***
Айзек очень не вовремя решил зайти в раздевалку. Его отборный мат заставил Джексона оторваться от вылизывания шеи оборотня, что нисколько не поменяло общей картины, потому что оба были уже полу-раздеты. Итан приоткрыв глаза, окинул Айзека странным взглядом. — Что стоишь? Присоединяйся. Два взгляда, возмущенно-удивленный и просто охреневший, уперлись в него. — Ну, а что? Ты, — тут он ткнул пальцев в грудь Джексона — Не отвлекайся. А ты, — палец переместился на Лейхи. — Иди сюда. И присоединись. И не строй из себя невинного мальчика. Особенно, после того, что ты пережил в полнолуние. — Что? Что за…? — Айзек не договорил, против воли приближаясь к парочке оборотней. Джексон тяжело вздохнул, все так же удерживая оборотня между собой и стеной. Он не совсем понимал, чего добивается Итан. Но почувствовав, как неловко мнется Айзек за его спиной, решил взять все в свои руки. Вот только почему было такое ощущение, что он потом очень сильно пожалеет?***
— Привет. — Привет, старик. Ты куда подевался? — Стайлз улыбнулся, останавливаясь на пол пути к дому. — Я могу к тебе приехать? Стилински первый раз в жизни слышал такой убитый голос от друга. И на миг растерялся. — Зачем ты спрашиваешь, Скотт… Я буду дома, не в лофте. — Приеду через пол часа. Стайлз посмотрел в потухший телефон и вздохнул. Похоже, разговор предстоит не из легких. Вообще, все происходившее напоминало какой-то сюрреалистичный сон. И началось ведь с простого, с той самой встречи в библиотеке. Все началось с Джексона… Дерек сегодня спросил, зашли ли рабочие на площадку. А он даже потерялся сначала. Потому что как только Дерек попал в больницу, всю строительную волокиту принял на себя Арджент. Как-будто так и должно было быть. Дом строили быстро. Так как фундамент уже был, возвести коробку не составляло особо труда. Все по проекту, как и хотел Хейл. Скотт приехал позднее. Чуть улыбнулся, увидев в дверях друга. И кивнул на вопрос, будет ли он есть. Разговор как-то не клеился. И если сначала Скотт задавал вопросы про самочувствие Дерека, про школу, про дела самого Стайлза, то потом и вовсе замолчал, разглядывая что-то за окном. А он и не торопил. Вот только совсем не ожидал, увидев на глазах друга слезы. — Еще четыре ночи впереди, а я уже устал. Нет, я уже сейчас чувствую то, что должно было происходить чуть позже. Я вижу ауру каждого оборотня. Я чувствую, когда кому-то из них плохо. Я легко впадаю в состояние крайней ярости, и это состояние пока очень не стабильно. Я вытащил Дерека с того света, я его практически излечил. Я могу просканировать человека словно рентген. И это, наверное, круто. Но при этом всем это так сложно осознать… — Скотт тяжело вздохнул, закусывая губу. — Когда я остался один на один с Айзеком, когда нас обоих поглотила темнота ритуала, точнее вторая его часть… Не знаю, как это объяснить. И можно ли это вообще сделать… Стайлз перебирал много версий в голове, что могло произойти. Но то, что он услышал… — Я не святой. Но то, что произошло… Я себя ненавижу. — Скотт до боли сжал кулаки и выдохнул, закрыв глаза. — Я с ним переспал. И он этого не помнит. — Ты хочешь сказать, что это было изнасилование? Стайлз пожалел об этих словах сразу же, потому что оборотень сжался в кресле, в котором сидел. Он притянул колено к груди и запустил ладонь в волосы, с силой дергая за пряди. — Регенерация сделала свое дело. На утро ни осталось ничего. Но тот, кто был альфой, точнее, — тут Скотт усмехнулся зло. — Те, кто были альфами, наверняка это почувствовали. Я видел это в их глазах. Но они не пойдут против меня. Но довести Айзека до невменяемого состояния им раз плюнуть. — Знаешь, — тихо начал Стайлз. — Мы давно дружим, ты мне как брат, и поверь, то, что произошло в полнолуние… Это не твоя вина. Уверен, в тебе сейчас борются две сущности, и волк побеждает. А то, что луна выпустила на волю именно зверя, именно в