Серебряный принц

...Пусть о победах другой поет - Я о бедах тебе спою. Он видел, как гибнет его народ И проклял горькую клятву свою. Мы утратили все - нам осталась лишь честь, Да слава бесполезных боев, Да пышных сказаний мишурная лесть, Да песен хвалебных пустое вранье... Мы все потеряли во славу богов - Нам стало наградой проклятье их. Нам стали наградой потери да боль, Забвенье мертвых, изгнанье живых. А когда он в последний бой уходил, Я понял , что он не вернется назад. Он сказал, что за все отомстит один. Я не мог ему посмотреть в глаза. Я лишь видел, как к северу нес его конь, Как лазурный плащ летел за спиной, Как бился волос золотых огонь Да прощально пропел его рог боевой... Пусть другой наврет про количество ран, Пусть другой наврет про каждый удар, Пусть наврет, что могуч, как скала был враг, И что слаб пред ним был мой государь! Я скажу лишь одно - меня не было там. Я скажу - мне себя теперь не простить. Я скажу... да что я могу сказать... Ты славить его меня не проси... (с.) Айре и Саруман

***

      Соединившаяся на Трезубце армия Рейгара Таргариена насчитывала около сорока тысяч солдат. Десятую часть от этого числа составляли рыцари. Остальными были стрелки, вольные всадники, пехота, вооруженная копьями и пиками. Четверть этих сил, а именно десять тысяч, составляло дорнийское войско Ливена Мартелла. В Речных землях к Рейгару присоединились и некоторые местные лорды — Дарри, Ригеры, Мутоны. Они сражались на его стороне на Трезубце.       Сил у восставших было меньше. Около тридцати тысяч человек, они включали в себя армии разных областей: Севера, Долины Аррен и верные Талли силы Речных земель, а также, остатки армии Штормовых земель. Уолдер Фрей, самый могущественный лорд Речных земель после Хостера Талли, выступил в поход с большим запозданием и явился к месту битвы уже тогда, когда она закончилась — что давало повод сомневаться, к какой именно стороне он собирался присоединиться.       Некоторое время перед самим сражением противники маневрировали. Им пришлось искать подходящее место для битвы, ведь развернуть более семидесяти тысяч человек на открытом пространстве было невероятно сложным делом. В конце концов армии Рейегара и Роберта оказались по разные стороны от Трезубца рядом с единственным местом, подходящим для переправы. Королевская Гавань и Риверран находились к югу и востоку от реки, одна из армий переправилась на левый берег. Рейгар, отступил на север, заняв сильную фланговую позицию, отсёк от мятежников армию Фреев, идущую в это время на юг, тем самым перерезая коммуникации с Долиной и Севером.       Одна из армий попыталась форсировать реку. Переправа через обширную водную преграду на глазах у противника-была очень опасным манёвром. Битва разворачивалась непосредственно на берегу и, частично, на мелководье. Оборонявшиеся пытались сбросить атакующих обратно в реку, каждый раз, когда им это почти удавалось, через реку переправлялся новый отряд врагов и битва закипала снова.       Повсюду умирали люди, его люди. Они гибли за своего принца и за королевство. Рейегар обвёл глазами реку и зажмурился, сотни искалеченных трупов мужчин и юношей в крови стояли перед его глазами. Сколько пало от его рук и сколько падёт ещё сегодня? Ему казалось, что всё это дурной сон. Этого не должно было быть, не должно быть столько жертв и смертей, не должно быть этой кровавой войны. Серебряный принц достал платок с драконом, тот самый, который вышила для него Лианна. Он всегда носил эту вещь с собой. Поднеся ткань к губам, принц поцеловал его, спрятав обратно. Таргариен всем своим сердцем ненавидел битвы, но сжал эфес своего меча покрепче и пришпорил коня, разбрызгивая ледяную воду, направляя его вперёд. Судьба уготовила ему роль наследного принца, это был его долг, и свой долг он должен был выполнить.       Серебристо-белый конь Рейегара громко заржал, встав на дыбы, и остановился, когда дорогу ему перегородила большая рыжая лошадь с всадником на ней. Он прекрасно знал этого мужчину. Высокий рост, широкие плечи, герб дома Баратеонов на груди. Роберт был в шлеме с оленьими рогами, но Таргариен прекрасно видел глаза, горящие ненавистью. В своих руках Баратеон сжимал боевой молот, Рейегар же всегда предпочитал меч другим видам оружия.       — Я ждал этого, — грубый звук голоса Роберта резанул принца по ушам.       Этот человек был женихом Лианны и так легко получил то, о чём Рейегару приходилось лишь мечтать. Роберт взмахнул молотом, но Рейегар уклонился, рубанув остриём меча по панцирю противника, оставив на нём глубокий заруб.       — Я убью тебя и верну Лианну! Отправлю в пекло, чёрт тебя дери!       Таргариен молчал. Его конь описал полукруг вокруг лошади Роберта, и он атаковал снова. Они сходились и расходились несколько раз, но лишь немного ранили друг друга. Рейегар не хотел никого убивать, Роберт же наоборот-жаждал крови и это было заметно. Он умел убивать и любил убивать, а ещё до ужаса ненавидел юношу в чёрных доспехах, считая его подонком, отобравшим у него возлюбленную.       — Ты отнял то, что моё по праву! – хрипел он.       — Лианна не вещь, — тихо проговорил Рейегар, — Она не принадлежит ни вам, лорд Роберт, никому либо другому.       После этих слов Баратеон взревел от ярости и со всей силы замахнулся на принца. Удар пришёлся на правое предплечье и, выпустив поводья, Рейегар упал с лошади в воду. Он сильно ударился головой об какой-то камень, вода залила его глаза, проникнув под блестящий чёрный шлем, который украшали драконьи крылья. Если бы не он, наверное, Таргариен проломил бы себе голову. Каким-то чудом принц успел увернуться от атакующего Роберта и поднялся на ноги.       Они снова сошлись в бою, Роберт был сосредоточен, Рейегар же сражался как настоящий рыцарь, благородно и честно. Он не использовал ни одной возможности ударить исподтишка или схитрить. Мысли Таргариена были где-то далеко от поля битвы. Он вспомнил хорошенькую Рейнис и малютку Эйгона, которого так и не смог подержать на руках в последний раз, плачущую Элию, отца, мать и брата. И Лианну. Бедная, милая Лианна, которой он сломал жизнь. Он помнил её тонкий переливчатый смех, стройную фигуру, весёлый нрав, улыбку и волосы, пахнущие свежестью. Плечо нестерпимо болело, но Рейегару было наплевать на боль. Он собрал последние силы и ударил Баратеона мечом. Клинок сверкнул в воздухе, словно падающая звезда, отражая солнечные лучи, и лезвие отскочило, успев рассечь кожу на руке узурпатора, на бледный металл хлынула кровь.       — Ты станешь причиной гибели своего дома, только ты будешь виноват в гибели семьи, а Лианна будет вечно ненавидеть тебя за смерть отца и брата! — не унимался Роберт.       Грудь Таргариена сдавила сильная боль, а воздух в лёгких предательски резко закончился. Он не мог вдохнуть его снова, эти слова въелись в сознание принца, как чернила въедаются в сухой пергамент, ослабив сосредоточенность и концентрацию. Ему стало плохо как физически, так и морально и он больше не хотел смертей. Поняв это, Роберт немедля воспользовался моментом. Ударом молота, он снова сшиб Таргариена в воду и тот упал на колени. Острый наконечник оружия пробил чёрный панцирь доспехов, проломив грудную клетку, ломая рёбра юноши. На груди Рейгара рубинами был выложен герб Таргариенов, красный трехглавый дракон. После удара, драгоценные камни осыпались в воду, а из рта молодого принца хлынула кровь.       — Ли… Лианна, — еле слышно произнёс Рейегар, но Баратеон его уже не слышал. Рейегар умер практически мгновенно. Его красивые бледные губы застыли на обрывке женского имени, которое он произнёс, а печальные индиговые глаза закрылись навек. Эддард Старк объезжал место битвы и нашёл тело Таргариена. Увиденное повергло его в шок-бойцы обоих армий копошились в грязи, жадно ища рубины, осыпавшиеся в воду не обращая на бездыханное тело принца никакого внимания. Многие побросали оружие, после того как увидели смерть своего лидера и пустились наутёк. Печальный принц обрёл свой печальный конец среди воды, грязи и камней.

***

      Лианну не покидало дурное предчувствие. Она вспоминала отвратительный сон с драконом и корила себя за то, что не уговорила Рейегара остаться с ней, однако тут же осуждала себя за дурные мысли. Принц был отличным бойцом, она сама видела его на турнире и в битве. Он был храбрым, ловким и сильным, а значит ничего дурного случиться не могло. Леди Старк сидела на каменных ступенях Башни Радости и наблюдала за солнечными зайчиками, которые скользили по каменным кирпичам. Вдруг её сердце пронзила острая боль, а перед глазами всё поплыло. Девушка вскрикнула, упав на землю. Сир Эртур Дейн, который находился неподалёку тут же подбежал к ней.       — Миледи? Что случилось? — его лицо было обеспокоенным и выражало испуг.       — Случилось... Что-то дурное. Я чувствую.       — Вам не следует нервничать зря. Принц Рейегар вернётся и вы ещё посмеётесь над тем, что было.       Лианна медленно кивнула, положив ладонь на свой живот когда рыцарь помог ей подняться. Однако голос внутри неё предательски шепнул:"Он никогда больше не вернётся."