Часть 16. Семья.
15 июня 2016 г., 17:57
***
Принц практически нигде не останавливался, стараясь не затрачивать лишнее время на сон и еду, и достиг Королевских Земель довольно быстро. Войдя в тронный зал Красного Замка, Таргариен увидел отца. Тот сидел на железном троне, который был выкован по приказу Эйгона Завоевателя из мечей поверженных врагов. Рейегару никогда не нравилось это изделие из железа, очень высокое, неудобное и опасное, с торчащими шипами и лезвиями. Частенько бывало, что короли ранили себя о лезвия трона, и по крайней мере один король, Мейгор Таргариен, умер прямо на нём. Песни и легенды утверждали, что на железный стул пошла тысяча мечей. Его делали кузнецы, а не мебельщики, и их творение вышло достаточно грубым и несимметричным. Балерион, собственный дракон Эйгона, участвовал в этом деле: его дыханием мечи раскаляли добела. Худые, сморщенные руки Эйриса были покрыты многочисленными порезами, струпьями, шрамами и незаживающими ранами от лезвий этих мечей. Лицо его было мрачным и совсем не изменило своего выражения при виде сына. Лишь в глубине тёмных лиловых глаз мелькнула какая-то искорка. Длинная серебристая борода, спутанные волосы и беспокойно бегающие глаза вызвали в душе принца скорбную боль. Когда-то его отец часто улыбался. Первые двадцать лет правления Эйриса II проходили очень хорошо. Королевство жило в мире и процветало. Подданные любили своего короля, а лорды уважали его. Правитель был обаятельным, красивым и щедрым, хотя легко поддавался гневу. После восстания Сумеречного Дола странности, которые за ним и прежде отмечали окружающие, усилились. Эйрису повсюду мерещились воображаемые враги, заговоры и предательства. Отношения между отцом и сыном ухудшались день ото дня, но Рейегар никогда не желал ему зла, даже в самые трудные и ужасные моменты. Он видел перед собой больного и измученного старика, уставшего и безумного. Рядом с ним стояли королевские гвардейцы вместе с Джейме Ланнистером. Это был совсем ещё юный, красивый молодой человек в блестящих доспехах, золотистыми волосами и зелёными глазами, с восхищением глядящий на принца. — Государь, — начал принц, — ситуация значительно хуже, чем я ожидал. Колокольная битва в городе Каменная Септа обозначила перелом в ходе войны. Мятежники нанесли поражение королевской армии во главе с десницей короля, Джоном Коннингтоном, а разрозненная армия Роберта Баратеона объединилась. Возможно, нам стоит обратиться за помощью к лорду Тайвину Ланнистеру. Туманный взгляд Эйриса, до этого момента суетливо блуждающий по пустому залу, вдруг замер. — Нет! Ни за что, я не стану просить у него помощи! — вскричал тот. Его голос зычно прокатился по залу, эхом отражаясь от каменных стен. На лице короля отразился оскал ярости, голубые вены на висках вздулись, он тяжело дышал. Губы Рейегара сомкнулись в тонкую линию. — Государь, возможно, вам стоит пересмотреть своё отношение к лорду Тайвину и отодвинуть ваши разногласия на задний план, — вкрадчиво продолжил он, кинув беглый взгляд на Джейме, который стоял у трона короля не шелохнувшись. — Нам не помешает помощь вашего отца, сир Джейме, — тепло улыбнулся Рейегар. — Я уверен, он поможет, Ланнистеры верны короне и своему королю, — в чистых глазах юноши отразилось неподдельная гордость. — Я очень надеюсь на это, — учтиво ответил Таргариен, снова устремив взгляд на короля. — Прошу разрешить отправить к нему ворона с письмом. Эйрис колебался, он с презрением таращился на Джейме. Помедлив, король посмотрел в глаза сыну и медленно кивнул ему. — Благодарю вас, — Рейегар облегченно вздохнул, — сегодня же я выступлю из Красного Замка, чтобы повести войско. — Милорд, можно я пойду с вами? Я хорошо