7 первых свиданий

В машине было прохладно. В машине вовсю работал кондиционер, были закрыты все окна, и пахло мятой вперемешку с кофейными зернами. — Так и будешь молчать? Сынри в который раз за полчаса тяжело вздохнул и напряженной спиной откинулся обратно на сиденье. Его руки нервно, не переставая, теребили пристегнутый ремень, а темные глаза с расположившимися под ними такими же темными кругами, не отрываясь, смотрели только вниз на собственные сведенные колени. — Сынри, ответь хотя бы на этот вопрос. Что с тобой сегодня? Взгляд темных глаз поднялся с колен, проехался по гладкой панели на лобовое стекло, за которым виднелись бесконечные многоэтажки и широкая трасса с заполненными машинами полосами. Снаружи шел сильный ливень, почти черные тучи заполонили всё пространство над землей, «дворники» то и дело смахивали мешающую воду со стекол. Снаружи было прохладно, но и в салоне работал кондиционер, который заставлял Сынри передергиваться каждые пять минут, а после натянуть закатанные рукава толстовки по самые кончики пальцев и обнять себя за подрагивающие плечи. — У тебя что-то случилось? Всё нормально, малыш? Ри не сразу, но всё же слегка кивнул, что, конечно, не заметил Чжиён, внимательно следящий за дорогой. Взгляд старшего успел потемнеть из-за несвойственной молчаливости Сынри, его брови сдвинулись к переносице, нахмурившись, будто его раздражало всё это. Будто вся ситуация, начавшаяся с утра, когда Сынри сел в машину и после этого не проронил ни единого слова, а после ещё и ушел в себя на долгое время, заставила Чжиёна изменить план дальнейших действий несколько раз, подстраиваясь под настроение партнера. Чжиён, план которого сорвался также и из-за ужасной погоды и пробки, в которую они попали и стояли примерно час, выглядел дьявольски уставшим и раздраженным. Он старался собраться с силами, не показывать младшему, как сильно огорчен его поведением, но нахмуренный взгляд выдавал его с головой. И совершенно неважно, что Сынри, возможно, и не замечает этого, так как даже не смотрит в сторону водительского сиденья. — Я хотел прогуляться с тобой в парке, — продолжает Чжиён сквозь зубы, с силой сжимая руль ладонью, на что Сынри чуть незаметно дергается и внимательно слушает, — но из-за дождя пришлось немного поменять планы. Для начала поедем в кафе, ты не против? — Всё нормально. Чжиён, можно я возьму тебя за руку? Сынри впервые посмотрел прямо на Чжиёна и легко, немного устало улыбнулся ему. Его голос был немного хрипловатым, вид — чутка помятым, а пальцы, которые в ту же секунду легли на сжимающую руль ладонь — холодными. Чжиён лишь неловко вздрогнул от внезапного прикосновения и нежного выражения лица, которым одарил его младший, но быстро взял себя в руки. Всё нормально, прикосновения Сынри такие же теплые и приятные, вызывающие табун мурашек по всему телу. Чжиён опустил свою ладонь, уже сжимающую руку партнера, себе на колено, теперь ведя машину одной рукой. — Может, у тебя есть какие-то предпочтения, куда мы могли бы поехать? — Нет, — сразу же ответил Ри уже более посаженным голосом, убирая хрип. —Ты спал сегодня? — Чжиён не оставлял попыток осторожно разузнать у парня, в чем всё-таки дело, спрашивая на отвлеченные темы. — Да, я хорошо выспался. — Ты уже ел? — Да… Завтракал. Но это было много часов назад, и теперь я опять голодный. Тон Сынри стал милым и игривым, а улыбка – более широкой, поэтому Чжиён облегченно вздохнул. Странный период молчания и отчуждения прошел, старый Ри снова вернулся в этот мир. — Я думаю, было бы неплохо сходить в ресторан. Хочешь попробовать индийскую кухню? — Неа, — слегка покачал головой на предложение Ри. Джиён задумчиво уставился на серое небо. —Тогда французская