Come as you are

      Каждое новое утро для него было откровением. Он просыпался полный сил, страха и желания жить. Ему нравилось покрывать себя грязью, кровью, чужим потом и ловить восхищённые взгляды. Он считал себя эталоном настоящей жизни, никогда не терял шанса сделать то, что ему хотелось и был смышлёным малым, даже слишком.       Так было лет до двадцати. Теперь, когда ему почти полвека, он предпочитал открывать глаза медленно, судорожно вспоминая, где его пистолет, и только потом расслабленно оглядываться. Находить себя в постели с кем попало он уже отвык, а дома было слишком пусто. И, руководствуясь такой логикой, он приезжал сюда, в эту квартиру, полную света, запаха и какой-то теплоты. Рядом спокойно спал Риз, его ровное тихое дыхание успокаивало Джека, иногда он говорил что-то во сне. Неразборчивое, но важное, а потом снова спокойно сопел в подушку.       Джек сразу понял, что его разбудило. Сообщение, пришедшее на телефон, гласило, что дело об убийстве Ниши закрыто за недостатком улик и отсутствием подозреваемых. В другом сообщении ему предложили забрать прах усопшей, который так и не дождался кого-то из её родственников.       Всё это заставляло его испытывать какое-то жуткое чувство испуга. Он, словно раненое животное, никак не мог смириться с потерей бывшей девушки, искал помощи, но стискивал зубы и зализывал раны сам. Ниша бы не оценила. Ей нравился властный, жестокий Джек, убийца и садист. Джек нравился ей таким, какой была она сама.       Ладонь Риза коснулась его спины, когда он поворачивался на другой бок. Джек повернулся к нему, стараясь не разбудить, поцеловал в плечо и приобнял, прижимаясь грудью к его спине. Их обнажённые тела плотно соприкасались, Риз, кажется, почувствовав чужое тепло, всё же проснулся и, открыв глаза, тихо позвал любовника по имени.       — Спи. Рано ещё, — сказал Джек и укрылся тёплым одеялом плотнее. В квартире было прохладно, утро было совсем холодным, а подогрев пола был едва включен.       — Я слышал твой телефон.       — Это насчёт Ниши. Дело свернули, детка.       Мужчина сразу весь напрягся, осторожно повернулся лицом к нему и посмотрел в глаза. Риз ещё был заспанным, явно уставшим, но, кажется, он пришёл в себя моментально. Не было с его стороны ласковых прикосновений и жалости, как в американских драмах, он просто… Просто смотрел. Ожидал.       — Жених не забрал её прах, — продолжил Джек, стараясь не думать лишнего, — я хочу заняться этим. Сегодня.       — Да, конечно, — Риз почесал затылок и отвёл взгляд, но не отстранился, — поезжай. Я займусь клубом, если нужно.       — Ты поедешь со мной, Риззи. Мы оба знаем, что ты не виноват в её смерти.       — Дело ведь не в этом, Джек.       — Знаю. Я знаю.       Отложив телефон подальше, Джек тяжёлым движением навалился на Риза, заставляя того недовольно зафырчать. Его мягкие волосы, не испорченные лаком и гелем, лежали на подушке мягкими волнистыми завитками. Солнце делало их почти рыжими, и Риз прикрыл полуслепые глаза ладонью, чтобы свет не мешал ему смотреть.       — Как насчёт утреннего секса, хм? — почти промурлыкал Джек, оглаживая пальцами контуры лица молодого любовника, — а потом позавтракаем и поедем по делам.       — Ты пляшешь на чужих костях.       — Детка, мы пляшем на них вместе.       Риз вздохнул и, потянувшись, требовательно поцеловал Джека в губы, крепко обнимая за шею.       Может, он многого и не понимал, но был слишком проницательным.       Джек позволил себе не бояться и сжал пальцами искалеченное бедро.       Ниша оценила бы такой уход от проблем. Может, даже присоединилась бы.       Риз собственными глазами видел отрубленные ногу и голову Ниши. И теперь, когда Джек с непроницаемым лицом забирал урну с её прахом из крематория, он как-то совершенно остро осознавал весь драматизм своей жизни. Он понимал, что это случится и с ним тоже. Кто-нибудь вот так убьёт его, полиция недолго будет изучать останки. Установив личность и отыскав заинтересованных, эти ищейки, скорее всего, передадут право распоряжение останками родственникам. Если, конечно, они будут у Риза.       Мысль о том, что за ним тоже может прийти Джек, не давала ему покоя. Джек понял это сразу, просто взглянув на Риза, когда они снова сели в машину. Урна с прахом была на заднем сидении, плотно запечатанная.       