Моя девушка - футанари

Проснулся Славка от дикого оргазма. Ну просто искры сыпались у него из глаз, и тело молотилось как в приступе эпилепсии. И, естественно, причиной этого безобразия оказалась Маша, которая сжимала парня в своих объятиях и бессовестно лишала его спермы. Юноша хрипло застонал и обмяк, вытягиваясь под ней и переживая глубокое погружение в нирвану. Единственная мысль, которая беспокойно билась в его голове, мешая расслабиться, – это сколько сейчас времени и не опаздывают ли они в школу. Маша отпустила его наконец и тоже обессиленно опрокинулась на́ спину. – Ну, Славка, ты даёшь! – выдохнула она. – Чего на тебя нашло-то сегодня? – На меня?! – удивился молодой человек. – Ну не на меня же? Кто утром начал во сне ко мне приставать? Разбудил куннилингусом, да ещё так круто его сделал, что я, кончая, выпустила свою хайру на свободу. Так ты и на неё набросился, что твой мангуст на змею! Заглотал целиком, возбудил меня до предела и вынудил накачать тебя моим соком по самые гланды! И причём всё это делал не просыпаясь! Это что за секс-лунатизм такой у тебя появился? С каких это пор? Кто у нас в паре маньяк сексуальный? Я сперва грешным делом думала на себя. А теперь как-то уже и не уверена. Слава встал на коленки и замер с открытым ртом, пото́м медленно закрыл его и нахмурился. Что-то такое ему снилось сегодня. Какой-то необычный эротический сон, да такой приятный, что просто страсть. Вот только что́ конкретно снилось, он не помнил. По внутренней стороне бёдер юноши явственно потекли ручейки, и это отвлекло его от попыток вспомнить ночную историю. Он провёл по ногам ладонью, поднёс её к глазам, потом ощупал свою попу и обнаружил протечку. – Эм… в попу себе я тоже сам хайру твою запихивал? – уточнил он. – В попу нет, – томно улыбнулась Маша. – Туда я тебя чпокнула по собственной инициативе. Но… ты так прогибался в спине соблазнительно, так просил, что… ну я не сдержалась… вот… Извини, если что. – Нет-нет, всё нормально, – пробормотал Слава, морща себе нос. – Надо мне в душ сходить, помыться. Ты случайно не знаешь, сколько сейчас времени? – Семь – восемнадцать, – ответила девушка, заглянув в свой мобильник. – Времени пока вагон, учитывая, что личные проблемы свои мы по твоей инициативе уже решили. Так что беги в душ, а я пока завтрак нам разогрею. Посмотрим, что приготовила твоя мама. – Да, кстати, – вспомнил молодой человек, останавливаясь в дверях. – Ты когда у мамы спросишь о встрече со мной? Хотелось бы узнать, к какому дню мне готовиться. – Сегодня после уроков с ней поговорю, – скромно ответила Маша. – После школы разойдёмся по домам. Когда мама вернётся с работы, я у неё спрошу. А пото́м созвонимся. Если у тебя снова получится отпроситься, встретимся вечером у этого дома. – Договорились, – улыбнулся Слава и пошёл в ванную. Девушка проводила его, поджав губки. Ей ещё надо было сказать как-то, что встречаться с ним будет её сестра. И сообщить эту новость она пока не могла, следовало сперва утрясти её с мамой.