кухня? — Неа. — Русская? — Нет. — Итальянская? — Нет. — Мне ведь даже смысла нет перечислять дальше, да? – усмехнулся Чжиён, чуть сильнее сжимая ладонь парня. Сынри рядом лишь заметно давил широкую улыбку и смотрел вперед себя. — Выбери на своё усмотрение. Только не что-то острое! — Хорошо, моя капризная принцесса, — Чжиён предпринял попытку сделать реверанс, за что был наказан больным тычком под ребра, — хорошо-хорошо, больше не буду! **** Ресторан смешанной кухни находился как раз в пятнадцати минутах езды и располагался в отдаленном местечке спального района на одной из дворовых улиц. Припарковав машину прямо напротив входа, Чжиён взял Сынри за руку и побежал вместе с ним под навес, стараясь побыстрей укрыть и себя, и его от проливного дождя. Хотя младший и затормозил специально прямо перед дверьми, оставляя Квона в сухом месте, а сам отходя обратно под дождь. Под удивленный взгляд партнера Сынри, широко улыбаясь, прыгнул прямо в самую глубокую лужу поблизости, около тротуара, под громкие и недовольные возгласы проходящих мимо девушек. Грязная вода намочила и перепачкала их почти до самой груди, но Ри и не думал извиняться, вместо этого убегая чуть дальше и с разбегу прыгая в другую, не менее глубокую лужу. Чжиён в это время стоял под навесом, с улыбкой наблюдая за младшим, что так внезапно захотел впасть в детство и порезвиться под сильным ливнем. Вскоре и он присоединился к этому абсурду, когда Сынри без лишних вопросов подлетел к старшему, схватил за руку и повел за собой в самый эпицентр грязи. Вся когда-то белая одежда Чжиёна безвозвратно превратилась в серые тряпки, как и одежда Сынри, а из довольно дорогих кожаных ботинок можно было смело выливать воду, а затем выбрасывать. Но одежда абсолютно не волновала никого из них, судя по счастливым физиономиям обоих. — Сумасшедший, — с широкой улыбкой проговорил Чжиён, стоя посреди лужи почти по колено в воде, переводя дыхание после множества прыжков и догонялок. Сынри стоял прямо напротив старшего, улыбаясь ему в ответ и молча протягивая ему руки для объятий. Вот так, притягивая Ри к себе, думал Ён, что даже из хмурого и серого дня этот солнечный парень мог сделать отличную погоду и превратить ещё плохое полчаса назад настроение в хорошее, просто замечательное. Тело младшего немного подрагивало в крепких объятиях, и Чжиён сильнее прижал к его к себе, неспешно поглаживая родную спину с выпирающими через ткань футболки позвонками своими ладонями. — Замерз, малыш? — шепотом спросил старший на ухо партнеру, чувствуя ответную реакцию в виде мурашек на открытой шее. — Немного. — Пойдем, поедим. Думаю, в таком виде нас вряд ли пустят в ресторан, поэтому дорога нам только в Мак. — Отлично! **** До Макдональдса они добрались за десять минут. Машину Чжиён решил оставить около ресторана, а Сынри как раз знал, как быстрее добраться до места назначения пешком. Ён, как галантный кавалер, достал с задних сидений свою теплую кофту и накинул на уже здорово подрагивающего от холода младшего, за что тот благодарно кивнул ему и даже согласился идти, держась за руки, когда в любой другой день он бы и прикоснуться к себе не дал на людях. Дождь прекратился в тот момент, когда они только зашли в теплое помещение Мака, где и без них было полно народу, пережидающего дождь и имеющего своим святым долгом бросить удивленные взгляды на двух промокших до нитки парней. Чжиёну, как и Сынри, не было до толпы никакого дела, поэтому старший поспешил к экрану заказать поесть себе и партнеру. — Это, это, это и это, — Сынри быстро тыкал пальцем свободной руки по сенсорному экрану, пока парень рядом только думал над своим заказом. Ри выглядел таким оживленным при виде еды, что Чжиён даже забыл, зачем они сюда пришли, вместо этого продолжая пялиться