Элементарно, Старк!

Тони открывает глаза и делает глубокий вдох, вдыхая запах секса, возбуждения и… Стива. Можно сослаться на гон и галлюцинации, если бы голова не мыслила так ясно. Тони пытается встать, но в кольце рук это не так просто сделать. Последнее, что он помнит, это виски и влетевшего в комнату возбуждённого альфу Джона Ватсона. «О боже! Только не это. Проклятый гон!». С замиранием сердца он разворачивается в крепких объятиях и оказывается нос к носу со «своим» альфой. - Стив?! Что ты здесь делаешь? Мозг слишком быстро обрабатывает видение в континууме, соображая, почему он здесь. Но всё к черту, почему здесь Стив?! Он ведь сам бросил Тони и ушёл к Баки! - Тони… Заспанный Роджерс выглядит до одури мило, так, что у Тони щемит сердце и возникает дикое желание поцеловать этого подлеца. Подлеца и изменника! Да что вообще происходит?! - Тони, я… - Стив окончательно просыпается под взглядом рассерженного омеги. – Начался гон, и инстинкты привели меня к тебе. Я ничего не мог с собой поделать. - Инстинкты? А как же Барнс? Разве не он «твой омега»? Или тебе по нраву «многожёнство»? Что, Роджерс, покувыркаешься со мной по-тихому, а потом слиняешь к нему? Или мне ждать появления этого зимнего ископаемого здесь с целью набить мне морду? Или, может, сбросить меня с крыши моего дома? - Старк! У меня сейчас желание тебя ударить. - Так бей! Что же ты? Мы ведь дрались с тобой, и не раз. Или теперь бить меня прерогатива «твоего омеги»? - Тони! – Стив делает глубокий вдох, успокаиваясь. – Мы с Баки просто друзья. - Вот как! Совсем недавно ты говорил совершенно иное! - А я смотрю, ты всё вспомнил. - А что, удобнее было, когда не помнил? Стив молчит несколько секунд. Потом поднимается и садится на кровати. При виде обнажённого Роджерса член Старка встаёт как по команде. «Чёртов гон!» - убеждает себя Тони, внутренне признавая, что и без всякого гона он реагирует на Стива точно так же. Тони делает серьёзное лицо и прикрывается одеялом. Он знает, что скоро снова накроет, и это будет продолжаться ещё несколько дней, поэтому необходимо выяснить всё сейчас, пока разум функционирует. - Мы с Баки больше не альфа и омега. Эти отношения остались в прошлом. Далёком прошлом. До того, как я встретил тебя. - Неужели? Что же, Барнс нашёл себе кого-то, и ты стал не единственным, кто у него есть в этом мире? - Нет. Вернее, я не знаю, мне кажется, Романофф всерьёз возьмётся за него. Они неплохо ладят. - О да, Наташа молодец. Главное, чтобы он не скрылся от неё, как наш зелёный друг. Хотя как по мне, так лучше бы он отправился туда, где провёл эти семьдесят лет. Так что же, он избавился от конкурента, а потом любезно сообщил, что не нуждается в тебе? - Не совсем. Спустя несколько дней после того, как случилось всё это, я сказал ему, что не могу. Что как раньше не получится, потому что здесь, в новой жизни я встретил тебя и влюбился. Мы поговорили и пришли к выводу, что и мы, и наши жизни слишком изменились, и что прошлое должно остаться в прошлом. Тони поджимает губы и молчит, уставившись в одну точку. - Значит, тебе потребовалось, чтобы я упал с обрыва, чтобы это понять? Стив опускает взгляд. Он выглядит очень, очень виноватым. - Я был дураком. Думал, долг превыше всего. Но когда я представил, что потерял тебя, то едва не лишился рассудка. - Ты сказал мне в лицо, что выбираешь его. Что он твой омега, а не я. Стив поворачивается к Тони лицом и берёт его вспотевшую ладонь в свою. - Тони, я очень виноват перед тобой. Ты сможешь простить меня? Тони молчит, наверное, несколько минут, выдерживая паузу, глядя в небесно-голубые глаза, полные искреннего раскаяния. - Я подумаю над этим, Роджерс. Когда гон кончится. А сейчас иди-ка сюда. Тони дёргает Стива на себя, ловя губами его губы, и они оба валятся на просторную мягкую кровать. *** Первым просыпается обоняние. И мозг, привыкший думать логически, считает, что оно играет с ним злую шутку. Так как следом просыпается