Лисенок на воспитание

После ужина и вечерних игр ребята вымылись и улеглись на свои кровати. Рицка вошел, чтобы каждому пожелать доброй ночи, немного постоял, слушая начало сказки, а потом вышел. Он отлично знал, что будет дальше. Все смерти уберут, оставят только намеки и недомолвки… Его это не интересовало. Юноша прошел по общей комнате, убирая игрушки и краски на места – и замер над листком, брошенным на столе. Медленно поднял его и, не отрывая взгляда, достал сотовый. Набрал номер и приложил телефон к уху, задумчиво созерцая раскрашенный лист. - Да? – откликнулись весело из трубки. - Кио. Привет, - юноша чуть улыбнулся углами губ, представив своего шумного друга. – Ты завтра дикий или домашний? - Совсем ручной! – заверили из трубки. – Правда, ласковый только к девушкам! Но ты тоже можешь приехать, я покажу тебе свой новый пирсинг! - И снова на ухе, - рассмеялся Рицка. Положил рисунок на полку с документами. – Завтра часа в три я привезу одного из своих воспитанников. Посмотришь, годен ли он в художники, ладно? - Эээ… ну…ладно! – было почти слышно, как Кайдо захлопал ресницами. – Так что, пиво отменяется? - Увы, - рассмеялся Рицка. – Пиво в другой раз. До завтра. - Пока, Ри-тян! – не слишком довольно отозвались в трубке. Юноша отключил телефон и направился к себе в кабинет. Прикрыл дверь и уселся в кресло перед столом, глядя на одну из самых первых фотографий: улыбающийся синеглазый блондин обнимает мальчика Рицку двенадцати лет, ещё с ушками… Аояги наощупь достал упаковку с капсулами из выдвижного ящика, выдавил одну себе в рот. Нёбо обожгло прохладно-кисловатым вкусом. Теперь можно было отправить упаковку обратно и прикрыть глаза, ожидая, пока мир поплывет, и синие глаза окажутся совсем рядом… - Со…би… Сколько прошло времени прежде, чем его волос коснулись нежные руки – он не знал. Но явно не так много, чтобы действие наркотика исчезло. - Опять кайф ловишь… - грустно сказала Саяко. - Да… - шепнул юноша, выдыхая. Поймал её руку, провел языком между тонкими пальцами, облизывая их. – Расскажи мне сказку на ночь, Боец Нелюбимого. - О чем? Или о ком? – Девушка потянулась вперед, подчиняясь велению руки Жертвы. - О Рицке, - парень усадил её на колени, теплые пальцы скользнули по её бедрам, под ткань легкого, ещё на летнюю погоду платья. – О том настоящем Рицке, который жил много лет назад. Младший Аояги обожал это состояние, когда сознание было ещё затуманено, уши уже разбирали каждый звук от дыхания до стона, а тело беспрекословно повиновалось. - Много лет назад…жил да был мальчик Аояги Рицка, - выдохнула девушка, почти не шевелясь, пока пальцы молодого человека обманчиво небрежно поглаживали её ноги. – Он…потерял память в десять лет…, и его мама сошла с ума, не признавая его за сына. Словно все несчастья свалились на семью Аояги…когда Рицке было двенадцать, его старший брат инсценировал свою смерть, передав Рицке…своего Бойца… - она вздрогнула, когда ловкие пальцы принялись поднимать платье. - Как его звали? – зрачки Рицки расширились, дыхание участилось. Всё, что делалось, было уже лишь механическими движениями: душа была готова уснуть, слушая мягкий голос подруги. - А…Агацума Соби. Он…был сильнейшим Бойцом…и защищал Рицку… всё время лгал ему, что любит…и не выполнял обещания… - Какой плохой Боец! И что же с ним стало? – юноша взялся за платье уже обеими руками, поднимая его медленно всё выше и выше. - Однажды он снова не сдержал обещание, данное Рицке… и его убили Нули, новая пара, совершенная разработка Нагисы… - девушка послушно подняла руки, позволяя рукам любовника снять легкую ткань. – Он успел позвать Рицку и попрощаться с ним… сказал, что с рассветом вернется к Нелюбимому… - Но он так и не вернулся, - пальцы юноши снова принялись путешествовать по телу Саяко, лаская – теперь уже сверху вниз. - Не вернулся, - эхом откликнулась девушка, дыша через раз. – И мальчик Аояги заклеймил Соби лжецом, и отправился в школу Семи Лун, где в короткое время Минами Ритсу нашел ему природного Бойца...