Мерцание алых звезд

Flashback Когда последнее напоминание о песни, которую спела эта красноволосая барышня, испарилось из помещения, как и владелица этого кристально чистого голоса, я решил озвучить свой и без того всем понятный ответ. — Все же… она лучше каждого из вас… — я сам не знал, почему это говорил, но это были мои истинные мысли. Я и правда, считал, что она лучше каждого из них, но никогда не подозревал, что смогу повестись на уговоры такой эксцентричной личности и сделать так, как хочет именно она. Она разрушила все мои планы, которые я строил еще до поступления этого выпуска. Когда я в первый раз заглянул в ее глаза, то понял — она та, кого я желаю видеть рядом с уже популярными принцами. Она — их идеальное дополнение, которое не только не померкнет, но и добавит изящности и яркости всей картине. Этакая алая роза, само воплощение элегантности, которая только дополняет, а не ухудшает композицию из цветов разной масти. Но я заметил одну закономерность в ее песнях. Каждый раз, не важно, какую бы она пела песню, до зрителей доходил лишь тот смысл, который она в нее вкладывала. Даже если опереться на весь мой многолетний опыт, я сам не знаю, как она это делает. Я не могу даже представить, что эта особа достанется какой-то другой организации. Я заставил ее раскрыть себя во всей красе, показать нам все, на что она способна, и мне кажется, что она еще не раз заставит меня удивиться. — Что вы хотите этим сказать? — Я не обернулся к говорящему, но ответить поспешил. — В отличие от вас она может управлять своими эмоциями… — я не собирался объяснять все досконально, но мне нужно было знать их мнение. — Как она вам? Все проголосовали «за» ее дебют, кроме одного принца, который всегда удивлял меня своей противоречивостью. — Что тебя не устраивает, Ранмару? — задал я вопрос. — Ее личность. — Просто и сухо. Он всегда меня этим прельщал. Да и большинство поклонниц таяли от его холода, как бы парадоксально это не звучало. — Все проголосовали «за». Вопрос закрыт. — Его ответ мне не понравился. Губить талант, только потому, что не нравится человек или его личность… Во-первых это глупо. Во-вторых, я заставлю пожалеть его об этих словах. Но все же. Если задуматься о ее личности. Эта девочка не так проста, какой хочет казаться. Она показывает себя такой, какой ее хотят увидеть, или какой она хочет, чтобы ее видели. У нее никогда не было друзей. Родители погибли, а из родственников остался только брат, остальные — только дальние и о них она даже не вспоминает, предпочитая находиться в одиночестве. Видимо, все события, которые произошли в ее жизни, на нее так сильно повлияли, что ее личность выработала такую особенность — ее от мира ограждает огромная стена. Сама она сдержана, всегда сконцентрирована, высокомерна, но ее песни… Столько эмоций в одной песни я еще не слышал. Это и страх, и боль, и уверенность, и пылкость души. Ее алый цвет волос оправдывает ее натуру. Словно дикая кошка, она нападает из-за угла, поражая своей грациозностью. Надеюсь, я не ошибся в своем выборе и она не заставит меня пожалеть об этом, может не до конца обдуманном, шаге. Конец flashback

