Бриджит читает книги

Бриджит читает книги. Энциклопедии для девушек, как быть приятной в общении, как понравиться парню, что лучше надеть, как лучше смеяться и прочая ересь, но ей нравится. Пока что она знает всё в теории. Пока что. И история умалчивает о горьком опыте практики. Девушка не понимает, то ли Феликс — необычное исключение из всех парней, которые описываются в книге, то ли она что-то делает не так. Но, скорее, дело в Феликсе. И Бриджит, томно вздыхая, влюбляется в него еще сильнее. Феликс необычный. Феликс холодный. И от этого ей только сильней хочется добиться его внимания.

***

Кот... Кот хороший. Но очень назойливый. Он проносится черной тенью под лунным светом и выпрямляется, стоя на балке Эйфелевой Башни и смотря на горящие крыши зданий. Когда он рядом, она подсознательно расслабляется. Выдыхает. Леди смотрит на него. Глаза у Кота яркие, живые, с озорным блеском и чистой, открытой душой. Слишком... слишком просто. Брюнетка выдыхает и качает головой. У Феликса глаза, словно две огромные неприступные льдины. Пронзительные, с ноткой презрения и превосходства. Бриджит лишь бы замерзнуть в Его льдах, нежели танцевать в пламени Нуара. Ей не нужен его огонь. А жаль... А жаль. Он неплохой парень. Таких в энциклопедиях нарекают «героями» и настоятельно рекомендуют присмотреться к ним, потому что именно такой человек поможет и поддержит в любую минуту. А жаль, что она не из тех девчонок, которым нравятся герои.

***

Она позволяет себе лишнего и чувствует себя, откровенно говоря, сволочью, которая дает парню ложную надежду. И в ту же секунду разбивает ее к чертям. Она смотрит прямо в глаза Нуару и невольно выдыхает. Красивые. Но с Феликсом всё равно лучше. — Пока, котик. ЛедиБаг смотрит на напарника с... жалостью. Сочувствием. — Это был мой последний день в роли твоей Леди. Я ухожу. Ну не может же она сказать ему, что... что с Феликсом всё практически-не совсем начало получаться? Она грустно улыбается и быстро бежит прочь, не оставляя Коту шанса себя догнать. Черт, она не может смотреть в эти несчастные глаза. Она чувствует себя виноватой, когда он смотрит на нее так. Она не хочет, чтобы ее догнали, бежит, что есть сил, навстречу восходящему солнцу и морщится, отводя взгляд от неба, которое страшно алеет над головой. Она бежит, нещадно обрывая последнюю надежду влюбиться в хорошего, на самом деле, парня. А Кот не догоняет.

***

Феликс ходит мрачным, как туча. На его фоне Бриджит — веселый неугомонный подросток, у которого шалят гормоны. Она... она наконец-то сделала это! Ночь, день, Феликс всегда рядом, она в его квартире, она рядом с ним, она спит в его кровати, и он не против. Правда, ворчит на Элвиса Пресли, но как на него можно обижаться? Бриджит просыпается с утра и чувствует, что счастлива. Наконец-то. Господи, наконец-то. Она надевает его футболку, которая ей, честное слово, как туника, и радостно бежит на кухню, стараясь не разбудить любимого. Кухня встречает ее ярким светом и нагретым полом. Брюнетка, впервые увидев, в каком состоянии находится эта божественная комната, на которой творятся чудеса, пришла в ужас и твердо решила, что наведет здесь порядок. Порядок прижился. Феликс был не против. Она жарит яичницу с беконом, достает свои любимые печенья, которыми когда-то кормила Тикки, наливает апельсиновый сок — такой же яркий и легкий, как свет солнца в это утро. Из радио выскальзывает приятный голос Пресли, который ласкает слух девушки, и та просто не может не пританцовывать, стоя у плиты. Бриджит счастлива рядом с Феликсом и упорно старается притупить болезненно-тянущее чувство вины из такого далекого, как казалось, прошлого. Девушка заходит в спальню, наклоняется над спящим Феликсом и невольно любуется его лицом. Оно спокойное, расслабленное, с легкой улыбкой на тонких губах. Когда он спокоен, спокойна и она. — Фе-е-ели-и-икс, — тихо тянет Дюпэн-Чэн и нежно чмокает его в ухо. Парень морщится разлепляет один глаз, косится на нее, затем разлепляет второй. Бриджит отходит к дверному проему на кухню и облокачивается об него. — Завтрак готов, вставай, — улыбается она. Агрест странно пялится на нее, и девушка чувствует себя неуютно. — Ты взяла мою футболку? — уточняет он, всё еще смотря на нее. — Ох, прости, я просто нацепила первое попавшееся под руку... — Дюпэн-Чэн смущенно крутит хвостик на пальце и отводит взгляд в сторону. Она врет. Оба знают, что она специально нацепила ее. Феликс снисходительно качает головой и усмехается. — Тебе идет, — хмыкает Агрест. — Можешь носить ее по утрам, не возражаю. Похоже, ее жизнь наконец-то походит на идеальную, словно в энциклопедии для девушек. Щеки Бриджит становятся пунцовыми, она пищит что-то вроде «спасибо» и вылетает из комнаты на своих тонких босых ножках. Как школьница, честное слово. Они уже давно, совсем давно не школьники. Его ухмылка — лучшее, что можно себе представить. Не нужны ей никакие особняки и дорогие машины, золотые украшения, даже Леди... пусть даже Леди, лишь бы Он… улыбался почаще. Ей улыбался искренне.