на него влюбленным взглядом. — Эй, Чжиён, не тупи, заказывай. Сынри пришлось пару раз щелкнуть перед его носом пальцами, прежде чем парень вышел из прострации и, делая вид, что это не он только что взглядом сверлил дырку в Ри, принялся выбирать себе блюда из списка. Парни сели за самый дальний столик у окна под множество разносортных взглядов других посетителей, что оглядывали их и с осуждением, и с умилением, но больше – удивленно. Сынри плюхнулся на своё место напротив Чжиёна и стянул с себя успевшую вымокнуть чужую кофту, повесив её сушиться на спинку стула. Он без лишних слов принялся уплетать свои наггетсы в каком-то соусе, не глядя на партнера. — Странный ты сегодня, — с легкой улыбкой проговорил Чжиён, с характерным звуком отпивая большой стакан Колы из трубочки, — неразговорчивый, с переменчивым настроением. — Что, больше не любишь меня таким? — усмехнулся на это Сынри, поднимая голову и пережевывая один из кусочков курицы. Чжиён тут же отрицательно замотал головой. — Люблю. Просто пытаюсь найти причину такого поведения. Ты обиделся из-за вчера, когда ты собирался поцеловать меня, но Суён зашла не вовремя? Младший на секунду замер, и Чжиён замер тоже, соображая, сказал ли он лишнее или нет. Но уже через мгновение его собеседник отмер, в секунды заливаясь краской и криво усмехаясь. Сынри опустил голову, закрывая лицо незапачканной рукой, и тихо пробормотал: — Ненавижу тебя, Квон Чжиён… — Я тоже тебя люблю, малыш, — беспечно ответил на это Ён и откусил небольшой гамбургер, пристально смотря на своего партнера, который и не думал поднимать голову обратно к нему, — ешь давай, иначе всё остынет и будет невкусным. — Ты самый бестактный человек в мире, Квон Чжиён, — резко поднял голову Сынри и чуть хмуро посмотрел на старшего, получая в ответ только широкую улыбку, — тц, зачем вообще с тобой связался… — Подумай на досуге ещё и о том, почему сидишь сейчас здесь со мной и счастливо проводишь время в моём обществе. Может, даже придешь к верной мысли, и мне не придется больше ждать. — Я так быстро не сдамся, — вмиг ответил Сынри и замолк, так же, как и Чжиён. Но тот как-то странно посмотрел на него, что младшему пришлось задуматься, что такого неправильного он только что сказал. И от расползающейся по радостной физиономии Квона улыбки ему не становилось легче. — Малыш… Значит ли это, что рано или поздно ты всё равно сдашься мне? Я правильно понял? — Нет! Черт, не цепляйся за слова и не перефразируй их под себя. И не смей ничего себе воображать в своём воспаленном мозгу! — Да понял я, понял, — Чжиён махнул рукой со стаканом Колы, подавляя смешок, — не смущайся своих чувств, Ри-а, я всё равно уже знаю, что рано или поздно ты будешь моим. Даже не сомневайся в этом. — Пошел ты. — И я тебя. После десятиминутного сиденья в полной тишине Сынри полностью отогрелся и где-то даже успел высохнуть, а Чжиёну как раз надоело слушать одни лишь крики маленьких детей и громкие разговоры невоспитанных взрослых. Вместо этого он отодвинул от себя пустые картонки из-под куриц и гамбургеров, и придвинул молочный коктейль с клубникой. — Где твои родители? — внезапно спросил он у Ри первое, что пришло в голову, отчего последний дрогнул и поднял взгляд на собеседника. — Дома. — Ты живешь не с ними? — Теперь нет. Несколько месяцев назад начал снимать однушку в городе, для университета нужно. — Много платишь? — Ну да, город же. — А родители что? Поддерживаешь с ними связь? Они помогают тебе? — Созваниваемся иногда, — пожал плечами Сынри, отпивая немного горячего чая из кружки, — да, они присылают деньги на карту, но не много. И почему ты вдруг об этом спросил? — Хочу узнать о тебе побольше. Ты не рассказывал о себе много. Ри чуть улыбнулся на это высказывание, прижимая