Ты нужен (-на) мне

Если за мной пришла любовь, Тогда — хочу назад. mdrom — «проваливай»

За каких-то две недели это место и эти люди уже успели заебать парня. Он ненавидел терпеть школу, терпеть вставать рано утром, ложиться рано спать. Но терпеть приходилось. Как же хочется все послать к херам и не думать ни о чем, но думать, к сожалению, приходилось. Школа. Одно слово, а сколько негативных эмоций, мыслей. Из-за нее никакого свободного времени. Приходится сидеть дома, где быть совсем не хочется. Вышел в подъезд, закуривая на ходу. Телефон будто ожил, освещая темное помещение, где о существовании электричества и не слышали вовсе. Друг звал в бар. Саша лишь нервно усмехнулся, понимая, что сегодня никак не получится свалить из дома. Мать гораздо строже относилась к сыну во время учебы, что немало накаляло и без того напряженную обстановку в доме. Блондин невольно позавидовал другу. Он в шараге учиться, сидит на жопе смирно, во вторую смену. Просто блеск. А сам Саша не ушел, о чем сильно жалеет. Саша листал список контактов, останавливаясь на ее имени. С тех пор он ее не видел, она не приезжала к ним в гости. Ева. Позвонить или нет? Всего один вопрос в стиле Гамлета, а сколько от него проблем. Она почему-то неожиданно для него самого засела у него в мыслях. Желание соблазнить ее не дает покоя. Доказать всем вокруг и, конечно же, самому себе, что уже вырос, что уже взрослый, уже достоин ее внимания, уже может обскакать всех ее ухажеров. Он заблокировал телефон, убирая его в карман. Выкинул бычок в окно подъезда. Вернувшись домой, закрылся в своей комнате. Включив в колонках музыку, встал напротив груши. Дома никого не было. Ему только лучше. Никто мешать не будет. Он делал это редко, чтобы выпустить пар. И когда мама замечала за ним такое, начинала расспрашивать, что у него случилось. Раздражало нещадно. Целый час понадобился парню, чтобы выдохнуться полностью. Прохладный душ для очищения от последних мыслей о ней. О той, кого он так сильно хочет. Мама не возвратилась, когда он упал обессиленный на кровать, она не вернулась и когда он уже уснул. *** В школе ничего хорошего не было. Все эти же надоедливые рожи одноклассников, эти же недовольные всем и вся учителя, так и норовившие показать сколь низкий интеллект у их учеников, и эта невинная девочка, которую он так любил и которая так бессердечно его отшила в прошлом году. Ему тошно. Прошло всего две с половиной недели с начала учебы, а он уже успел прилично накосячить в оценках и подпортить отношения с учителями. Именно по этому поводу его классная грозилась вызвать родителей в школу. — Да вызывайте, — равнодушно отозвался Саша. И вот тут, именно в этот момент, ему в голову пришла безумная идея. — Надеюсь, вы не будете против, если придет моя сестра? — У тебя есть сестра? — усомнилась женщина, никогда и ничего не слышавшая о ней. — Двоюродная, или троюродная, хер знает, но она сейчас живет с нами, временно, — на его маты женщина уже не обращала никакого внимания, устала делать замечания. Он говорил все это простым будничным голосом, будто это правда. — Я ей позвоню. Он набрал номер, который выпросил у матери, ради которого придумал трехэтажную ложь. Ради чертовых десяти цифр. Она долго не брала трубку. Он уже было думал, что ничего не получиться. Но она ответила, и парень услышал ее голос. Его аж дрожь пробила, но он не показал виду. Собрался и выдал: — Привет, Ева. Представляешь, какой конфуз тут произошел: мне, Александру Шилову, заявляют, что вызывают моих родителей в школу, но, как ты знаешь, мама на работе допоздна, а отец на вахте; поэтому ты, на правах моей старшей сестры, просто обязана приехать и разобраться с этим беспределом. Со стороны выглядело так, будто он переигрывает, жалуясь сестре на учительницу, но на деле он просто вкратце обрисовывал ей ситуацию. Почему она должна