умею драться, — звонкий голос Джейме Ланнистера зазвенел в мрачном зале словно трель. Рейегар ещё не успел открыть рот, как король снова закричал: «Нет, ты останешься тут!». На лице сира Джейме отразилось неприкрытое разочарование, смешанное с обидой. Принц Рейегар, было, склонил голову и собрался уходить, как снова услышал голос Эйриса. — Я не видел тебя почти год, ты изменился. В твоих жилах течёт кровь древней Валирии, кровь драконов, не подведи меня. Рейегар ожидал какой угодной фразы, только не этой. Внутри него что-то ёкнуло и оборвалось. Медленно обернувшись, он увидел, как Эйрис смотрит прямо на него, немигающим взглядом. — Я не подведу, отец, — он сказал то, что на мгновение успокоило короля. — Ты уже много лет не называл меня отцом, — лицо старика на мгновение прояснилось, глаза посветлели, а сухие губы дрогнули. Рейегар поймал себя на мысли о том, что хочет обнять его хотя бы раз, и уже сделал шаг вперёд, как взгляд короля снова помутился. — Сожги их, убей. Теперь ступай. Прочь! Рейегар ничего не ответил. Уходя, он поймал на себе сочувствующий взгляд Джейме Ланнистера. Но ему не нужно было сочувствие. Рейегар пришёл к покоям матери, у которых стояла стража. Лицо его помрачнело. — Нам приказано никого не впускать по приказу короля Эйриса, — проговорил один из стражников. — Даже меня? — глаза Рейегара испытывающе сверлили гвардейца. — Даже вас, милорд. Он хотел попрощаться с матерью, не зная наперёд исхода битвы, но даже этого ему не дали сделать. Ладони его непроизвольно сжались в кулаки. — Передайте ей, что я приходил, — сухо ответил принц, направившись прочь. На сердце Рейегара было отвратительно. Он решил, что стоит объясниться хотя бы с Элией, но дверь к ней тоже была заперта, вокруг неё стояли стражники. — Тоже по приказу короля? — осведомился Рейегар. — Нет, милорд. Принцесса знает о вашем прибытии в замок. Но она не хочет вас видеть. Рейегару стало мучительно больно. Он предал свою супругу, которой дал клятву перед богами и людьми. Элия была хорошей и доброй. Сотню раз перед сном принц пытался представить её лицо, закрывая глаза, но перед ним всегда появлялось лицо Лианны. — Она в добром здравии? А мои дети? — немного помолчав спросил Таргариен. — Да, милорд. Принц зашагал прочь, в сторону лестницы, как дверь спальни Элии скрипнула и приоткрылась, в коридор выскользнула крошечная девчушка трех лет отроду, в белом платьице и с чёрным котёнком на руках. Это была его дочь-Рейнис. Рейегар встал посреди коридора, словно громом поражённый. У девочки были густые тёмные волосы матери и индиговые глаза отца. Она с нескрываемым удивлением смотрела на Таргариена, поглаживая котёнка, монотонно помурлыкивающего у неё на руках. — Папа? — наконец пискнула она. — Милая… — Таргариен опустился на колени перед девочкой и обнял её за плечи. — Мама сказала, что ты приехал. Сказала, что можно с тобой поговорить, — девочка обнимала Таргариена за шею, и слёзы полились из глаз принца. — Почему ты ушёл и почему ты плачешь? — Прости меня, — прошептал Рейегар, прижимая Рейнис крепче. Он помнил, как впервые взял её на руки. Девочка тут же схватила его за палец и перестала кричать, — я плачу, потому что ты очень красивая, — соврал он. — Глууупый папа, зачем же плакать из-за этого? — засмеялась девочка. — Рейнис высвободилась из объятий принца и протянула ему котёнка, - Это Балерион, я назвала его в честь дракона. Рейегар, стоя на коленях у девочки, которая что-то беззаботно щебетала, понимал, что ненавидит себя за то, кем является. Ненавидит свой голос, внешность, титул, ненавидит то, что сделал и делает. Во рту у Рейегара пересохло, а сердце бешено колотилось. Он поднял голову и увидел, что