вылетела из-под кровати и приземлилась на грудь Дани.       — Моя маленькая хозяйка, вам нельзя больше использовать камень чудес! А если вы хоть раз используете его полную силу… вы погибнете!       — Значит, такова моя судьба, Ауура. Песня птички-малиновки всегда коротка, но проникает в самое сердце.       Ауура плакала, сидя на ладонях Маринетт. Остальные квами, что вылетели из шкатулки, растерянно парили рядом, не зная, как утешить маленькую подружку.       — Все из-за меня! Мой камень несет больше зла! — птичка не могла успокоиться. — Его давно пора было уничтожить! Пожалуйста, пожалуйста, уничтожьте мой камень прежде, чем моя маленькая хозяйка воспользуется им в полную силу и погибнет!       — В полную силу? — удивленно переспросила Маринетт. — Но разве…       — Нет, — Ауура качнула головой. — Мы… мы соврали тебе, Ледибаг, но, как хранителю шкатулки, теперь можем сказать. Сила моего камня способна разрушить зло даже у тех, кого захватила акума. Мы можем очистить акуматизированного, можем уничтожить акуму и амок… Но из-за того, что мой камень поврежден, это приведет к гибели моей маленькой хозяйки!       И птичка снова разрыдалась…       Теперь, когда Темный Бражник мог создавать амоков, все гораздо усложнилось. Особенно сегодня. Под влиянием Ариадики находился уже почти весь город. Камень чудес и вовсе не мог сегодня помочь.       — Нам нужна Робин, — тяжело вздохнула Ледибаг, с нарастающим отчаянием глядя, как в сон погружаются даже те, кто коснулся других спящих. — Сегодня мы без нее не справимся.       — Но как она может помочь нам? Разбудить весь город, чтобы люди вновь уснули? — Нуар и в самом деле не понимал, как Робин может помочь им.       — Даже так! Мы хотя бы не будем рисковать, боясь прикоснуться к этим ниткам и всем, кто уснул! — раздраженно отвечала Ледибаг. — Еще бы знать… Осторожнее!       Клубок Ариадики пролетел в нескольких миллиметрах от них. Герои отпрыгнули от него, но Кот неожиданно споткнулся об очередную нить.       — НУАР! — в ужасе вскрикнула Ледибаг, но, к ее удивлению, кот не уснул. Он встал, слегка пошатываясь и растерянно глядя на напарницу.       — Все… все в порядке, — он сонно потер глаза. — Видимо, что-то защищает меня. Но лучше не рискуй, не прикасайся…              Бражник усмехнулся. Все шло, как надо. Ариадика прекрасно управляла спящим котом. Так он сможет сегодня захватить и камень чудес песни, и камень ненавистного ему кота!       — Нам нужно как-то призвать Робин… Ты права, да, — кот растерянно кивнул. Ледибаг смотрела на него с долей сомнения, но все же надеялась, что их силы и правда отчасти защищают их от влияния Ариадики.       — Не нужно, — раздался сверху с трубы знакомый звонкий голос. — Я уже здесь.       Робин сидела на краю дымоходной трубы и с тоской смотрела на город.       — Я говорила, что Бражник стал все сильнее. Но я рада, что и ты, Ледибаг, становишься мудрее. Однако… Ты ведь уже знаешь, чем мне грозит моя сила, правда? Ты не сможешь добраться до акумы, но мой голос — он может.       — Нет! Робин, не нужно! — в голос выкрикнули супергерои.       — Послушай, Робин, мы должны найти выход. Мы должны найти Бражника. Если он нашел способ починить камень павлина, значит, с его помощью можно будет починить и твой камень! — торопливо заговорил Нуар.       Робин несколько секунд вкрадчиво смотрела на Нуара, а затем метнулась оранжевой молнией, отталкивая Ледибаг за свою спину и держа расстояние.       — Он под влиянием Ариадики, Ледибаг, — сухо сказала Робин, щуря глаза. — Плагг не знал. Моя квами сказала обо всем только тебе. Он под контролем!       Нуар несколько раз моргнул, и только теперь Ледибаг заметила, что его глаза были как будто невидящими. Как она могла быть так беспечна!              Бражник чертыхнулся. Все насмарку! Эта девчонка слишком умна.       — Отдай ему камень, — чуть протяжнее выговорил кот. — Он сможет его починить, а взамен ты поможешь ему. Он сможет вылечить и тебя.       — Ложь, — мотнула головой Робин.       — Пожалей своего отца. Он потерял сестру, и потерю тебя не переживет. Ты же знаешь, чем тебе грозит использование поврежденного камня.       Робин прикрыла глаза.       — Бражник знает, кто я. Что же, значит, время пришло. Держись от него подальше, Ледибаг.       