Срывая маски

Наконец-то, я смогу увидеть тебя...

Сегодня я с Нагихико работала, не покладая рук с самого раннего утра, так как срок сдачи догорал, а бледный, уставший и с темными кругами под глазами мужчина, сидел с карандашом за ухом и нервно стучал пальцами, пытаясь выдавить из себя каждое предложение для написания главы. Его длинные растрепанные волосы небрежно торчали, доказывая, что Фудзисаки не спал всю предыдущую ночь, в отличие от меня. Я не могла видеть, как мучается мой начальник и, встав из-за стола, подошла к нему, объявив о перерыве. Он удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал, а лишь кивнул. Ну вот скажите, и кто из нас еще тут начальник? — Наги, ты всегда за мной присматривал. А теперь настала моя очередь. Значит так, сейчас ты идешь в душ, освежишься, потом переоденешься во что-нибудь более свободное, потом я приготовлю тебе чай с мятой, и ты немного расслабишься, и, напоследок, я что-нибудь придумаю с твоими волосами, чтобы не мешались. Всё! Пошел, пошел! - я ухватилась за его руку, пытаясь оторвать его задницу от стула. Но вышло это плохо, потому как он, очевидно, не горел желанием вставать с насиженного места. — Ха-ха, Аму, я встаю, встаю! Только не тяни за руку, а то оторвешь, - он выдавил из себя улыбку, которая не была фальшивой. Он всегда улыбается, когда видит, что я хочу ему помочь. И я по его хотению отпустила руку, и он тут же встал, вытягиваясь и сонно зевая, поплелся в душ. А я быстренько сбежала вниз по лестнице со второго этажа на первый, забегая в кухню. Там сидела Рима, как всегда, пробуя свои кулинарные способности. Но я забыла упомянуть главное: врачи давали нулевые шансы на то, что Рима сможет встать на ноги, но она, воспрянув поддержкой от всех нас, назло всем встала с инвалидной коляски. Правда, долго она ходить не может, так как не привыкла к таким нагрузкам. И вот, заметив мою персону, она лучезарно улыбнулась и захотела сделать нам с Нагихико кофе, но я ее остановила, сказав, что сама займусь этим. — Бедный Нагихико, он уже вторую ночь не может уснуть. Поскорей бы написал уже свою книгу и взял себе отдых, - обреченно вздыхала Фудзисаки, стоя у плиты. — И не говори. Я и то заставила его принять душ, чтобы он освежился немного, - кивала я в знак согласия, попутно занимаясь напитками. — Мне кажется, лучше бы я не спала сутками, чем он. Так я хотя бы не нахожусь в долгих раздумьях. Да и кошмары мне стали часто сниться. — Не думаю, что Нагихико простит себя, если увидит тебя в таком недомогании, как он сам. А что по поводу твоих кошмаров, давай я тебе на ночь горячего молока буду приносить? — Нет, спасибо. Я два года вместо чая и кофе пила одно молоко, ради того, чтобы стать выше. И теперь меня начинает мутить при одном его упоминании. Да ладно бы, если просто надоело, так нет же, я им еще и отравилась! Нагихико с меня неделю ржал и называл «Молочной королевой». Теперь я негативно настроена на молоко, - Рима тоже рассмеялась. — Ну, как знаешь. Но хочу тебя сразу предупредить, если ты думаешь, что это крайняя стадия его депрессии, то ты ошибаешься. Как-то раз, когда я хотела пойти уговорить его поспать, из-за двери услышала четырехэтажные маты и стоны отчаянья, - русоволосая печально вздохнула, смотря на меня. Я же немного приофигела. Нагихико да матерится? Сколько с ним живу, ни разу подобного матерка не проскакивало. Видимо, заметив мое замешательство, понимающе кивнула в знак того, что это действительно так. И я тут же услышала звук захлопывающийся двери. — Ой! Он уже вышел! Не хочу оставлять тебя в одиночестве, но мне еще предстоит уболтать Наги доверить мне свои волосы, - я быстро взяла пару кексов и приготовленный чай и убежала скорей в рабочий кабинет. Я со всех ног бежала с двумя чашками в руках, мысленно молясь о том, чтобы мне жизнь не изгадила такой момент. И, о чудо! Я добежала целая с двумя чашками, не пролив при этом ни капельки. Я попыталась отдышаться, после чего вошла в кабинет. И какого было мое удивление, когда я увидела, что Нагихико в кабинете не оказалось. Я этим воспользовалась и поставила чашку чая на его стол, а другую кружку с кофе - на свой. Затем я решила, что пока мужчины нет в кабинете, я немного подгляжу, как у него там с главой дела. Но особого впечатления я, конечно, не лицезрела, и это показалось мне сущим бредом. И только сейчас поймала себя на мысли, что я впервые сказала нечто оскорбительное в адрес главам Нагихико. Но сейчас дела обстояли куда хуже: глава была сухой, скупой на описание и до жути с примитивными сопоставлениями детектива. Мне казалось, что у меня из глаз потекут кровавые слезы. Это было самое ужасное, что мне доводилось прочесть. Я глянула на дверь. За дверью шагов не слышно, а значит, пока он там занимается своими делами, я попытаюсь исправить весь ужас, что он там насочинял. Я села за стол моего начальника и приступила к работе. Благо я не бездарь и могу не только проверять его работы на грамотность. Черт, мои пальцы подрагивают. Немного странно копаться в компьютере Наги, да еще и без его личного разрешения. И что он со мной сделает, если застанет вот так - и думать не желаю. Я уже охотно верю, что Нагихико умеет материться. Думаю, он и не так меня обругает. Но я все же рискую своей шкуркой и смело начинаю исправлять испорченную донельзя главу. Я еще и с прошлой главы заметила, что дедуктивные способности его персонажа начинают медленно угасать, но сегодня это еще хуже. Нагихико хотел создать запутанную историю, где лишь изредка можно было уловить частичку подсказки. Нет, это не было скучно, даже наоборот, это было захватывающе и интригующе. Я перечитала много его книг с жанром детектива, но такую читаю впервые. Я не совсем освоила стиль написания сиреневолосого, но тем не менее пыталась собрать все свои мысли в кучу и воссоздать более менее интересную первую часть главы. И вот, когда я уже было закончила, то услышала, как поворачивается дверная ручка. И я, с грацией лани, слетела со стула, подбегая к своему, создавая полный срач на ходу. Причем все бумаги полетели с моего стола. Когда Фудзисаки вошел в кабинет, то удивленно скосил на меня взгляд, и в следующую секунду разразился смехом, смотря, как я торопливо собираю бумаги, на которых распечатаны важные зарисовки. Это были как и мои, так и Наги. Но, вот бля, я рассыпала все на пол, и теперь как не бывало двух стопок на краю стола. Придется всю ночь копаться в этих бумажках, чтобы понять, где чей драббл. Вот задница полная! Я отчаянно вздохнула, и приготовилась к тому, что еще долго буду разбирать кипу бумаг.