The Mental Pain

Просыпаться, словно от кошмара, стало для Дилан Джонс плевым делом. Вот только на этот раз кошмар был наяву. Приоткрыв глаза, девушка поняла: он опять чем-то её накачал. Вот только чем? В горле было очень сухо, а пальцы своих рук она уже не чувствовала. Впрочем, это даже лучше, чем чувствовать боли от ожога сигаретой. Дилан было интересно: сколько она без сознания? Пять часов? Шесть? Утро ли сейчас или все-так же ночь? Милашка, я мотаю время. Вспомнив последнюю фразу, она все поняла. Абсолютно все. То, как он предугадывал все её действия; то, как с какой уверенностью он говорил о событиях, которые не произошли, но могли бы случиться. И как бороться с тем, кому подвластно время? Он словно владеет жизнями. Он владеет всей вселенной, ибо может менять исход любых событий. Если бы только не наркотики, и её силы бы с ней, Дилан бы хотя бы смогла связаться с Джессикой. Но пока Джонс обдумывала над всем этим, дверь подвала отворилась. — Есть хочешь? — это был младший брат Кэша, который зашел в магазин первее в тот раз. Почему я не додумалась до конца прочесть его мысли в тот раз? Парень зашел с железным подносом, где был стакан с водой и два бутерброда. — Я…. — Дилан было трудно говорить из-за сухости. — Пить, прошу. Парень осторожно поставил поднос на пол и, подняв бокал, поднес его к губам Джонс. Та стала жадно пить, большими глотками. — Не подавись! — воскликнул он. Как только девушка закончила пить, она спросила: — Как тебя зовут? — на этот раз говорить было намного легче. Но её собеседник помедлил с ответом: — Макс. — Врешь. И хотя силы покинули девушку, Дилан все так-же прекрасно видела очертания его ауры. У парня она была светло голубая с отблесками желтого: типичная аура невинного подростка. — Пожалуйста, скажи свое настоящее имя. — Э-э… Это и есть мое настоящее имя. Макс достал с тарелки сэндвич и поднес его ко рту Дилан. Та старалась откусывать маленькими кусочками, дабы продлить время пребывание своего собеседника. — Хорошо. Это твой брат был вчера с тобой? — Позавчера. И да, это мой брат. Ох, черт. Сколько же я тут пробыла? — Сколько ему лет? — Двадцать один. На год младше меня. Значит, первый год старшей школы в то время. — Почему он меня ненавидит? Макс тяжело вздохнул, но промолчал. — Послушай…. Ты же понимаешь, что это неправильно? Я вижу, что ты понимаешь это. Потому что ты абсолютно все понимаешь. Ты не глупый парень, Макс. Ты просто думаешь, что обязан ему помогать, так как он твой брат, верно? Он все так же молчал, держа сэндвич в руках. Дилан продолжила: — Я знаю, что вы не просто так это сделали. И я не виню вас. Я понимаю. Я знаю, что сделала нечто плохое. Ужасное. Я отняла у вас кого-то. Я бы сделала то же самое на вашем месте. Но пойми, то, что делает твой брат — это равносильно тому, что я сотворила с вами. Вы же ведь не такие плохие, верно? Макс лишь кивнул в ответ и спросил: — Тебя зовут Дилан, верно? Джонс слабо улыбнулась. — Верно. — Ты убила её. Любовь всей его жизни. — Но кого? — Миссис Грэм. И тут Дилан показалось, что некая игла врезалась в разум. Это лишь её подсознание дает знать о забытых воспоминаниях. Картинки прошлого быстро проносились перед глазами. Она вспомнила. — Миссис… Миссис Грэм? Преподавательница литературы? Но… Ему же было тогда всего пятнадцать, черт возьми… — Почти шестнадцать. А ей двадцать восемь. Джонс взглянула на Макса: невинная милая улыбка и большие голубые глаза. Его детское личико почти заставило Дилан расплакаться, но она сдержалась. Его брат был ровесником Макса, пока встречался с учительницей. — Послушай, ты же понимаешь, что это неправильно? — Дэвид говорит, что мы делаем тебе одолжение. Ты убила любовь всей его жизни, а мы убиваем тебя. Хотя могли убить того парня с шоссе. В этот момент Дилан поперхнулась сэндвичем. — Он не то, о чем вы подумали… — Люди