Риз застыл, словно не в силах поверить. Его пальцы медленно защёлкнули ремень безопасности, а взгляд устремился куда-то в даль, где клубился дым по земле.       — Детка, — Джек всегда окликал его мягко, если знал, что это необходимо, — посмотри на меня.       Это было несложно. Сложнее удержать взгляд. Красавчик Джек, уверенный в себе, сильный, властный и жёсткий, оставался таким и в тот момент, когда его подружка уже была по ту сторону. Он был таким и сейчас, стараясь внушить хоть каплю смелости Ризу.       — С тобой такого не случится, — каким-то рокочущим, низким голосом сказал он, — сколько раз мне нужно это сказать, чтобы ты верил?       — Прости, — Риз отвернулся, закрывая глаза. Всё, что теперь мог сделать Джек, — просто уехать подальше от крематория и покончить с этим.       Это он и сделал.       Прах Ниши Джек решил развеять над пустошами Элписа, прилегающего к Пандоре небольшого городка. Риз никогда не бывал там, но неприветливые кривые дороги и пустые улицы не вдохновляли его. Джек же просто оставил Риза в машине и ушёл куда-то за склон вместе с урной. Кажется, ему действительно стоило попрощаться с давней подругой.       Серая пыль исчезла из урны как-то подозрительно быстро. Джек не мог припомнить, когда в последний раз его охватывала такая тяжёлая тоска. Ниша давно умерла, возможно, убийца успел как следует поиздеваться над её ненайденными частями тела, а, возможно, он бросил их гнить в мусорке возле дома. Теперь об этом никто не узнает. Но ощущение того, что она оставила его, появилось только сейчас.       Ветер легко подхватил пыль с дороги и понес её дальше, растворяя в грязи и такой же дорожной пыли. Тёмное небо, которое всё не могло разразиться осадками, вдруг стало проясняться, принося с собой острый мороз. Джек выдохнул, извергая изо рта белый дым.       Ниша была бы не против, если бы он захотел отомстить за неё. Не то чтобы она была бы в восторге. Убийства заводили её, но не более. Такие понятия, как месть, честь и расчёт не заботили её.       Но он мог поклясться, что слышал её шёпот в шуме ветра.       — Убей их всех.       Ухмыляясь, она наверняка бы подмигнула ему, покачивая бёдрами.       Хотя, вряд ли. Джек уже не помнит её. И всё, что стоит перед его глазами, — их первая встреча много лет назад.       Или нет.       Обозлённо пнув невидимую пыль, он развернулся и пошёл обратно к машине, чувствуя, как его отпускают руки, всё это время сжимавшиеся вокруг шеи. Он глубоко вдохнул, видя, как к нему поворачивается Риз, и пошёл к нему с полной ясностью мира впервые за такое огромное время.       Риз обнял его тут же, не спрашивая.       Джек подумал, не сходить ли ему в церковь на днях. Но, решив, что они с Нишей никогда не были религиозны, отложил эти планы в дальний ящик.       В клубе ярко сияли софиты, заставляя зеркала тысяч фальшивых звёзд переливаться всеми цветами радуги, совсем как разноцветные шарики, тут и там парящие на тонких нитях. Риз никогда не праздновал день рождения с друзьями и в принципе не представлял, как это должно происходить. Но собой он все равно гордился. Подготовка не осталась в секрете от Ангел, и она честно помогала, чем могла, но результат впечатлил её едва ли не до слёз. Она была искренне рада такому подарку, хотя, как признался недовольный Джек, на шее которого она повисла, это было лишь его частью.       Те немногочисленные друзья вовсю веселились на танцплощадке. Звучала громкая музыка, что-то из того, что Риз мог напеть, и он с удовольствием делал это, стоя в вип-ложе и наблюдая за молодыми людьми, уже немного подвыпившими и явно жаждущими приключений. Кто-то из них порывался на сцену, а кто-то просто танцевал, наслаждаясь блажью попасть в лучший клуб города бесплатно.       Джек прошёл мимо Риза прямо за его спиной, как обычно. Спустился по лестнице, взглядом находя Ангел. Риз напрягся. У Джека был страшно серьёзный вид. Не то чтобы это пугало, но в такой день испортить настроение девушке будет фатальной ошибкой.       Он не успел дёрнуться в его сторону. Ангел нашла отца сама. Они говорили в толпе, вроде даже спокойно. А потом Джек махнул рукой, кивая, и музыка сменилась на медленную и спокойную. Джек протянул дочери руку.       