Служить и защищать

- Сэр, я не думаю, что это была хорошая идея, - Тэхён вновь сидел в кабинете суперинтенданта Хана. Он нервно дергал ногой, чтобы хоть как-то себя отвлечь. Очень хотелось закурить. По правде говоря, он бросил эту привычку и не курил уже пару месяцев, а это его личный рекорд без единой сигареты. Но с недавнего времени его снова и снова тянуло к пачке. Еще не прошло и четырех недель с начала полевой подготовки, а новичок уже не мог дождаться, когда это закончится. Он старался прислушаться к словам Хосока, правда старался. Но, если честно, грубое и неотзывчивое поведение Чонгука не на шутку его задевало. Учитывая значительное количество времени, проведенное офицерами вместе – включая смены по двенадцать часов – было бы очень кстати, ладь они друг с другом. Чонгук с ним почти не говорил и только отвечал на конкретные вопросы, и даже тогда его ответы были краткими и сдержанными. Иногда старший офицер подчеркнуто его игнорировал, делая вид, что его рядом нет, или стоило только Тэхёну чем-то заняться, как он брал всю работу на себя, оттесняя его на задний план. Это, мягко говоря, расстраивало, но новичку оставалось лишь раздраженно лохматить волосы и в полном непонимании качать головой. - Не в обиду вам сказано… вы хороший человек, и я уважаю ваши решения… просто, - он устало выдохнул, - что такое с Чонгуком? Я ему ничего не сделал, а он ведет себя как распоследний мудак… простите за мой французский, сэр, но это правда. Я ведь пытался выказывать уважение… сэр, я пытался. Правда пытался. Но я так больше не могу… больше вариантов нет? Должен же быть кто-нибудь, с кем меня можно поставить! Я на кого угодно согласен… сэр, это пытка! Пожалуйста. Глазами большими и круглыми, как блюдца, Тэхён умоляюще смотрел на суперинтенданта. Но мужчина в ответ мог только сочувственно улыбнуться. - Мне очень жаль, Тэхён, но, боюсь, в данный момент я ничего не могу сделать, - с сожалением произнес он. – Пока он единственный свободный офицер твоего отделения, который может взять под крыло новичка. Чонгук опытен и умен – он превосходный офицер. Но я понимаю твое разочарование, и ты не один так думаешь. Вообще-то, я не раз слышал об этом от других сотрудников, пусть не всегда с таким же осуждением. Тем не менее, картина ясна. - Но почему тогда? – спросил Тэхён. – Вы правы, да, он очень хорош, тут я ничего не могу сказать. Но я не понимаю, что с ним такое. Он ведь не всегда был таким? Или всегда? – офицер вдруг ощутил легкий страх. - Нет, - поспешно поправил его Хан, твердо качая головой. – Нет, он не всегда был таким. Это произошло не так давно, вообще-то… Тэхён не мог не обратить внимание на внезапное молчание. Взгляд мужчины медленно опустился, уперевшись в стол. Он крепко поджал губы. Офицер продолжал с любопытством наблюдать, заинтересованно подмечая резкую смену настроения Хана. - Что произошло? – спросил Тэхён. Еще один тяжелый вздох сорвался с губ суперинтенданта, и он провел ладонью по лицу, прежде чем откинуться на спинку стула. Затем он посмотрел на Тэхёна. Атмосфера повисла неоднозначная. - Веришь ты или нет, - начал он, - но у Чонгука раньше был напарник. И они были неразлучны. Тэхён не смог бы скрыть крайнее удивление, даже если бы очень постарался. - Серьезно? Кто согласился бы находиться рядом с ним? Хан понимающе ухмыльнулся. - Ли Юджин, - ответил он. – Он был на несколько лет старше Чонгука, но они хорошо поладили и стали друзьями. Они стали работать вместе пару лет назад – Чонгуку тогда исполнилось восемнадцать, - пояснил мужчина. – Как сейчас помню, он так радовался… дождаться не мог. Мы с его ныне почившим отцом были друзьями с детства, и он часто приводил маленького Чонгука в отделение. Мы тогда были старшими офицерами, я и его отец. А мальчик был очень любознательным. «А это что? А вот это что? А как это работает?» - он все хотел знать. И он все узнал. Он выучился и поразил всех. Он был весьма обаятельным мальчиком. Пока Тэхён слушал историю суперинтенданта, им