приехать. Сейчас он мысленно держал кулочки, чтобы она согласилась на эту авантюру, ведь он поставил все на кон. — Не раньше половины третьего, — ответила она, никаких лишних вопросов. Ничего. Ему в ней это очень понравилось. Главное, чтобы потом не устроила никакого разноса. Как тогда с сигаретами, ничего не было и сейчас не хотелось бы. — Хорошо, никаких проблем, — с улыбкой ответил он и убрал телефон в карман. Разговор с ней был окончен. И парень обернулся к классной руководительнице. — Вы не торопитесь? Она сможет не раньше половины третьего. — Нет-нет, я не спешу, — улыбнулась в ответ женщина. Но улыбка была натянутой и фальшивой. Оба это знали. И оба сделали вид, что ничего не замечают. — Только вот… ты со мной никуда не торопишься. Посидишь тут. Саша сделал вид, что это его очень сильно огорчило, ведь, по мнению классухи, он ужасный раздолбай, да и вообще долбоеб по жизни. Только вот, он и так бы тут остался. Увидеть девушку желание гораздо сильнее, чем пойти по своим делам, которые были намечены на сегодня. Блондин уселся за последнюю парту. — Дайте задания какие-нибудь, — вдруг попросил парень, удивляя женщину, которая с неподдельным интересом уставилась на своего ученика.– Что? Мне скучно, а новая тема достаточно понятна. Парень отвернулся в окно. Сил терпеть эту женщину не было. Вообще ни на что сил уже не было. Но выбирать не приходилось. В этом мире все только кричат, что у тебя есть выбор, но на деле все определяется чередой случайностей. Тебе либо повезет, либо нет. 50/50. Другого не дано. Окна кабинета выходили во внутренний двор, а значит, он никак не увидит Еву, которая приедет к парадному входу. Мучительные (как казалось) полчаса пролетели, как и не бывало. За заданиями, полученными от учительницы, он и не заметил течения времени. Увлекся, напряг мозги над задачками. Телефон завибрировал на парте совсем неожиданно, отвлекая от его занятия. — Да? — чуть осипшим голосом ответил парень. — Я не курил. Он говорил это в полный голос, не стесняясь своей классной, которая вновь уставилась на него. Странный ученик. Проблемный. И он ей не нравился. Еще с того момента, когда она только взяла их класс. Парень озвучил номер кабинета и попытался объяснить дорогу в него. Но все равно покинул кабинет, сказав, что пошел встречать сестру, которая обязательно заблудится, если он не поможет. На входе стояла она. В куртке, джинсах, кедах. Он не мог оторвать от нее своего взгляда. Наверное, она сумеет прочесть все его мысли, его желания на ее счет только взглянув сейчас ему в глаза. Но парень постарался выкинуть всякие непотребства из головы. Выходило из рук вон плохо. Брюнетка с прищуром смотрела на паренька. Почему-то захотелось, чтобы она смотрела на него вечно. Вот таким вот взглядом, недоверчивым, осторожным, но только на него и ни на кого больше. — И с какого это я твоя сестра? — первое, что спросила Ева. — Тебе сказать с какого? — он поиграл бровями. А потом оставил одну домиком. Сейчас девочки сочли бы это чертовски привлекательным. Но она давно уже не девочка. — Так зачем я здесь? — Не хочу маму расстраивать по пустякам, — объяснил Саша. Он взглянул на нее. Девушка не ответила ему, да и не требовалось это. Он только по одному ее виду понял, что она поможет. Спокойная, сосредоточенная, явно обдумывающая, что лучше будет сказать. Эта девушка такая взрослая. Только сейчас допустил мысль о том, насколько она переросла его. Пропасть между ними колоссальная, но признавать этого он не желал. В возрасте, в точке зрения, в подходе к решению проблем, в понимании жизни, в расставлении приоритетов. Просто во всем. Саша открыл дверь в кабинет, пропуская Еву. Классная так же сидела за своим столом. Неподвижная и грозная. Брюнетка осталась около двери, оценивая учительницу. Благодаря вечным тасканием за своей тетей она давным-давно научилась дерзить людям