Риз застыл на месте, не в силах поверить. Прямо перед ним изящно вальсировал его любовник вместе со своей дочерью. Он и представить не мог, для чего тот брал у него уроки. Неужели он… Хотел впечатлить свою дочь? Простым вальсом на день рождения.       Глупо улыбнувшись в пустоту, Риз сжал пальцами перила, продолжая наслаждаться музыкой и движениями чужих тел. Длинное лёгкое платье Ангел шёлковым шлейфом скользило в воздухе, легко обвивая фигуру Джека в танце.       Чуть позже к ним в неясных движениях медляка присоединились другие гости.       Казалось, вечность прошла за то время, пока все танцевали, так плавно и осторожно, словно боясь нарушить ритм музыки. Риз очнулся, когда Джек произнёс тост за здоровье своей дочери и, кажется, подарил ей какой-то подарок. Риз так и не понял, какой, но девушка была рада.       Он спустился к ним позже. По большей части интересен он был только Джеку, Ангел была слишком занята своими гостями и вечеринкой. Никто не возражал. Все понимали.       — С днем рождения твоей дочери, Джек, — с улыбкой сказал Риз, как только поровнялся с Джеком. Тот, фыркнув, косо посмотрел на него.       — Я хочу свалить отсюда.       — Не выносишь мысли о том, что Ангел взрослеет?       — Не переношу её друзей. У меня на них аллергия, сразу хочу схватиться за пистолет.       Безумное веселье продолжалось и, судя по всему, заканчиваться не собиралось никогда. Риз, если честно, тоже не хотел оставаться в клубе и портить своей кислой миной людям праздник.       Джек курил рядом с ним, внимательно глядя, но рассуждений не прерывая. Он уже что-то задумал. Риз цыкнул и закатил глаза. Хитрец, кажется, ожидал особенного хода от любовника.       — Поехали к тебе, — предложил Риз, поворачиваясь к нему и скрещивая руки на груди, — напьёмся и будем рассказывать друг другу о молодости. Пороемся в твоих записях. Займёмся пьяным развратным сексом на столе.       — Моя любимая программа, — довольно отметил Джек и рассмеялся, — а я хотел предложить поехать в ресторан.       — Слишком пафосно.       — Да, тыковка, ты прав.       Джек подал ему пальто и приказал ждать на улице, желая оставить Вильгельму инструкции по поводу дочери. Риз, выйдя из клуба, лишь облегчённо вздохнул.       Ну, хоть в чём-то они не испортят этой девушке жизнь.       Они купили целую кучу всего. Джек не смотрел на расходы, когда бросал что-то в корзину. Ризу оставалось только мечтательно вздыхать. Зарабатывал он неплохо, но не настолько, чтобы не думать о чеке на выходе.       В доме у Джека они расположились в том самом захламлённом кабинете, в окружении книг, бумаг, неисправных деталей и принесённого из магазина. Бутылки выпивки, самой разной, и пачки с различной «быстрой» едой буквально окружили Риза, который уютно устроился на полу, разбирая чертежи вокруг себя и аккуратно складывая их в стопки по размерам.       На улице уже давно стемнело. Где-то пускали фейерверк, но они не обращали внимания на тихий шум за окном. Компьютера на столе Джека не было, поэтому они оба были предоставлены друг другу. Риз впервые подумал, что соскучился по долгим разговорам ни о чём за стаканом чего-нибудь горячительного. Джек даже не пытался покуситься на его задницу в этот вечер. Лишь смолкал ненадолго, чтобы посмотреть, что так заинтересовало Риза в очередной раз.       Плавно перетёкший в ночь вечер становился почти спокойным. Джек успел задремать, отвлёкшись от шороха бумаги и сосредоточенного Риза. И очнулся, только когда тот нервно подергал его за колено.       — Смотри, — Риз протянул ему плотную бумагу с чертежом, и Джек лениво протёр глаза. Потом взял со стола очки, надевая их, — это чертёж руки? Такая же модель, как и моя…       — М-м, да, Риззи, — говорить об этом Джеку не хотелось. Но всё же пришлось, — это, типа, прототип. Чертежи и расчёты делал я.       — Здорово, — мужчина усмехнулся, поднимаясь на ноги и обходя пошатывающейся походкой высокие стопки бумаг, — я знал, что у тебя высшее техническое, но такого я не ожидал.       — Над тобой пришлось здорово попотеть, — ласково коснувшись пальцами запястья Риза, Джек тут же отпустил его и отвернулся, потягиваясь лениво в кресле, — я люблю свою работу, детка. Это расслабляет. Все эти детальки, цифры и расчёты.       