все больше овладевало любопытство. Его заинтриговал тот Чонгук, который отличался от мрачного молодого человека со злыми глазами. Он очень внимательно слушал. - Он всех нас удивил своими навыками. К восемнадцати годам он уже поступил на службу в Агентство в качестве новичка. Он был приставлен напарником к Ли Юджину, который был более опытен, а это именно то, что Чонгуку требовалось… - и мужчина снова умолк, словно глубоко погрузился в свои мысли. Но Тэхён хотел услышать продолжение. Он подался вперед, подначивая суперинтенданта говорить дальше. - И где Юджин сейчас? Хан ответил не сразу. Он хмурился, будто что-то обдумывал. Но спустя несколько секунд он заговорил. - К нам поступил вызов: вооруженное нападение. Подозреваемый был все еще на свободе, и нужно было реагировать быстро. Чонгук очень хотел пойти. Он отслужил здесь всего год. «Я знаю, что делаю», говорил он. «Я справлюсь». Но отец не позволял. Несмотря на то, что он был старшим суперинтендантом, он был и отцом Чонгука, а Чонгук был его сыном. «Это слишком опасно», предупреждал он его. «Я не могу позволить тебе». Но Чонгук упертый, так что, в итоге, они с Юджином ответили на вызов. Но произошло непоправимое. Такое случается, сам знаешь. Ни Чонгуку, ни кому-либо другому не под силу было это предотвратить. Суперинтендант умолк и покачал головой. Тэхён с беспокойством наблюдал за эмоциями, сменяющимися на лице мужчины. - Юджина застрелили… на глазах Чонгука. Мы были просто опустошены, когда узнали новости, - тут ему пришлось стереть с лица слезу. – Юджин был мне как сын, и другом всем нам. Братом для Чонгука. А тот был безутешен. Один из старших офицеров отвез его обратно в Агентство. Я никогда не видел, чтобы он столько плакал, как в тот день. Я знаю, из всех нас он сильнее переживал потерю. И, мне кажется, переживает до сих пор. Мужчина посмотрел на Тэхёна и сдержанно, но искренне, улыбнулся. - Я знаю, его сложно принять, - продолжил он, - но глубоко внутри он все тот же милый мальчик. Это так. Я видел, как он рос, и приглядывал за ним, как за собственным сыном. Тэхён просто потерял дар речи, сбитый с толку рассказом суперинтенданта. Он совсем не это ожидал услышать. Он почувствовал жалость к старшему офицеру. - Простите за настойчивость, сэр, - осторожно подал голос он, - но что произошло с отцом Чонгука? - Что ж, - ответил Хан, - Чон Чунсо никому не рассказывал, но когда Чонгуку исполнилось пятнадцать лет, у Чунсо диагностировали редкую форму рака поджелудочной. Последняя стадия. Доктора дали ему пару лет и… - он сделал паузу, собираясь с мыслями. – Только я знал. Он не говорил даже семье, а уж тем более Чонгуку. Как же он мог? Только не после того, как мальчик наконец-то осуществил свою мечту и поступил на службу. Это бы разбило Чонгуку сердце. Поэтому он сохранил это в тайне… эгоист до самого конца. Таким он был, Чон Чунсо. Он скончался, когда Чонгуку было двадцать, - он вновь опустил взгляд и нахмурился. – Чонгуку… многое пришлось пережить, а он еще так молод. Я боюсь, что это его ожесточило. * * * На часах было четыре часа дня, а значит смена Тэхёна на сегодня подошла к концу. На пути к раздевалке он чуть отклонился от привычной дороги. Ноги сами отнесли его к кабинету, где работал Чонгук. Он не заходил, только незаметно стоял снаружи, наблюдая за старшим офицером. Чонгук сидел за своим столом и что-то усердно печатал на компьютере. Вместе с ним в кабинете находились еще трое сотрудников – два старших офицера из других отделений, оживленно болтающих между собой, и помощник инспектора, ведущий серьезный разговор по телефону. Но Чонгук сидел тихо, вперившись взглядом в монитор, и сосредоточенно работал. В преданности Чонгука Агентству не было никаких сомнений. Всем, включая новичков, было очевидно, что он целиком отдает и посвящает себя работе. Тэхён отчетливо видел страсть, с которой он подходил к выполнению заданий. Но Тэхён никогда не видел, как он по-настоящему улыбается. И теперь он знал почему. Уголки