старше нее и не испытывать при этом угрызений совести. Эта женщина ей не нравилась. Когда она обернулась, Ева получила от нее недоверчивый взгляд. Она подозревает их в обмане, не доверяет. Но девушка не такая простушка, чтобы проколоться на чем-нибудь. Врать она научилась в тоже время, что и дерзить. Ох уж, эти времена. Внимательно всматривалась в училку. Вроде молодая еще, но слишком, сука, принципиальная, со сталью в своих идеалах. Такую убедить в чем-либо практически невозможно; проще головой об стенку уебаться. Сука. Одно слово, которым Ева ее охарактеризовала. — Вызывали? Я Ева, сестра Александра, — представилась брюнетка, так радушно улыбаясь, что оставалось только руку подать, но так опускаться она не собиралась. — Что этот оболтус успел натворить за две недели? — Оценок плохих нахватал, с учителями ведет себя крайне неподобающе, уроки срывает, — перешла сразу к делу женщина, сама не представляясь. Считает, что все обязаны по стандарту знать ее имя, подумалось брюнетке. — Но знаете, при желании может хорошо учиться, не глупый ведь парень. — Не достаточно умный, раз сам такие вопросы решить не может, — она не смотрела на парня чисто из принципа. Ей было интересно, как эта женщина будет реагировать на нее. — Оценки не показатель ума. Если учитель не может утихомирить и заткнуть ребенка, то это только проблемы учителя. Что я могу сделать парню, который в дважды больше меня? Ремнем отшлепать? Извините, как бы мне потом бумерангом это не вернулось. А мама? Вы ее вообще видели? Она еще меньше меня. Вы точно издеваетесь. Женщина замолчала. Искала ответ, да так, чтобы подобающе звучал. — Может оценки и не показатель ума, но в нашей стране это утверждение не является истинным, — она говорила все это с таким серьезным видом, что Ева сдерживала себя, чтобы не заржать в голосину. Однако весь вид этой напыщенной самодовольством женщины порядком поднадоел брюнетке, ей начинало надоедать вести диалог с таким отвратным оппонентом. — Если это все, что вы хотели мне сказать, я, пожалуй, откланяюсь, а то дел у меня тоже много. Обещаю, что поговорю с ним, но если вы не увидите результата, то приношу извинения, — она проговорила это с таким видом, что было невозможно ей не поверить. — Просто вспомните себя в семнадцать… а хотя не стоит, я уверена, что вы были прилежной ученицей и все такое прочее. Только вот, он уже достаточно взрослый мальчик. Если поймет, что ему эти проблемы не нужны, то и делать ничего провоцирующего не будет. Все? — Да, — неожиданно робко ответила учительница. Впервые она говорила меньше, чем слушала. Она ошарашена. Ева вышла из кабинета в молчании. В гордом молчании. За ней засеменил Саша. Оставаться здесь больше не было смысла. Он поражен, обескуражен. Так быстро заткнуть классную еще никому не удавалось. Ему подумалось, что в моральном плане она очень сильная. Подавит его при желании очень легко, быстро, с усмешкой на губах. Надо бы совершенствоваться, чтобы не отставать от нее, подумалось ему. Он смотрел на нее сверху вниз, но совсем не ощущал этого. Брюнетка уверенно шла к выходу, будто не замечая его взгляда. Она вспылила, сама не понимая почему. И причины особой не было. Но ее понесло. И сейчас, когда внезапный порыв ярости спал, она корила себя за эту выходку. Единственное, что удерживало ее от возвращения и извинений, это раздражающая правильность училки. Девушка уже хотела толкнуть входную дверь, как перед ней она отворилась. На нее продолжал смотреть Саша, представая в роли джентльмена. — Мерси, — она выскользнула на улицу, направляясь к машине. — Ты куда сейчас? — услышала она, останавливаясь за воротами школы. — По делам, — спокойно ответила Ева, вглядываясь прямо ему в глаза. Темная радужка казалась ей неестественной с его-то светлым цветом волос. Но она не могла припомнить цвет глаз его родителей. Совсем пусто в голове. Она прекрасно понимала, что означает его взгляд. Он хотел ее. И это совсем не нравится девушке. Не должно так быть. Она не хочет быть одной из ступенек к чьему-либо пьедесталу эго.