Глава I
14 мая 2016 г., 15:36
Джек давно в этом грязном бизнесе. Столько прошло через его руки: деньги, наркота, торговля органами и людьми, оружием. Да чем угодно. Он уже и не мог вспомнить, сколько молодых тел прошло через его клуб. Некоторые из них просто работали, большинство же словно отбывали у него небесное наказание — Красавчик Джек всегда был чем-то недоволен и требовал всё больше и больше, поглощая души человечков, словно литры виски. Он ими давился, наслаждался своим превосходством, любил это чертово место и каждую шлюху в нём. Он жил этим клубом. И его всё устраивало.
В общем-то, пока его персонал совсем не вышел из контроля. Маленькая революция была пресечена несколькими пулями в лоб, остальных бунтарей распустили. В клубе осталась только пара людей: этот странный парень по имени Вон, который какое-то время вёл бухгалтерию, а теперь был помещён на должность спеца-техника и диджея, ещё трое каких-то подлиз вроде бармена и уборщика. И, собственно, сам Джек.
Набрать новый персонал после такого скандала было сложно. Особенно это касалось разных танцовщиц и официанток. Женщины всегда боятся сделать лишний шаг, по крайней мере, в присутствии Джека, ведь он не отличался ласковым характером. Из-за этого репутация клуба покатилась к чертям, новые люди плохо обслуживали клиентов. И если в экономическом плане Джек мог самостоятельно удержать клуб на плаву, то в социальном — никогда.
Ему пришлось нанять помощь. Людей, которые обучали бы новых сотрудников «соответствовать статусу». Официанты вдруг превратились в незаметных прислуг, которым любой указ в радость, а уж всяческих уборщиков вообще никто в глаза не видел. И это радовало.
Но оставалась ещё одна проблема. Никто не будет приходить в клуб, если в нём не останется достойных женщин. Достойные женщины были, осталось научить их двигаться хотя бы в такт музыке.
Найти хореографа для клуба оказалось задачей непростой. На помощь пришёл тот самый странный парень. Сказал, что знакомый придёт вечером и преподаст урок, а там уже Джек и сам решит, подходит ли он.
От помощи даже такого жалкого человека Джек отказаться не смог, не в данной ситуации.
Хореограф ждал на танцполе, как сообщила ему охрана. Джек нехотя вышел из кабинета и вгляделся в полумрак зала. Там и правда стоял человек, он высоко задрал голову и разглядывал сверкающий потолок, задекорированный под звёздное небо. Красавчик Джек фыркнул, тут же громко возмущаясь:
— В этом клубе все сдохли? Мне нужен свет, чёрт возьми, ещё только три часа дня.
Свет медленно зажёгся в напольных лампах и канделябрах. Незнакомец обернулся, делая это с какой-то особой грацией. А, может, Джеку просто показалось.
Первое, что он увидел, это лицо. Взгляд, полный уверенности в себе. И, в то же время, лёгкий налёт страха. Потом он уже стал рассматривать и эту великолепную царскую осанку, и не слишком скрытое под чёрной кожей косухи худое тело, изящные руки и эти блядские длинные ноги. Джек присвистнул, не скрывая своей физической симпатии. Но парня это не смутило. Он как стоял на одном месте, склонив голову и разглядывая его, так и остался там стоять.
— Ты и есть дружок Вона? По-моему, он твоя страшненькая подружка, — не забыл оставить едкий комментарий Джек и, спустившись с лестницы, широкими шагами подошёл к замершему в оцепенении человеку, — я хозяин этого клуба, Красав…
— Да, я знаю, кто ты такой, — осторожно оборвал пламенную речь новенький и весь выпрямился, становясь ещё выше, — я Риз. Хореограф.
— А ты с характером, — почти удивлённо протянул Джек, а потом отмахнулся от этой мысли, — там это стадо переодевается. Можешь подождать тут.
— Спасибо, но мне тоже нужно переодеться.
С этими словами Риз просто развернулся и скрылся в гримёрке. Джеку только и оставалось, что фыркнуть и вернуться на рабочее место. Если он и правда так хорош, то потерпеть этого засранца стоило. Хоть в этом случае его не спасала даже сексуальная задница, за которой сложно было не уследить, пока Риз уходил.