***

Третий день в школе начался без особых эксцессов. По пути в неё молодых людей никто не поджидал, да и в само́м классе обстановка была вполне благополучной. Кирилл в школу пришёл, но держался обособленно от всех и с опаской поглядывал на Машу. Можно сказать, что был он тише воды и ниже травы. В команде его, похоже, произошли кадровые перестановки. Лидерские позиции занял парень по имени Максим и терять обретённое положение по собственной инициативе не собирался. Да и сам Кирилл не особо-то рвался в их компанию, ведь именно эти парни были главными свидетелями его конфуза. Бо́льшую часть времени Маша проводила в обществе одноклассниц. У неё появились в классе свои подруги, и отношения с ними у девушки уже сейчас установились весьма тёплые и открытые. Слава в очередной раз поразился, насколько легко Маше удалось завязать дружбу. Складывалось впечатление даже, что дружба эта многолетняя. Впрочем, и о парне своём подруга не забывала. Пробегая мимо, неизменно касалась его или даже чмокала в щёчку. Ребята хихикали, а кто-то даже завёл тему про тили-тили тесто. Ну и фиг, Машу это не напрягало, да и Славку тоже. Он на переменах проводил всё время в обществе своего нового приятеля, и в основном не по своей инициативе. Николая мучило любопытство по поводу Машиного преображения. Так что он не переставал расспрашивать Вячеслава об этой девушке и обо всём, что с ней было связано. – А Кирюха-то сегодня сам на себя не похож, – заметил Николай. – Поговаривают, что вчера с ним какой-то конфуз случился? Ты ведь, вроде, свидетелем был. – Так я ничего не знаю, – сходу отнекался Слава. – Ну, заорал он от чего-то. Ну, убежал. А почему заорал – не ясно. Маша сказала, что вид у него неподобающий и смешной. Может, ширинка была расстёгнута. – Э, нет, брат. От такого пустяка так не сбегают. – Наверно. Но откуда ж мне знать, что вашего Кирилла шокирует. Я его только третий день вижу и ни разу с ним не был знако́м. В разговоре возникла небольшая пауза, которую в очередной раз прервал Николай: – Эх, везёт тебе, у тебя подружка есть, – вздохнул приятель, меняя тему разговора. – Везёт, – не стал спорить Вячеслав. – Хотя нас, вон, уже дразнят. – Да фигня всё это, – отмахнулся Николай. – Поделись секретом, как ты смог так быстро сойтись с девушкой. Юноша и рад был бы поделиться, только ему стыд не позволял говорить о столь интимных методах сближения. Да и не сработали бы они с обычными девочками. – А тебе кто-нибудь в классе нравится? – поинтересовался Вячеслав у приятеля. – Не так чтобы прям совсем, – смутился собеседник. – Но… просто… дружить с девочкой клёво. А кто не понимает этого, тот ещё ребёнок. – Погодь, тебе не важно, что ли, с кем дружить? – Почему не важно? Важно. Но… если б на меня какая-нибудь девушка повелась так, как на тебя Маша, я был бы очень рад и ответил бы ей взаимностью. – Даже если б она была страхолюдиной? – удивился Вячеслав. – Ну, не перегибай палку, – насупился Николай. – Я про наших девочек говорю, а в классе у нас страхолюдин нет. Слава весело взглянул на приятеля: «Эх, знал бы ты, каким боком может вылиться тебе такая дружба, – подумал он. – Не всякому ведь понравится». – И кстати, мне одна девчонка очень нравилась, – признался вдруг Николай. – Только она в нашем классе больше не учится. – Ты не про Настю, случайно? – А ты её знаешь? – удивился собеседник. – Нет, но через пару недель познакомлюсь, – ответил Вячеслав. – Она нас с Машей на день рождения свой пригласила. – Как так?! – воскликнул Николай. – Да тише ты, не кричи, – остудил его Слава, – все уже оборачиваются на нас. Она Машу пригласила, та ведь её подруга. Ну, а Маша уже договорилась с ней по поводу меня. – Бли-и-ин! Ну как у тебя легко всё получается?! – Чего получается-то? Я только на день рождения иду. – Привет, мальчики? О чём спорим? – вклинилась в их разговор Славкина подруга. Юноша хотел отшутиться, но увидел, как взгляд приятеля разом остекленел, и с опаской посмотрел на девушку: – Маш, ты чего? – Тихо, – вполголоса сказала она, – пойдём, выйдем из класса, пошептаться надо, – добавила Маша и направилась к дверям. Николай молча поднялся со своего места и безропотно пошёл за ней. Вячеслав обеспокоенно поморгал глазами и присоединился к их компании. – Чего случилось-то, Маш? – спросил он, когда вся компания удалилась в уединённое место, подальше от посторонних ушей. – Твой приятель хочет отдать свою сперму, сообщая