– Откуда у тебя мой номер? — Секрет, — подмигнул парень, закуривая. — Не маленький ли курить? — впервые обратила внимание на его возраст для курения Ева. — С прошлой встречи стал на пару недель старше, — приблизился он ближе к ней. Она не отступила. А взгляд полон уверенности и самодовольства, превосходства. С детьми только так и надо. Нельзя показывать свои слабости этим маленьким исчадиям ада. — Не маленький, я уже говорил тебе. — Член не показатель взрослости, это я тебе тоже говорила, — последнее, что успела произнести она, потому что в следующий миг почувствовала на своих губах его сухие, обветренные губы и дым, который он впустил ей в рот. Чертов наглец. Нет, они не целовались. Он просто вдыхал ей дым. Он просто касался ее губ своими. Дверь в школу отворилась, выпуская на улицу юную девушку. Светлые волосы трепал ветер. Она спешила домой. И так задержалась в школе. Но она буквально замерла на месте, когда заметила их. Парень, который бегал за ней, клялся в любви и никогда не давал повода для мыслей, что он может встречаться еще с кем-то - все это было ровно до этого момента - Он целовал другую девушку. Она, конечно, знала, что у него есть девушки, но при ней никогда и никого рядом с ним не было. Смотреть на эту картину оказалось не так просто, как она думала. Слишком сильно привыкла, что он принадлежит ей. Девушка еще не понимала, что это за чувство так жжет в груди. — Скажи, у тебя не было в роду цыган? — донесся до ее слуха голос той девушки, что он целовал буквально мгновение назад. — Нет, — озадаченно ответил Саша, явно не понимая, к чему она клонит. — Тогда, почему ты так увлечен их традициями? Я не цыганка, ты не цыган. Так какого черта мы ведем себя как они? — взорвалась брюнетка, разворачиваясь. — О чем ты? Про «паровозик»? — отправился следом за ней. Он не видел свою одноклассницу. Может, повел бы себя иначе, не стал бы целовать Еву по-цыгански, не пошел бы за брюнеткой. Он поступил бы совсем по-другому. Только вот, это все «если» да «кабы». Но за прошедшее время он понял, что одноклассница его совсем не волнует. Такое же чувство было и за последние две недели. Он практически не думал о ней. Только когда взгляд случайно пробегался по ней, он понимал, что не зря любил ее, но и эта любовь была такой неправильной. Безответная любовь всегда неправильная. Больная, искажающая личность, испепеляющая изнутри, оставляя неизгладимые раны. И парень рад, что все прошло. Теперь он смотрел на нее и ничего не чувствовал из того, что чувствовал раньше. Саша уже почти отпустил девушку. — Я его отмазываю, а он так себя ведет! — остановилась около своей машины. Лучшая защита — нападение. С вызовом на него уставилась. — Могла бы и не приезжать, я тебя не заставлял, — пожал плечами Саша, понимая, что подловил ее. А брюнетка даже рот приоткрыла от удивления. Чертов малолетка. — На меня все скидываешь? А если я не хочу ни за что нести ответственность? — прищурилась брюнетка, а блондин вдруг подумал, что ей очень это идет. — Теперь это твоя обязанность — быть ответственной. Ты теперь взрослая, — спокойно ответил он. Она закипала. Он понимал это, но сам оставался хладнокровным. Между ними был ток. Ева буквально кожей ощущала легкое покалывание, как в зоне повышенного напряжения воздуха. Им бы хватило искры, чтобы разжечь пожар. Но она упорно делала вид, что не умеет высекать искры, да и мешала ему это сделать. Но сейчас он действительно был прав, она могла и не приезжать. Но в тот момент эта афера показалась ей хорошей возможностью увидеть его. Зачем? Она не могла найти ответ на этот вопрос. Его взгляд такой пронизывающий, будто он смотрит ей в душу. Только он там