полнолуние, во время ритуала… — Стайлз искал слова, пока МакКолл внимательно его слушал. — Тебе просто нужно смириться. Забыть по возможности. И заткнуть рот близнецам. — Забавно… — Дерек сказал тебе тоже самое? Скотт только кивнул. — Мне нужно вернуться в школу. Но я не могу себя заставить переступить ее порог. Что-то внутри меня отталкивает, сжимает душу в кулак, который я не могу разжать. Когда я разнял Айзека, близнецов и Джексона в раздевалке, уже тогда чувствовал, что что-то не то. Как-будто я смертельно опасен для находящихся там. Как-будто мое место не там. Не сейчас… Я сам едва не потерял связь с реальностью, успокоив бешено бьющееся сердце только на поле. — Ты себя накручиваешь… Тихий голос от двери, и парни вздрагивают. Дерек, почти сбежавший из больницы, слышал все, о чем говорил Скотт. И счел за лучшее вмешаться. Он понимал, что чувствует альфа, как ему тяжело. И он понимал, что сидящий перед ним подросток просто воет в душе, потому что рассказать кому-то о том, что с ним происходит, невероятно трудно. Скотт смотрит на него и все понимает. Глаза вмиг загораются обидой, которую он просто не может скрыть. А потом он отворачивается, закрываясь от происходящего. Дерек смотрит на Стайлза, который закатывает глаза к потолку, и понимает, какую ошибку он только что совершил. И пока Хейл переглядывается со Стилински, Скотт осознает, что большего он сегодня не скажет. Не скажет про Тео. Не скажет, что его грызет. Не скажет, где будет следующий ритуал. Не скажет, почему Айзеку следует держаться от него подальше. Не скажет, что не знает, как сказать Лейхи, что ему придется переехать к близнецам и Джексону. И точно не произнесет тех слов, которые так и рвутся с языка. Если ты мне не доверяешь, как альфе, как вожаку стаи, и подслушиваешь разговор, который не предназначен для твоих ушей, то почему ты все еще здесь?***
Айзек ловил себя на мысли, что происходящее ему в принципе нравится, но то, что оно его пугает — этого не отнять. Теплые струи душа омывали его плечи, пока Итан, стоящий перед ним на коленях, делал минет, да такой, что где-то в глубине души оборотень думал о том, чтобы нажать ладонью на затылок и трахнуть такой гостеприимный рот. Единственное, что останавливало, а точнее, кто, стоял рядом, прислонившись к стене душевой, соприкасаясь с ним бедром. Айзек шестым чувством ощущал беззлобную усмешку, когда губы парня касались его плеча. Они прекрасно провели время, но он не знал, к чему это все приведет. А Итан, который и заварил все это, по понятным причинам молчал. — Ты много думаешь, — Джексон прикусил мочку его уха и тихо застонал, когда Лейхи сжал в ладони его член. — Однако, я не ожидал такой прыти. — Уверен, он и не на такое способен, — Итан наконец выпрямился, доведя оборотня до разрядки. — Продолжим? Айзек только закатил глаза в ответ на заигравшего бровями Итана. — А почему ты живешь у Скотта? — Джексон покосился на дом альфы. — Ты же не думал, что я тебе расскажу? — Лейхи хмыкнул, и уже собрался было выйти из машины, как его остановил голос с заднего сиденья. — Это произошло, когда в городе еще была стая альф… Дерек пытался вас тогда защитить. Поэтому ты здесь живешь. Айзек замер. Пальцы сжались на ручке двери, и он тяжело сглотнул. Итан все понял правильно. — Мы ведь прекрасно провели время… Что тебе мешает переехать в лофт? — Мы просто трахнулись, — огрызнулся Айзек, не замечая, что тяжело скрываемая боль нашла щель. Или просто слова попали в точку, которая мгновенно разбередила старую рану. — Тебе в любом случае придется уехать. На учебу, например. А цепляться за старое… Джексон не договорил — Лейхи резко развернулся к нему, и волчонок счел за лучшее замолчать. Просто потому, что Айзек был зол. — Ты все-таки подумай. Мы не торопим. — Итан попытался разрядить атмосферу, но судя по хлопнувшей двери, и поморщившемуся лицу Джексона, Айзек его не услышал.