Кот двинулся было к напарницам, однако обе они отскочили в разные стороны. Робин впорхнула на трубу повыше.       — Что нам делать? — Ледибаг посмотрела на кота. Тот беспомощно шатался из стороны в стороны. Похоже, контроль отнимал у него все силы супергероя. Она взглянула на Робин, и отчего-то от решительного взгляда маленькой девочки у нее по спине пробежали мурашки.       Маленькая Робин улыбнулась.       — Я была рада знакомству, Ледибаг. Песня малиновки звучит только по весне.       Робин дважды коснулась цветной брошки в виде ноты на груди. Та засветилась. Воздух вокруг загудел, наполняясь звуками и музыкой. Робин выпрямилась, раскинула руки и, глубоко вздохнув, запела.       — On est loin, on est loin du jardin d’Eden       Éternelle réalité       Libéré, libérons-nous de nous-mêmes       Qu’a t-on fait de la vérité?       Brisez les, brisez les, brisez toutes les haines       Vivre libre, n’affronter que moi       Le seul combat auquel je crois       C’est contre moi, moi, moi, moi, moi       Libère ton esprit       Écoute chanter le monde       Pourquoi passer sa vie       A courir après une ombre       Juste une pâle copie       Une voix qui t’entraîne       Et petit à petit       Elle prend ton oxygène       We are the war       The war en nous-même       J’veux voir, j’veux voir       J’veux voir la lumière       Libère-toi*              Ледибаг смотрела, как от звуков музыки и ясного, чистого голоса, растворяются нити Ариадики, охватывавшие город. Уснувшие люди просыпались, а лабиринт, охранявший акуматизированного, рассыпался на кусочки. Она смотрела, как рассыпалась в руках Ариадики игрушка, как из нее вылетела акума и тут же стала белой — тьма из нее словно бы испарялась. Разрушения восстанавливались сами собой.       — Не в обиду тебе, Ледибаг, но это так же красиво, как и твоя магия… — раздался рядом с Ледибаг знакомый голос. Кот — теперь уже с ясными чистыми глазами — с восхищением наблюдал за магией, что творила маленькая Робин.       — Это… страшно, кот, — Ледибаг готова была расплакаться. — Робин не может использовать полную силу. Она… погибнет после этого. Она вложила в это всю себя…       Город просыпался, удивленный чарующей музыке и чарующей песне. Все, кто мог видеть Робин, завороженно наблюдали за ней. Едва она закончила петь, как отовсюду полетели аплодисменты.       Робин улыбнулась, коротко поклонилась, а затем, взлетела над крышами, блеснув в солнечных лучах ярким костюмом. Вспышка озарила маленькое тело — трансформация спала, и маленькое безвольное тело рухнуло вниз.       — О нет! — Ледибаг рванула следом и успела подхватить девочку. Кот спешил следом.       Со своей ношей они спрятались где-то между крышами, и Ледибаг ахнула. На ее руках лежала Даниэль.       — Дани! — в голос вскрикнули напарники и тут же удивленно переглянулись. Однако то, откуда они знают Даниэль, они выяснят позже.       — Бражник все равно знал, кто я, — слабо улыбнулась девочка. — Ледибаг, Кот Нуар… Спасибо вам за то время, что я провела с вами. Я горжусь тем, что мы познакомились, — она закашлялась. — Как вы видите… Очень опасно то, что вы узнали друг друга. Хорошо, что Бражник не мог пролезть в воспоминания Нуара…       — Но Дени… я ведь не знаю, кто такой Нуар… Почему ты говоришь, что я знаю его?       Маленькая рыжая квами, Ауура, лежала на груди Даниэль и горько плакала.       — Не плачь, моя милая Ауура. Спасибо за те силы, что ты даровала мне все это время. Ледибаг, ты знаешь, кто такой Нуар. В этом будет ваша великая сила — и ваша великая слабость. Созидание и разрушение всегда должно идти вместе…       — Зачем, Дани… — Нуар готов был расплакаться. За несколько недель, проведенных вместе с кузиной, он успел тепло привязаться к ней.       — Так было нужно. Скоро узнаете, почему… — она с тяжелым вздохом прикрыла глаза.       Кот Нуар подхватил девочку на руки, забирая ее у Ледибаг.       — Я отнесу ее домой. Ей срочно нужна помощь.       — Но… ты знаешь, где она живет?       — Маринетт, она — моя кузина.       Ледибаг растерянно смотрела вслед убегающему по крышам коту.       Даниэль была кузиной Адриана Агреста. Даниэль была кузиной кота Нуара. Даниэль была права, когда сказала, что Ледибаг знает личность кота.       Потому что Нуар и был Адрианом Агрестом.