Лисенок на воспитание

На сборы не ушло много времени – куда меньше, чем на прощание со всеми, кто был дорог, с воспитанниками и просто хорошими людьми. Потом был автобус и дорога. Хвостик Рицка запаковал очень бережно, а ушки лежали во внутреннем кармане и грели его. Саяко обрадовалась звонку, только замялась и предупредила, что она не одна: у неё нашлась Жертва. Рицка успокоил её, но ему было любопытно взглянуть, так что в дом Соби они влетели, почти спотыкаясь. - Добрый день! – Саяко обняла их обоих, смеясь и сияя. – А у нас уже всё готово! Кидайте вещи да садитесь обедать! - А кто… - Рицка с удивлением уставился на ушастого паренька наверху лестницы – темноволосый, стройный, маленького роста… - Яхико к вашим услугам, - тот улыбнулся, от души виляя коротким темным хвостиком. – Я – Жертва Саяко. Нелюбимый. - Аояги Рицка, - молодой человек поклонился. – С ума сойти… - Так и бывает, - дразняще сказал Соби, подталкивая его к комнате. – Меняешь имя – а потом удивляешься, слыша, как на прежнее имя откликается кто-то другой.… Пошли есть! И они пошли. Как выяснилось потом, Яхико познакомился с Саяко в больнице, где они лежали вместе, и после знакомства их Имя проступило. Слушая всё это, Рицка только головой качал, удивляясь, но был рад, что теперь есть ещё один человек. Яхико оказался молчаливым, но улыбчивым пареньком, скорым на подмогу. Соби устроили учиться в обычную школу: как ни крути, а в этой жизни он носил другое имя и по бумажкам был другим человеком, и хотя парнишка утверждал, что через пять лет он станет точной копией взрослого Агацумы, Рицка настоял на учебе ради получения аттестата. Как только пришли деньги от Ритсу, ребята начали отстраивать приют заново. Сложнее всего было поначалу разбирать обгорелые завалы и строить основание дома, но они справились, дальше работа пошла, как по маслу. Зимой было сложно по причине холода и снега… - Ну, вот, стоило вылезти из-за котацу, стало холодно, - Соби разделся и скользнул под одеяло, обнимая теплую Жертву. - Рицка, согрей меня! – он протянул руку, коварно улыбаясь – и его за эту руку ухватили. - Сейчас согрею, - Аояги улыбался не менее коварно, нависнув сверху. – Тебе ещё жарко станет… И почти всю зиму у них в комнате действительно было жарко. А весной достроенный дом принялись красить и обустраивать, покупать мебель и игрушки, заполнять бумаги, вызывать Ритсу, праздновать день рождения Яхико… К пятому мая приют был готов и украшен, и первыми воспитанниками, вступившими в новый дом, стали близнецы Такай – и спасенные Саяко девочки Ами и Хитоми. В воспитателях были Саяко с Яхико и Рицка с Соби, которого, впрочем, упорно именовали старшим братиком. На праздник открытия пришли все, кто желал. Соби перевез от Кио все нужные ему вещи, в том числе картины и фотографии, и поместил это в их части комнаты воспитателей, Саяко сшила немало кукол. Летом в приют приехали каникуляры, и их поселили в доме семьи Намаэ. Соби проучился в школе всего один, последний год. Девушки к нему липли, как мухи к меду, подросток улыбался, помогал им решать задачки, нести сумки – до выхода из школы – но дальше этого дело не заходило: ни поцелуи, ни шоколад на день Валентина, ни признания в любви он не принимал. Открыто говорил: «У меня есть парень!» - и уходил под руку с Рицкой. То же самое было и в университете… Впрочем, до университета ещё далеко. Пока – только отстроен теплый и уютный приют, все друзья живы и здоровы и живут в любви и согласии… … Погасает светильник, закрываются окна и двери. На бумагу ложатся последние тихие строчки. Как и автору – богу, читателю сложно поверить, Что на этом – конец: наша жизнь не окончена точкой, Значит, нету конца. Есть начало чего-то иного, Теплый дом и забота о друге, проблемы и ссоры, Кто из прежней пришел в этот дом, ну, а кто-то – из новой, Тот, кто слаб, навсегда под защитой того, кто сворачивал горы. Ночь накрыла наш мир. Всё в порядке, тепло и уютно, И один за другим все герои уже засыпают. Не горюйте. Пройдет ночь над ними, мелькнет, как минутка. Жизнь не кончилась с точкой. Наутро начнется иная.