Вероятность.

Утро началось с хриплых завываний на ухо. Жужа уже полчаса скакала по одеялу, аки бешеный мустанг, силясь меня разбудить. Мне было откровенно похрен, однако псинка не сдавалась, упрямо стягивая одеяло, плюясь от ярости. Иногда мне кажется, что родители прислали не милую чихуахуа, а дикого чернобыльского монстра. Они были дипломатами, работали зарубежом, оставив меня бабушке на воспитание, и иногда присылали очень экзотичные подарки. Одним из таких «подарочков» стала Жужа. Страшное, лопоухое, крысоподобное существо с характером берсерка. Бабуля, как в первый раз увидела ЭТО, весь день гонялась за Жужей с веником, в надежде спасти человечество от этой мерзкой твари. Но, пару пойманных воров и задушенных крыс спустя, Жужа стала бабушкиной любимицей – имела шикарную будку и зимой щеголяла в старой шерстяной фуфайке. Не обращая внимания на старания маленького монстра, я, было, вновь погрузился в сон, как вдруг открылась дверь, и раздался скрипучий голос бабули: - Симушка! Ты что-й, спишь, что ли? - Нет, ба, уже встал! – отчеканил я, мгновенно подскакивая и сбрасывая Жужу на пол. Та презрительно тявкнула и, с видом глубочайшего оскорбления, отправилась грызть мои ботинки. - А-а, а я думала, совсем удрых. Ну вставай-вставай, внучек, завтрак уж на столе. Привычной шаркающей походкой, бабуля вышла из комнаты. Я облегчённо вздохнул, протирая сонные глаза. Если сама бабуля пришла меня будить, то время действительно позднее, а мне ещё на поезд успеть надо. Путаясь в одеяле и матюкаясь, я кое-как выбрался из кровати и почапал на кухню. Там во всю стоял запах свежей выпечки и ещё чего-то. Под потолком висели пучки разных трав, а на плите кипело что-то зеленоватое. Авдотья Евлампиевна – добрейшей души человек и, по совместительству, моя бабуля, - на досуге увлекалась магией. Лёгкой такой, бытовой магией – приворот-отворот, зелье от прыщей из свежего навоза и пр. В деревне её знали как целительницу, и часто обращались за каким-нибудь отваром. Вот и сейчас, видимо, она что-то эдакое варила. Я потянул носом пряный запах трав и сел на своё место. - Эх, Сима, совсем юноша стал… Красавец! Ан Манька-то соседская, полгода по тебе сохнет, а ты всё учишь, учишь… Студентик мой! – бабуля ласково потрепала меня по щеке. - Ба! Меня, между прочим, Максимом зовут! А ты всё: «Сима», да «Сима»! – обиженно протянул я, хомяча очередной пирожок. Мм, с повидлом. - Ох ты! Эк злой! – фыркнула бабуля, - Пиписька выросла, штанишки жмуть? «Максим» он! Пусть «Максимом» тебя всякие Аньки-Маньки кличуть, а для меня ты Симушка… Авдотья Евлампиевна очень хотела, чтоб у её дочери родилась девочка, даже прогноз какой-то писала астрологический. Но подлый Марс спихнул Венеру с неба и получился я. Бабуля-то смирилась, но называла меня всегда девчачьими прозвищами: то Киса, то Мася, но, в конце-концов, остановилась на Симе. Старушка смахнула набежавшую слезу и направилась к кипящему зелью, что-то бормоча под нос. Я прислушался. - Ох, Анфис-Петровна, спасу нет… Куча женихов крутится, а ей всё мало-мало! Опять приворотное зелье-то, чтоб его… На неё, на Анфиску энту, трав не напасесси… - Сим! – сказала она уже громко, - Я тебе пирожков в дорожку-то напекла… и чаёк зверобойный, для энтого твоего… эм-му-не-тету! На столе оставила… - Угу, - буркнул я, дожёвывая мучное изделие. Внезапно, мой взгляд упал на часы. - Едрить, я ж щас опоздаю!!! С громким воплем раненого слона я ринулся к двери. Вещи собрал ещё с вечера, осталось взять бабушкины припасы. На ходу одеваясь, я схватил пакет с пирожками и замер в недоумении. Передо мной на столе стояли в ряд две бутылки с непонятной жидкостью. Взглянув на часы, затем вновь на бутылки, я тихо матюгнулся и, не разбирая, схватил одну из них. Из дому я вылетел, провожаемый громким лаем Жужи. - Удачи тебе, мило-о-ок! – крикнула вслед бабуля. Как только внук-студентик скрылся из виду, Авдотья Евлампиевна отправилась отнести соседке заказанное приворотное зелье. - Эх! Да где ж оно? – в сотый раз повторяла старушка, осматривая гладкую поверхность стола, - Тут жеж оставила, ей-богу! Внезапно бабуля увидала бутылку с чаем, тем самым, из зверобоя, которую собрала Максиму в дорогу. Доли секунды ей понадобились, чтобы понять ситуацию. - Ах, Сима! Перепутал, перепутал, окаянный! – всплеснула руками Авдотья, - Зелье приворотное забрал! Ох, что ж будет-то?! Посокрушавшись минут пять, старушка принялась варить новое зелье. - Эх, Сима-Сима… Жаль, что ты не девчушкой родился, ох жаль…