***

С каждым днем он все сильнее отдалялся от меня. Мы виделись все реже, созванивались, дай бог, раз в месяц, но замечать я это стала только вчера. Вчера вечером я решила позвонить Кирихо и узнать, слышал ли он ту замечательную новость, которую уже обсуждают все журналы и телеканалы. Наш с ним разговор начался уже как-то не так, он будто просто не хотел меня слушать. Как оказалось позже, он даже не знает, что случилось с его сестрой! Оказывается, всю эту неделю он провел с, цитирую: «милой Юки», которая и на минуту от него не отходила. У меня было ощущение, что он променял меня на нее. В его голосе было столько фанатизма, что меня чуть не стошнило. Мне вдруг стало так больно и противно, что я со всей яростью, которую только могла вложить в свой голос, сказала: — Твоя сестра дебютировала, а ты даже не удостоился новости посмотреть. Ты же знал, когда проходит финальное прослушивание, а если бы я проиграла. Я ведь хотела только поддержки… — и я положила трубку, мне больше не хотелось слышать его голос. Я была очень рассержена, и начала ужасно ревновать. Как он, мой брат, мог забыть обо мне? Видимо, я действительно никому не нужна, даже единственному брату. И для кого я тогда так стараюсь? Наверное, я лишь утешаю себя этими мыслями, чтобы не казаться самой себе ничтожной, чтобы не казаться собственницей и лицемеркой, но, видимо, по-другому я не могу. Правда на тот момент мне так не казалось, мне лишь хотелось их обоих придушить, чтобы он больше не смел оставлять меня одну, чтобы не смел, забывать обо мне! Он был нужен мне как никогда прежде. Даже тогда, когда умерли наши родители, он ни разу ко мне не подошел, разбираясь с более насущными проблемами. Я, конечно, понимаю, что он пытался особо со мной не сближаться, после новости о том, что я больна, но потом же все нормализовалось. А сейчас? Что с ним было сейчас? Неужели он настолько влюбился, что посчитал ненужным уделять внимание единственной сестре? Я до последнего надеялась, что это не так. Но с каждым часом все мои надежды рушились, оставляя после себя только руины былой веры. Я поверила в то, что мой брат оставил меня наедине с моими переживаниями. Оставил меня одну.

***

Мимо меня неумолимо бежали часы собственной жизни, такой же серой и незаметной, как у мыши. Последние часы, которые скоро померкнут в красоте и изящности моих будущих дней. По крайней мере, я в это верила всей душой. С улыбкой на устах я ждала перемен к лучшему, совсем позабыв, что в каждой жизни есть черный цвет. Оставалось два с половиной дня до моего дебюта. Меня целый день таскали по разным дизайнерам, дабы подобрать идеальный костюм для этого невероятного события, но им все казалось слишком вычурным и совершенно для меня не подходящим. Чтобы костюм был идеальным, я предложила Арионе помочь мне и моим дизайнерам, на что она крепко обняла меня и сказала, что это самый лучший день в ее жизни и что она очень рада помогать мне. Я была так счастлива, что рядом со мной есть Мибоку, что вскоре забыла о том, что меня мучило. Мне было просто некогда думать о Кирихо и Юкино. С того вечера Кирихо пытался мне позвонить, но я не брала трубку. Нарочно, ведь мне не хотелось его слышать. Может это глупо и совершенно по-детски, но я ничего не могла с собой поделать. Я долго думала над тем, что вот, сейчас, когда мне так страшно, так одиноко, он развлекается с Юкино, и тогда мне становилось до тошноты плохо. Ревность поглощала меня, не оставляя места для здравого смысла. Я слышала — что-то или кто-то шептал мне, повторяя какие-то слова как мантру. Внушал. Но сейчас для меня было важно лишь одно, лишь одна мысль занимала все мое существо — мой дебют. Но все омрачал Сё — иногда он звонил мне и пытался подбодрить. На самом деле он очень проницателен, когда дела касаются семьи, и даже я не смогла скрыть от него, что поссорилась с Кирихо. Он говорил, что нужно помириться, что-то, что я себе выдумала — это лишь глупые домыслы и ничем не подтвержденные гипотезы. Что я срочно должна все исправить, ну или хотя бы, для начала, должна просто выслушать брата. Только вот все его поучения проходили мимо моих ушей. Я не хотела его слушать, оставляя такие ненужные для меня сейчас проблемы далеко от себя, чтобы не видеть их и не вспоминать о них. Я все еще ждала. Ожидание казалось мучительно долгим, словно смола, текшая по стволу моего терпения. Мой дебют уже скоро — он состоится уже послезавтра вечером.

