кояанискатси

Взрывы раздаются один за другим. Она слышит, как скулят женщины и мужчины, прижимая к телу обрубки, оставшиеся от когда-то целых ног и рук. Она видит, как они захлебываются в плаче и боли, кричат, взывая к Богу и помощи. Она смотрит, наблюдает за их страданиями, искаженными лицами, и не чувствует ничего. Ни страха, ни отвращения, ни удовольствия. - Помогите, - голоса смешиваются в нескончаемый рой, но мольба, непохожая на умоляющие вопли, въедается в разум. Женщина тянет ладонь, остервенело хватается за штанину и старается остановить собственную убийцу, не ведая себя от агонии. - У меня дочь... ей всего пять. Пожалуйста, помогите мне. Солдат одергивает ногу, наклоняется, всматриваясь в остекленевшие зрачки, и сворачивает женщине шею. Ничего, кроме всеобъемлющей пустоты.

***

- Мы должны объявить этот день началом новой эры сотрудничества и взаимопомощи, эры... Речь обрывается от толчка, сотрясшего здание изнутри. Король оборачивается, смотрит на стекло и в ту же секунду слепнет. Осколки летят в глаза, рвут кожу, врезаются в сердце. Он всё еще слышит, как люди один за другим падают наземь от громкого крика рыжей женщины-шпионки. Должно быть, она их спасает – женщина-долг, женщина-честь. В хаосе он успевает отдать ей дань уважения и падает на пол. Король не видит, но чувствует руки сына, сжимающие его. Смерть – не конец, и он пойдет по этому пути, приветствуя создателя мира, сотворившего тотемы и вождей племени – его отца, деда, прадеда. - Ты не должен оплакивать меня, сын мой. Король умер, да здравствует король.

***

- Мистер Старк, вам звонили больше тридцати раз. Тони едва разлепляет глаза, сжимает виски и переворачивается, откидывая простынь. - Конвенция сорвана из-за взрыва. Многие погибли, в том числе пресс-секретарь и Король Ваканды. Люди в панике, в мире только и говорят о трагедии. Пятница продолжает докладывать, на что Старк прерывает ее взмахом ладони и резко выпрямляется на кровати. В своей жизни он слышал множество самых разных новостей. Ему казалось, что он давно оброс толстой кожей – люди погибают всегда и везде, города разрушаются, целые страны идут на дно. Но кожа, скрытая под слоем титана и золота, продолжала давать трещины, и под свои сорок шесть Тони Старк так и не научился латать их полностью. - Что с Наташей? - Она в порядке, сэр. Капитан выехал к ней вместе с агентами. - Хорошо, - Тони кивает и тащится в ванную, открывая холодную воду, - свяжись с Россом. Сейчас. - Генерал на линии, мистер Старк. Вода продолжает стекать, и Тони прислоняется к кафелю, оставляя на полу мокрые капли. Мужчина устало откидывает голову, смотрит на потолок и не сдерживает усмешки. - Что смешного, Старк? - Поражаюсь нашей везучести, - Тони не скрывает сарказма и отчетливо представляет, как ноздри Росса раздуваются от недовольства. - Пока ты не превратился в быка, чьих рук дело на этот раз? - Зимний Солдат. Отряд ищет его – возьмем мертвого или живого, но больше он от нас не уйдет, - Генерал пропускает колкости Старка мимо ушей и заминается, постукивая пальцами по столу. – Роджерс вызвался едва ли не первым. Я прочел недавно кое-какие документы…мы можем ему доверять? - Сочтешь Капитана преступником за его темное прошлое? – Тони стягивает белую майку, откидывает ее в сторону и включает душ, попутно разбираясь с завязками на штанах. - Это не шутка, Тони. Пегги Картер умерла, и у Роджерса не осталось ничего и никого, кто мог бы напомнить ему, кто он. У него нет близких, а все друзья ограничиваются кругом супергероев-нарциссов. Барнс – единственный, за кого Капитан может цепляться. - Как бы мне не хотелось этого признавать, но Роджерс не такой сентиментальный идиот, каким ты его представляешь. - Ты недооцениваешь силу, с которой люди борются за то, что им дорого, - Генерал закрывает глаза и на миг представляет Бетти – свою единственную дочь, которая так и не смогла простить его. – Впрочем, тебе и не дано. Старк хмурится, но не успевает ответить, и Росс перебивает его, быстро добавляя: - Есть еще одно. Рядом с Солдатом заметили женщину. Камеры не зафиксировали ее лица, однако… - Однако вы предположили, что она была его сообщницей – вывод, достойный аплодисментов. Уволь свой отдел, он бездарен. - Правда колет глаза, Старк? «Тебе не дано». Холодные струи стекают по закрытым глазам, шее и торсу, отрезвляя и возвращая в привычный круговорот мыслей, в котором он был Тони Старком – молодым гением, мировым богатеем, властителем людского обожания и их защитником. Он не был тем Старком, который едва не потерял единственную любимую женщину и все равно упустил ее, потому что не сдержал слова. Он не был тем, кто теперь засыпает часами, не был уставшим и не был простым человеком. Он был железным, и он давно оброс толстой кожей, а его тело стало титановой золото-красной броней. - Глаза мне колет одно – твое нежелание нормально работать.

***

- Ты сидишь и ждешь, когда за тобой придут. Когда он придет и заберет тебя далеко от всей гнили и от тебя самой. - Хватит, я сделала всё по приказу! Конвенция не состоялась, люди погибли… - Не смей перебивать меня, - мужчина поправляет очки, подходит к Солдату и заправляет выпавшую прядь за ухо, костяшками пальцев проводя по щеке, - и вот ты ждешь, но никто не приходит. Год, два, десять, а ты прогниваешь сильнее и всё, что от тебя остается – тухлая плоть и затхлый разум. Но ты всё также хочешь, чтобы тебя забрали. И тебе всё равно куда. - Страх, железо, шесть, сумерки, огонь, двадцать три, - девушка быстро шепчет, сбивается и повторяет слова снова и снова, вжимаясь в жесткое кресло и связывающие веревки. - Нет, дорогая. Саму себя не отключишь. Это подействует только тогда, когда я захочу. Она кричит подобно той женщине в здании, и в глазах полыхает пожар. Солдат извивается, дергается и оседает, почувствовав иглу на своем предплечье. Жаль, что не найдется того, кто пришел бы за ней и был бы столь добр, чтобы свернуть ей шею.