об этом всеми сигнальными огнями, – пожала плечами девушка. – И мою подругу сей факт наверняка заинтересует. Остаётся выяснить только, насколько откровенной она с ним может быть. Я хочу его протестировать. А ты постой и помолчи пока. Это займёт минуты три от силы. До конца перемены успеем. Первый вопрос Маши: «Какие преимущества у зелёного зайца перед серым?» заставил Славу удивлённо выпучить глаза, а ответ Николая: «Тем, что у него зелёный живот» – ввёл юношу в настоящий ступор. Девушка продолжала задавать короткие и совершенно абсурдные вопросы, а молодой человек – практически без промедления на них столь же абсурдно отвечать. Эта беседа напоминала Вячеславу разговор двух умалишённых, тем не менее он счёл за благо промолчать, тем более что его специально об этом просили. Маша прекратила свой допрос ещё до окончания перемены. – Можешь идти к себе за парту, – сказала она Николаю. – Там ты проснёшься и вспомнишь, что мы беседовали о Дне рождения Насти и я обещала спросить у неё, не захочет ли она тебя пригласить. Иди. Когда молодой человек скрылся в классе, Слава решился наконец с подругой заговорить. – Что ещё за "зелёные зайцы" и "левосторонние корабли"? Что за галиматью ты несла? – Не заморачивайся, – улыбнулась Маша. – Это тест для подсознания. Один из инструментов ментальной магии. – И что ты там наколдовала? – Намагичила, – поправила собеседница. – Один фиг. – Неа. – Ох, ладно. Так всё-таки, что? – Ну, не знаю даже. Не так всё радужно, как с тобой, конечно, но… Николай заслуживает внимания. В общем, я хочу про него Насте рассказать. Тем более что парень сам хочет с ней сблизиться. А уж она пусть решает, как с ним поступить. – Погоди, в каком смысле заслуживает внимания? – В разных. Например, можно взять его сперму. Грех не взять то, что добровольно и с радостью предлагают. – Но у неё же, вроде, есть для этого молодой человек. – С тем парнем вообще всё по нулям, никаких перспектив. А с Николаем может кое-что получиться. Есть вероятность, например, и вполне значимая, что он примет природу футанари. Понимаешь меня? – В каком смысле примет? Позволит себя… того? – Нет-нет. Я не об этом. Да и вряд ли он в ближайшее время согласится. – Тогда не понимаю. – Настя сможет Николаю открыться без ущерба для отношений. Вот что я хотела сказать. – То есть он продолжит встречаться с ней, узнав, что она футанари? – Ага, но и при условии, наверно, что моя подруга будет держать свою хайру от него подальше. – И в чём тогда фишка? Чем он лучше для Насти того первого её парня? – Тем, что примет её. Без возможности открыться нельзя построить отношения. Ни одной футе не разрешат привязать к себе парня, если он не согласен принять её природу. Более того, ей нельзя открываться парню, если нельзя его привязать. – Какой-то замкнутый круг получается. Маша рассмеялась. – Ну, не совсем. С помощью ментальной магии можно, например, перевести человека в специальное состояние, в котором он будет вести себя как обычно, но пото́м всё забудет, если перевести его обратно. То есть можно открыться так, чтобы парень этого не запомнил. И если результат окажется негативным, то ничего страшного не произойдёт. Слава подозрительно посмотрел на Машу. Ему вдруг чётко вспомнился вчерашний вечер и ощущение, что он потерял кусочек своего времени, когда Мариока хотела что-то у него узнать. А не проделала ли она с ним нечто подобное? Скорее всего, так и было. Вот только вряд ли имело смысл об этом спрашивать. Всё равно ведь не скажет. – То есть, если парень примет футу, она сделает его от себя зависимым? – При его согласии, да. – А если он откажется? – Тогда молодой человек забудет секрет девушки, а она продолжит с ним встречаться, стараясь покрепче его психологически к себе привязать. Этого нам делать не возбраняется. А потом будет вторая попытка откровенности, с гораздо более высоким шансом на успех. – Таким способом, мне кажется, любого мужчину можно уломать. – Увы, не любого. Большинство людей либо неприступны совсем, либо потребуют таких усилий и времени, что никто из нас с ними связываться просто не станет. Столь же перспективных, как Николай, наберётся от силы процентов двадцать – двадцать пять. Ну, а уникумы, вроде тебя, Славка, просто как дар божий, встречаются совсем нечасто. – Погоди, – удивился молодой человек. – Разве мало в мире бисексуалов? – Сексуальные предпочтения людей, увы, далеко не всегда являются