губ Чонгука всегда были опущены, а офицеру стало любопытно, что заставило бы его улыбнуться вновь. * * * Следующий день выдался суетливым. После непрерывных совещаний и изучений дел, офицеров направили по вызову: доложили о попытке поджога в популярном отеле в центральной части района Сонгпа. Это была знаменитая достопримечательность, привлекающая своим высококлассным удобством. Тем не менее, когда они добрались до места происшествия, там царил хаос. Отель, возвышающийся на восемь этажей, был покрыт сажей, а с заднего входа в воздух поднималось облако черного дыма. Шесть полицейских из их отделения уже были на месте, вместе с пожарными и врачами, и поспешно оцепляли окрестности. Тэхён видел несколько медиков, несших раненых жертв подальше от здания к ожидавшим их каретам скорой помощи. Пожарные активно работали над эвакуацией и тушили оставшиеся очаги пламени. Представители местных телеканалов и других новостных порталов тоже окружили местность в надежде первыми заполучить сенсационные подробности. Чонгук, будучи старшим офицером, взял расследование на себя. Он был уверен в причастности местной группировки. Он передавал информацию по своей ручной рации, а инспектор на другом конце внимательно слушал. - Это точно не несчастный случай. Преднамеренные действия, - сообщил ему Чонгук. – Грамотный поджог. Не сомневаюсь, на этот раз дело рук Хван Сон Суна. Это в стиле его банды – они любят подобные расправы, - после этого старший офицер еще раз осмотрел место происшествия, заполнил несколько форм и торопливо раздал указания остальным офицерам. Тэхён работал бок о бок с ними – осматривал место преступления, собирал улики и говорил со свидетелями. Они пробыли там вплоть до трех часов, прежде чем направиться обратно в Агентство и начать расследование. В машине рация работала, не умолкая ни на секунду, поскольку офицеры продолжали обсуждать поджог. Периодически Чонгук тоже участвовал в обсуждении, либо предлагая свою точку зрения, либо делясь подробностями. - … но я еще поговорю с вами в офисе. Там все и обсудим. 9197, отбой, - немного погодя, офицер на другом конце отозвался кратким «Понял, отбой». Старший офицер тяжело выдохнул, усердно осматривая улицы. Тэхён сидел рядом на пассажирском сиденье и молчал, прокручивая в голове все события. Он вспоминал крики невинных жертв, черный пакет с телом, черную тучу пепла и дыма и страх, висевший в воздухе. Тэхён задумался: в такие моменты, когда приходится наблюдать смерть, Чонгук вспоминает своего бывшего напарника? Скучает ли он по нему? Он начинает говорить, не успев себя одернуть. - Чонгук? - Что? – недовольно и резко ответил старший офицер. Тэхён прикусил свой язык и передумал что-либо говорить. Не самое подходящее время. Пришлось все же одернуть себя. Они только что покинули место происшествия, все были взбудоражены, и еще предстояло много работы. Не самый лучший момент для подобного обсуждения. - Неважно, - пробормотал он, отворачиваясь от Чонгука. Тон Тэхёна, с которым он это сказал, показался Чонгуку странным, как будто тот мыслями был где-то далеко. Он нахмурился и перевел взгляд на напарника, который теперь смотрел в окно со своей стороны. Тэхён был напряжен. К большому удивлению Чонгука, он больше ничего не сказал, только смотрел наружу расфокусированным взглядом. Чонгук прикусил нижнюю губу зубами и снова перевел внимание на дорогу. Через несколько секунд он тихо произнес: - Лучше смотри вперед. Тэхён вскинул голову от неожиданности, потому что, признаться, старший офицер никогда с ним таким тоном не разговаривал. Без лишней грубости и с легким намеком на добродушие. - Даже если мы не в патруле, очень важно всегда быть начеку, - пояснил Чонгук. – Когда смотришь вперед, видишь больше. Нужно быть готовым ко всему. Поэтому, даже если официально мы свободны, мы все равно должны быть собранными. Важно не забывать об этом. Тэхён едва заметно улыбнулся и кивнул. - Конечно! – согласился он. – Буду иметь в виду. Спасибо! - Пожалуйста.