Он немного подумал, а потом достал из нижнего ящика старого игрушечного робота и поставил на стол. Эта игрушка когда-то давно принадлежала его дочери и за всю жизнь претерпела кучу перевоплощений. По большей части косметических. Когда девочке становилось неинтересно играть со старыми вещицами, Джек просто давал им новую жизнь. Сейчас он вспоминал это с усмешкой. Теперь он может позволить Ангел почти всё, что бы она ни пожелала. И ему не нужно экономить, чтобы сделать ей подарок.       Робот медленно ездил по гладкой поверхности стола и говорил какие-то дежурные фразочки, вроде: «Я тебя люблю» и «Как твои дела?».       — Неплохо, — Риз взял робота в руки и огладил пальцами шероховатый корпус его металлического тела, — ты сам сделал это?       — Я переделывал его сотню раз. Чисто ради… Практики, — потерев шею, Красавчик снова взял стакан с выпивкой и искоса посмотрел на гостя, — я старею. Многое забыл.       — О, Джек, только не снова. Мы уже говорили об этом.       Риз убрал со стола всё, что могло помешать ему, и присел так, что его левая нога невольно касалась подлокотника кресла, в котором растянулся Джек. Металл, не скрытый сейчас под плотной тканью костюма, тихо скрипнул об кожу, почти незаметно для слуха. Приятный матовый цвет творения Красавчика Джека, жужжание двигательного механизма и плавные изгибы лодыжки — всё это он мог только представлять бессонными ночами, ровно до тех пор, пока Накаяма не установил протез. Проверять его безопасность и устойчивость никто не стал, конечно. Но прототип оказался на удивление живучим.       — Джек?       — А?       Красавчик Джек поднял голову, внимательно вглядываясь в лицо Риза. Приглушённый свет не слепил глаза. Как раз то, что было нужно двум подвыпившим мужчинам. Риз постоянно поправлял на себе майку, которую снял с барского плеча, для удобства и страховки от несчастных случаев со своим костюмом. И его плечи, действительно широкие и мускулистые, едва ли скрытые майкой, вызывали желание как следует стиснуть их руками. Риз улыбался ему, с опаской глядя. Чёрт.       — Я задумался, — он махнул рукой, снося со стола несчастный стакан, который тут же вдребезги разбился об пол. Риз рассмеялся громко и заразительно, но вызывая лишь угрюмую усмешку у Джека. Тот, очевидно, был слишком занят своими мыслями.       — Давай… Я уберу, — наконец-то отсмеявшись, Риз захотел слезть со стола, но рука Джека, вцепившаяся в его колено, жёстко удержала его на месте.       — Оставь.       Покорно и кротко, Риз кивнул и подсел даже ближе, осторожно, будто на пробу, проводя ладонью по волосам Джека. Тот против не был, но выражал свое недовольство и беспокойство одним тяжёлым взглядом. Риз всегда терялся, не зная, как помочь ему в такие моменты. Джек был ужасно скрытным и недоверчивым. Блажью было уже то, что Риз мог вот так спокойно пить с ним один на один в его собственном доме. Лезть в голову к Джеку было бы совсем наглостью.       — Давай лучше поговорим о том рассказе из твоего блокнота, — Риз придвинул к себе стоящую на столе бутылку и отпил прямо из горла, тут же протягивая её любовнику. Виски сильно обжёг горло и пищевод, но во рту осталось приятное послевкусие табака и мёда, — я хочу знать всё.       — Тогда тебе будет неинтересно читать, — Джек поднял голову, легко скользя языком по горлышку бутылки и выпивая тоже.       — Если ты пообещаешь продолжить, я пообещаю больше не лезть в твои бумаги, какими бы они ни были.       — Здорово, детка. Я за.       Пальцы Джека ласково огладили механическое бедро и часть живого, скользя к пояснице и талии. Лёгкая головная боль, принесённая тяжёлым рабочим днём, немного рассеялась, и мутный взгляд Джека говорил, что этот вечер не кончится так просто.       — Давай выпьем ещё немного и пойдём в постель, — попросил сам Джек, не ожидая каких-то действий от любовника в очередной раз за сутки. Риза поражала такая инициатива, поэтому он растерялся и кивнул, не в силах устоять перед ощущением лёгкой щекотки желания, смешанного с алкоголем.       Он только понадеялся, что Ангел действительно хорошо отпраздновала свой восемнадцатый день рождения.