ладони к теплой кружке. — Как и ты. Ты тоже ничего не рассказываешь о своей жизни. — О, — Чжиён мысленно порадовался тому факту, что младшему далеко не наплевать на него и его жизнь, — спрашивай, что хочешь. — Сколько тебе лет и откуда ты? — Двадцать три, я уже говорил об этом. Из Сеула — родился и вырос здесь. — Я забыл, извини, — просто ответил Ри, вызывая легкую улыбку у партнера, — ну, а… Кто твои родители? — Владельцы небольшой сети кафе в пригороде. Старшая сестра — дизайнер, занимается одеждой, ну а я пошел по пути музыки. В основном сдаю студии начинающим музыкантам, могу создавать некоторые мелодии и делать ремиксы для клуба, но этим я занимаюсь не так часто. Свободное время у меня есть всегда, поэтому я вполне смогу забирать тебя после института и проводить с тобой оставшийся день… Последние предложение Чжиён произносил осторожно, наблюдая за реакцией Сынри, но тот даже бровью не повел, вместо этого продолжая внимательно слушать его речь и изредка кивать на некоторые его слова. Чжиён был безумно счастлив. — …Также, у меня есть небольшая, но уютная квартира в центре Сеула, двухкомнатная. Раньше со мной жил мой друг, но позже он переехал к своей девушке, а теперь уже невесте. Так что комната полностью свободна. Так, и… Что-то ещё хочешь узнать? — Да, —не спеша кивнул Сынри, —про друзей как раз. — Хм… У меня довольно много знакомых из-за рода профессии, но лишь трое из них – близкие друзья. Одного ты уже знаешь – Чхве Сынхён, к которому мы ходили на выставку, с остальными двумя я познакомлю тебя позже. Сынхён раньше был андеграундным рэпером, но позже ушел от этого и стал заниматься искусством – так и познакомились. Один из друзей – мой лучший друг детства, другой – известный певец. Они очень хорошие люди, поверь на слово, потому что вместе мы прошли через многое. — Я бы хотел познакомиться с ними, — кивнул Ри на слова Чжиёна, и тот кивнул ему в ответ. — Обязательно познакомлю. Думаю, они тебе понравятся. Ты уже согрелся? — А, да. Сынри молча показал на почти высохшую футболку и такие же джинсы. — Вот и хорошо, — подвел итог Чжиён, допивая Колу и бросая стакан в урну, — куда дальше двинемся? Четыре часа дня. — Хочу прогуляться, — ответил Сынри и поднялся со стула, — туч почти нет, да и тепло на улице, так что можно и погулять по улицам. Здесь недалеко рынок есть. Чжиён лишь молча последовал за младшим, выходя из душного кафе на солнечную после дождя улицу. Вокруг были просто реки из грязных луж, а воздух был пропитан внезапно освежающей сыростью, не оставляя ни намека на жару и слишком палящее солнце. Вздохнув полной грудью, Чжиён приблизился к Сынри и, мягко взяв его за руку, неспешно повел по тихой, почти безлюдной улице. —Ты когда-нибудь был здесь? — спросил Ри, на что Ён лишь покачал головой. — Проезжал мимо пару раз да в тот ресторан заходил. Никогда просто так не гулял по городу. — Совсем-совсем? Даже с друзьями? — Предпочитаю проводить свободное время в клубах и барах, — хмыкнул Чжиён, —точнее, предпочитал. Ты же знаешь, что я уже переосмыслил некоторые аспекты своей жизни, и тебе советую. — Конечно, обязательно последую твоему совету. Так, через двадцать минут неспешной ходьбы, после разговоров обо всём на свете, парни оказались напротив рынка. Сынри поспешил первым переступить порог этого базара с множеством стариков и старушек, затем обернулся к старшему и жестом подозвал к себе с улыбкой на лице. Чжиён неуверенно подошел к партнеру, удивленно оглядываясь по сторонам и осматривая кучи одежды, лежащие прямо на асфальте на какой-то клеенке. Здесь было не так шумно и многолюдно, как он предполагал, однако эта картина уж точно отличалась от модных бутиков и витрин, которые старший так привык видеть. Сынри подошел