Занесло так занесло...

POV Жанна — Че то стремно как-то, — все сидели за столом. В стороне баб была полная тишина. В другой стороне, пацанов, были пошлые хихиканья. У Аято был обмотан палец. Сломал чтоль. Ну что сказать. Пиздец нам, товарищи. Такого утра в моей жизни у меня никогда не было. Я посмотрела на Вику. Она сидит. Просто сидит и смотрит на пустую, мать его, тарелку. Стоп, она улыбается. Пошло улыбается. ЧЕ ЗА ХРЕНЬ!? Потом я посмотрела на Софу. Её глаз дёргался. Вообще страшно около неё сидеть, когда она в таком состоянии. Моя жопа так и чувствует её ауру. Мрачную такую. — Виктория, обоснуйте своё поведение? — Софа посмотрела на Вику. У неё течёт слюна. ДА ЧТО ТАМ МАТЬ ЕГО ПРОИЗОШЛО?! — Э? Эхэхэ… — Вика сразу подняла голову. Очнулась. Страннее обычного. — Ну нахрен, — Софа встала из-за стола и посмотрела на меня, — Бабы, за мной. Я решила послушаться, и мы с Викой встали и пошли за ней. Она привела нас в свою комнату. ГОСПАДЕ. На потолке была пентаграмма. — Как я понимаю, у всех нас было странное утро, — я решила разбавить стремненькую обстановку. — Именно, — сказала Вика кивнув. Спустя некоторое время POV Софа Все подробно рассказали, что произошло с ними утром. Но вот что произошло той ночью никто не знал. — Как я понимаю, мы немного бухнули, — я просто сидела и смотрела в стенку. — Ну как немного, раз мы ничего не помним, то слово «немного» тут неуместно, — сказала Жанна с пофигистическим лицом. — Ну ладна, что ж поделать, надо Рейджи распростись, — сказала Вика и встав с кресла, вышла из моей комнаты. Я пожала плечами. — Чувствует моя жопа что это не конец приключений, — я поправила свои волосы, а то хожу как одуванчик. И так бошка болит. — Я наверное пойду, — сказала Жанна подтянув штаны, встала с кресла и вышла из моей комнаты. Я осталась наедине со своими мыслями. Что вообще происходит? С хрена ли мы захотели выпить? А теперь самый главный вопрос — Где Юи? Мы что… Ептель моптель… Мы же её в подсобке с алкоголем закрыли… Я вскочила и стремительно вышла из комнаты. Почему тут такие длинные коридоры? Их всего шестеро. Я бы и в трехкомнатной квартире с таким количеством людей выжил. А тут ОСОБНЯЧИЩЕ. Спустившись по лестнице, я направилась в сторону кладовки. Дойдя до неё, я обнаружила некий факт. Она закрыта. Выломав дверь я посмотрела на пол. Там валялась Юи. Юи.Валяется.На.Полу. — Господи помилуй, — я прошла мимо разбитых бутылок. Бедный Рейджи. Сама Юи, как я понимаю, устроила себе дорогой бассейн. Валяется в луже из вина. Шикарно. Надо бы её помыть чтоль. Я закинула на плечо тушку Юи и вышла из кладовки. Прости Рейджи за сломанную дверь. Так надо было. В это же время в ванне Аято хотел, так сказать, справить свою нужду. Вот прям сильно. А пальчик то сломан. Растегнуть ширинку как вы понимаете у него не получается. — Да за что мне это, — говорит Аято страдая от боли, — Почему Великий я должен страдать из-за какой-то женщины? Аято посмотрел на Шу, который в данный момент валялся в ванне. Мокренький такой, сексуальный. — Шу, помоги мне ширинку растегнуть, — сказал Аято не находя выхода из ситуации. — Мне лень, — это все что мог выжать из себя Шу, который наслаждался вечным отдыхом. — Я щас твои наушники сломаю, — Аято специально подошёл к ванне. Глаза Шу резко распахнулись. Он встал из ванны весь мокренький. — Понял, — сонный Шу стал расстёгивать ширинку. И в этот момент вхожу я. -.......- Аято и Шу смотрят на меня, я смотрю на них. Искра, буря, яой. — О ГОСПАДЕ, ЯОЙ, ЯОЙ, ЯООООООЙ, — я не заметила как тушка Юи свалилась на пол. Особняк захватил писк. Сильный, громкий ор. Я быстро достала телефон и стала фоткать пацанов в данной позе. Успев сфоткать данную ситуацию, я подошла к ним и показала фоточку, где они стоят с глазами в орех и смотрят в кадр. — Это любовь—пропела я, убирая свой телефон в карман. После сразу захватив тушку Юи, я побежала в другую ванную. — А НУ ДАЙ ТЕЛЕФОН, — ор Аято был погромче моего писка. Кажись в туалет Аято резко расхотел. —Слишком громко,—сказал Шу, уходя из ванной и оставляя за собой мокрые следы на дорогом ковре.