***

На следующий день меня опять затаскали по бутикам модных дизайнеров, которые лично подбирали мне костюм. Под руководством Арионы меня решили нарядить в очень милое платье. Мне всегда нравился такой стиль, который для меня подобрали. Поэтому я даже не стала рыпаться или перечить тем, кто старался ради моего хорошего выступления. Юбка белого цвета, похожая на розу, каждый слой которой наслаивался друг на друга, дабы придать юбке большей пышности. Наверх на меня надели белую рубашку с коротким рукавом, а поверх нее надели корсет золотого цвета с изящной шнуровкой на спине, которую было ужасно мучительно затягивать. На голову прицепили декоративную шляпку все того же золотого цвета с ярко алой лентой. На руки я надела белые короткие перчатки, а на ноги босоножки золотого цвета. Как обычно одну прядь моих волос украшал бисер, но на этот раз не голубых цветов, а золотого белого и красного, под цвет платья. Наряд меня вполне устраивал, что, несомненно, помогло мне настроиться на предстоящий концерт. Кстати, мои волосы стали длиннее. Раньше я не обращала на это внимание, но сейчас они уже доходили чуть ли не до плеч, если не ниже. Но я решила их не отстригать, раз у меня начнется новая жизнь, то пусть и образ будет другой. А почему бы и нет? Мне всегда нравились длинные волосы, но чаще они мне мешали. Мой образ жизни был активным, и поэтому приходилось отстригать волосы, чтобы в скором времени не повыдергивать их с корнем. Уже ближе к вечеру, сидя у себя в комнате и слушая поучения Арионы на тему: «Как привлечь к себе внимание публики», я старалась ни о чем не думать, старалась расслабиться и успокоиться. Ариона всячески меня поддерживала, за что я была ей бесконечно благодарна. Сейчас она была очень мне нужна. Но вскоре, поняв, что я ее не слушаю, она тихо подобралась ко мне и начала щекотать. Этот глупый детский жест помог мне расслабиться и забыться. Я смеялась от души, пытаясь достать руками до Мибоку, но у меня ничего не выходило, поэтому я сдалась и пообещала, что теперь внимательно буду слушать свою подругу. Вскоре, все же не выполнив своего обещания, я уснула прямо на коленях у Арионы. Спала я на удивление спокойно, и даже ни один кошмар не смог разрушить идиллию моего сна. Мой дебют должен был состояться уже следующим вечером.

***

Концертный зал под открытым небом. По его периметру светят яркие прожекторы, которые всей своей яркостью пытаются дотянуться до черного ночного неба и звезд. Множество гостей, которые желали созерцать новую звезду, собрались сегодня в этом месте. У всех в руках были какие-то постеры, которые разглядывать времени не было, и хемилюминесцентные палочки разных цветов. На самых лучших местах сидели Starish, Quartet Night, Блестящий и сенсеи. Все они были готовы к предстоящему зрелищу. — Ах, — начал Ринго-сенсей. — Эта девочка все же смогла пройтись по головам и забраться на самый верх. — Она меня всегда удивляла. Хоть Кидо и была незаметна, но в то же время была самой яркой среди всех. — Гордо говорил Хьюго-сенсей. Директор же, как всегда начал выпендриваться и показывать свою неординарную натуру. — Эта девочка и по моей голове прошлась! — Блестящий засмеялся, стоя ногами на своем месте, где по определению должен был сидеть. — Итак! Народ, навострите уши, вас ждет рождение новой звезды, которая будет сиять ярче всех! — Саотоме прыгнул на огромный шар с какой-то надписью, который мирно парил в небе, никого не трогая, и проткнул его со словами: — Врубайте музыку! — шар, теряя гелий, стал крутиться вокруг своей оси и скрылся в неизвестном направлении, унося за собой Саотоме. Тем временем в зале выключился свет и все зрители напряглись. По всему стадиону послышался озорной голос Кидо: — Вы готовы?! — в зале сразу послышался шквал криков поклонников, который подстрекал девушку к действию. — Пусть начнется чудо!

