Лисенок на воспитание

На следующий день веселая компания уехала с побережья, причем Намаэ даже не чихнул, и потянулась привычная жизнь: лето, работа, учеба, занятия по рисованию/ боевым искусствам/обретению связи, готовка, игры… Соби и Инари теперь тренировались вместе с Рицкой. Тошидзо и Кёко всё же съехали из приюта, нашли себе квартиру и работу, и теперь заходили в гости два раза в неделю. Дети радостно кидались им навстречу, просили объяснить то или иное или вели показывать, что у них интересного и нового. С той памятной встречи Сеймей не появлялся в приюте, уже несколько месяцев. Рицка, наслышанный о том, что брат хандрит, в октябре позвонил ему с приглашением приезжать. - Сейчас, - несколько вяло откликнулся Сей, и Нелюбимый пошел на кухню ждать брата. Сеймей появился около семи часов вечера, когда в приюте было свободное время. Каждый занимался своим делом. Вечер и ночь Сеймей провел у брата, а утром… Сеймей вышел, как всегда, спокойно, но в прихожую вышел Соби, чтобы посмотреть, кто пришел, за ним – Мисао и Инари… - Пока, братишка? – Сеймей поднял голову, взглядывая на младшего брата – а в следующую минуту мир дрогнул. - Защита!!! – услышав крик, почти рев, Рицка с изумлением обернулся, не зная ни у кого из воспитанников такого голоса, - и обнаружил, что кричала Мисао. Она смотрела на Сеймея с ужасом и ненавистью, а Инари стоял чуть впереди, и глаза его были совсем пустыми, несмотря на то, что барьер защиты был создан им даже без Системы и накрывал растерянного Намаэ, Инари и саму Мисао. -Ты! – глаза старшего из братьев распахнулись, а через минуту рядом с ним возник Нисей, удивленный и напружинившийся. - Стоп!!!! – заорал Рицка, кидаясь между ними и распахивая руки, не понимая толком, кого от кого он защищает. – Вы что творите? Сеймей! Мисао! - Я не Мисао!!! – закричала девочка. – Я Айки, Айки, Айки!!! Мы вызываем вас на битву заклинаний… - Нет! – заорал Рицка. – Не сметь!!! Айки… - его голос потонул в отрешенном голосе Инари: - Мы будем сражаться… - Раскрыть боевую систему! – негромко велел Нисей. - Да что здесь происходит? Прекратить! – Рицка всё ещё стоял между ними в черной пустоте. Интуиция заставила его спросить: - Айки, чего ты хочешь? - Я убью тебя, предатель! Ты убил их! Убил их всех! Убил мою семью! - она смотрела на старшего Аояги. - Если бы они не полезли тебя защищать, ничего бы не было! – насмешливо отозвался Сеймей. Глаза девочки превратились в две узкие щёлочки. - Тыыы!.. - Прекратить!!! – снова взвился Рицка. – Здесь стою я! И пока я здесь стою, никто из вас никого не убьет!!! - Отойди! – велела девочка. – Иначе и тебя… - Нет… - Инари дернулся, словно марионетка на ниточках. – Рицку… не… надо… - Заткнись!!! – Айки сжала зубы. – Я больше никогда! Не позволю ему!!! Убить мою семью!!! – она разрыдалась, падая на колени. - Рицка? – Саяко неожиданно оказалась перед ним, как и полагается хорошему Бойцу. Глаза Соби чуть сощурились, он ударил кулаком по барьеру защиты, пребывая в Системе, но не в силах выбраться. – Что тут происходит? - Сеймей! – младший Аояги смотрел только на брата. – Эта девочка находится под моей защитой. Пожалуйста, прекрати это! - Тебе она дороже меня?? – глаза Возлюбленного потемнели. - Мне важно, чтобы никто никого не убил! Брат, я тебя люблю, но я не в восторге от твоих дел, от убийств, которые ты творишь, от того, что ты насилуешь волю беззащитных! Я ненавижу такие деяния! – закричал юноша в родное лицо. Сеймей отвернулся и направился к выходу – абсолютно молча. Лишь его Боец слышал: «Нисей, свернуть систему. Мы уходим». - Свернуть Систему! – послушно отозвался тот и пошел за своей Жертвой, бросив прощальный взгляд на девочку. После их ухода барьер рассыпался, а Инари осел на пол. Соби и Аяме тоже перенервничали, но они хотя бы могли помочь. Помочь расстелить постель для обессиленного и в обмороке Инари, помочь успокоить и уложить истерично рыдающую Айки… Рицка напоил младших горячим успокаивающим чаем и отправил Саяко и Аяме позаботиться об Инари и Айки. Сам же прошел в кабинет и прикрыл глаза, упираясь лбом в стекло. Нужно было позвонить Минами Ритсу – потому что кроме него вряд ли кто-то мог бы пояснить происходящее.