Всё время, что Джек ковырялся у себя в кабинете, он не мог ни на секунду забыть об этом нахале. Вон тогда, вроде, сказал, что этого засранца выперли за что-то из балета, хоть он и был очень популярен. И Джек не думал о его профессионализме. Его мысли были только о том, как широко тот может расставить ноги во время…
Его мысли прервались хлопком двери. Так просто мог сюда приходить только один человек.
— Джек, кто это там? Тот парень, которого привёл Вон?
Ангел бросила сумку на диван и упала в кресло для посетителей. Джек нахмурился, но покивал. Сейчас ему не хотелось вплетать себя в ссору с дочерью, у него и без того было паршивое настроение.
— Тебе стоит спуститься и посмотреть, что он там вытворяет. Серьёзно, я такого ещё не видела.
Он в любом случае сделал бы это, но ведь это, ко всему прочему, ещё и сказала его дочь. К ней сложно было не прислушаться.
«Такого я ещё не видела» было единственным адекватным описанием того, что этот парень делал на танцполе. Его движения, женские и совсем не балетные, были завораживающими и простыми. Музыка гремела из колонок, оглушая всех вокруг, но он будто растворялся в ней, не замечая ничего. Чертов сексуальный засранец просто учил молоденьких девчонок должно двигаться, а Джек усмотрел в этом целое искусство.
Риз попросил Вона через микрофон слегка сбавить громкость и начал объяснять девушкам их ошибки. Зеркало, в которое они могли наблюдать за своими движениями, блестело в свете прожектора. Джек смотрел в него. Смотрел на Риза, не понимая, что с ним не так.
До него дошло, лишь когда Риз потянулся перевязать разболтавшиеся шнурки на кроссовках.
У него не было ноги. Одной, чёрт возьми, ноги. Нет, ну, она была технически, ведь её заменял высокотехнологичный протез, подключаемый к нервам. Джек уже видел такой, он лично продавал его в своём клубе за очень немаленькую сумму. Да и людей без конечностей сегодня сложно не встретить. Но эти ребята, как правило, никуда не высовываются. И, уж тем более, не танцуют.
Джек на секунду словно задохнулся. Это не укладывалось в его голове. Он и сам был жертвой модификаций. Один глаз у него был ненастоящий, однако видел он им неплохо. Но чтобы вот так — нет. Это было слишком.
— Эй вы! — вдруг заорал Джек, не сдержав своей злости вперемешку с каким-то необычным возбуждением. Музыка сразу стихла, — вы двигаетесь как пропитые шлюхи, а у этого парня ноги нет, и он сексуальней всех вас вместе взятых. Соберитесь, и мне не придётся разбираться с вами лично.
Риз повернулся было в возмущении, но сказать ничего не решился. Это был так себе комплимент, но он принял его и засмущался, словно девчонка. Закрыв рот ладонью и ничем не прикрывая свои краснеющие уши, он разгневано смотрел на ухмыляющегося Джека.
— А ты тоже тут не расслабляй булки, а то обвиснут. Принят.
Уже через неделю дела пришли в относительный покой, и Джек снова мог выдохнуть. Персонал ходил по струнке, бандиты и на милю не приближались к клубу, мелкие наркоторговцы были отправлены на принудительный вечный покой. В следующий раз Джек увидел всех работников лишь в ночную смену, когда те готовились к приёму гостей.
Там же Джек увидел и Риза, беззаботно болтающего с Воном.
— Задрот, — ласково сказал Джек и махнул рукой Вону, пригревшемуся у бара, — свободен. Твоё рабочее место не здесь.
И тот тут же испарился. К Джеку обернулся возмущённый Риз, сегодня зачем-то оставшийся в клубе. Обычно вечерами он здесь не торчал.
— Чего ты тут трёшься? Твоя ж смена окончена, — Риз только пожал плечами и отпил из бутылки воды, переводя взгляд на танцпол.
— Хочу увидеть последствия своих трудов.
— Не боишься, что облажался? Если что, путь отсюда тебе один, и он не через парадный вход.
— Да какая уже разница. Слишком поздно думать об этом.
Риз поставил на стойку бутылку и подвинулся к Джеку поближе. В его глазах вдруг отразился свет с потолка, и он сощурился. Джек почувствовал тепло чужой кожи рядом и невольно удержал себя на месте.