определяющими. Решиться на физическую зависимость от другого человека сможет далеко не каждый бисексуал. Этот вопрос как раз и является одним из камней преткновения. Ну, а среди гетеросексуалов вполне могут найтись и те, кто со временем подружится с хайрой. Вот ты, например, очень быстро подружился, – улыбнулась Маша. – А что ещё? Какие ещё есть камни преткновения? – Наша нечеловеческая природа. Она тоже многих людей отпугнёт. – Тогда я вообще не представляю, как можно угадать перспективность человека для отношений с футанари. У всех свои тараканы в голове и отреагировать те могут самым непредсказуемым образом. – Я же сказала уже, что способы есть, и один из них я тебе только что показала. – Что-то сомнительно мне, что зелёные зайцы твои способны разглядеть тараканов в чужой башке. – Способны, способны, – улыбнулась Маша. – Про одного такого очень полезного тараканчика я могу тебе рассказать. Правда, не уверена, что Николай сам о нём знает. – Расскажи, – заинтересовался Слава. Но в этот момент зазвенел звонок. – Упс, – развела руками девушка, – наше время истекло. Пошли на урок. Подмигнув парню, она развернулась и устремилась в класс. – Эй, постой! – бросился за ней юноша. – А сказать? – Пото́м, на следующей перемене! – Я ж от любопытства помру! Маша поймала Славку в дверях и прижалась губами к его уху. – Сквирт, – шепнула она тихо. – Твоему приятелю может очень понравиться это дело. Или уже нравится. – А потом добавила громко: – Всё-всё, пошли. Учительница уже идёт. Войдя в класс, юноша взглянул на Николая и обнаружил того витающим в облаках в состоянии счастливого опьянения. Тот и не заметил, похоже, что урок уже начался. Увидев ту же картину, девушка хихикнула и, сев на своё место, стала строчить эсэмэску в телефоне. – Маш, ты чего задумала опять? – спросил Вячеслав, переживая за приятеля. Уж кому как не ему было знать, в какую ловушку тот совал свою голову… или головку, если уж быть более точным. Девушка искоса глянула на него, но промолчала, продолжая азартно работать пальцами. – Блин, Маш, – продолжил парень чуть громче, и учительница его услышала: – Живцов, ты на перемене не наговорился? – поинтересовалась она. – Тогда давай к доске. Используем твою неизрасходованную энергию на благо учёбе. Маша весело стрельнула на него глазами и сказала беззвучно одним движением губ: «Иди, иди, отличник, зарабатывай свои пятёрки». И вид при этом имела такой, что вот сейчас, без помех со стороны, закрутит настоящие интриги Мадридского двора. Вячеслав вздохнул и, вежливо улыбнувшись учительнице, уверенно поднялся из-за парты. Заданный на дом параграф по географии он помнил так чётко, что мог читать страницы учебника наизусть. Его ответ был, наверное, достоин академических залов оксфордского университета. Он отличался чёткостью, лаконичностью и занял не более трёх минут. Погоняв ученика ещё пару минут коварными вопросами и получив на них неизменно быстрые и аргументированные ответы, учительница выбросила белый флаг и в состоянии искреннего умиления отпустила вундеркинда на своё место. Впечатлённой оказалась не только она, но и весь класс. Маша встречала Славку восторженным светом своих глаз, и её азартно облизывающий губки язычок заставил парня внутренне напрячься. Как бы чего нештатного с ним сегодня в школе не приключилось. Девушка ухватила его за руку под партой и сжала её. – Божечки, какой ты умный! Я тебя обожаю! – еле слышно шепнула она. Оставшаяся часть урока прошла в спокойной и дружественной атмосфере. Не желая, видимо, портить себе впечатление, учительница никого к доске больше не вызывала и сразу же стала излагать материал следующей темы. Открыв свой дневник, Слава обнаружил в нём пятёрку с двумя плюсами и, улыбнувшись, подумал, что можно попробовать сегодня отпроситься у родителей ещё на одну ночь. Ну, или, может быть, наоборот, не отпрашиваться, а приберечь отгул на другой день. Через две недели его ждала праздничная вечеринка в обществе двух футанари, и это событие стоило того, чтобы урвать для него дополнительный резерв времени в ночное время суток. На переменах Николай пару раз подкатывал к Маше с просьбой прояснить свою судьбу, после чего был отшит до конца всех занятий под предлогом отсутствия обратной связи с именинницей. – У неё ведь тоже сейчас занятия идут, – объяснила Маша. – Я после уроков прям при тебе ей позвоню, – пообещала она Николаю, и тот наконец отстал.