дверь в покои Элии всё ещё слегка отворена. Дорнийская принцесса украдкой наблюдала за ними. Он мог видеть только часть её лица, но готов был поклясться, что она плачет. На руках у неё находился годовалый Эйгон. Как только Рейегар поднялся с колен, сделав шаг в сторону двери, Элия тут же захлопнула её, давая понять, что не хочет его видеть. Принц нежно погладил малышку по волосам и произнёс: — Беги к матери, всегда слушайся её. Она замечательная женщина, и ты вырастишь такой же замечательной. Он понимал, как же глупо и жалко звучат его слова, и даже сейчас лицо плачущей Элии стиралось из памяти, и принц видел перед собой фигуру хрупкой Лианны, стоящей возле Башни Радости с красными от слёз глазами. От этих мыслей Рейегару стало дурно, а в глазах потемнело. Рейнис чмокнула отца в щёку, кокетливо прошептав:"Ты тоже очень красивый." Она весело побежала к двери и скрылась внутри неё. Замок щёлкнул, а значит Элия снова заперла дверь изнутри. Так или иначе принц не находил для неё слов в своё оправдание, слов, которые мог бы сказать ей или которые могли искупить свою вину. Рейегар вышел во двор, присев на каменные ступени замка, как ощутил, что кто-то хлопнул его по плечу. Серебристые волосы, собранные в хвостик, и пытливые фиолетовые глаза его брата смотрели на него с удивлением. Мальчику было всего шесть лет, но уже сейчас он был красивым. Рейегар так же изумлённо всматривался в лицо Визериса, не находя слов. Он полагал, что брат находился в покоях матери, но ошибался. — Не обманывают ли меня мои глаза? — удивлённо вскинул брови младший Таргариен. Рейегар порывисто обнял Визериса. Они всегда мало проводили времени вместе, а потом он уехал на целый год. Рейегар мог лишь гадать, каких слухов нахлебался его брат. — Я думал, что ты в покоях королевы… — начал было принц. — Ой, там слишком скучно. Мне разрешено покидать её комнату. Отец не может отказать мне ни в чём, — махнув рукой, он продолжил, — я знал, что ты вернёшься, — Визерис выглядел обескураженным, но довольным. «Настоящий маленький принц», — подумал про себя Рейегар, глядя на парчовую, богато украшенную одежду, невольно улыбнувшись. Но улыбка довольно быстро растаяла на его лице. — Некоторые говорили, что ты похитил северянку Лианну Старк, некоторые, что готовишь заговор. Остальные же говорили и то, и другое. Отец сказал, что ты опозорил наш род, выбрав волчицу, — лицо Визериса было серьёзным. — Ну, а что считаешь ты сам? — Я не верю всяким сплетням и слухам! Ты вернулся, а значит неважно, зачем уходил. А теперь ты снова покинешь нас, уходишь на войну? Рейегар молча кивнул, глядя куда-то вдаль. Солнце освещало двор, было тепло, однако холод пробирал Таргариена до костей. — Визерис, можно я попрошу тебя кое о чём? Маленький принц с готовностью кивнул и принялся слушать. Иногда Визерис был слегка вспыльчив, но в основном ласков, внимателен и всегда ему улыбался. Он любил этого ребёнка и был рад увидеться с ним. Похоже, он был единственным в этом чёртовом замке, кто совершенно точно не осуждал его. — Мне не удалось повидаться с нашей матерью, и я не знаю, как решится исход войны. Но пообещай мне заботиться о ней и о нашей сестре или о нашем брате. — О чём ты? Я уверен, ты всех победишь! — на лице Визериса мелькнула тень недовольства и капризности. — Это лишь богам известно. Ты обещаешь мне? — Обещаю, — со всей серьёзностью в голосе произнёс маленький Таргариен. — Тогда я спокоен, — улыбнулся серебряный принц. Где-то за этими лесами, реками и полями сейчас находилась Лианна. Он не знал, как она и что делает в данный момент, всё ли с ней в порядке? Рейегар никогда не был очень набожным, но сейчас молился о том, чтобы с ней всё было хорошо.