— Я же знаю, о чём ты хочешь спросить, — сказал Риз и постучал по полу механической ногой в ботинке, — так и нечего молчать.
— Ага, — согласно отозвался Джек и подозвал к себе бармена, — почему ты это не скрываешь? Гордишься тем, что мать-природа тебя обидела? Или ты просто дебил?
— Можно сказать, что и дебил.
Джек вдруг расхохотался, а потом, хлопнув Риза по плечу и, отметив, что не такой уж он и худой, взял свой стакан с виски и вернулся к себе.
На душевные разговоры его не тянуло. Да и способов узнать было больше, чем спросить прямо. Так просто было неинтересно.
Это был успех. По крайней мере, так говорил остальной персонал. Никто и подумать не мог, что за какую-то несчастную неделю новенький сможет устроить целое представление из каких-то женских дёрганий тел. Все остались довольны, девочки ближе к утру стали расходиться, а публика клуба всё продолжала дышать перегаром, сигаретным дымом, наркотой и сексом. И всё это происходило на огромном полумрачном танцполе. Именно оттуда Джек выхватил смутный образ нового хореографа. Он просто танцевал, отдаваясь ритмам музыки и не обращая внимания ни на что.
Джек засмотрелся на него. Он был словно вода среди всех этих людей, чистое и спокойное его течение было подвластно лишь музыке и движению. Риз был красив, именно в этом свете искусственных звёзд и прожекторов он был особенным. Хотя бы потому что был инвалидом с такой тягой к танцам.
Риз словно почувствовал его взгляд и, открыв глаза, вдруг посмотрел прямо на Джека. Тот всё ещё стоял в вип-ложе, которая вела прямо к коридорам персонала. Он старался не спускаться вниз, особенно ночью, в разгар этого безумия напополам с развратом.
И когда Риз позвал его только движением руки, он помотал головой. Почему-то ему было жутко. Яркая улыбка Риза ослепляла открытостью, Джек никогда не любил таких людей, но с Ризом было что-то не так. И ему это нравилось.
Танцор сам поднялся к нему, охрана пропустила его тут же, как сотрудника. И Джек теперь имел возможность взглянуть на объект пристального внимания клуба поближе.
Риз взмок от танцев, тяжело дышал и все так же бездумно улыбался. Он был словно под кайфом, хотя, по словам бармена, он даже не пил.
— Нравится тут? — зачем-то спросил Джек, словно ответ не был очевиден. Риз только со смехом закивал. Естественно, ему тут нравится.
— Да. Пользуюсь шансом побывать в лучшем клубе Пандоры лично. Надеюсь, ты не против?
— Да мне насрать. Только наркоту не толкай. А то я тебя съем, пирожочек.
— Больно надо, — Риз фыркнул и повернулся к танцполу, опираясь руками на металлическое заграждение, — через два месяца надобность во мне отпадёт. Эти девчонки и сами всё смогут сделать, а я отправлюсь на поиски новой работы, как всегда.
— И сколько клубов ты так обошёл?
— Не только клубы. Но мало куда берут инвалида с тараканами в голове.
Риз стоял близко, и от него исходило тепло ночи. В клубе всегда было холодно. Все эти кондиционеры были поставлены для тех, кто действительно отрывается здесь. Джек только работал. В его кабинете был собачий холод, особенно ночами.
— Ты можешь остаться здесь, — почти не перекрикивая музыку, сказал Джек, — если будешь вести себя хорошо. Я могу взять тебя и на другую должность.
— Танцевать у шеста? — Риз усмехнулся, — тебе не хватает извращенцев в клубе?
— Единственный извращенец, которого тебе действительно нужно бояться, тыковка, — Джек ухватил хореографа за растрёпанную причёску и притянул к себе поближе, заглядывая в испуганные глаза, — это я. Так что, подумай там как следует. Деньгами не обижу.
Риз осторожно вывернулся из захвата и сделал шаг назад. О, этот испуганный и смущённый вид… Джек чувствовал себя так, словно его переполнило самоудовлетворение, как после хорошего секса.
— Я подумаю. Пока, Джек.
— Пока-пока, Риззи.
