Красная нить

— Стоять! — выкрикнул Уэллс, перекрикивая шум машин. Но эффективней подействовал звук взведенного курка. Парень перед ним замер, впрочем, не торопясь оборачиваться. А Уэллс и так видел — по сутулой спине, опущенным плечам, по длинной шее и немного нервным движениям, — что это тот, кого он искал последний месяц. Он не мог не узнать парня, которого практически сам вырастил, если можно назвать слежку за одиннадцатилетним мальчишкой, который потерял родителей, воспитанием. Но так или иначе Харрисон Уэллс создал того, кто сейчас стоял перед ним. Барри напрягся всем телом, узнав голос, краем глаза заметив привычные уверенные движения доктора Уэллса, и желал только одного — уйти подальше от этого места, этого города и тем более от этого человека. — Подними руки и повернись ко мне, — скомандовал Уэллс, не убирая палец с курка. — Побежишь — я выстрелю. Не убью тебя, конечно, но покалечу. Мне бы этого не хотелось, а тебе? Барри шумно выдохнул и нехотя повернулся, но руки из карманов так и не вынул. Упрямый — это Харрисон отметил еще, когда парню было одиннадцать. Не любит подчиняться, все делает по-своему, даже если заранее знает, что дело проигрышное. Любопытная черта характера, но вместе с тем опасная, слишком непредсказуемая. — Подними руки, — настойчивей потребовал Уэллс, делая шаг вперед. — Не то убьешь меня? — равнодушно поинтересовался Барри, склонив голову на бок, но все же поднял руки вверх — показушно, насмехаясь над Харрисон, но поднял, доказывая, что у него ничего нет. И как они до этого дошли? Уэллс был авторитетом для Барри, его учителем, наставником, временами другом, хоть Харрисону и не нравился такой расклад. Со своим творением не стоит слишком сближаться. А Барри — Флэш — так и оставался для Уэллса тем ребенком, на чьих глазах случилась трагедия. Смерть матери оставила на нем неизгладимый след. На всю жизнь он так и остался маленьким мальчиком, ищущим справедливости. И как же так вышло, что спустя каких-то два года после их сотрудничества, Уэллс целится в свое творение из пушки, а Барри провоцирует его на убийство? — Что вы забыли здесь, доктор Уэллс? Заблудились? — Отнюдь! Я шел за тобой. По следам, что ты для меня оставил. Барри хищно улыбнулся. Конечно, великий Харрисон Уэллс отправился бы за ним, даже в другой город, даже в другой мир. Барри оставалось только ждать, когда наставник нанесет ему визит. — Грабишь банки? Ты так низко опустился? — Скорее поднялся, — поправил Барри, делая шаг в сторону, наблюдая за осторожными движениями Уэллса, за тем, как он настороженно следит за ним. — Из героя в преступники, из грязи в князи. Или наоборот, хотя какая уже разница. Уэллс прикрыл глаза, всего на секунду, чтобы не потерять парня из виду. За ним всегда нужен был глаз да глаз, но сегодня Харрисону это может стоить жизни. И ведь и обвинить в этом некого, он один во всем виноват. — Мне же не надо напоминать, что я не пойду с вами, доктор Уэллс? Харрисон усмехнулся, он и не надеялся, что Флэш пойдет с ним по доброй воле, иначе не захватил бы с собой пушку. — Что мне передать Джо? Вот оно! Можно отвернуться от друзей, уйти из дома, даже сбежать на другую планету, но от чувств никуда не деться, так же как и от ответственности… от вины. — Мне сказать, что он и сына потерял? Барри горько усмехнулся. — А разве это не так? — Тебя еще можно вернуть, — как можно уверенней ответил Уэллс, но Барри видел, что он колебался. Харрисон дал обещание Джо вернуть его сына домой, но сам не был уверен, что тот, кого они оба знали, еще жив. — Возвращайтесь домой, доктор Уэллс. В этом мире вам делать нечего. — Забавно. Учитывая, что это мой мир. Барри сделал шаг назад, но Уэллс предостерегающе поднял оружие выше, целясь ему в голову, и приподнял брови в вопросе. Действительно этого хочешь? — Не вижу смысла вам здесь оставаться, — пожал плечами Ален. — Вашей дочери здесь нет. Впрочем, как и на любой другой планете. Харрисон пропустил эту усмешку мимо ушей, он уже успел смириться с потерей дочери, а поиски Барри помогли обрести новую цель. — Я здесь ради тебя. — Не смогли спасти Джесси, так пытаетесь компенсировать это мной? Баланс и все такое? Помогает справиться с утратой? — А бегство? — тут же парировал Уэллс. — По-твоему сбежать в другой мир лучший способ почтить память Айрис? Ты даже на похороны не явился, оставил Джо разбираться со всем этим дерьмом в одиночку. Айрис влепила бы тебе пощечину за такой поступок. Барри подлетел к Харрисону и схватил его за грудки. Все, что успел увидеть Уэллс — это синий отблеск и черные глаза парня. Ах да, кажется, с этого все началось, со «Скорости 9» или с предложения Уэллса дать его Барри, после того, как тот потерял скорость. А может, все началось в тот день, когда Флэш не смог спасти всех, когда пуля пролетела мимо него и вошла в грудь Айрис. Может, тогда, держа умирающую девушку на руках, Барри решил, что больше не хочет быть героем. — Не смей произносить ее имя! — медленно произнес Барри, теряя над собой контроль, чувствуя, как сила завладевает им, требуя использовать ее по максимуму. — Прости, Барри, — неискренне извинился Уэллс, вкалывая ему снотворное и придерживая парня за талию, чтобы он не упал. — Но иначе было никак. Барри очнулся спустя шесть часов в одной из камер ускорителя частиц в Стар лабс с жуткой головной болью и жаждой. На полу стоял стакан воды и таблетка аспирина, а за стеклом так же как и сам парень на полу сидел доктор Уэллс с неизменной легкой усмешкой на губах. — Попробуем еще раз? Для пущего эффекта не хватало только злорадного смеха. Барри и Уэллс одни в Стар лабс, в их распоряжении лаборатория и куча «лекарств». И пусть Барри придется нелегко, скорее всего это даже будет жутко больно, но в конце концов Харрисон исполнит обещание — он вернет миру Флэша.