***

У Бриджит глаза затуманены любовью. Она нежно гладит парня по его светлым волосам и нежно покусывает мочку уха. Их тела разгоряченные, потные, но такие родные. В комнате темно, и никто не видит их маленькие, сокровенные моменты, которые Бриджит, несомненно, оставит в своей памяти на всю жизнь. У Феликса, кажется, сносит крышу, и он стонет ей в шею, щекоча своим дыханием, не «Бриджит», а «ЛедиБаг». Бриджит замирает.

***

Девушка всё чаще сидит на кровати поздно ночью, отвернувшись от Феликса, пока тот спит. Она дотрагивается до себя и чувствует, насколько оледенели ее пальцы. Голая кожа покрывается сотнями мурашек. Брюнетка проводит ладонью по внутренней стороне бедра, затем по оголенному животику, аккуратно прокрадывается в ложбинку между грудями и пытается не думать о том, чем же, черт побери, она хуже Леди? Почему, почему? Бриджит думает. За что? Всё же было просто идеально! Как у принцессы с принцем. Как у служанки с принцем. Пусть он не любил Элвиса, пусть иногда холодно отзывался на ее разговоры, пусть дарил белые розы, которые она ненавидела, но, всё же, он любил её. Он, наверное, любил её. А она абсолютно точно любила его. Она любила его, но стала с ним молчаливой тенью. — ЛедиБаг... — во сне промычал Агрест, и Бриджит не смогла сдержать всхлипа. Девушка обняла себя и тихо заплакала, сидя на краю кровати. От чего-то было так противно на душе, и в голову пришла мысль. А что, если тогда Кот сел на асфальт посреди улицы и так же, как и она сейчас...заплакал? — Прости, Кот, я... я люблю другого. Сердце ужасающе екнуло и ком привалил к горлу. Господи, как же больно. Всё возвращается бумерангом, мисс Дюпэн-Чэн.

***

Бриджит дрожащими руками сидит на кухне и переписывает записку уже в пятый раз. А всё потому, что каждый раз на листок нещадно льется поток слез, и брюнетка, сдерживаясь, чтобы не закричать, рвет листочек и начинает по новой. Феликс спит. Хорошо. Так даже лучше. После последней «ночной» посиделки прошло... шесть часов. Многие бы осудили ее за столь необдуманный поступок, но Бриджит считает иначе. Всё это время... всё это время любили не ее. От этой мысли становилось жутко больно и хотелось снова заплакать. Бриджит не хочет быть заменой Леди. Бриджит отпускает, возможно, свою последнюю надежду на счастье и мельком опять вспоминает Кота. Хороший был парень. Надеется, у него всё сложилось счастливее, чем у нее. После последней «ночной» посиделки прошло всего лишь шесть часов, а у Бриджит самолет записан на одиннадцать. Поэтому Дюпэн-Чэн наспех берет чемодан, оставляет записку, задерживает на секунду взгляд на Феликсе и, поджимая губы, тихо уходит. Ушла за печеньем. Глупая отмазка. Печенья в шкафчике полно, и он это знает. Бриджит до последнего надеется, что Феликс проснется и остановит её, но Феликс... Феликс спит. Поэтому девушка тихо захлопывает за собой дверь и исчезает из его жизни навсегда.