ничего не увидит, как бы ни старался. Но она таких не любит. — За то, что ты хочешь от меня, я точно ответственность нести не собираюсь. Пока, — она опустилась в машину, и через минуту EVO X двинулся с места. Парень смотрел вслед уезжающей машине. Когда его руки легко коснулась холодная ладонь, он резко обернулся, встречаясь со светло-голубыми глазами взглядом. Светлые волосы продолжал трепать ветер. Холодная ладонь держит его за предплечье. А вот взгляд был рассеян. Она смотрела куда угодно, но только не на него. От этого светлого создания в груди растеклось привычное тепло, но оно не играло ровно никакого значения. Они редко разговаривали по ее инициативе, поэтому парень недоверчиво смотрел на нее. Но как давно она тут стоит? — Алёна? — улыбнулся ей своей самой трепетной улыбкой, на которую был способен. И тут он поймал себя на мысли, что пора с этим заканчивать, а то мышцы двигаются чисто по инерции, когда он видит ее. — Почему ты еще здесь? — улыбнулась в ответ. Эта улыбка сводит с ума многих, но так никому и не достается. Саша понимает, что покупался большей частью на нее. Но сейчас все иначе. Отпускать его руку, теплую и сильную, не хотелось. Заметила его силу только сейчас. Вдруг осознала, что все это время упускала. Он безумно красивый и совсем не такой как остальные. И почему же именно сейчас? И эти глаза, всегда смотрящие на нее с нежностью, вдруг показались ей такими красивыми, нужными. Неужели это все из-за того, что увидела его с другой? Нет, она не проиграет этой брюнетке. И откуда только такая решимость? — У классухи задержался. Мигера чертова, придушил бы, — он говорил это с таким серьезным выражением лица, что девушка ему поверила. Она внимательно смотрела на него. Запоминала каждую черточку его лица. Совсем не понимала, что с ней вдруг случилось. — Идем. Я провожу. Вот он привычный. Влюбленный в нее и готовый ради нее на все. Преданный и верный. А этот инцидент, что она видела только что — просто попытка ее выбросить из головы. Но если она будет рядом, он никуда не убежит. Только вот руку он свою высвободил из ее. Ей это не понравилось. Они шли к ее дому. Он что-то ей говорил, она слушала, посмеивалась над шутками весьма сдержанно, прикрывая рот ладошкой. Вот полная противоположность Еве. Алёна даже не знает значение слова «пошлось» и «развязность», а как такой быть, уж тем более. Но эта невинность всегда тянула его к ней. Он хотел научить ее сам, только сейчас он хотел перевоспитать уже хорошо обученную суку. Это в разы сложнее и интереснее. Они не поднимали вопроса о брюнетке. Ни один не хотел, чтобы другой узнал о том, что они оба там были в тот момент. Они шли рядом. Она смотрела на него снизу вверх, не понимая, когда он успел таким стать. Всегда был его образ, маленького нерешительного мальчика, который всегда смущался к ней подойти. А сейчас она смотрела и не верила своим глазам. Хотя на деле, его образ разрушился еще давным-давно, просто она не обращала внимания. А сейчас она смотрела на него и не верила своим глазам. Такой уверенный в себе, а главное, очень сильный и безумно симпатичный. Он рядом с ней больше не теряется, говорит и говорит. Даже не заметила, как он остановился около ее подъезда. И смотрел на нее. И тут она поняла. Осознание пришло неожиданно. Стоило взглянуть сейчас ему в глаза. В них только холод. Полное безразличие к ней. Он смотрел ледяным взглядом и улыбался нежнейшей улыбкой. Ей стало не по себе. Она поняла, что ему больше не нужна. Но принимать, а уж соглашаться с этим, не желала. — Спасибо, что проводил, — улыбнулась, приподнимаясь на носочки и целуя его в щеку. Она скрылась в подъезде. А парень остался стоять, совсем ничего не понимая. Алёна поцеловала его, хотя обычно чуть ли не избегала его и его ухаживаний. Что же повлияло на ее резкие изменения? Он закурил, пытаясь найти ответ в никотине.