к одной из лавок, на которой покоились горы украшений, статуэток, брелков и других разных безделушек. Младший с интересом оглядывал каждый товар, пока Чжиён пристроился позади, упершись подбородком ему в плечо и оглядывая переливающиеся на солнце колечки. Здесь был огромный выбор – от вызывающих цветастых, до простых, ничем не примечательных. Были даже свадебные кольца, парные, детские, мужские. Взгляд старшего упал на пару простых, ничем не примечательных колец с небольшим белым камнем посередине и мелкой гравировкой внутри. Одной рукой обнимая Сынри за талию, Квон потянулся второй за одним из колец, чтобы прочитать то, что было написано на нем. Однако надпись оказалась не на корейском, не даже на английском. Арабские символы были красиво выведены на поддельном золоте двух изящных колец, поэтому Чжиён только вздохнул и положил товар обратно на место. — Что-то понравилось? — шепнул он на ухо Сынри, когда увидел, что тот увлеченно рассматривал пару браслетов, видимо, тоже парных. Руки Чжиёна всё ещё покоились на талии младшего, грудь была прижата к его спине, а чужая голова покоилась на плече, отчего Ри чувствовал небольшую тяжесть и большое удовлетворение. — Да, вот эти. Он показал старшему два одинаковых черных браслета. Они оба были кожаными, простыми, но в то же время по-своему элегантными и изящными, да и выглядели не дешево, как большинство других здесь. Чжиён по праву оценил хороший вкус своего молодого человека, поэтому молча достал из кармана пару купюр и вручил их продавщице. Та лишь равнодушно окинула двух обнимающихся парней взглядом и, пересчитав купюры, отдала им сдачу вместе с двумя браслетами. — Спасибо за это, — улыбнулся чуть смущенный Сынри и, не глядя в глаза Чжиёну, отдал ему один из браслетов, — не подумай ничего лишнего, они не парные. Просто одинаковые. Старший лишь усмехнулся этой жалкой попытке оправдаться и надел себе на правое запястье аксессуар, после помогая Ри сделать то же самое. Он повертел рукой несколько раз, проверяя, не спадает ли оно, затем обернулся к младшему с широкой улыбкой. — Пойдем. После этого они прошли ещё несколько рядов с кучей одежды, особо не останавливаясь ни на чем, затем повернули в отделы с обувью, где тоже не нашли ничего стоящего, пока, наконец, не дошли до целого района с разнообразной едой, домашней и экзотической, которой славится чуть ли не весь Сеул. Хоть они уже довольно плотно пообедали час назад в Макдаке, ни Сынри, ни Чжиён не отказались от порции странных водорослей, так вовремя подсунутой доброй старушкой «на пробу», что через полчаса уже вовсю «дегустировали» почти каждое блюдо. — Открывай рот, — Чжиён подставил ложку чего-то сладкого и тягучего к губам младшего, заставляя попробовать очередное творение шикарных поваров. Ри облизнулся, съев это «что-то», но уже через секунду его выражение лица резко поменялось, когда он быстро выхватил из рук старшего бутылку воды и вылил в себя почти половину. — Слишком сладко… — пожаловался парень под тихий смех Квона и несильно стукнул его по руке, отдавая бутылку обратно, — всё, я объелся. Больше не хочу. — Тогда пошли отсюда? — предложил ему Чжиён, подавая ему раскрытую ладонь, чтобы в следующую секунду ощутить тепло чужого тела. — Сначала купим ещё воды, потом пойдем. **** Солнце начало садиться за горизонт и краснеть, когда Сынри с Чжиёном, довольные и счастливые, шли по почти безлюдной улице, в конце которой виднелась тонкая полоса берега, а дальше – бесконечное море. В руках Чжиёна была какая-то газировка, а у Сынри – пара упаковок фейерверков на палочке. Сцепив руку с рукой старшего, Ри шел по высокому бордюру, придерживаемый партнером во избежание больного падения. Через несколько минут они уже переходили дорогу, через