аах… - ласковая рука сжала её грудь, и с губ девушки сорвался легкий стон. - Рассказывай, Боец. Я приказываю тебе рассказать мне сегодня эту сказку полностью, не отвлекаясь на мои движения. Она вздрогнула. Посыл. Приказ. Полное подчинение – она же его Боец, верно? Саяко выпрямилась. - Тогда мальчик Аояги Рицка стал отличником в этой школе. Стал идеальной Жертвой и хорошо натаскал своего Бойца. - И что же первым делом сделал этот… Рицка? – молодой человек прикрыл глаза, провел ладонями под грудью Саяко, вызывая тихий вздох. - Как только он выучился… он пошел вместе со своим Бойцом и первым делом убил последнюю из созданных Нагисой пар Нулей. И вернулся домой… где узнал о том, что мама в психиатрической больнице, а брат его жив, что Аояги Сеймей…скрывался лишь потому что его хотела убить какая-то из школ - соперниц… - девушка поднялась, позволяя снять с себя нижнее белье, и осталась совсем обнаженной. - Так брат мальчика был жив всё это время? Должно быть, Рицка сильно злился… - юноша провел пальцами по стройным ногам, по нежной коже бедер, погладил уже влажный бутончик, прислушиваясь к дыханию подруги. - Он… он любил своего брата… и не мог злиться, - выдохнула Саяко, часто дыша. – И в одну из ночей он отдал брату свои ушки... И умер – потому что перестал ждать Агацуму… - Плохой мальчик, - хмыкнул Рицка, улыбаясь и наклоняя девушку. Та послушно оперлась о стол, шире раздвинула ноги, опустив голову. Черные пряди волос улеглись на столе бессильными веревками. - Нет… Он хороший.… Очень хороший. Он помогает знакомым с компьютерами.… И взялся подбирать с улицы бездомных ребятишек, потому что понимает, как им тяжело, - Саяко вздрогнула, услышав звук расстегиваемой молнии. – И навещает маму в больнице, хоть и знает, что Мисаки все равно не узнает его… - Глупая девчонка! – в голосе не было злости, одна грустная ласка, а потом юноша без предупреждения вошел в неё. Остановился на секунду, бросил, начиная двигаться: - Ты его идеализируешь! Расскажи мне то, о чем ты умолчала. Всё плохое, о чем ты посмела умолчать! - ООО… Он… стал курить… и принимать наркотики, нечасто…раз в два месяца… - Девушка захлебывалась словами напополам с дыханием. - Он… любит мучить своего Бойца… сексом…без любви… Рицка… любит своего брата… и спит то с ним…то с Йоджи и Нацуооо… - она почти сползла на пол, едва Жертва вышел из неё, выплеснувшись на нежную спину. — Вот видишь… - Рицка сел рядом, опираясь спиной о стол. Протянул Саяко влажные салфетки. – Вытрись и иди, вымойся.… Видишь, какой нехороший мальчик этот мертвый Рицка. А ты его любишь… наивный Боец. Девушка слабо улыбнулась, принимая салфетки. - Да нет, он хороший. Просто притворяется мертвым, чтобы не было слишком больно. Ведь он так любит… - Не надоело спасать меня и их? – Нелюбимый мягко провел пальцем по губам девушки, пока она не назвала имя. - Не надоело. Я же твой Боец, и буду тебя защищать. Только… лучше б ты меня бил, - горько сказала она. Рицка поднялся, легко натягивая джинсы и улыбаясь ей той беззаботной улыбкой, за которую некоторые знакомые звали его «Солнечным мальчиком»: - Я не хочу причинять боль другим, как это делала мама.