***

Кидо была готова на все 100, нет, на всю 1000. Она была готова начать новую эру музыки. Музыки души и сердца. Эру ее музыки. Каждый шаг по этому коридору, который вел к сцене, приближал ее к мечте, за которой она гналась неимоверно долго. Казалось, ничто и никто не мог испортить такой момент, но у Кидо все как обычно шло наперекосяк. В ее руках зазвонил телефон. — Але. — на этот раз Абурама решила ответить на звонок, хоть и знала, что это звонит ее брат. Она хотела ему кое-что сказать, но пока не была уверена в своих словах. — Я еду. — Короткая фраза, но именно эта фраза повергла Кидо в ярость, заставляя все мышцы напрячься. — Не смей сюда приезжать, я не желаю тебя видеть. Ты всегда знал, что я ужасная собственница… Ты сам виноват в том, что так просто, по своей глупости, остался без сестры. Знаешь… — Кидо на секунду замолчала, она до сих пор была не уверена в правильности своих действий, но ярость заполонила весь ее разум. — Самое время сказать друг другу «прощай». Я первая. Я не хотела этого делать но… Прощай. — И аловолосая сбросила вызов, отдавая свой телефон парню, который сопровождал ее до сцены. После ей всучили микрофон, и к девушке вернулся ее былой задор, который она решила использовать против всех и вся. Сделав еще шаг, девушка будто преодолела грань между «сейчас» и «потом». Яркий свет ударил ей в глаза, крича о том, что она уже не та, кем была пару минут назад. — Вы готовы?! — ее слух пронзили радостные крики будущих поклонников — Пусть начнется чудо! — весь зал, погружённый во тьму, завыл, а Кидо, вышла на сцену. Свет был направлен так, чтобы ее не было видно даже с самых высоких точек зала. — Да начнется эра непослушания и бесчинства! — на сцене зажегся свет, и в нем была видна уже не Кидо, а озорная девчушка, готовая повлечь за собой толпу. — А начну я новую эру со своих песен! — она игриво подмигнула тем, кто сидел на самых почетных местах. Тем временем зал заполнился веселой и динамичной музыкой, которая завлекала за собой каждого слушателя. Пушки, которые находились по всему периметру сцены, выпустили в воздух столбы огня, а по всему залу, словно вода, заструились лазеры и разноцветные огни, но это было лишь на секунду, чтобы привлечь к певице большего внимания аудитории, а Кидо тем временем начала петь. Ее тело само пустилось в пляс в такт музыке, и сейчас она была в себе уверенна как никогда прежде. (Боевая академия города Астериск Opening I — rus — (Nika Lenina)) В тумане предрассветном вижу я Незнакомый мне неясный силуэт. (Будь рядом) И к жизням, что сплетаются, снуя, Тянусь рукой, а время незримо Проходит мимо. Опять боли мне ждать? И по кругу бежать? Мне незнаком покой! Найти ответ, Пролить на истину свет, Под силу ли самой? По небу свежий ветер гонит облака… Беги же! И пускай пылает в глазах отвага, А голос твой гремит! (Доверься!) Мечтою сокровенной (Запомни!) Зря не жертвуй! Порыву подчиняясь без остатка, Совершу прорыв! (Доверься!) Чтоб твою улыбку (Пойми же!) Вновь увидеть! И если даже придётся встретить стойко слабости свои, Их одолев, открою смело двери в новый мир! Гряда невыносимо-серых дней Стирает все мои воспоминания, И чтобы убежать от страданий, Я запираю их в себе. Биение беспокойное в груди Укажет цель мне впереди, Зазвучав еще громче Готов клятву ты дать? Готов ли дальше мечтать? К чему душа лежит? Как страшный сон, Решил забыть обо всем? Но лучше не спеши. Пронзит сияние рассвета ночи мрак! Прорвемся! Даже если свет слепит нещадно, Я отыщу ответ! (Доверься) Он спрятан в силе нашей — (Запомни!) Точно знаю! Вместе с тобою проложим свой путь отважно, Преодолев рубеж! (Доверься!) И этот мир огромный (Пойми же!) Вновь откроем! Пусть даже снова в душе готова боль я причинять другим, Я это изменю, с нуля построив новый мир! Вот и он во всей красе, силе, полноте! Вечно глубочайшего смысла преисполнен! Мы о нем с тобой мечтали так долго, Защищать его — наш священный долг! Вера, что хранить, ты в своей душе, Силой обратится, все изменить способной! И теперь свой выбор сделать должен, Хватит нам ронять о минувшем слезы! У каждого из нас В душе еще хранится часть Мечтаний детских дней, Что скрыта в глубине… Беги же! И пускай пылает в глазах отвага, А голос твой гремит! (Доверься!) Мечтою сокровенной (Запомни!) Зря не жертвуй! Порыву подчиняясь без остатка, Совершу прорыв! (Доверься!) Чтоб твою улыбку (Пойми же!) Вновь увидеть! И если даже придется встретить стойко слабости свои, Их одолев, открою смело двери в новый мир! Зал разорвался аплодисментами, заставляя Кидо, наконец, понять — ее жизнь кончилась именно сейчас. Итак, теперь нас ждет новая страница жизни, которая будет не менее интересной.

***

Тот, кто действительно ненавидит себя, не может любить. Он не может довериться другому человеку.