которую уже была набережная, где было не так много людей, как предполагалось. Встав на песок, Сынри первым делом снял кроссовки, чтобы потом шагать уже босыми ногами, чувствуя под стопами мягкие влажные песчинки. Чжиён, подумав немного, снял свою обувь вслед за младшеньким, а затем и вовсе сел прямо на песок, найдя подходящее место вдалеке от всей толпы людей. — Садись, — старший указал Сынри на место рядом с собой, и последний со звонким смехом опустился ближе к парню, оставляя фейерверки где-то позади них. Чжиён уже без всякого стеснения притянул Сынри за плечи к себе и обнял, чувствуя, как тот положил голову ему на плечо и закрыл глаза. С каждой минутой холодало. — Спасибо за всё, — тихо прошептал Ри, словно в полудреме, пока старший неотрывно наблюдал за заходящим солнцем. — За что? — улыбнулся старший, сильнее прижимая малыша к себе и неспешно поглаживая его большим пальцем. — За всё. С тобой весело. И спокойно. Мне было хорошо все эти дни. — Если это действительно так, то я рад, что тебе понравилось. — Угу, — промычал вместо ответа парень и внезапно крепко обнял Квона поперек груди, чуть ли не падая вместе с ним на песок. На удивленный взгляд старшего он только тихо проговорил, - вчерашняя просьба… Сейчас ещё действительна. Осознав, что только что сказал Сынри, Чжиён мягко отстранил парня от себя и ошарашено посмотрел в его серьезные глаза. — Ты… Хочешь поцеловать меня? — Да. То, как серьезно и решительно сказал это Сынри, заставило и Чжиёна отнестись к этому без шуток. Старший молча наклонился к Ри и закрыл глаза, позволяя Сынри начать. Он просидел так ровно минуту, пока не почувствовал мягкие ладони на своих щеках и горячее дыхание прямо в губы. Сынри целовался по-взрослому. Сначала он осторожно, будто на пробу провёл кончиком языка по сухим губам другого человека, получая в ответ лишь дрогнувшие веки старшего и его учащённое дыхание, а затем подался немного вперед, соприкасаясь губами. Сынри целовал нежно, неторопливо; он мягко раздвинул сомкнутые губы Чжиёна и прошелся своим языком внутри рта Квона. Тот, в свою очередь, притянул младшего к себе на колени, не открывая глаз и не разрывая контакта, позволяя тому действовать самому. Сынри с каждой секундой краснел всё сильнее, ощущая ответ на его поцелуй и крепко обвивающие его талию чужие руки, однако он не собирался отстраняться так быстро. Он наслаждался, парил где-то высоко в облаках, отключив свой разум и позволив чувствам завладеть собой. И именно они позволили Ри решиться на такой отчаянный шаг, чтобы доказать себе, чтобы доказать это всему миру. Чтобы то, что было запрятано в глубине сознания и не хотело выходить оттуда долгие дни, наконец вырвалось из пучин отрицания и отторжения навстречу свободе. Теперь, когда Ли Сынри доказал и принял это в себе, больше нет причин сдерживаться. Сынри отстранился так же мягко, как и начал. Приоткрыв глаза, он наткнулся на безумно счастливый и искрящийся взгляд Чжиёна с глупой широкой улыбкой на физиономии. Хоть младший и не видел, он всё равно понимал, что сейчас выглядел примерно так же. — Я... Не хочу идти на седьмое свидание, - тихо произнес Сынри, наблюдая, как улыбка мгновенно исчезла с чужого лица, а хватка мягких рук ослабела. Младший резко вырывал Квона из только-только сохранившейся идиллии. — Но почему?... Что не так?... — Ты обещал, — Сынри осторожно обвил шею старшего руками и коснулся лбом его лба, не разрывая зрительного контакта, — что после всех семи свиданий отстанешь от меня навсегда. Я не хочу. Мне хорошо с тобой, и в ближайшие дни я не хочу расставаться. Я... Вообще не хочу расставаться. — Ты... — Тсс, — тут же заткнул его Сынри, приложив палец к чужим губам, — Я люблю тебя, Квон Чжиён. Не оставляй меня одного.