память, которая в качестве последнего реального события зафиксировала появление Стива Роджерса. Обратившее на себя внимание осязание отмечает тот факт, что омега находится в крепких объятиях альфы. Который по всем законам логики никак не может быть тем, на кого указывает обоняние. Холмс решает было открыть глаза, когда в памяти проносится видение, произошедшее явно в континууме. Неужели получилось? Но тогда тем более, однозначно Ватсона здесь просто не может быть! Шерлок резко открывает глаза, обнаруживая себя лежащим головой на плече Джона Ватсона в его объятиях. - Ватсон? Холмс поднимается, садясь на кровати. Голос охрипший. Во рту привкус виски. Сам омега абсолютно голый. Значит ли это, что Старк с Ватсоном… С другой стороны, тело это определённо его, а если учесть, что он в теле Старка с его альфой… Но видел и воспринимал он Ватсона… Впервые в жизни Шерлок Холмс решает не грузить свой мозг и возвращается к текущему положению вещей. - Ватсон, что вы здесь делаете? - Шерлок. – Ватсон потирает глаза спросонья. – Мы снова на вы? - А разве не такого обращения к друзьям требуют правила этикета? - Друзьям? Я думал, между нами нечто большее, чем просто дружба. Что мы альфа и омега… - А по-моему, Ватсон, омега, который сопровождает альфу к алтарю в качестве шафера, является для него не более чем другом. Поэтому я благодарю вас за помощь мне как альфы омеге в этот деликатный и непростой для моей сущности момент, но дальше я справлюсь сам. Миссис Ватсон, должно быть, ждёт вас дома. Кстати, как прошло свадебное путешествие? - Мы с Мэри подаём на развод. Слова бьют Холмса будто обухом по голове и прерывают его речевой поток. Такого поворота он точно не ожидал. - После… твоих похорон мы поговорили и пришли к выводу, что мы не предназначены друг для друга. Ей интереснее в обществе Майкрофта, а я… слишком долго не понимал, кого люблю на самом деле. - Погоди. Твоя жена… с моим братом? «Чёрт, Майки, вот почему ты так загадочно улыбался, когда предложил сбросить её с поезда и поселить у себя на время нашего расследования!». - Да. Но я бы всё равно расстался с ней после нашего с тобой «последнего дела». - Даже несмотря на то, что я упал в водопад? - В какой-то момент я был готов смириться с тем, что буду скорбеть по тебе всю жизнь. Я хотел уехать из Лондона в какую-нибудь провинцию и помогать людям в местной больнице. Потом ты вернулся. И я смирился с тем, что ты потерял память и избегаешь меня. Но уехать уже не смог. - И почему же ты здесь? - Потому что я связан с тобой… И я не хочу противиться этой связи. Если ты воспринимаешь это лишь как дружескую помощь, я хочу, чтобы ты знал, что для меня это значит гораздо больше, чем просто дружба. Но если ты против, я уйду. «Ну уж нет. Я эгоистичная омега. И заслуживаю счастья». Холмс подаётся вперёд и утыкается носом в шею своего альфы, вдыхая его запах и успокаиваясь в его объятиях. *** - Послушай, но я ведь пытался входить в бессознательное и связываться с тобой. Но кроме галлюцинаций на гормональном фоне там ничего не было. Как у нас получилось вернуться, Холмс? - Элементарно, Старк. Я всё рассчитал. Во время гона энергия наиболее сильна. Нужно только выбрать пиковый момент. Бессознательное на инстинктах берёт верх, и достаточно лишь одной мысли, чтобы попасть в континуум. - Тебе когда-нибудь говорили, что ты гений? Почти такой же, как и я. Надо запатентовать этот способ. Написать книгу. У меня больше возможностей для раскрутки издания, поэтому лучше этим займусь я. Поэтому можешь передать мне рукописи, а я напишу пару глав от себя и выступлю в качестве соавтора. Семьдесят процентов гонорара твои. - То есть тебя не смущает разница почти в два века. - Абсолютно. К тому же, мы пишем про пространственно-временной континуум, вполне логично, что мы живём в разном времени и пространстве. - Хорошо, я соглашусь с тобой. Придумаешь, как будешь перечислять мне гонорар, можешь взять себе сорок процентов. - По рукам, Шерлок.