так долго друг другу в глаза не смотрят, — мальчик пожал плечами. — В любом случае, — она тяжело вздохнула — Ты и в правду считаешь, что убийство — это наилучший вариант? Ты не такой, как твой брат, я вижу твою ауру. — Мою ауру? Ты видишь ауры? — Да. Она невинна. Чиста. Ты один из самых светлых людей, которых я когда-либо встречала. А знаешь, на чью ауру похожа твоя? — На чью? — На ауру Стива Роджерса, — и Дилан не врала, ибо до сих пор помнит тот голубоватый оттенок в её глазах. — Не может быть! Но мне кажется, что Тони Старк баще, — усмехнулся он. Джонс засмеялась и заметила, как чувствует некий прилив сил. Она могла бы сейчас использовать свои способности, она уверенна в этом. Но подвести парня и предать его доверие? Нет, Дилан сейчас не на том пути, что бы предавать кого-либо в иной раз. — Помоги мне. Ты знаешь, что твой брат способен на большее. Главное, это помочь ему осознать. Макс развернулся к ней спиной, не дав доесть её бутерброд. — Я… Я боюсь. Не его, но то, что произойдет с ним после этого. Когда миссис Грэм умерла, то он два года не разговаривал. А потом появилась его сила. Его странная сила мотать время. А потом, когда он ездил в Нью-Йорк… Он увидел тебя. Случайно. И сказал, что мы будем ждать, пока ты вернешься. Он заговорил, когда увидел именно тебя. Я был до безумия рад, но он стал одержим тобой! До этого момента. Сейчас я понимаю, что он просто сходит с ума… — Но как он узнал, что я вернусь? — Я не знаю. Говорю же, это было внезапно. Он резко начал говорить и знал точный день, когда ты вернешься в Нью-Бедфорд и… В этот момент Макс резко посмотрел на Дилан удивленными глазами. — Что случилось? — спросила она. — Я понял! Он может… Может мотать время на долгий период. Именно поэтому он и заговорил тогда. Он вернулся назад. — Тогда… Сколько ему сейчас лет, черт побери? И зачем он вернулся? Может, он упустил тебя в том будущем? И тут голову Дилан посетила сумасшедшая догадка, отчего она резко выпрямилась. — Что если… Что если он убивает меня не в первый раз? — Что ты имеешь в виду? — А ты не замечал, насколько он точно предсказывает события? Если он узнал, когда я возвращаюсь в город, значит, он уже тогда мог или уже предпринял что-то. Что если это не первый раз? Что если он убил меня и тогда, когда заметил в Нью-Йорке? Посуди сам. Он предсказывает такие детали, которые можно предсказать только если видеть их по несколько раз. Я бы успела напасть на него, если бы не эти точные действия. Он слишком хорошо меня знает. Слишком. — Но это бред! Мой брат на такое не способен. Убивать тебя и возвращаться назад каждый раз? Бред! — Вчера… Он сказал, что будет наслаждаться моей болью. Словно курить сигарету. В этот момент Макс побледнел в лице, а руки его начали дрожать. — Сигареты. Господи…. — Что? — Когда… Когда он увидел тебя. Первое, что он сделал — это закурил сигарету. Хотя до этого ни разу не курил. Он был спортсменом и играл в баскетбольной команде. Он ненавидел сигареты! Но в тот момент, он закурил так, словно делал уже это и раньше. Господи… Сколько ему тогда лет? По спине Дилан прошелся легкий холодок и она почувствовала мурашки на своей коже по всему телу. — Слушай меня внимательно, — начала Джонс — Когда возвращается твой брат? — Он… Он сейчас на работе. На Локфурт стрит, чинит машины. — Послушай, главное что бы ты меня сейчас выслушал и… — Не убивай его! — воскликнул Макс, начав трясти девушку за плечи. Убить? Возможно. Но я предам себя. Слишком много смертей. — Я не буду убивать его. — Поклянись. — Но чем? — Самым дорогим, что есть у тебя в этой жизни. Потому что, будь я на твоем месте, я бы поклялся своим братом. Дилан прикусила губу, дабы сдержать слезу. — Я клянусь жизнью своей старшей сестры, Джессикой Джонс. Легкая, но в то же время грустная улыбка показалась на лице парня. — Что я должен сделать?